Fractal dice

Белый шелковый саван покрывал бездыханное тело человека. Кровь уже несколько часов не циркулировала по телу мужчины. Все это время его сын пытался пробраться в комнату усопшего. Члены семьи были тем еще препятствием, но не для Лукаса. Пробравшись через окно в спальню родителей, где сейчас лежит покойник, мальчик смотрел на своего отца. Он был почти как живой, только немного бледнее чем обычно. Хотя Лукас и не мог найти отличий. Если бы ему не сказали, что его отец мертв, мальчик наверняка подумал бы что мужчина просто спит. Постояв в комнате буквально пол минуты, Лукас вышел. Он не мог там находиться. Слишком тяжело. Незримый груз на душе придавливал к полу. Мальчик не понимал, почему все так случилось? Может это не правда? Но он ведь сам видел тело, так как это может быть неправдой? Чувство опустошенности, будто умерла часть его. Самая необходимая часть, та что удерживает душу в теле и не позволяет ей просочиться, уйти туда, откуда она пришла. Иногда Лукас пытался забыться. Закопаться поглубже в себе. Следующую неделю после смерти отца, он провел дома, не разговаривая даже с домочадцами. После он все же вышел в школу. Он старался вернуться в общество, на права обычного человека. Пытался заводить приятелей, друзей, но большинство от него отворачивались, не желая общаться с ребенком из проблемной семьи. Даже старые друзья теперь относились к нему по другому. Здесь, в культурно-научной столице страны, он жил с самого детства, действительно хороших товарищей у мальчика было немного, а точнее всего два. Сейчас один из них уехал в столицу, на обучение в одну из самых престижных смешанных академий магов в стране. А второй, Джинн, Лукасу казалось, просто забыл его. Однако каждый раз проходя мимо, вместо приветствия посылал мальчику гневные взгляды. Продолжалось это недолго, вскоре обзаведясь новой компанией, Джинн вместо злых взглядов кидал Лукасу неприятные, или оскорбительные оклики. Иногда дело доходило и до драки, конечно, мальчик всегда охватывал от толпы. Покупка бинтов и лекарственных средств стала одним из первоочередных дел, после покупки еды. После очередной драки, хотя назвать это избиением было бы правильнее, мальчик залег в больницу с переломом руки. Заботились о нем сестры, только выпустившиеся из мидецинской академии. Откуда бы ему брать деньги на нормальное лечение? Плохой уход привел к осложнениям, и после того как рука зажила, Лукас снова лег в больницу, но с уже неизвестной болезнью. Мальчик понимал, что если так продолжится, то он скорее всего повторит опыт своего отца, который в свое время пол жизни провел в больнице, леча ноги, а приезжая домой, иногда даже заново учился ходить. Написав письмо своей матери, ушедшей работать врачем на флот, Лукас отправил его через одного из работников больницы. Пару дней спустя мать мальчика приехала и сразу же забрала его домой. Под присмотром профессионала, Лукас стремительно шел на поправку. Вскоре он вышел с больничного. На его удивление, он не увидел и следа обидчиков. Как позже выяснилось, большинство его ровесников, сейчас поступали в специализированные академии, чтобы там продолжить обучение. А куда поступать ему? Мальчик не знал. В его городе, не было ни одного человека с такой же стихией как у него. Куда можно поступить с магией света? Любящая мать обо всем позаботилась. Как только Лукасу исполнилось десять, они переехали в столицу. А точнее на ее окраину, туда где жили бабушка и дедушка мальчика по линии матери. Получив положительный ответ на запрос из академии, Лукас с лёгкостью прошел вступительный тест, и стал учеником факультета специализации. Мальчик не хотел сражаться в команде, он собирался быть одиночкой, поэтому факультет специализации ему не подходил. Лукас поспорил с приемной комиссией, но ни на факультет магов рыцарей, ни на факультет боевых магов его не взяли, объяснив это тем, что его стихия будет более практичной в плане поддержки. Смирившись с решением комиссии, мальчик начал свое обучение. Тихо, по немногу жизнь стала налаживаться. На новом месте никто не знал о его проблемах, никто не отворачивался от него и не докучал. Лукас даже поладил с детьми из соседних домов. Тогда он к слову и познакомился с Мари, во второй раз. Яркий солнечный день, теплый ветерок гоняет пыль по дороге и шелестит листьями редких деревьев. Через пару минут выйдут его сверстники и дети помладше из домов напротив. И улица наполнится веселыми возгласами и воинственными криками. Неожиданно мальчика окликнул высокий, можно сказать писклявый девчачий голос: -Эй! Лукас, привет! Лукас обернулся и увидел, как к нему подбегает девчонка, лет семи. Ее золотистые волосы собраны в две косички, а челка прикрывает явно большеватый лоб. Девочка задрала голову, чтобы иметь возможность видеть лицо мальчика и мило улыбнулась. Она была явно обрадованна встречей: -Давно не виделись. Мальчик недоуменно моргнул пару раз и неуверенно проговорил: -А ты кто? Девочка, так же как и Лукас недавно, недоуменно моргнула и кажется впала в ступор. Только спустя пару секунд к ней пришло озарение, и она уже более серьезно посмотрела на мальчика: -Как это кто? Я Мари. А ты меня не помнишь? Лукас отрицательно покачал головой. А Мари продолжила: -Нас еще бабушки познакомили. Два года назад, в малых виноградниках. Не помнишь? Лукас снова покачал головой. А девочка все бесплодно пыталась напомнить ему: -Ты тогда со мной еще персиком поделился. Нет? Не помнишь? Ну как же так! Не успев договорить Мари запрыгнула на скамейку стоящую рядом и пройдясь по ней, уже совсем другим тоном начала: -Странно. Я то тебя прекрасно помню. Ну да ладно. Давай познакомимся еще раз. Девочка спрыгнула со скамейки и подошла к мальчику: -Давай дружить? Лукас слегка замешкался, но дал положительный ответ. Несмотря на то, что Мари выглядела младше чем на самом деле, а было ей по правде восемь с половиной, вела она себя как ребенок лет семи. Девочка кажется вообще не отдавала отчета своим действиям, из-за чего казалась странной и мягко говоря глупой. Как позже оказалось, Мари не знала никого из своих соседей кроме Лукаса. Поэтому ему пришлось знакомить ее со своими приятелями. К слову, все они без исключения были мальчиками. Но будучи воинственной и пылкой девочка быстро влилась в их компанию, заодно заняв одну из ведущих позиций в дворовой эирархии. Спустя несколько месяцев Лукас и Мари сдружились, теперь их можно было назвать хорошими друзьями. Некоторые дети постарше считали даже что между ними что-то есть. И будто по велению чьих-то сплетен между друзьями мелькнула и загорелась искра. Она становилась все ярче, до тех пор пока сами мальчик и девочка не заметили ее. Искра притухала когда они ссорились, и чем чаще Лукас и Мари ругались, тем тусклее она становилась. Такие ссоры чаще всего происходили из-за гордости Лукаса и неумения Мари расставлять приоритеты. Так, однажды поссорившись и не успев помириться, друзья расстались, а чувства, на которые они и так пытались не обращать внимания были и вовсе забыты. Мать мальчика более-менее наладила дела и решила вместе с сыном переехать ближе к порту, то есть на другой конец города. «Переезд» продлился не долго. Вскоре Лукас вместе с матерью снова оказался в доме ее родителей. Когда мальчик впервые после возвращения увидел подругу, он понял, что больше не таит ни обиды, ни злобы. Только вот думала ли так Мари? Она все так же играла с ним, все так же разговаривала, все было так же как и раньше. Но все же, что-то в девочке изменилось. Она стала то ли умнее, то ли скромнее, или она почему то стала осторожнее? Во всяком случае, теперь они с Лукасом не ссорились из-за всяких мелочей. Немного погодя, спокойная жизнь мальчика закончилась. В нее ворвались постоянные катания и переезды, А в итоге Лукас всегда возвращался в дом прародителей. Злые сверстники не заставили себя долго ждать. В конце первого курса старые «друзья» напомнили мальчику о своем существовании. Новая геенна не продлилась долго. Все страдания Лукаса закончились одним случаем, перешедшем все границы жестокости, которые только мог себе представить одиннадцатилетний мальчик. Дня обыкновеннее быть и не могло. Лучи заказного солнца, проходя через стекла окон бликами играли на стенах академии. Лукас шел по коридору. Уставший, после дополнительных занятий, он не придавал значения тому, что здание академии было безлюдным. Напротив, голоса, доносящиеся из-за одного из переходов, встревожили мальчика. Как мог он не узнать их? Желая предотвратить не благоприятную встречу, Лукас стал судорожно думать, куда убежать, где спрятаться? Он рванул к ближайшей двери, та оказалась закрытой. Тем временем толпа из пяти человек, голосившая так, что можно было услышать на другом конце здания, уже зашла за поворот. Первым кто увидел мальчика, бегущего в направлении библиотеки (откуда он шел изначально) был Джинн. Сразу узнав своего «приятеля» он погнался следом. Никакого замка с внутренней стороны дверей библиотеки не было. Вскоре Лукаса выволокли в коридор, а после потащили в направлении лестницы, ведущей на верх астрономической башни. Глупые насмешки над сопротивляющимся сопровождались пинками и подзатыльниками. Мальчика вели вверх по винтовой лестнице. Как ему повезло, что прямо из ступеней торчали высокие металлические штыри, соединенные между собой замысловатым узором и образовавшие перила. Не будь этих оград, его наверняка столкнули бы с лестницы. Но скорое осознание того, что ведут его не в кабинет астрономии, смело легкое облегчение. Пройдя недолгий путь, скопище, немного запыхавшись, ввалилось на лестничную площадку. А лестница все продолжалась. До конца башни было примерно столько же ступеней, сколько они только что прошли. Отдышавшись, один из сборища подошел и отворил дверь. За ней показалась большая ровная площадка, окруженная стенами. По сути, это был внутренний двор академии, но на крыше. Вся площадь двора была покрыта разных геометрических форм возвышенностями. Это были круглые и квадратные, прямоугольные и шестиугольные выступы, выложенные резной плиткой. Арены. На них проводились занятия практикой, спарринги и просто игры под открытым небом. Обойдя башню, из которой они только что вышли, толпа подошла к месту, где стены не было. Так получилось, что во время одной из тренировок эта часть стены была повреждена. Обломки еще не убрали и новую стену еще не построили, а вход на крышу был воспрещен. Было непонятно, почему двери вообще открыты, возможно, из-за чьей-то неряшливости. Лукаса грубо пихнули к краю и он тяжело рухнул на большой камень, ранее ттвалившийся от стены. Все обидчики отошли на пару шагов назад. Один из них, высокий паренек лет тринадцати, скрестил руки на груди: -У тебя мана стихии света, верно? Я где-то слышал, что маги света могут создавать парящие платформы и использовать их как средство передвижения. Не покажешь нам? Лукас приподнялся и возразил: -Так могут только маги высокой квалификации. Паренек язвительно ухмыльнулся и шагнул в сторону мальчика, в то время как остальные перекрыли пути для побега. -Ну и что? Ты даже не попробуешь? Может если ты спрыгнешь, в тебе внезапно проснется какой-нибудь дар? Не дослушав издевательских слов, Лукас полностью поднялся и двинулся вперед, в попытках протиснуться сквозь живую преграду. Но он получил лишь удар в плечо, вновь приблизивший его к краю крыши. -Да ну, чего тебе стоит? Ты все равно никому не нужен. Ни матери, ни отца. Живешь черт знает где с какими-то стариками! Каждое слово сопровождалось болезненными толчками. — У меня есть мать. И не ваше дело с кем и где я живу, отвалите. Мальчик пытался сопротивляться, но тщетно. Шаг за шагом он приближался к краю. Уже другой паренек, помладше, скорчив рожу в непонятной эмоции, пискляво протянул: -Ээйа, посмотрите, кто это тут такой дерзкий. Чем болтать, да время наше тратить, лучше прыгай! В следующую секунду почти все разом заголосили: -Прыгай-прыгай-прыгай, давай, давай! А Лукас все не понимал, почему они это делают? За что? Разве он сделал им что-то? Наконец, кому-то наскучило просто наблюдать за растерянностью мальчика. Кто-то решил все ускорить. И вот, Джинн так быстро, насколько это возможно, схватил Лукаса за плечо и повернул его лицом к краю крыши, а после толкнул. Но мальчик, не обделенный ловкостью успел ухватиться за заостренный край стены и удержаться на самом краю. Тут, его бывший друг, не теряя сноровки, выхватил заостренный камень из кучи обломков и нанес удар, аккурат по лопатке Лукаса. Острая боль в спине заставили мальчика разжать руку. В следующий момент, Лукас уже летел. Вниз. Мальчик не успел почувствовать боль от падения, он потерял сознание столкнувшись с чем-то плазмообразным, возникшем из ниоткуда в воздухе. Лукас открыл глаза и оглядел обстановку. Он лежал на кровати, стоявшей рядом с окном, если бы мальчик захотел, он мог бы даже открыть его. Хотя бинты, сковавшие торс в районе солнечного сплетения и плеча, сильно осложнили бы дело. Голова, аккуратно перебинтованная, просто трещала, так что Лукас решил не вдаваться в подробности своего места нахождения и просто отдохнуть. Но его покой был потревожен стуком в дверь. Та открылась и в комнату вошел мужчина, молодой на вид, с ровно подстриженными под каре темно-сининими волосами, в такой же синей, пошитой на южный манер одежде, местами вышитой золотом. Мальчик никак не отреагировал и только молча смотрел на человека. Тот, подойдя к кровати Лукаса потянулся к окну и приоткрыл его, давая свежему воздуху проникнуть в комнату. После он отклонился: -Тебе уже лучше? Если да, то тебе стоит спуститься в гостиную и поесть. Мальчик недоуменно посмотрел на мужчину, которого он совсем точно не знал: -А вы кто? Мужчина изобразил крайнее удивление. -Ты ударился головой и совсем ничего не помнишь? Два месяца назад все твои близкие погибли при странных обстоятельствах. А я твой опекун.