Для всех, но не для меня

      Антон проснулся как можно раньше, чтобы заранее настроить себя на хороший лад. Он помыл голову, уложил волосы, приготовил маме завтрак. Женщина не заметила особой перемены в настроении Антона, поскольку в последнее время ужасно уставала.       Антон написал Диме, коротко пересказав свой план. Друг не отвечал, наверное, потому, что спал.       Но вот когда дело дошло до того, чтобы идти к Арсению, Антон замялся. Он, хоть и почти полностью был уверен во взаимности чувств, всё равно боялся заговорить с психологом.       Шаст вышел из дома за полчаса до их обычного выезда в школу. Арсений проснулся уже давно, но доброго утра ещё не пожелал, как он обычно это делал, значит, Попов всё ещё чувствовал неловкость за вчерашний разговор.       Антон остановился напротив двери Арсения. А что, если Матвиенко вчера пошутил по поводу мыслей Арсения об Антоне?.. Или если Арсений в силу своих моральных принципов даже не выслушает признание Антона? Шастун, хоть и раз за разом убеждал себя в правильности своих действий, дико волновался, несколько раз передумывал и пытался отложить действие на более поздний срок.       Выдохнув, постучал в дверь.       Шаги послышались не сразу, Антону пришлось постучать ещё раз, чтобы Арсений начал приближаться к двери. Шаст нервно прикусил губу, в сотый раз прокручивая в голове слова.       — Привет, — первым поздоровался Арс, пропуская Антона внутрь. Попов был уже одет, словно сам не мог дождаться момента, когда встретится с Антоном. Ну, или так Шастуну только показалось. Подросток быстро проскользнул в дом и застыл на пороге, не зная, куда себя деть. — Ты чего так рано?       Антон давно так не нервничал. Он сжимал кулаки, сдерживая рвотные позывы, и напряженно думал, что сказать, что сделать, чтобы не спугнуть Попова. Арс внимательно наблюдал за Антоном и, кажется, даже понял причину его визита. Но виду не подал, продолжая ожидать действий от подростка.       Антон суетливо разулся и вновь замер, глядя напрямую в лицо Арсения. Вчера, лежа в кровати перед сном, Шастуну было так легко представлять, как он подходит к Арсу, прикасается к его щеке, крепко целует в губы. А сейчас казалось, что ничего не мешает принципиальному психологу оттолкнуть подростка.       Шаст сделал шаг, приблизившись к Арсу. Второй — и они уже могут чувствовать дыхание друг друга. Антон прикусил губу. Арсений не отстранялся, хоть и понимал, к чему всё идет. Значит, Антон был прав.       Шастун резко наклонился и прикоснулся губами к Арсению. Подросток крепко прижался к нему всего лишь на пару секунд, но ему уже показалось, что сбылась его мечта. Даже если сейчас Арс оттолкнёт Антона, будет кричать на него и ругать самыми злыми и обидными словами, Шастун не будет в обиде на психолога, потому что на всю жизнь у него останутся воспоминания об этом сладком поцелуе.       От таких сентиментальных мыслей стало приятно. Для Антона это был первый и, пожалуй, самый лучший поцелуй с мужчиной.       Они отстранились друг от друга, и Арсений выдохнул в полуоткрытые губы Антона. Шастун почувствовал приятный мятный запах — психолог только что почистил зубы. Психолог устало, хрипло произнёс:       — Наконец-то ты решился, — глаза Антона мгновенно расширились, но, останавливая последующие возмущения подростка, Арсений сам коснулся губами Шастуна, в этот раз углубляя поцелуй, делая его более интимным.       Нежные губы психолога неспешными движениями проникали в уста Антона, то надавливая, то расслабляя напор. Рука Арсения уверенно прошлась от плеча до щеки Антона, трепетно поглаживая подростка в некоторых местах.       Сотни мурашек пробежались по телу Антона. Шастун, конечно, отвечал на поцелуй, но от стресса, испытанного за эти мгновения, он ужасно боялся, что это всё шутка. Антон неловко отстранился. Он внимательно посмотрел в глаза Арсения — такой знакомый, добрый, мягкий взгляд. Словно Арс нисколько не поменял своё мнение к Антону.       Подростку резко защекотало в носу, и он, сдерживая себя от чихания, прикрыл лицо руками. Пара светлых прядей упала ему на лицо. Шаст вновь поднял глаза на Арсения, что мило улыбался, внимательно наблюдая за любимым.       Он осторожно отодвинул прядь светлых волос Антона, заставляя сердце подростка забиться в бешеном ритме. Во взгляде мелькнула нехарактерная для Арсения, всегда такого нежного и мягкого, страсть, которая ужасно привлекла Шастуна, и, не удержавшись, Антон первый потянулся к губам психолога.       Они целовались недолго, минут пять, но Антону показалось, что он никогда не начинал испытывать страсти и желания к человеку за такой короткий промежуток времени. До этого Антон видел в Арсении только платоническую симпатию, а сейчас Антон еле сдерживал возбуждение внутри себя.       Отстранившись, Шаст постарался незаметно посмотреть на джинсы, которые сегодня, как не кстати, были в обтяжку. Но, вроде, причины его возбуждения видно не было.       — Поехали? — словно не в чем не бывало, спросил Арсений. Он спокойно смотрел в глаза Антона, слегка смеясь над смущением подростка.       — Да-да, — неловко проговорил Антон и не узнал свой дрожащий голос. Он неловко прикусил губу, а Арсений вновь усмехнулся.

***

      В машину сели в полной тишине. И поехали так же молча. Антон не знал, что говорить, жутко смущался и никак не мог поднял глаз на психолога, что как обычно спокойно вел машину. Такое спокойствие ужасно напрягало Антона. Для подростка сейчас произошло чуть ли не самое важное событие на все ближайшее время: он узнал о взаимности своих чувств. Как себя вести? Теперь, после того поцелуя, они пара? Значит ли это, что Антон может теперь целовать и прикасаться к Арсению, когда ему вздумается (в пределах разумного, конечно)? А что, если для Арса это был просто выплеск эмоции? Но такие мысли Антон сразу отталкивал, вспоминая нежный, внимательный взгляд Попова. Касания его прелестных, соблазнительных губ.       Плюс ко всему, Арсений очень честный, нравственный человек. Он бы никогда не позволил себе даже самого невинного поцелуя по отношению к Антону, если бы знал, что не сможет ответить взаимностью.       — Мы теперь… — вновь дрожащим, слабым голосом сказал Антон. Он прочистил горло, словно пытаясь прибавить ему уверенности, и добавил чуть громче. — Мы теперь вместе?       Арсений повернул голову на Антона лишь на мгновение, а затем вновь отвернулся, уверенно сказав:       — Да, — у Антона всё внутри потеплело от этих слов. Он, казалось, так долго ждал их, представлял, лелеял надежду, что сейчас даже трудно было поверить. — Ты что, недоволен?       — Что? — недоумевая, спросил Антон. Он даже на секунду не задумался о том, что это неправильно или что нужно обсудить всё с психологом на холодную голову. Антон оставался подростком, по природе своей максималистом, который, настолько обескураженный всем происходящим, боялся даже представлять будущее.       — Мне показалось, ты слишком серьезный, — Антон вновь смутился и отвернулся к окну. Они уже почти подъехали к школе. Рука Арсения приземлилась Антону на плечо. — Не переживай ты так, — Антон повернулся на него с немым вопросом: «Как ты узнал?» — Думаешь, сложно заметить твои дрожащие руки?       Арсений хмыкнул, а Антон вновь отвернулся от него, скрывая румянец на щеках. Оставшийся путь до школы провели в тишине, но, когда Антон собирался выходить из машины, Арсений остановил его, осторожно прикасаясь к руке.       — Теперь так будет каждый день, — с этими словами он притянул подростка к себе, покрывая его лицо короткими и нежными поцелуями. Антон мило сморщился, наслаждаясь моментом. Шастуну до невыносимости нравилось чувствовать себя любимым. — Я так ждал этого… — с придыханием прошептал Попов. Он нежно обхватил ладонями лицо Антона, внимательно всматриваясь в его глаза. Шаст покраснел, но взгляда не отвел.       — Я тоже… — как можно тише, будто сам боялся услышать свои слова, сказал Антон. Но Арс услышал. Он нежно улыбнулся и прильнул к красным от постоянных покусываний губам Антона. Они бы так не хотели идти на работу и в школу, с удовольствием проводя время вместе.       Первые дни отношений — всегда очень трепетная часть любого пути двух любящих друг друга людей.       Антон сейчас был бы слишком смущён, чтобы признаваться в любви Арсению словами, но показать это своими нежными поцелуями, крепкими объятиями, чувственными касаниями Антон будет пытаться изо всех сил.       Ведь Арсений этого поистине заслуживает.