100 дней чтобы принять себя

От Игоря. Утро следующего дня встретило меня щебетанием птиц и тёплыми лучами солнца. Сегодня я проснулся с хорошим настроением. Почему-то я был рад, что снова увижу его... Мало того, едва я проснулся, мои мысли сразу же вернулись к этому парню. Вспомнилось его лицо — пронзительные карие глаза, которые, казалось, смотрели сквозь меня, смуглая кожа и смоляные волосы, давно не видевшие парикмахера, а потому отросшей чёлкой прикрывающие один глаз. Парень достаточно высокий. Наверное, где–то сто восемьдесят сантиметров — не меньше, так как, пересекаясь с ним на переменах, мне приходилось задирать голову, чтобы взглянуть на него. А взглянуть, хотя бы украдкой, хотелось всегда. И даже сейчас хочется снова встретиться с его взглядом… — Так всё, хватит о нём думать, надо собираться в школу, — я нервно дёрнул головой, чтобы отогнать видение. После этих слов я рванул в ванную и принял прохладный душ, после чего быстро переоделся, позавтракал, взял портфель и пошёл вниз к Александру, который отвезёт меня в школу. — Здравствуйте, выбирайте, на чём сегодня поедем, — сказал водитель, как обычно, с вежливой улыбкой. — Привет давай на Ferrari, хочу с ветерком, — ответил я. Сегодня мне захотелось покрасоваться, или просто немного выпендриться. До школы мы доехали быстро (ещё бы медленно). Выходя из машины и уже направляясь в саму школу, увидел его, Глеба. Заметив меня, он тут же подошёл, да–да... подошёл ко мне. — Чё, тачку на прокат взял?! Решил понтануться? — спросил он напрямую, попутно протягивая мне руку для приветствия. — И вообще, как тебя зовут–то? Я ни хрена не запомнил вчера. — Во–первых, привет, — ответил я, пожимая протянутую руку. — Во–вторых, меня зовут Игорь. А тебя? — Меня — Глеб. Так тачка откуда? — снова задал он вопрос. — Ну… У моей семьи крупный бизнес, и это одна из наших машин, — стараясь не выглядеть слишком высокомерным, отвечал ему я. Выслушав мой ответ, Глеб хотел ещё что-то сказать, но прозвенел звонок, и мы пошли в класс. Первым уроком был классный час, и учительница сделала нам объявление: — И так ребята, скоро у нас выездной день. Есть предложения, куда можно поехать? Класс затих — все усиленно придумывали, куда же можно поехать в предпоследнюю совместную с классом поездку. Я сидел и думал вместе со всеми, но тут вдруг вспомнил… — Я предлагаю поехать в Питер — там будет лазерное супер—шоу, и ещё масштабное файер–шоу. Многие туда очень хотят попасть, — предложил я. — Но это на неделю, выпадает как раз на каникулы. Правда, стоимость пятнадцать штук, но оно того, реально, стоит. Предоставляется мини–отель с отдельными номерами и питание. Будет классно. Сначала в классе воцарилась тишина, но потом все осмыслили сказанное и тут же загорелись желанием. Деньги, конечно же, не маленькие, но предки вполне могут выделить такую сумму для обожаемых чад. Класс начал поддерживать мою идею: «Да давайте, это предпоследний год вместе… Представьте какие эмоции…» Глеб же всё это время сидел молча. Наконец, он вздохнул и тихо сказал: — Пффф! Конечно, ты это предлагаешь, потому что у тебя богатенькие родители. Как ты ещё на Бали слетать не предложил?! Не у всех есть возможность.... Учительница хотела замять этот конфликт, чтобы не портить настроение всем ученикам. Ведь недовольным остался только Глеб, остальные уже загорелись идеей поездки и активно обсуждали предстоящие развлечения. — Ребята, я так понимаю, все едут? Кроме Глеба? — натянуто улыбаясь, сказала учительница. Я не понял прикола. То есть? Как это «кроме Глеба»? И прежде, чем я успел сориентироваться и заткнуться, мой язык уже выдал: — А почему Глеб не едет? И тут все неловко замолчали, только соседка по парте Таня, придвинувшись ко мне, на ухо сказала шёпотом: — У него нет денег. Он опекаемый ребенок. Немного отойдя от шока, я остановил уже собиравшуюся уходить учительницу. Я без раздумий сказал: — Я за него заплачу! Он тоже поедет! Раз все едут, то и он тоже! Я обернулся назад и, встретив ошеломлённый взгляд Глеба, улыбнулся. Он, ничего мне так и не сказав, отвёл взгляд. Потом он сердито посмотрел на мою рыжую соседку по парте Таню, и, вдруг, неожиданно показал ей кулак. Она же, ехидно захихикав, отвернулась от него и сделала вид, что очень внимательно слушает учительницу. После урока он подошёл ко мне и спросил, зачем я это сделал? Я даже немного разозлился на это. Зачем тогда все эти его взгляды? Разве он не хочет поехать вместе со мной? Или я что–то не так понял? Или выдал желаемое за действительное? — А ты против? Не хочешь поехать? — возмутился я в ответ, немного повысив голос. — Или тебе совсем не интересно? Хочешь проторчать все каникулы дома перед телеком? — Да нет, — смутился Глеб. — Неожиданно просто… и дорого очень. Для меня, по крайней мере. После чего он развернулся и ушёл на своё место. Больше сегодня мы не перекинулись ни словом. Только продолжали пикироваться иногда взглядами. Я отсидел на остальных уроках и поехал с Александром домой. Сделав уроки и завершив все домашние дела, я лёг спать в раздумьях. Сегодня я утвердился окончательно в своей мысли: «ОН. МНЕ. НРАВИТСЯ». Что с этим своим умозаключением делать, я не имел ни малейшего понимания. Поэтому, провертевшись в постели почти до рассвета и треснувшись пару раз локтем о тумбочку, с этими беспокойными мыслями я уснул... От Глеба. Я вернулся из школы пешком, хоть и чесать было прилично. Мне срочно нужно было подумать. Дома я нехотя поковырял обед и свалил в свою комнату. Из мыслей всё ни как не выходил Игорь и его поступок. Я не мог успокоить свой нервяк, так как совершенно ничего не понимал. — Зачем он это сделал??? Нахрена ему нужно помогать совершенно постороннему парню? Почему я так рад этой поездке? Ведь я же никогда не любил выезды с классом. Одно я знаю точно, что рад тому,что там будет ОН. Но почему??? Чтобы отвлечься от этих мыслей, я решил прогуляться. Выбравшись на воздух, я медленно побрёл по улице, тупо пиная банку из–под пива, которая попалась мне на пути. Погрузившись в свои мысли, я прошлялся по городу до двенадцати часов, как ни странно не наткнувшись ни разу на патруль. Ведь до моих восемнадцати ещё целый год. Ни свежему воздуху, ни звукам вечернего города не удалось избавить меня от мыслей о новеньком. Я шёл по улице, куря сигарету и выворачивая свой мозг наизнанку. Ничего необычного, вроде бы, не произошло, но в голове у меня всё перемешалось. Я не мог разобраться в себе. Свернув на дальнюю парковую аллею, я примостился на спинке скамьи и продолжал задумчиво курить. — Блять, что со мной происходит? Снова всплыла картина, как Игорь предложил оплатить мою поездку с классом.Я был настолько шокирован, что даже не нашёлся, что ему сказать на это. И только рыжая подружака Танька–зараза, услыхав такое, округлила глазищи и рот в немом «О–о!» и, обернувшись ко мне, снова за его спиной показала мне большой палец. Вот ведь выдра! Я не сдержался и показал ей в ответ кулак, на что она ехидно так захихикала и, развернувшись обратно, стала внимательно слушать училку. С Игорем мы больше не разговаривали, так как мне было до жути стрёмно и неловко, а он и не пытался со мной заговорить. Наверное, я должен был отказаться от поездки, но не нашёл в себе сил сделать это. Ведь это был шанс пообщаться с одноклассником и узнать его получше. Домой я вернулся уже на рассвете. Глаза слипались, хоть спички вставляй. В другое время я бы со спокойной совестью завалился спать и не подумал идти в школу. Сейчас же у меня был очень мощный стимул, чтобы не пропускать занятия. В школе я снова увижу новенького одноклассника. Единственное решение, которое я принял, сидя в парке — как можно меньше личных контактов с этим Игорем; но смотреть на него я не мог себе запретить. Следующий день прошёл, как обычно: с Игорем мы больше не общались. Лишь обменивались дежурными фразами. И в последующие дни было всё так же.