Индикатор кислотности

Сердце камнем упало на пол Запах рвоты, кровь на губах Ты сидел в тишине и плакал Твоя жизнь превращалась в рай

      Голова зудела, горло сушило, а желудок выворачивало наружу. Классические ощущения после удачной пьянки. Именно с такими чувствами в организме проснулся Антон. — Чёрт, — прорычал парень, проводя ладонью по своему лицу. — Ммм… Где этот зелёный, — в комнате никого не было, лишь голые стены, которые вдруг напомнили ему его одинокую квартиру. Подросток встал, а точнее сполз с кровати и вдруг резко — насколько это возможно — рванул в уборную.       Шастун приложился к унитазу, его рвало непереработанным алкоголем, желудок и печень подростка не привыкли справляться с таким количеством. «Арсений… Я тебя люблю». Антона словно пробило электричеством насквозь, задевая все нервные клетки. Моменты вчерашней ночи всплывали флешбеками в глазах. Неужели он посмел признаться ему? Посмел раскрыть свою тайну? В глазах стало мутнеть, голова стала кружиться. Антон достал из аптечки, привезенной из дома, одноразовую бритву. Парень не резался уже очень давно, он обещал себе остановиться, он смог, но сейчас его тело не слушалось. Где-то в голове произносилось: «Антон, не надо», «только не опять», «ты можешь не остановиться». Вынув новенькое лезвие из оков, парень перевел глаза на своё уже изрезанное запястье, сжал кулак и провел один раз. Недостаточно. Шастун усмехнулся своим мыслям, мол ты разучился это делать. Подросток стал проводить лезвием по коже ни один раз, пошла кровь. Она стекала на белый кафель и стала образовывать маленькие лужицы. — Сука, почему… — на левом запястье уже не оставалось места, поэтому парень переместил лезвие в эту же руку, чтобы начать калечить другую, но она не слушалась, в ней было мало сил. — блять, — Антон задрал штанину, насколько позволяла одежда, и сделала один неглубокий, но длинный порез от ступни почти до колена. Послышался щелчок замка. — Антон, ты ещё спишь? — мужчина зашёл в комнату, но не обнаружил подростка. Поставив пакеты на пол, он услышал едва слышные всхлипы из ванной, — Антон? — Попов аккуратно заглянул, — Что… Антон… Нет… — он не хотел верить. Арсений бросился к парню. Откинул лезвие из рук подростка и посмотрел в зеленые глаза. — Все нормально, не волнуйтесь, — голова всё еще кружилась толи от потери крови, толи все еще от алкоголя. — Это ты называешь всё нормально, Антон? — вдруг Арсений закричал на него. — Ты, блять, обещал мне, говорил, что не режешься! — мужчина достал перекись и начал обрабатывать порезы. — Почему? — он остановился, сам понимал возможную причину и хотел снова посмотреть в измученные глаза подростка, но тот даже головы не мог удержать.       Учитель поднял его на руки и отнёс в главную комнату, усаживая на кровать, что была ближе. Сам же снова отошёл, чтобы найти бинт.       Он бережно взял израненную руку и стал бинтовать её, пытаясь вспомнить уроки по первой помощи в универе, но снова услышал всхлипы парня. — Антош, тише, тшш, — он прижал к себе мальчишку и стал поглаживать по лохматой голове, — всё будет хорошо, мы во всём обязательно разберёмся, — Арсений почувствовал, как подросток положил здоровую руку на его спину и крепко сжал ткань толстовки. — Правда? — он отстранился и посмотрел в глаза биолога с надеждой на понимание и принятие. — Конечно, — мужчина пытался улыбнуться, чтобы как-то разбавить момент. — Но сначала я обработаю твою ножку, — Шастун выпрямил её, помогая мужчине, а тот полил небольшим количеством перекиси, — Знаешь что? — не дожидаясь ответа, Арсений продолжил, — После обеда мы едем домой, ты можешь сесть ко мне и мы все обсудим, окей? — Хорошо, — согласился парень. — Вот и славно, — Арсений щёлкнул его по носу, принимаясь убрать бардак, — Антон, я могу тебя оставить сейчас? — Да, я не маленький, — парень уже успокоился и вернул своё истинное обличье. — Я заметил, но всё же? — Да-да, я не буду себя убивать, — Шастун пересел на свою кровать, чтобы начать складывать свои вещи в рюкзак, — И не собирался. — А, забыл, — Попов подошёл к кровати и взял оставленный пакет, опустив на тумбочку, — Ты пропустил завтрак, так что я купил тут тебе кое-что, поешь. А я пойду по делам, — Шастун кивнул, и повисла неловкая пауза. Арсений также кивнул, не понятно зачем, и ушёл.       Посидев несколько минут и просверлив пол своим взглядом, подросток залез в пакет. Там он обнаружил пару сэндвичей и пакетиков кофе, который можно было заварить прямо в комнате, так как стоял кулер. Пока он завтракал, то размышлял над произошедшим. Что дальше делать и как вообще существовать? Помимо всей этой сральни впереди еще экзамены. Шастун к ним, конечно, готовился до поездки, но сейчас не знал, как с этим справиться. В мыслях только Арсений, его учитель, репетитор и ахуеть какой сексуальный и красивый человек.

***

      На обратной дороге парни — в лице Антона и Кирилла — планировали также ехать вместе, но когда Шастун рассказал другу о случившемся, упустив, конечно, пару моментов, то парень пожелал ему удачи и прошёл в автобус одним из первых, оставив Шастуна на улице. — Антон, — Арсений окликнул парня, — заходь, — и пропустил парнишку вперед.       Так как учитель сидел впереди автобуса, то и Антону соответственно также пришлось там сесть. Он расположился у окна, чтобы во время поездки смотреть в него и слушать грустную музыку. Только Шастун хотел заткнуть уши шумным устройство, как его прервали. — Стоп, — Попов плюхнулся рядом на кресло, — Мы собирались поговорить, — автобус тронулся, когда учитель подал знак, что все пересчитаны и готовы. — Ладно, — парень убрал наушники и телефон обратно в карман. Его трясло от предстоящего разговора, он не знал, как реагировать и что говорить, как себя вести и что делать. Подросток надеялся, что мужчина возьмёт разговор в свои руки. — Ты говорил, что у тебя был друг, — Попов старался как можно аккуратнее начать, хотя сам не понимал, как правильно выстроить нить их разговора и не навредить еще больше, — и… — И суициднулся, да, — вклинился Антон, но заметив, что биолог не продолжает, продолжил. — В прошлой школе это был мой единственный друг, да и вообще по жизни, — Шастун смотрел в окно и продолжал говорить, — но потом у него обнаружили рак, он очень мучился и в один прекрасный день умер от потери крови, — парень посмотрел в глаза учителя, — во мне что-то переклиняло, и я так же стал глушить боль, когда появлялись проблемы, вот и всё, — он развёл руки в стороны. Попов положил свою руку на плечо парня и некрепко сжал. — Спасибо, что доверяешь мне. Но… — он не знал, как перейти с самой тревожной для него теме. — Ты понимаешь, что так неправильно? — Как так? — шатен с понимание посмотрел на Арсения. — Неправильно, когда учитель и ученик вместе, никто не поймёт. — Я вам нравлюсь? — осмелился спросить Антон, выдавливая из себя каждое слово. Молчание затянулось, и в отчаянии парень отвернул голову обратно к окну, вздохнув. — Да, Антон, — спустя целый пять минут биолог решился на эти слова. В его голове хуева туча сомнений. Так быть не должно, это даже незаконно, педофилия, все дела. — Тогда не вижу проблем, — отчеканил парень, не отрываясь от движущейся дороги. — Ты придёшь ко мне готовиться к экзаменам? — перевёл тему мужчина. — Приду, — учитель улыбнулся, он надеялся на такой ответ. К этому времени он всё обдумает, надеется, что обдумает. — А как же Кирилл? Вы встречаетесь? — спустя половину их поездки спросил биолог. — Я видел, как ты его поцеловал. — Я его бросил, он еблан, — ответил Антон первое, что пришло в голову, за что и получил по загривку, на что Шастун лишь промычал «эй».       Почти всю оставшуюся дорогу они ехали молча, лишь изредка перебрасывались парой фраз об учёбе.       Когда автобус приехал к месту высадки, большинство ребят встречали родители на машинах, либо же на такси. Антона же встречать некому, поэтому он также собирался заказать машину. — Давай я тебя подвезу, — Арсений подошёл сзади и заглянул в телефон подростка, замечая приложение такси. — Пошли, отказы не принимаются, — и направился к своему автомобилю, который стоял недалеко на платной стоянке. Шастуну лишь пришлось последовать за машиной.       В салоне приятно пахло, то ли дорогой обувкой, толи от специальной ароматной штуки, которые вещают автолюбители. Шастун закинул рюкзак на заднее сиденье, а сам поудобнее устроился, положил предплечье на подлокотник. Арсений усмехнулся, заметив довольное лицо подростка, и завёл машину, которая слегка зарычала, от долго нахождения на холоде.       Машина подъехала прямо к подъезду парня, и пора было прощаться с учителем. — Чай? — Антон посмотрел на Арсения Сергеевича, уже осознавая ответ. Тот положил свою ладонь на колено мальчишки, слегка сжимая. От таких действий по Шастуну пробежали мурашки, он посмотрел на руку преподавателя, которая была покрыта мелкими венами и сглотнул выделившуюся слюну. — Пока, Антон, — мужчина улыбнулся ему обворожительно и убрал руку. Шастун открыл дверь, выставил ногу и кинул последний взгляд на биолога. — До свидания, Арсений Сергеевич.        Дверь захлопнулась, и автомобиль уехал со двора, оставляя на снежной дороге протектор шин. Шастун закурил сигарету, немного постояв у подъезда, и зашёл внутрь дома.

***

      Антон сидел на подоконнике в своей квартире и снова курил, выпуская дым на улицу через форточку. Уже завтра необходимо было идти в школу, но он был освобожден от домашнего задания, так как был в поездке. Поэтому парень дозволил себе расслабиться, хотя это получалось с трудом: он обдумывал слова учителя. «Неужели я ему нравлюсь», «значит ли это, что мы можем быть вместе?». Его отвлёк звук уведомления. Матвиенко: Давайте после школы у меня соберемся? Отметим защиту проекта Позов: Я за!

Шастун:

Давайте без меня

Матвиенко: Не понял

Шастун:

Когда в последний раз я набухался, то всё пошло по пизде

Позов: Что случилось?       Тайн от друзей Антон не имел, но говорить о подобном не очень хотелось. Шаст понимал, что всё равно скрывать это не сможет.

Шастун:

Я не сдержался и снова порезался…

Позов: Блять Нам приехать? Матвиенко: Я думал, всё в прошлом

Шастун:

Да, но по другой причине

Если кратко, то я засосал Попова

Матвиенко: Поздравляем? Позов: Я в ахуе

Шастун:

Ну он признался, что я ему нравлюсь

Вроде как

Матвиенко: Тогда чего ты трясёшься? всё же норм

Шастун:

Вдруг он пиздит?

Позов: Сергеич и пиздит? Не думаю Матвиенко: А ты еще раз засоси и узнаешь наверняка

Шастун:

всё, я ушёл

идите нахуй

И ушёл из сети. Матвиенко: Поз, вот скажи мне, он нормальный? Позов: Определённо, нет