«-Братик, могу ли я любить тебя?»

Ожидаемо, но очень быстро, наступило Рождество, звук ударов бокалов, и звук шампанского, которое отец разливал всем, он встал изо стола, держа бокал в своей руке, он точно готовил какую-то нудную речь. Он аккуратно постучал по бокалу и сказал: —У меня есть новость, я буду рад если вы послушаете меня очень внимательно.. Эти слова насторожили меня, он чётко смотрел мне в глаза, когда говорил это, будто хотел, чтобы я испугался, хотел подчинить меня своей воли, но я не сдамся. Чарли перестал улыбаться, и немного нервно сжал ладони в кулаки, держа их на джинсах. Мама и Мари тоже заметно занервничали, будто чувствовали, что в скором времени случиться что-то страшное. —Мне бы хотел, чтобы в любой момент, когда мне будет угодно, вы - Мари, Ник и Чарли были ответственными за компанию. Ведь вы мои дети, потому и должны унаследовать семейный бизнес! — отец слегка улыбнулся и продолжил свою речь, держа уже пустой бокал шампанского в руке. —Вас трое, поэтому я поделил компанию на три части: самую большую, что находится в Сан-Франциско - я отдам Нику. Менее значимый филиал, который находится в Японии, я решил отдать Мари, она с детства учила японский, ей будет легче. И самый маленький филиал, что находится в Париже, я решил отдать Чарли. Так что, после Рождества, Мари и Чарли уедут обратно в Японию и Париж, продолжать там своё обучение под надзором охраны, что я выставил за ними. Отец улыбнулся ещё шире и сел обратно на своё место, открыто чувствуя контроль над своими детьми, в этот момент я посмотрел на Чарли и Мари, в их глазах можно было прочесть, что они не хотят уезжать, что они хотят остаться здесь, я готов был отдать всё, чтобы уехать вместо них. Моей злости не было предела, я уже хотел было встать, но Чарли опередил меня, он резко вскочил изо стола: —Я не хочу туда возвращаться! Там плохо и одиноко, нет друзей, не с кем общаться, я хочу остаться здесь! Здесь мой дом, моя семья! Я не готов к одиночеству, я не смогу.. —Сядь на место и не устраивай концерты, как твой старший брат. Не смей мне перечить, будет так, как я сказал, и точка! — отец мельком взглянул на Чарли, словно это был не его ребёнок, а вещь для удобства использования. —Но... — Чарли хотел возразить, но отец остановил его, он быстро поднялся со своего места во главе стола. Было видно, что сейчас начнётся скандал. —Ты не понимаешь?! Я сказал: "сядь на место"! Или в твоей глупой голове нет места для уважения людей, что старше тебя?! Будет так, как я сказал, хочешь ты или нет - поэтому замолчи и делай вид что рад, ведь скоро ты уедешь и больше не сможешь за себя решать, ведь кроме как к своему любимому отцу, тебе не к кому будет обратиться, сопляк! — отец запустил рядом с Чарли бокал, он разбился о стену, и я чудом, сумел резко усадить брата на стул, чтобы тот не поранился, он опустил голову и молча кивнул. На поведение отца сказались несколько бокалов вина, которые он выпил ранее. Я понял, что, если не вмешаюсь, смогу потерять близких мне людей навсегда, я медленно встал со своего места. —Ну вообще-то, он может обратиться ко мне, и я помогу, я выслушаю его, я буду рядом, в отличии от тебя. Он просто высказал своё мнение, а я выскажу своё! Я не буду работать в твоей фирме, Мари тоже не будет. Никто не будет! — мне пришлось сжать кулаки, дабы не устроить драку. Отец допил пятый бокал вина, он поставил его на стол и противно с хрипом рассмеялся. —Ты прям как в детстве, всегда за него заступался, ублюдок.. Он виноват и должен нести наказание! Он решил перечить мне, я научу его манерам. Вас всех научу.. Научу, как слушаться главу семьи! — было понятно, что это конец нашей спокойной жизни, но я был не против. Отец направился в сторону сидящего в испуге Чарли, я увидел, как мама притянула Мари за руку к себе, она прикрыла собой испуганную дочь. Отец глазами искал, то чем можно было бы "преподать урок" Чарли. И, к несчастью, наконец нашёл - это оказалась его старая клюшка для гольфа, он подходил к Чарли всё ближе и ближе, и вот, наконец оказавшись за его спиной, он замахнулся, но я успел оттолкнуть Чарли в сторону и принять первый удар на себя. Он тут же повалил меня, наступив ногой на мою руку, он больно надавил на неё. Мне вспомнилось детство, как я защищал Чарли и Мари, принимал удары пьяного отца на себя, как мне было больно, и с каждым разом на мне оставалось всё больше синяков. Но именно это и закалило меня, сейчас мне уже не было больно, но и сказать, что было приятно, я тоже не могу. Отец продолжал бить меня, а я молча ждал, пока он успокоиться, будто принял факт того, что я его игрушка. Старик что-то бормотал, и я заметил, как Чарли стал подходить ко мне, тогда я отмахнулся от него рукой, он тут же остановился на месте. —Что!? Тоже захотел, сукин сын?! — воскликнул отец, я понял, что ему надоело бить меня, когда я перестал чувствовать на своей спине удары, то я понял, что он замахнулся на Чарли. Тогда я уже не мог сдерживаться, бешеная злость закрутилась роем в моей голове и как только отец отошёл от меня, я тут же схватил его ноги, повалив того на пол. Отец попытался замахнуться и ударить, но я был быстрее, выхватив его клюшку из рук, он беспомощно замахнулся на меня, но я со всей силы ударил кулаком по его лицу, и он тут же откинул голову на пол, опустив руки. Из его носа пошла кровь. У меня не было сострадания к этому человеку, наоборот, я бы с удовольствием нанёс ещё пару таких ударов по его наглой морде. Я встал с пола, немного шатаясь. Подобрав клюшку, я сломал её пополам, и отбросил в сторону отца. Он дышал, просто не двигался, наверное ждал, пока кто-то из нас решит помочь, но все просто стояли в стороне и смотрели, как из его носа текла алая кровь. Он это заслужил. Наконец, он смог хоть что-то выдавить из себя —Убирайтесь.. Прочь из этого дома, неблагодарные сволочи! Что б вас настигли одни беды и несчастья.. Мама закрыла рот руками, я заметил, как она начала плакать. Я понимал её, ведь им некуда было идти. Отец встал с пола и тут же сел за стол, налив себе вина, он продолжил пить. Я медленно показал головой на выход, и мы все аккуратно стали удалятся из столовой, но нас остановил глава семьи, который, громко ударив бокалом о стол, обратил наше внимание на него: —Можете собрать свои вещи, и поскорее убираться из моего дома. Но когда вы мне будете нужны, даже не сомневайтесь, что я вас обязательно найду... Отец продолжил заливать в свою глотку вино, я кивнул, и мама побежала наверх собирать свои вещи, так же сделали Мари и Чарли. На удивление, они быстро справились и спустились вниз. Мы все надели свои зимние куртки и сапоги и тут же вышли из дома. Я помог родным погрузить вещи в свою машину, и как только все сели – мы отъехали от дома. Мама сидела рядом со мной, а брат с сестрой, находились на задних сидениях, Мари писала кому-то, Чарли молча смотрел в окно, а мама была в диком отчаяние, и я решил немного разбавить атмосферу: —Может, заскочим в какой-нибудь ресторан по дороге? Деньги есть. Что думаете? —Простите меня.. — неожиданно выдавила мама, я заметил, как она перебирала в руках своё платье и сдерживалась, чтобы не заплакать. —Я должна была раньше уйти от вашего отца, должна была забрать вас и сбежать.. —Хорошо, что ты понимаешь, что всё это было глупой ошибкой. Почему же ты раньше не сделала этого? — спросила Мари, но мама молчала, тогда сестра придвинулась чуть ближе к ней. —Почему ты разрешала ему так обращаться с нами?! —Успокойся.. — более не имея сил скрывать правду, выпалил я. —Это именно я все годы не давал маме уйти, я пообещал, что буду защищать вас. Я сдерживал своё обещание, так что она здесь ни при чём. Вам с Чарли нужно было образование, хорошая еда и дом. Поэтому я решил, что вам будет лучше оставаться с отцом, но я всегда был готов в любой момент вас забрать.. Повисла тишина, я наконец признался им и мне стало легче на душе, словно я отпустил все те страшные годы своей жизни. Не знаю, был-ли я прав, что так поступил с ними, но они хотя-бы жили в достатке и им хватало любви матери и меня. Хоть я и принимал на себя все удары судьбы, рядом со своей семьёй, я чувствовал себя самым счастливым человеком на свете. —Давай в тот ресторан около магазина с цветами и пекарней через дорогу.. — наконец проговорила Мари. Я тут же понял, что это было за место. Там мы впервые отмечали седьмое день рождения Чарли. Я свернул на нужную улицу. И хотя нас выгнали из дома, вычеркнули из семьи и богатой жизни, я широко улыбался, потому что наконец-то чувствовал свободу, наверное, тогда я думал, что это был один из лучших дней в моей жизни.