Птица без крыльев

В красивой, серебряной клетке, лежала без сознания птичка. Волосы аккуратно скрывали лицо, уставшее и бледное, пока кристалл во лбу ярко блестел, привлекая внимание чужих глаз. Ровно дышала, еле поднимая клетку грудную эта прекрасная птица. Лишь задаешься вопросом, то ли она спала, то ли собралась умирать. Много вопросов возникает, глядя на неё. Видит ли он сны? Думает о чем? Но ответа узнать никогда не будет дано... Так завораживала темноволосого эта картина, приковывала взгляд, как будто на крепкие цепи, что не возможно ничем разорвать, да и не было на то никакого желания. Картина эта была настолько прекрасна, также настолько грустна. Эта птичка была создана для защиты, но лишена крыльев прекрасных. Так больно смотреть на птичку в клетке, отлитой из серебра, но больнее смотреть на птицу без крыльев. И ведь даже выбора не было дано ему. Не получится улететь далеко, спасая жизнь свою. Все, что приходится ей, это ютиться в мрачной тюрьме, мечтая о такой желанной ныне свободе. Как бы не была она желанна, страх сковывал кости, пробегаясь по всему телу неприятным холодом. В горле встает ком, а руки с каждым днем отпускаются все сильнее от одной лишь мысли, что скрывается там. Дикие звери без малейшего намека на жалость вопьются клыками в нежное мясо, отрывая куски и ломая все кости. Только они могут решить, чья эта жертва. Долго наблюдая эту картину, голубые глаза, будто океан, смотрели в лицо, ожидая увидеть хоть слабое движение и пытаясь заприметить малейшие признаки жизни... Но вдруг птичка уже умерла и никогда не сможет вновь сделать свежий глоток воздуха? От горя и одиночества, от этой чёртовой клетки, сковывающей движения, что не даёт расправить широкие крылья. А знает ли он, что крыльев у него нет? Знает ли он, что он в этой тюрьме? А вдруг, он заснул навсегда, еще не попав сюда? Столько вопросов, на которых ответа нет и не будет. Был бы шанс спросить бы, но не у кого. Эта призрачная надежда навсегда утеряна. Узнать бы самому, проверить, но дотронуться и проверить, жив ли он, до такого вот сокровища, нельзя. Может нарушить запрет и забыть все эти глупые правила? И вот рука, облаченная в чёрную перчатку, уже была готова потянутся к нему, но тут же отдергивалась, будто обжигаясь об яркие языки пламени. Забыть. Забыть только об этих грустных и глупых мыслях, что были вперемешку с тёплым ощущением внутри. Одна лишь хорошая мысль приносила успокоение. Он ведь тут, в клетке, вдалеке от опасных хищников. Но две стороны медали есть у каждой ситуации. Эта «безопасность» была уже невыносима для самой птицы, которая так жаждала мечтой улететь далеко, подальше от Бархата. Ведь не видано такое, чтобы хищник вдруг полюбил свою еду, боялся к ней прикоснуться и хотел, чтобы жертва была на свободе. Не раз можно задаться одним вопросом. А может к черту все это? Такие глупые мысли в голове, которые заставили тело хищника неприятно дрогнуть. Понимание, что его никто и никогда не простит за спасение жертвы, заставляло где-то внутри, под собственными ребрами, что-то болеть и неприятно скулить. Но ведь так больно было смотреть на эту ужасающую картину. Тихо звякнул выброшенный замок, а двери клетки оказались широко распахнуты в сторону, давая свободу. Давая шанс улететь на крыльях, коих нет. Изумрудные глаза распахнулись вместе со звоном замка, смотря на виновника. Тело будто окатило ледяной водой. Вместе с этим взглядом пришло понимание, что птице дал не свободу, а отправлял буквально на верную смерть. Там ведь хищники, что ждут свою жертву. Они при первой же возможности порвут такое нежное и желанное мясо на части, между тем вступая в драки и бесконечно споря о том, кому принадлежит эта еда. Нет уже свободы для этой птицы, и никогда её не будет. Только запах смерти стоит кругом, окружая и перекрывая доступ к кислороду. Схватившись за голову, он принялся в панике искать взглядом этот замок. Как он мог такое натворить? Он ведь навлек на него страшную и мучительную смерть. Нет, нельзя ни за что его выпускать. Никогда. Он должен быть за решёткой, в такой вот ужасной и холодной безопасности, как можно дальше от хищников. Но ведь желание помочь, дать такую ценную свободу невольнику, а также защиту от таких голодных, жадных и жестоких хищников, только вот... Он сам был подобным им. Навсегда он останется таким же голодным, при виде жертвы, хищником.