Лагерь Астро.

Собиралась на море я очень медленно, постоянно на что-то отвлекаясь. Нашла купальник — проверила в сотый раз соцсети. Переоделась и поверх него, купальника то есть, надела шорты с майкой — пожаловалась Монике, как же надоел Курс. Разобрала от всякой ерунды пляжную сумку — поставила телефон и колонку на зарядку и прослушала Монику, как ей надоел Курс. Положила пляжное полотенце в сумку — обсудили острую тему всей комнатой. Отыскала крем от загара, которым, скорее всего, не воспользуюсь — к нам подключилась вторая комната. Положила на тумбочку солнезащитные очки, и тут нас позвали на завтрак. Итого на сборы ушло полчаса. Ещё одна загадка лагерной столовой — как можно наестся ломтиком колбасы, кабачковой икрой и склизкой кашей, что нам давали стабильно раз в две недели. Я схватила стакан с тёмной жидкостью и понюхала: — Ох, неужели чай с лимном… — А почему не цикорий? — Лейла расстроенно взмахнула руками. — О да, смена началась не с цикория, — Кайя довольно прищурил глаза и расплылся в улыбке. — Хорошо пройдёт, — кивнул Рутберг. Я залпом влила в себя полстакана еле тёплого напитка — компоты на обед были горячее, чем чай на завтрак, — и отставила стакан. Намазала кусок хлеба полкубика масла, посыпала солью и тут же проглотила. Я к своему удивлению была невероятно голодной, не понимая почему. — Нам давали сонник? — спросила я у Греты. — Не, — она проглотила кашу. — Так вот, чё я есть так хочу, блин, а я думала… — вздохнула я и по привычке процитировала: — А думать не надо, надо жить*. — Она была смешной, — сквозь смех, прикрывая рот рукой, произнесла Видолга. Признаться, какой бы голодной я не была, есть сии шедевры кулинарии не особо-то и хотелось, поэтому на пару с Рубан мы ушли, оставив полнве тарелки. — Мой желудок сейчас схлопнется, — призналась я подруге, поглаживая живот, — но ты б знала, какая я не хочу идти за деньгами, а потом возвращаться в ларёк. — А, — вспомнила Лев, — мне ж это, твои передали еду. О, боги, подумала я, какое счастье, что младший брат Моники поступил в Астро именно в этом году, когда в первый день лагеря я так хотела есть. Когда мы вернулись в домик, то сразу я получила пачку мармеладных червячков, которые поедала жадно, преодолевая боль в чувствительных зубах. — Буишь? — предложила я, и челюсть опять свело. Девушка покачала головой. — Да ты чё, всё об этом Устине думаешь? Ну а как мне ещё? У меня ж Венера в Близнецах, сама знаешь, надо чтоб всегда интересно было. (Моника Рубан: «Что-то они тебе все быстро наскучивают…») Ой, ну а с другой стороны, — я развела руки в стороны, проглотив ещё одного червяка, — бегать за ним, как Лёлик? Ну, тоже не очень — он бегает, она кое-как отшить пытается, а он продолжает. — Что Лёлик? — в комнату вошла Шишканюк. — Ой, а ты только про него и слышишь, — фыркнула я и протянула ей мармелад. — Будешь? Надья, взяв горстку червяков, упала на свою кровать, заинтересованно слушая наш разговор. Я тоже откинулась на изголовье. — А Икар? — парировала Моника. — Ну-у-у, — протянула я, вспоминая Тельца, — там вообще по-другому всё было, и мы общались и гуляли даже. — Я выглянула в дверной проход — моя дверь находилась у двери: — Ика-а-ар! Парень, обернувшись, направился к нам в домик. Телец был противоположностью своего одноклассника Зенона — такой же высокий и худой, но смуглый, зеленоглазый и тёмноволосый. — Приветики, — он сел на мою кровать, и мы обнялись. — Как дела? — спросила я. — Да неплохо, к вам перевожусь в отряд на Курс. (Ия Тетруашвили: «О, нормально. Вместо кого-то?») Вместо Носфера. Я перевела взгляд на Монику. Ни к Носферу, ни к Икару Баце, но Лайне вызывал у неё большее отвращение, так что лицо отобразило облегчение. Заиграл гимн, и мы направились на Плац. Практически весь лагерь уже стоял на аллее, ведущей к нему, и я с соседками сразу отыскала «На месте», стоявший последним. Перед нами стоял отряд Икара — OG. — Вы ж идёте на море? — спросил Антуа у его вожатого Уайлда, учителя-Рака. (Уайлд: «Так весь Старший Дивизион идёт.») — Всё, понял. — С вами идём, получается. — Короче, — блондин устало от бессонной ночи засмеялся, — вы выходите и такие: «Блин, вот бы с «На месте» на море сегодня пойти…» А потом и такие — «Вот и идём сегодня, получается.» — Оба засмеялись, видя в этом нечто смешное, и Антуа крикнул нам: — Дети, де-е-ети! Слышали? Кричим: «Вот и идём сегодня, получается». (Кто-то из отряда: «А по поводу?») Да просто, по приколу. Майями, кривляяся, как не в себя, вызывал отряды и добивал шутками речи Леоны. — Отря-я-я-яд OG! — объявил ведущий, и пионеры, во главе с Уайлдом, вышли, ковыряя носками землю и шаркая подошвами. — Эх, вот бы сегодня с «На месте» на море пойти… — мечтательно произнесли они на громкое «три-четыре» вожатого. — Эм, окей? — Майями вопросительно свёл брови. — Может, «На месте» объяснит, в чём дело? — Вызвав нас, он словил ещё большее недоумение, как и остальные присутсвующие, и сказал: — Уже какие-то локальные шутки, а мы начинаем…