Из огня да в полымя

Расслабившись, я решила прислушиваться к окружающему миру. Внезапно для меня, произошла остановка. Пара прощаний и что-то защёлкало рядом с ухом. Мою руку положили на какую-то ручку и я почувствовала силу Камня. Перемещение произошло довольно быстро, хоть и немного болезненно для ослабленного тела.  — Добро пожаловать домой, сыновья, — голос Фригги. Её мелодичные слова словно игнорировали меня, но её взгляд я почувствовала. — Кто это с вами? Человек в Асгарде… Фригга умолкла. А я почувствовала настойчивое желание чужака пробиться в мою голову, и, скрючившись от боли, почти упала на пол, скрипя зубами. Локи аккуратно уложил на пол. Попытка проникнуть в мою голову вызывала острую боль и сумасшедшее жжение. В свою голову я не пущу никого. Ни сегодня. Никогда.  — Вы пришли из Мидгарда, как там могла оказаться одна из нас? — её голос дрожал. Женщина, вырастившая меня — дрожала от непонимания и страха. Она обратилась к страже. — Отнесите её к лекарям. Они честно попытались подойти ко мне, но Локи, до этого крепко держащий меня за руку, вскочил, преграждая путь. Молча, воинственно, это было осязаемо.  — Тор, сними…  — О, наконец-то чудесная способность говорить, — он усмехнулся, а потом, видно, вспомнил обо мне. — Девочка поставляется только в комплекте со мной. Не знаю, что происходило сейчас, только вот ситуация была не из радостных. Трое из царской семьи решали мою судьбу, а я беспомощно корчилась от боли на холодном полу дворца. И внезапно всё сошло на нет.  — Хорошо, — раскатисто раздалось по залу. Я впервые открыла глаза. Далеко в коридоре стоял Один, его ауру ни с чем спутать не получилось бы. — Тогда все участи она разделит с тобой. А ты с ней. Локи помог подняться, молча поддерживая на остальном пути за талию и еле слышно позвякивая цепями. К медикам мы не пошли, зато нас двоих заперли в полуоткрытой камере темницы. Как только разошлась стража, Локи крепко взял за предплечье, смотря мне в глаза.  — Один задел твою память? — он всматривался в моё лицо, пока я рылась в своей голове. Ничего подозрительного я не почувствовала, лишь тонкая дорога следов по коридорам, ведущим к моему прошлому. — Ответь.  — Нет, он не пытался в неё посмотреть, — в воспоминаниях затесалось одно лишнее. Новое. Я раскрыла ладонь и в ней появилось письмо. Чистый конверт с маленькой запиской внутри, одна строчка сплошных букв. — «Дверь под замком, ключи вдали.» Что это может быть… как… Такая загадка… это точно не мог быть Один. Это было не в его характере. Стиль не тот. Но письмо появилось сразу после его вмешательства в мой разум. Царь Девяти миров не был многословен, а если и говорил, то прямо. Его загадки всегда оказывались чем-то излишне очевидным, а такой ход… Письма — не его стратегия явно. Слишком сложно и запутано: вложить его надо было в мою голову, и почему-то это всё вскрылось только когда я поняла, что память всех, кто меня знал — изменена. Один не стал бы помогать мне. Ни за что.  — Дверь. Замок. Ключи. И дали, — я перечислила всё вслух, садясь на мягкий диван. — Дверь не может быть любой. Замок на ней такой же, непростой. Ключи вдали. А может в долинах? А может это вовсе не ключи… Подальше положишь, поближе возьмёшь, — я через силу усмехнулась, — так говорят на Земле. Что если это самое «далеко» — излишне близко? Мой мозг кипел. Хотелось встать и ходить туда-сюда, пока ноги не сотрутся в кровь. Пока сил не останется на то, чтобы дышать. Кровь бурлила, разгонялась всё быстрее.  — Ты говорила, что выросла здесь, — Локи подал голос. — Что ты старше меня и Тора, но то, что сделала мать… Она неподдельно удивилась тебе, а почувствовав твою силу…  — Словно коснулась чего-то знакомого. Как и ты. Только ты от страха ввёл меня в бессознательное состояние, спасибо.  — Ты говоришь за такое спасибо? — он усмехнулся, подойдя ко мне. — Лареран…  — Моё имя Элайза. Он глянул исподлобья:  — Напоминает довольно древнее имя. Его в первых летописях редко упоминали-то, ‐ Локи сделал шаг назад.  — Что ты хочешь сказать?  — Признаю свою ошибку, — он поднял руки вверх. — За то, что назвал тебя асиньей. Вряд ли ты ей когда-то была. Страх. Отчётливее ещё никогда не было чувства. И он принадлежал мне. В висках щипало от тягучей недосказанности. Что именно он имел ввиду? Хоть я и смутно догадывалась, почему Локи так говорил, ходу мыслей помешало присутствие другого аса.  — Тебе получше? — участливо спросила Фригга из угла комнаты, обращаясь ко мне. Я недоверчиво кивнула. — Это хорошо. Думаю, вы устали от такого тяжёлого… путешествия. Вам в скором времени принесут еду и напитки, надеюсь, что мой выбор тебе понравится, — она улыбнулась. — Локи, может, тебе что-то понадобится для досуга?  — О, да, наверное, освобождение из камеры. А то пространство немного стесняет движение, — он подошёл ближе к матери. — Впрочем, меня всё устраивает. Комната просто супер, да и компания подходящая. Уж мы вдвоём найдём, как развлечься. Эта язвительность, грубая манера… Нет. Это не напуганный мальчишка. Обиженный судьбой, отвергнутый всеми, он стойко продолжал вести себя так, как от него ожидали.  — Хорошо, — с грустью сказала Фригга и её иллюзия растаяла в воздухе. Раздался шёпот, еле слышное отчаяние:  — Почему я? Хороший был вопрос. Тот же самый, который я задавала себе несколько веков. Изгнанная, непонятно почему. Стёртая из памяти, даже богов, уже непонятно кем. Почему именно меня, такую посредственную волшебницу, наказали и сослали в мир людей? Почему лишь моя память была целой, и была ли она действительно настоящей. Вопросы кружили в голове, словно рой пчёл вокруг разбитого улья. И Локи, который отчего-то помогал мне. Да, может та безумная искра посоха и ушла из него, только чувство, что он решил помочь по своей воле, не уходила из моей головы. Бред какой-то.  — Что-то в этой истории не вяжется… Вздохнув, я упала на подушки и раскинула руки, смотря в белый потолок. Локи осторожно подошёл со стороны головы и наклонился, всматриваясь в моё лицо.  — Мягко говоря, ты не выглядишь как тот, о ком я думаю, — он наклонил голову, словно задумавшись, но при этом издевательски ухмыляясь.  — Для кого этот цирк, Локи? — он словно вздрогнул от своего имени. — Я знаю, какой ты. Чувствую. Я не из тех, кто может предать.  — После такого обычно втыкают нож в спину, — серьёзно добавил он, опаляя спектром эмоций. — Уж мне ли не знать. Я улыбнулась, прикрыв глаза.  — А иногда могу узнать, что люди говорят ложь, даже если не подозревают об этом. Что?  — О, я смотрю тебя это заинтересовало, — удовольствие. — Так вот, никогда не встречал людей с таким… даром, как ты говоришь. Стоит ли тебе рассказывать, когда он проявился?.. Или лучше немного потянуть и посмотреть, что ты будешь делать? Такой же Дар. Редкость, чтобы двое обладающих им встретились. Возможно ли, что я его научила? Маловероятно. Хотя память предательски ускользала.  — Ладно-ладно. Скажу. Никто тебя сюда не ссылал. И память мне Один тоже не стирал, — он словно смилостивился. — Интуиция подсказывает, что ты сама это всё устроила, подправив память всем, кто был знаком с тобой.  — Я? Нет у меня такой силы, чтобы творить магию такого уровня. Это уровень богов, таких, как ты, — я засмеялась, садясь. Локи не терял меня из виду, обошёл диванчик, взял стул и уселся напротив. — Говорю же, мне царапину заживить сложно, а ты про какие-то там стирания памяти сотням жителей Асгарда. Какая же уверенность в его словах. А если он был прав, и всё это устроила я сама? Верилось в такое с трудом: как бы мне не хотелось, магия Иллюзий была единственно хорошей для меня стезёй, и неважно было, сколько других магических направлений я могла бы освоить через тысячелетия. Мой уровень сейчас — потыкать воздушным шариком о нож, надеясь, что тот не лопнет.  — Лареран — не просто ведь «наставник» в переводе с земного языка. В Асгарде Лареран — наставник богов, само понятие ещё более могущественной сущности, — он сжал челюсти, — чем боги. Понимаешь, к чему я веду?  — К тому, что ты связал факты, а точнее, притянул и скрепил их «честным словом», — вздохнула, протирая лицо и убирая волосы за уши. — Мои способности чуть выше простого человека.  — Тогда я влезу в твою голову, — радостно предложил он, протягивая руку к моему лбу. Резким движением, я отмахнула ладонь и вскочила с дивана. — Довольно быстро ты.  — В моей голове уже побывали сегодня, это принесло лишь чудовищную боль. Так что, нет, — аккуратно села обратно, постепенно укладываясь на бок в попытке вздремнуть. — И я хочу поспать, не мешай, будь добр. К его чести, Локи даже не подумал влезть в мою голову во сне. Ни тогда, ни в случаях позже. И, правда, вёл себя по-царски: выделил мне отдельную тюремную комнату под спальню, книги для досуга. В своей манере «она мне мешает», но эти все мелочи появились не потому, что кто-то решил, что так будет лучше, а именно благодаря его способности выедать мозг чайной ложкой. Лишь бы успокоился. Наедине же, Локи подавал либо пример безразличия либо, в крайних случаях, когда мы разговаривали, пример нелицеприятности. Прямо в лоб мне высказывалась куча правды, даже если она была неприятной. Это заставляло задуматься о том, насколько он был зрелым. Но юн, в следствие этого — помешан на мнении других. Его пугало то, что он может быть отвергнут, не так понят. Из-за этого выбрал роль «необходимого зла», словно отрезая путь к нормальной жизни.  — В Исцелении есть заклятия, ухудшающие раны? — искренне удивилась я в воздух, когда дочитала книгу по этому виду магии. — И как вообще… это же до смерти, по идее, можно довести.  — Проверять на мне ты это не будешь, — отрезал Локи, переводя взгляд на меня. После разговора с Одином он стал ещё более резким и отстранённым от общения.  — Я не собиралась, — мирно покачав головой, я встала и убрала книгу в стопку прочитанных. Думала, что в магии Исцеления хоть слово будет о восстановлении памяти. — А ты что читаешь?  — Магия.  — Какая? В ответ лишь показал обложку с тонкой линией слова «Иллюзия». На мою поднятую бровь всё-таки сдался и ответил:  — Ищу, чтобы хоть где-то упоминались манипуляции с памятью. Что-то похожее нашёл, но ты решила меня отвлечь. Советую тоже что-то про это поискать. Интересно, а чем я занималась всё это время? Решила невзначай развить магию Исцеления? В отместку на это вольное замечание наколдовала ему дислексию для развлечения. Пускай теперь помучается немного, раз такой умный.  — Серьёзно? — пару раз попытавшись прочитать, он захлопнул книгу.  — Это колдовство среднего уровня. Я думала, ты умеешь это делать, — поддела его, подсаживаясь на свободный стул рядом. — У тебя получаются сложные иллюзии, неосязаемые двойники, всё в этом роде. Этому точно тебя я научила.  — И ты помнишь это?  — Для сравнения, могу показать, как делаются иллюзии живых существ. Локи неожиданно согласился, а мне сразу показалось это плохой идеей. Отступать, увы, уже было поздно. Раскрыв ладонь, смотрела на точку, вспоминая что-то не очень реалистичное. В голову пришли земные драконы.  — В конкретно этой иллюзии самое важное — точно знать, как работает живое существо. Ну, драконы — миф, так что наглядно покажу, как даже несуществующее заставить быть реальным. Начинается всё со скелета, — на ладони, словно проявляемая плёнка появился белёсый костяк. — Пошагово добавляются сухожилия, мышцы. Органы, жировые ткани, — вместе с тем, как я говорила, уменьшенная болванка обрастала всё новыми слоями. — Кожа, в конце концов. Шерсть или перья. Лучше перья, так интереснее. И вот, оно стоит. А заставить двигаться ты его можешь сокращая или расслабляя мышцы. И отпускаешь в путь. «Дракон», неестественно выгибая крылья, плюхнулся с ладони на стол, как в недоделанном мультике, потеряв всю натуральность.  — Вот так выглядит то, если ты знаешь, что и куда крепится, но не знаешь, как дёргать за ниточки свою куклу. Либо наоборот, что-то забываешь дорисовать в своей голове, и хоть сколько не тяни — результат плачевный. Но если мастерски выполнить и первое, и второе требования, то иллюзии станут марионетками в твоих руках. Щёлчок пальцами, и, до этого ломаная, игрушка плавно приподнялась над столом и начала парить над столом, с птичьей лёгкостью и изяществом змеи изгибаясь в поворотах. Ещё щелчок и иллюзия рассыпалась искрами.  — И всё? — не особо впечатлившись, Локи откинулся на стуле и с видом вселенской скуки посмотрел на место, где исчез «дракон». Я мысленно усмехнулась этой надменности.  — Попробовал бы сам создать что-то, а не мимикрировать уже имеющихся. У тебя весьма и весьма поверхностные наблюдения. Опытный маг бы покачал головой, — собственно, так я и сделала, при этом стараясь не выказывать лёгкой насмешки. — А если это вопрос жизни и смерти — тебя раскусят в попытке создать это.  — Я не первый день живу, и магию практикую каждый день. Так что…  — Хорошо. Окей, да, делай как хочешь. Если считаешь, что ты это умеешь — не вспоминай мой урок, — я наклонилась над столом, протягивая руку вперёд. — Только если где-то там, — лёгкое касание его груди, — ты хоть немного удивился, то практикуйся каждый день. Из кожи вон лезь, но тогда это спасёт тебе жизнь. Выдохнув, ещё раз покачала головой. Слабое ощущение эмоций подсказывало, что Локи не доверял, сомневался, стоило ли открываться мне даже частично. Сомневался, и это радовало.  — Вряд ли ты мне поверишь, но я взаправду последняя, кто предаст. Тебя.