Холодное сердце

       Дилюк поёжился, плотнее укутываясь в одеяло. Сквозь задёрнутые занавески едва пробивался тонкий лучик света. И это было совсем не то тёплое, бликующее золотом в волосах, свечение, что чуть ли не каждый день заливало Мондштадт. Холодное, словно бы высасывающее жизненные силы, мёртвое, ослепляюще белое, медленно просачивалось в комнату. Рагвиндр не горел желанием подыматься с постели и вообще что-либо делать в этом тоскливом холодном городе, но предстоящая работа особого выбора ему не предоставляла. Длинные красные волосы разметались по подушке, нагло лезли в рот и глаза. Дилюк нехотя встал, нашаривая на тумбочке резинку, однако безуспешно: её ещё утром свиснул Кэйа, благополучно посеявший где-то свою собственную. С громким стоном отчаяния мужчина поплёлся в душ. Альбериха рядом не было, так что он мог позволить себе проявить все, в обилии скопившиеся за их совместое путешествие, негативные эмоции, злобно пиная то, что попадалось на пути. В присутствии Кэйи, напротив, всё же старался сдерживаться, не вываливая на брата что-либо хуже жалоб на погоду и редких подколок. Синеволосый был слишком весёлым, слишком радостным и задорным, чтобы Дилюк мог позволить себе омрачать его настрой чем-то своим — страшным и грустным. Он ведь даже не посвятил спутника в истинную цель их путешествия в Снежную, отмалчиваясь и забивая Кэйе голову сказками про «дипломатические отношения».

«Выискались тут дипломаты хреновы»

Думал сам про себя Дилюк, однако вслух этого никогда не озвучивал. Миссия у него была простая: добраться до Снежной и подписать с Фатуи военный договор о сотрудничестве, в случае, если на одну из сторон будет совершено нападение. Данный союз был выгоден обеим стронам, так как Крио народец уже давненько был не в ладах с их Пиро соседями, а отношения между Мондштадцами и жителями Дендро государства и вовсе были словно на пороховой бочке. Задача Дилюка — только лишь подписать бумажки, а негласное поручение Кэйи, о котором сам парень пока ещё знать не знал — свести его с теми самыми Фатуи.

«Знатно же Джин и Лиза постарались. Столько лапши на уши Кэйе навестить, чтобы он без всяких вопросов со мной в Снежную отправился, поразительно!»

Дилюк умылся, невольно представляя, как же проходила эта самая «промывка пиратских мозгов» и усмехнулся. Жаль было, конечно, наивного Кэйечку, но что уж тут поделать.

«Всё равно у нас отношения ни к чёрту, хуже уже точно не станет.»

Рагнвиндр закрыл кран и вышел из душа, протирая лицо, предварительно повязав полотенце на бёдрах, на случай, если кому-то приспичит зайти в номер. И не прогадал, ведь буквально у двери в ванную чуть не столкнулся лбом с Кэйей. — О, явился наконец-то. — Хмыкнул негромко и хрипло, почти сразу продолжая фразу, но уже абсолютно будничним тоном. Будто это и не он стоял посреди комнаты в одном лишь полотенце, крайне ненадёжно прекрывающем достоинство. — Где пропадал? Альберих не отвечал, словно погрузившись в какой-то транс, тупо наблюдая за телодвижениями Дилюка. Красноволосый забеспокоился.

«Да что с ним такое? Уже день молчит, как рыба. Раньше трещал без умолку, а тут прямо хоть щипцами из него вытягивай.»

— Кэй, ты точно не заболел? Ведёшь себя очень странно. — Он уж собирался было подойти и вновь проверить температуру, однако Кэйа оказался быстрее, мгновенно выскочив из комнаты со словами: — Я кое-что забыл сделать, буду через час! Дверь громко хлопнула, и брат окончательно скрылся с глаз.

«О, Архонты, ну и за что мне всё это? Теперь ещё и выяснять, что с этим дуриком стряслось. Может, когда упал тогда лицом в снег, ещё и головой приложился?»

×××

Раньше Кэйа не верил во второе дыхание, или прочую чушь, которую несли мотивационные брошюры, однако если сейчас это было не оно, то тогда точно чудо Божье, не иначе. Он пулей вылетел из комнаты, грозясь заработать чёртову остановку сердца прямо вот в эту секунду. Не помня себя, выбежал из гостиницы, и остановился, лишь преодолев с пять десятков метров, петляя по заснеженным улицам. От резкого старта в ушах звенело, а ноги тряслись; Кэйа осел на землю, прямо как тот самый Скарамучча. Буквально сполз по стене какого-то дома, тяжело дыша и уткнулся лицом в колени, обняв их руками. Он сам едва ли до конца осознавал, что только что произошло. Кэйа ведь просто зашёл обратно в номер, по привычке направившись в ванную, чтобы вымыть руки, а там он… абсолютно голый… с полотенцем на бёдрах.

«Почему у меня вдруг так крышу снесло?»

Кэйа всё ещё тяжело дышал, его трясло похлеще, чем в горячке, сердце, он уверен, сейчас проломит рёбра. В голове миллион и один вопрос. Парень зажмурился, пытаясь очистить голову от всего, как его этому учила когда-то Лиза. На мгновение воцарилась блаженная тишина и покой, а затем ебучий мозг решил подкинуть Кэйе невероятно чёткую картинку: обнажённый Дилюк, стоит посреди комнаты, беззвучно шевеля губами, будто что-то говорит. По бледной, молочной тонкой коже стекают струйки воды, очерчивая рельефный торс, руки, плечи, исчезая, в конце концов, в длинном махровом полотенце. Оно висит настолько ненадёжно, что только лишь прикоснись, сразу упадёт, хотя Альберих был бы наверное и не против такого поворота событий. Он ели слышно замычал, силясь убрать из сознания этот образ: такой яркий, манящий, до дрожи и безумства привлекательный.

«Я сошёл с ума. Он не может мне нравится, он не может меня привлекать… он же мой брат… сводный… но это не важно, всё равно же как родной!»

По щекам потекли слёзы. Кэйа почувствовал странное отвращение к себе. Раньше он списывал эти редкие, но очень выбивающие из колеи моменты на настоящую «братскую» любовь и привязанность. Однако теперь эти жалкие попытки обмануть самого себя рассыпались, словно карточный домик. Альберих зарыдал, ещё крепче обнимая себя за колени, слегка покачиваясь в беззвучной истерике. Мимо проходили люди. Никто из них не обращал на Кэйю особого внимания и уж тем более не старался помочь. Все, как и всегда, спешили по своим делам, взволнованные только собственными заботами. На чужое горе здесь всегда смотрели и будут смотреть молча. Своего по гланды, с ним бы хоть разобраться. Посреди кучки серых, почти одинаковых прохожих мелькнула красная копна волос. Дилюк выдохнул, заметив сьёжившегося в тёмном закутке Кэйю и ускорил шаг.

«Придурок.»