Индикатор кислотности

      Утро подростка началось не с того, что лучи солнца попадали на глаза, вынуждая жмурится, а с того, что кто-то толкал его в бок, вынуждая открыть глаза и проснуться. — Антон, — раздалось над ухом. — Вставай, — добавил Арсений Сергеевич и отошел к своей кровати. Шастун потянулся к телефону, чтобы посмотреть на время. Было около 7 утра. — Еще же так рано, — измученно сказал подросток и снова отвернулся к окну, накрываясь одеялом. — Завтрак только в 9 начинается. — Ничего не знаю, Шастун, — биолог снова подошел к парню и принялся стягивать с того одеяло, — Сейчас мы с тобой будем увлекательно проводить время. — Всмысле? — Антон резко вскочил с кровати, попутно сдувая волнистую челку с лица. Арсений лишь усмехнулся и сел на свою кровать. — Будем повторять проект, — он закинул ногу на ногу и как бы с высока стал смотреть на подростка. — Ну уж нет, — заявил парень и снова плюхнулся в постель, чудом не задевая головой спинку кровати. — Иди умывайся, я жду тебя через 10 минут, — видимо, мужчина все решил и просто констатировал факт, а затем вообще уставился в телефон, что-то печатая. — Время уже идет.       Антону ничего не оставалось, как выполнять эти «приказы». Шастун с разочарованными вздохами опустил ноги на пол и поднял свою тушу вместе с одеялом. Чуть не запнувшись о края, парень направился в ванную, а одеяло напрочь упало с кровати. Шастун цокнул, показывая все своё недовольство, и захлопнул за собой дверь.       Повторять материал совершенно не хотелось, тем более он уверен в себе, он все знает. Подвести может только волнение. Но с биологом не поспоришь, тем более Антон уже окончательно проснулся и заново не уснет. Холодная вода еще больше пробуждала парня, она словно придавала сил для сложного дня, ведь сегодня не только защита проекта в первой половине, но еще и прогулка-экскурсия по набережной.       Антон, зевая, вышел из ванной. Арсений продолжал ждать его все в той же позе, листая телефон, а одеяло теперь лежало не на полу, как его оставил парень, а на кровати. «Видимо поднял». Шастун снова плюхнулся на постель лицом вниз. — Эй, — окликнул его Попов. — Всё-всё, уже встаю, — Антону так и пришлось несколько раз прогнать весь материал. Он ходил от одной стены к другой, пока произносил текст. — Антон, — Арсений привлек его внимание к себе. — Хватит мельтешить, глаза уже болят. — Я волнуюсь, не могу стоять на одном месте, — парень вздохнул и сел на свою кровать. — Там людей будет много. — Тогда смотри на меня, — Попов улыбнулся. — Ну уж нет, — что уж тут говорить, но Шастун никак не хотел смотреть на биолога. Он не хотел опять тонуть в его глазах. Так еще больше запутается, запнется, может и в обморок упадет. — Ну… — Попов протянул и посмотрел на часы. — Смотри на своего парня, — Антон хотел снова возразить, но не успел. — Ладно, хватит с тебя, пошли на завтрак.

***

      Ждать начала защиты проектов было не выносимо. Кто-то ходил туда-сюда, нервно повторял доклады, а кто-то галдел со знакомыми. Антону было уж слишком скучно, и он решил пообщаться с друзьями.

Шастун:

Че, пидорасы, как жизнь?

Матвиенко: Это что за человек к нам пожаловал? не писал, не звонил

Шастун:

А сами то что не позвонили???

Раз такие умные

Позов: Мы не хотели отвлекать У тебя же проект Матвиенко: Кст как там с ним обстоят дела?

Шастун:

Да все путем. Попов заставил прогнать весь проект утром

Так что все норм должно быть

Вы то как?

Позов: Без тебя не то Матвиенко: Ахуел, Поз? А меня тебе что, мало?

Шастун:

Ладно, вы там разбирайтесь, кто без кого не может

Потом отпишусь

      Уже началась защита проектов, ученики, которых было немалое количество, сидели, как оказалось, в одном зале, а выступление проходило в другом. Комиссия состояла из представителей разных университетов Москвы и Санкт-Петербурга. Победа в данном конкурсе — или призерство — давало нехилое преимущество в поступлении в университет. Антон был уверен в своем проекте как никогда, но не был гением, как некоторые из присутствующих, поэтому это сказывалось на психике подростка и его нервах. Кроме комиссии на задних рядах должны были сидеть руководители проектов, а это значит, Арсений Сергеевич будет там. Шастун никак не может его подвести, ведь не только Антон, но и биолог усердно занимались им большое количество времени. И это время не должно было пропасть зря — для подростка оно и не пропадет, проводить его с Арсением было в одно удовольствие, но мужчина будет разочарован в парне.       Очередь дошла до парня. Когда тот заходил в аудиторию, его всего трясло, руки стали холодными, да и вообще холодный поток прошёлся по всему телу. Начав свое выступление неуверенным голосов и трясущимися руками, Антон думал, что все потеряно, и вообще он зря сюда сунулся. Шастун во время своей речи решал смотреть на стену в конце зала, чтобы не видеть людей, уставивших свой взор прямо на парня, но, направляя свои глаза на неё, Антон заметил Арсения. Тот слабо кивнул ему, мол «я с тобой, все хорошо». Внезапно парень почувствовал в себе силы, расправил плечи, его речь стала увереннее, а ладони перестали потеть. Здесь как будто остались только они вдвоем, словно шатен рассказывал ему тему в отеле, как недавно утром. Попов слегка улыбался, смотря прямо в его глаза. Антон не видел цвет радужки мужчины, но знал, что она прекрасного голубого оттенка.        В оставшееся время до прогулки они особо не пересекались — Попов был занят всякими организационными моментами, а Шастун общался с ребятами из школы, они обсуждали прошедшее событие.

***

      Автобус высадил ребят прямо у набережной, где и планировалась их прогулка. Немного морозило, дул холодный ветер. Девчонки фотографировали себя, других присутствующих и пейзажи города. Пацаны разделились по компаниям, кто-то просто сидел и деградировал в телефоне, кто-то кидался таявшим снегом. А к Антону тем временем подошел Кирилл. — Антох, я все придумал, — парень подошел ближе и приобнял за плечи. — Опять? — Шастун уже и забыл про их договор. — Выкладывай. — Сейчас мы с тобой будем ходить за ручку. И… — он немного притормозил. — Есть еще кое-что, но это уже уровень хард, — тот засмеялся от лица Антона, который негодовал от нового друга. — Да блять, давай уже. — Мы должны поцеловаться, — сказал тот и заулыбался во все свои зубы. — Нет, — резко отрезал Шастун и подошёл к перилам, облокотившись. — Почему? — Черняков прижался почти в плотную, видимо увидел рядом биолога и сразу решил немного воплотить в жизнь их любовную историю. — Ну блять, я так не могу, — шатен уже хотел достать пачку кента и закурить, но тоже увидел мужчину и не рискнул.

— Да че ты как малолетка ломаешься, — видимо, Кирилл немного был на взводе. — В этом ничего такого нет. Подумаешь, поцеловались. Не трахаться же я тебя зову, — тут Антон резко оттолкнулся от поручней и впечатал в них беловолосого, придерживая его за куртку, чтобы тот не упал и не утянул парня с собой. Его губы соприкоснулись с губами Кирилла, Шастун пытался отразить в поцелуе хоть какие-то чувства, пытался передать их парню, но увы, необходимых для поцелуя чувств в Антоне не было, поэтому он получился сухим и не очень долгим, — Вот это я понимаю, — спустя некоторое время произнёс ошарашенный друг, отходя от произошедшего, — Но целуешься ты так себе. — Я и не старался, — Антон заметил, что биолог все это видел. Тот сжал руки в кулак, на его лице отражалась какая-то толи злость, толи неприязнь. Шастун не успел понять, как мужчина позвал всех в автобус: пора было выдвигаться обратно в отель.

***

      Сразу после ужина Шастун и некоторые из ребят отправились в комнату Кирилла и Володи, его соседа, чтобы отдохнуть. Некоторым из присутствующих уже было восемнадцать лет, поэтому стол, можно сказать, ломился от алкоголя. — Я ему говорила, что это он должен был платить, — Юля, девочка с черным каре, беседовала с подругой об очередном хахале. — А он такой, нихуя подобного, ты представляешь? — Бедненькая, как его земля носит, — собеседница погладила её по голове и потянулась к своей бутылке ягодного пива.       В их компании были две эти барышни, которые сидели на кровати, и парни, усевшиеся на пол около окна. Антон сидел прямо на подоконнике у приоткрытого окна, чтобы запах табака уходил на улицу. — Антон, — из раздумий шатена вызвал голос Кирилла, — Я думаю, ты должен ему признаться. — Кто? Кому? — подал голос Володя, который был совершенно не в теме происходящего. — Да никому, — Шастун фыркнул, выкинул окурок и закрыл форточку, — Это нереально Кирь, ты видел его вообще? — Антон выставил руки в удивленном жесте и облокотился на свои колени, — Он еще и препод, — уже тише, себе под нос, добавил парень. — А ты себя ты видел? — Черняков встал с колен и присел рядом с другом, обнимая за плечи, — Не попробуешь… — Не попробуешь, — завершил цитату Кирилла Антон и усмехнулся, а тот толкнул его в плечо.       Время их прощания было довольно позднее, к тому же Шастун ушёл чуть раньше остальных. Не торопливой походкой проходя по коридору, Антон пытался напечатать друзьям, что все в порядке, ведь он обещал. Что уж там получилось, парень узнает утром, потому что в глаза чуть ли не двоится.       Подросток пытался провернуть ключ, чтобы отпереть дверь, но замок никак не поддавался, она уже была не закрыта. Как можно тише Шастун пытался пробраться к кровати, но как только он вышел из-за угла коридора, он увидел в темноте свет от телефона учителя. Тот не спал, а сидел в нем. — Арсени Сергеич? — опешил парень, будто впервые его видит, — Вы что не спите? — он застыл у стены, облокотившись. — А как по-твоему я должен спать, — мужчина встал с постели и подошёл к ученику, — когда ты, Антон — он направил свой палец прямо в грудь Шастуна, — шляешься черт знает где! — он не кричал, но говорил достаточно громко. — Я… — начал парень, но его перебили. — Ты что пьян? — Попов приблизился, — Дыхни, — из его уст, это был, как приказ, хотя по внешнему виду подростка, и так уже все понятно. В голове Антона это «дыхни» прозвучало, как «подойди и засоси меня». Шаст прикусил свою губу и посмотрел на мужчину, еще больше облизываясь. Он стал приближаться, а потом, пока учитель еще не догадался, прикоснулся своими губами к его. Для Антона это соприкосновение длилось вечно, а на деле всего пару секунд, — Что ты, чёрт возьми, делаешь? — Попов оттолкнул парня от себя, а другой рукой прижал место поцелуя. — Арсений… — Шастун продолжал сопротивляться, он тянулся к нему снова. — Я тебя люблю, — это признание было каким-то жалким из пьяных уст. — Шастун, кто дал тебе право переходить на «ты», — казалось, учитель был в ярости. — Да и вообще иди спать, — он попытался отвести подростка к кровати, но тот плюхнулся на постель биолога, — А, чёрт, ладно, завтра поговорим.       Для Арсения эта ситуация стала полнейшим шоком, он не ожидал от подростка такого, хотя в тайне мечтал быть ближе с мальчишкой. Попов накрыл его одеялом, ведь ночью становилось достаточно холодно, и лег на кровать парня, вдыхая его запах от подушки.