Индикатор кислотности

      Всю дорогу до своего дома Арсений смотрел на зеркало заднего вида, чтобы проверить состояние Антона, который разлегся на сидение и тяжело дышал. До квартиры Попова Шастун несколько раз порывался идти на своих двоих, но сил не было, чтобы долго сопротивляться, и поэтому учитель снова нес мальчишку, подхватив под коленями и за талию. Тот прижался к крепкому телу Арсения и положил голову на плечо, часто дыша тому в шею.       Попов отнес парня в свою комнату, положил на постель, предварительно стянув уличную обувь и куртку, и побежал на кухню за льдом. — Арс…сений Сергеевич… — хрипел шатен. — Я бы справился сам, — Антон сощурил глаза от жжения и подогнул под себя колени, стараясь уменьшить ноющую боль в боках. Но это не помогало. — Я тебя не брошу, даже не смей думать об этом, — Попов сел на колени рядом с кроватью и приложил лед к опухшему глазу. Осторожно рукой он поправил спавшую челку парня и провел по щеке тыльной стороной ладони, как можно нежнее и аккуратнее, но шатен снова сморщился. — Потерпи немножко, лед уменьшит боль, — добавил брюнет и второй рукой стал бережно поглаживать кисть ученика и пальцами перебирать его браслеты. — Спасибо Вам, Арсений Сергеевич, за все… — послышался едва слышный шепот.       Когда уже лед значительно стал таять, Антон заснул; все-таки парень был в нетрезвом состоянии, что даже боль не помешала нахлынувшей усталости. Попов старался, как можно тише передвигаться. Он решил осмотреть торс парня, ведь явно его били ногами. Арсений осторожно снял толстовку, и его взору открылся огромный космос из темно-синих, фиолетовых и слегка желтоватых пятен, но без тех сияющих звезд, которые расстилаются по небу. Лед поздно было уже прикладывать, поэтому биолог просто укутал Антона в теплое одеяло, напоследок проводя рукой по его юному лицу, до сих пор скукоженному от боли. Арсений хотел бы оставить прикосновение своих губ на щеке парня, уже наклонился, но вместо этого просто приложился своим лбом к его, вдыхая запах никотина и перегара. — Что же ты с собой делаешь… — Арсений вышел из комнаты и прошел в гостиную. Была глубокая ночь, и биолог плюхнулся на диван прямо в уличной одежде. Он очень устал, но не физически, а морально, Попов сильно привязался к этому парнишке. — Я никогда не брошу тебя, — почти сквозь сон пробормотал учитель.

***

      Сильная головная боль разбудила Антона. Он распахнул глаза, точнее один, другой открылся лишь узенькой щелкой. Шастун огляделся, вначале не понимая, что происходит. Его окружали незнакомые стены, полки с книгами, большой шкаф во всю стену. Да и кровать, на которой лежал парень, была ему незнакома. Антон посмотрел в сторону панорамного окна, щурясь от яркого света. — Черт, — Шастун непроизвольно замотал головой опрокидываясь назад на подушку, слегка ударяясь о спинку кровати, он вспомнил, где находиться, и как раз в этот момент вчерашние раны дали о себе знать.       Подросток еле поднялся на ноги и оглядел себя с ног до головы в зеркале на шкафу. Верхняя часть тела была практически синяя, а на лице было множество ссадин. Он дотронулся до брови, резко отдёргивая руку.       Антон боялся встретить преподавателя, боялся смотреть ему в глаза, но пришлось пройти на кухню, чтобы выпить воды и избавиться от сильного обезвоживания. Шастун шел вдоль коридора, проводя рукой по гладким панелям. На кухне он выпил целую кружку воды, но и этого показалось мало, головная боль все усиливалась. — Доброе утро, Антош, — в проеме появился Арсений, который слегка улыбался уголками губ и смотрел на него обеспокоенными голубыми глазами. Затем он резко подошел к парню, приподнял лицо за подбородок и стал внимательно изучать его, — Сейчас принесу таблетку, — дыхание Антона внезапно остановилось, будто он забыл как дышать. — Садись, я обработаю тебе раны, — после сказал учитель, держа в руках аптечку. — Больно будет? — Антон послушно сел у барной стойки. — Не больнее, чем было, — усмехался учитель. Он достал перекись и стал бережно прикасаться ватным диском к ранам на лице. Антон шипел от боли и несколько раз пытался отстранить лицо от преподавателя, но тот крепко держал его за подбородок, — Тише, малыш, еще чуть-чуть, — лицо биолога было очень серьёзным и от этого делалось еще более привлекательным, Шастун не задумываясь облизал губы, поджимая их, а внизу живота, что-то приятно закололо. — Спасибо, — сказал парень, когда Арсений закончил свою «работу». Шастун поднялся на ноги и крепко обнял мужчину прижимая к себе. Попов сначала растерялся, а затем обхватил худое тело парня обеими руками, тот заметно расслабился от такого родного (?) тепла, распространяющегося по сосудам всего тела. — Я… наверно домой поеду, — огласил Шастун отстраняясь от мужчины. — Какое домой? Никуда ты не поедешь, — перед фактом поставил его Арсений и добавил. — Пока не поправишься, — Антон не стал ничего отвечать, а просто тепло улыбнулся. — Прими душ пока, а я приготовлю завтрак, одежда лежит на тумбочке в ванной.

***

      Шастун зашёл в указанную комнату, и его взору открылось достаточно просторное помещение: светлая мраморная плитка простилалась по всему полу, огромное зеркало у двух раковин, душевая кабинка и огромное джакузи, о котором Антон мог только и мечтать. Ему бы очень хотелось в нем искупаться, расслабиться и даже понежиться с Арсением Сергеевичем, но парень старался отогнать эти мысли подальше, так как к торсу подступало тянущее ощущение, будто вокруг талии завязывался кнут.       Антон залез в душевую кабинку и выкрутил кран воды, делая её почти кипятком. Вода приятно обволакивала тело, смывая всю грязь. В голове подростка стали появляться желанные картины, как учитель прижал его к холодному стеклу кабинки, держа за горло и нежно выцеловывая его шею, ключицу, а затем переходя и на впалый живот, проходя по каждому ребрышку его ключицы. От таких пошлых мыслей рука Шастуна рефлекторно потянулась вдоль тела, нежно поглаживая шею, а затем спускалась все ниже и ниже, словно это касания биолога. Парень покусывал свои губы, пытаясь не издавать никаких стонов; вскоре рука спустилась до самого чувствительного места и Антон стал медленно проходить по всей длине, задерживаясь на головке члена; он представлял, как учитель дерзко целует его, собственнически пробирается в рот сквозь припухлые губы, переплетая их языки вместе в страстном танце и покусывая его губы. Рука с каждой секундой ускоряла темп, пока возбуждение не дошло до пика своих возможностей. Антон кончил в руку, облегченно вдыхая и издавая едва слышный стон. Вода стекала по его обнаженному тело, смывая последствия утренней и такой желанной дрочки.       Организм окончательно пробудился, и Шастун заметил шампунь с запахом корицы на стеклянной полке: «А вот и источник этого приятного аромата». Парень с излишком выдавил слизеобразную жидкость и стал намыливать свою голову. После всех банных процедур Шастун вытерся специально приготовленным лично для него пушистым полотенцем и оделся в одежду. На нем были спортивки черного цвета и широкая черная футболка. Антон посмотрел в запотевшее зеркало и улыбнулся. На нем была одежда учителя. Одежда Арсения Сергеевича. Одежда человека, в душе которого он дрочил на него же самого. Довольный от своих мыслей подросток вышел из ванной комнаты направляясь на кухню.       У кухонного гарнитура до сих пор готовил Арсений, уже переодетый в такую же домашнюю и уютную одежду. Антон потихоньку пробрался к барной стойке и облокотился на свою руку, уставившись на профиль мужчины. Тот был очень сосредоточен, на шее выступала венка, и скула на щеке сокращалась, показывая еще более сексуальные углы его лица. — Ой, Антош, — вскрикнул Арсений, заметив парня, — Ты чего так тихо зашел? — Да так, за Вами наблюдаю, — смущенно ответил Шастун, а Арсений усмехнулся и поставил на стол полную тарелку блинов. — Не знал, что ты любишь, поэтому вот, — Попов взглянул на влажные волосы парня, подошел вплотную, прислонился к его макушке и вдохнул свежий аромат полной грудью, — Ммм… корица, люблю корицу. — «А я, кажется, Вас», — пронеслось в голове Антона.       Завтрак прошел на славу, они много разговаривали, смеялись, Шастуну пришлось рассказать: где его родители и почему он живет один. А Арсений взамен рассказал откуда же все-таки у него такая тачка. Просто его отец имеет одну огромную фирму, как-то связанную с другими иностранными компаниями, переводчиками и так далее, но учитель не стал вдаваться в подробности и забивать голову парня. А биолог занимает возглавляющую должность в одном из филиалов. — А зачем тогда преподавать пошли? — озвучил возникший вопрос парень. — Мне нравиться вбивать в голову безмозглых подростков умную информацию, — выдал Арсений, попивая чай из своей чашки. — Эй! — вскрикнул Антон. — Ну разве что кроме тебя, так и быть, ты — умный мальчик, — Попов на последних словах провел рукой по кисти парня и подмигнул. Кожа Антона тут же покрылась мурашками, — Не курил и не пил бы только, тогда цены бы тебе не было, — учитель щелкнул пальцами Шастуну по носу и поднялся с места, чтобы убрать чашки в посудомойку. Антон лишь возмущенно взглянул в лицо мужчины, в голубых глазах которого играли искры.       Днем Арсений Сергеевич уехал по делам в компанию, а Антон сидел в комнате преподавателя переписываясь с друзьями в их общей беседе, где было уже несколько сообщений. Матвиенко: Антон, напиши, когда проснешься Позов: Все нормально? Ты жив? Антон, ответь!!! Или мы приедем

Шастун:

Все хорошо, я жив, Попов меня не убил. Он не педофил

Наверное

Позов: Как ты себя чувствуешь?

Шастун:

Сойдет

Позов: Супер

Шастун:

Но

Кажется, я — гей.

Матвиенко: Чтооооооо Позов: Давно?!

Шастун:

Только что

Я дрочил

Матвиенко: Дрочить — это нормально)

Шастун:

На Арсения Сергеевича…

Позов: БЛЯТЬ

Шастун:

Я не знаю, что делать?

Позов: Тебе он нравится?

Шастун:

Думаю… да

Точно да

Матвиенко: Тогда вали и еби

Шастун:

Пиздец, это самый лучший совет в моей жизни

Обязательно воспользуюсь на днях

Позов: А ты попробуй, не знаю, там обнять его, поцеловать Может он тоже пидор

Шастун:

Идите вы нахуй

Как ебать, то вы всегда посоветуете, как надо делать

А как нужна реальная помощь, то все пиздец

      Антон бросил телефон на другую сторону кровати и стал разглядывать потолок, размышляя над всей ситуацией. Может реально взять и засосать? А то в последнее время Шастуну постоянно сниться Арсений. Сначала это были милые прогулочки вдоль сада, походы в кино, а затем это как-то плавно перешло в конкретную еблю, отчего Антон просыпался в холодном поту со знатным стояком. Нужно действовать, но как? Попов вряд ли гей, а тем более он не будет возиться с маленьким мальчиком, который даже удовлетворить нормально не сможет.