Его Дракон

... Долгие гудки, разрушающие блаженную ночную тишину, били по вискам, заставляли ещё больше раздражаться и жалеть о своём идиотском существовании в этом бренном мире. Алкоголь начинал действовать, адреналин не давал прекратить губительный для нервов процесс и положить трубку. Это было бы слишком просто, этого было бы недостаточно для воспалённого от новой информации мозга, поэтому оставалось лишь ждать. Монотонно и мучительно долго. " — Где этот идиот шляется по ночам? " — зло пронеслось в голове у Алтана. И вот наконец-то из динамика прорезался хриплый мужской голос: — Ваше золотейшество, что-то случилось? — как всегда с нотками сарказма уточнил Вадик. — Ты со мной, не потому что я тебе нравлюсь. Я знаю. Мне все про тебя рассказали, — бесстрастно проговорил Алтан, вот только его бархатистый голос был слишком напряженным. Даже для него. — Я с тобой, потому что влюбился, как дурак. И знаешь, впервые почувствовал себя живым, — также бесчувственно хотел проговорить Дракон, но нежная улыбка от уха до уха не скрылась от его собеседника, — не знаю, кто и что тебе сказал, но врать о таком — иметь булыжник вместо сердца. А у меня там точно что-то бьётся при виде тебя, Золотце. Не хочешь проверить? — Пожалуйста, докажи, что не врешь, — спустя минуту оглушающей тишины надтреснутым голосом попросил Алтан. Это была его первая просьба за весь период их отношений. Со времен первой встречи до «импровизированных свиданий» Дракон был подчиняющимся, а Алтан — командующим, и никак иначе. Только через время Вадим понял, что его босс, позже парень, просто боялся потерять контроль, боялся снова почувствовать боль от потери кого-то близкого. Им владел страх от старой душевной травмы, которая постоянно напоминала о себе: была воспалена и безбожно кровоточила, не щадя своего хозяина ни дня. — Цветочек, я люблю тебя — этим все сказано. Жди, скоро буду, — пролепетал напоследок Дракон и отключился, параллельно заводя машину, чтобы, не боясь никаких штрафов за превышение скорости, как можно быстрее добраться до своего драгоценного Золотца. А тем временем на своей огромной кровати с чёрными, как угли, шелковыми простынями Алтан из жестокого мстителя и мафиози превратился в нежного мальчишку, роняющего слезы на подушку в ночи. Мысли больше не были запутанным клубком, заставляющим мозг взрываться, всё стало очевидным и ясным всего от трех слов, произнесенных ЕГО Драконом. И этот нескончаемый поток слез был от искреннего счастья, как у невинного, нетронутого жестокой судьбой ребёнка, коим Алтан когда-то и был. Но то беззаботное время, к счастью или сожалению прошло, теперь Дагбаев был самоуверен, жесток, расчётлив и мстителен, а Дракон, он… он — не боялся пачкать свои руки в крови, лишь бы его Золотце оставался довольным. Теперь были они: два совершенно разных человека с тяжелыми судьбами, которые нашли утешение, поддержку и любовь друг в друге.