Песнь о скалах и фьордах

Для Ху Тао смерть наступила… неожиданно. Но, вместе с этим, все ведь заканчивают так, почему она должна была стать исключением? Первые полчаса своего абсолютно призрачного посмертия она посвятила, разглядывая собственный остывающий труп с поистине научным интересом – в конце концов, она успела лицезреть смерти сотен и сотен людей, и любопытным было… сравнить. Но какой-то особой разницы не было. Даже жаль. Ху Тао немного на это надеялась. Лишь после этого она вспомнила об одной немаловажной детали, о которой не помнила раньше. Это было осознанием, но не как громом и молнией, а просто мгновением, в которое Ху Тао зависла, а потом сказала: «а. точно». Она не оставила преемника на роли директора похоронного агенства. Относительно… Она никогда не думала, что умрет так рано. А с обязанностями директора она вполне справлялась сама. Поэтому у нее даже не было, ну, там, заместителя или кого-то навроде. И, пусть даже она не имела ни единого родственника, что значило, что ее род, по сути, погиб, это вовсе не значило, что следом за ним должно было погибнуть и агенство. Поэтому она подумала. Хорошо подумала. А потом отправилась к молодому человеку, который совершенно точно мог ее видеть. …Хотя, назвать Чжун Ли молодым человеком могла только она и еще все те идиоты, что не понимали, кто он такой. - Старик! – она ввалилась к нему, пусть даже скорее образно, нежели буквально, и тот отвлекся от лежащих перед ним бумаг. - О, - ничуть ни удивленно отреагировал тот, кого обычно звали Рекс Ляписом, - я уже начал волноваться, что ты решишь не заглядывать ко мне. Это твое завещание. Поделись, пожалуйста, почему ты… - он опустил взгляд и вчитался в строчки, - завещала мне гигантский гроб из каменного дерева, госпоже Нин Гуан – расписание похорон на ближайшие пять лет, а Кэ Цин – одеяние, вышитое стилизованными изображениями драконов? - То есть, набор черной косметики для путешественницы и некомими для госпожи секретаря тебя не удивили? – Ху Тао хихикнула, - гроб – для твоего фальшивого драконьего тела, расписание – в помощь ее предсказаниям будущего, а Кэ Цин я подарила костюм для похорон с чиби-Мораксом! Она оценит, никаких сомнений. Сначала Чжун Ли смотрел на нее растерянно, но потом вздохнул: - Ваша воля, директор. - Кстати об этом! – оживилась очевидно неживая Ху Тао, - становись новым директором «Ваньшень», сяньшень. Она, конечно, обращалась к Чжун Ли с уважительными словами, но в самой ее манере не было ни грани вежливости. Тот, впрочем, явно к этому привык. Да и сама идея была классной – Чжун Ли, будучи бессмертным Адептом, не мог случайно умереть, как умерла Ху Тао. Но тот покачал головой. - Увы, госпожа директор, но я плох как проводник душ и как управленец, - почти честно произнес Чжун Ли, - роль консультанта – единственная, что мне подходит действительно хорошо, и я был бы счастлив, если бы ваша гибель не повлияла на мое положение. Ху Тао фыркнула. - Лады, Чжун Ли-гэ! Но не ной потом о том, что тебе не нравится тот, кого я выберу. В конце концов, я была лучшей. - Не буду, - согласился Чжун Ли, впрочем, не слишком уверенно. Но, в конце концов, кто угодно в кресле директора все еще был лучше перспективы занять его самому. А Ху Тао… Ну, немного она, конечно, обиделась, но какая разница! Ей нужно было найти нового директора. И у нее даже была хорошая идея. Ну. Хорошая идея с точки зрения самой Ху Тао. Но она больше никого не спрашивала, так что… - Я?... – абсолютно фрустрированно уточнила Цици, показывая пальцем на себя. Ху Тао широко улыбнулась. - Ага! У нас, конечно, были споры, но смерть прощает все долги и все такое! Кто вообще может быть лучшей кандидатурой, как не тот, кто уже умер! Ее невероятное везение заключалось в том, что она оказалась в хижине во время, когда в ней отсутствовал Бай Чжу. - А Цици… Справится? – тихо спросила та, явственно слишком оробев, чтобы послать ее в бездну. - Конечно! – со всем энтузиазмом заявила Ху Тао, - ничего сложного, серьезно! Ты станешь лучшей директрисой агенства за долгие годы! - Тогда Цици… Попробует… - внезапно согласилась она, и даже подтвердила решение коротким, но четким кивком, - ей нравятся… призраки… - Так даже лучше! – отметила Ху Тао счастливо, - проводы очень весело проводить, я тебе обещаю. Так она умерла, а потом сделала директором «Ваньшень» ту, которую очень жаждала прикопать последние несколько лет. И последовавшие со стороны адекватных персон возмущения не возымели никакого влияния – Цици уже была подтвержденной директрисой, получила на руки первые бумаги и даже устроила пару похорон. И даже начала носить черное пальто, которое Ху Тао ей посмертно завещала. (Впоследствии абсолютно каждый работник «Ваньшень», включая саму Цици, отказался провожать ее за грань. Так что Ху Тао осталась на земле. Тем более, что ее новая замена все еще нуждалась в опытном наставнике, а Чжун Ли бы, определенно, заскучал, если бы лишился ее потрясающего общества.)