Из огня да в полымя

С каждым днём и с каждой книгой жизнь и начала напоминать заточение. Подъём, завтрак, книги, обед. Снова книги, небольшая перепалка, ужин, сон. Всё. Каждый день. Менялась только стража и узники в соседних камерах. Пока из коридора не повеяло чем-то враждебным, затхлым. Мерзкая магия. Локи же её не почувствовал, либо не подал виду. Я же исподтишка ждала появление нового заключённого, ведь если я даже ушами своими не слышала шагов на лестнице, а магия во мне бурлила, то этот кто-то явно не с дарами к богам идёт. Тяжёлые шаги, шаркающие. И ровный ход стражников. Чужак был со шлемом на голове, одетый непонятно во что. Его магический шлейф уже вблизи перебил запах крови, и только тогда Локи украдкой посмотрел, кого привели. И что-то ощутил, всматриваясь в моё лицо. Не найдя подтверждения, снова уткнулся в книгу. Актёр из него, конечно, так себе. Может, для меня это и казалось наигранным, но… Остальные, кроме Фригги, в его образе не сомневались. Избалованный, асоциальный мальчишка, предатель, убийца. Что только не доносилось из коридоров, что только не читалось на лицах служанок и стражи. Приятного было мало во всём этом, особенно, когда помочь я ничем не могла. Ещё служанки мне сочувствовали, мол, монстр увёл с собой такую нежную и невинную даму, и терзает меня сутки напролёт. Хотя Локи наоборот стремился разгадать всю эту кашу с памятью. Раздались крики из соседней камеры. Локи, от скуки подбрасывающий чашку, остановился, прислушиваясь. Запахло жуткой магией, повисла тяжесть и дышать стало тяжело: я захлёбывалась этой тёмной материей. Кашляла, отхаркивая на белый пол чёрные шмотки вперемешку с кровью. Что это за магия, чёрт возьми?! И пока я отхаркивала свои лёгкие вместе с гадостью, появившейся здесь, в коридорах начался балаган: чужак освобождал заключённых, но как только подошёл к нашей клетке, передумал. Локи недовольно подметил:  — Думаю, что лучше пойти по лестнице слева. И после этого совершенно ничего не замечая, уселся у края, непринуждённо открыв книжечку. Мне же становилось получше, чужак отдалялся от тюрьмы всё дальше.  — Лёгкие ещё не выплюнула? Мне захотелось его ударить, так, чтобы затрещали кости.  — Мог бы и помочь, — фыркнула, рассматривая чёрную слизь. — Ты знаешь, что это?  — Ни малейшего понятия, — Локи прожигал меня взглядом. — Я немного занят, не мешай.  — Занят он, как же. Хоть бы книгу перевернул, великий мудрец. Или вверх ногами читается проще?  — Свои замечания оставь червям в могиле, — Локи поднялся, подошёл ближе и наклонился, свисая надо мной. — С таким длинным языком…  — Мне только показалось, что ты понял меня. Как до тебя ещё не дошло, что я всегда буду на твоей стороне? Как об стенку горох! — я схватила его за руку, попытавшись подняться. — И это твоя благодарность?! Он резко подхватил меня, удерживая на ногах.  — Тебе нужна моя благодарность? Серьёзно?  — Ай, не придирайся к словам! — откинув в порыве злости его руки, начала падать. И Локи снова меня подхватил, на этот раз крепче держа за талию. — Ты настолько талантливо обводишь всех вокруг пальца, язвишь, отталкиваешь от себя… словно кричишь всем: я не заслуживаю любви! У матери сердце кровью обливается. Она любит тебя не меньше Тора.  — Ты ошибаешься, — зашипел он мне это в лицо, однако довёл до кресла и усадил.  — Тогда почему ты один? Он на мгновение замер, словно не этого вопроса он ожидал.  — Потому что такие, как я, всегда одни. Что, не видно? — усмехнулся он, сделав шаг назад. — Приёмыш, всегда второй. Чужой, враждебный.  — Подумай вот над чем: они не выбирали Тора, не знали, каким он будет, — я сплюнула остатки чёрной гнили, — они выбрали тебя и вырастили как родного. А трон никогда не будет твоим по одной причине. Ты его очень желаешь. А он тебе и не нужен. Судя по его реакции, Локи раздумывал, на какие части меня разделывать: маленькие или большие. Потом вздохнул, провёл рукой по волосам. Что-то не то. Он не злился, а был в сомнениях, словно хотел спросить о важном, о сокровенном. Но так и не решился, снова обольстительно улыбнулся и пошёл читать книгу дальше. А я улеглась на кровать, погрузившись в тяжёлые мысли. Меня начала беспокоить эта безответная преданность. Я начинала сомневаться в том, что память мог изменить Один. Чем глубже я копалась в памяти, тем тяжелее верилось в правдивость моих воспоминаний. Я сомневалась теперь во всём, что происходило со мной до переселения на Землю. Ключи и двери. Та записка — это было в моём стиле. Загадки, путаница и ложь объединяли нас с Локи, но я отчётливо знала и нисколько не сомневалась в той части памяти, где учила его и Тора. Это было неподдельным. Я видела своими глазами, как сражался старший принц с читаури, такие телодвижения, может, и были отточены с годами, но вот умение следить за всем вокруг в битве, подмечать слабости противника — это явно моя школа. Тор был превосходным бойцом, пусть и его магический дар шёл вразрез с моей техникой. Но Локи… Всё в нём кричало о том, что его учила я. Он и сам был похож на меня: отстранённый, осторожный, да и вообще, маг иллюзий, в которых я была более чем хороша. Все эти факты складывались в картинку не очень приятную: вся эта путаница с прошлым была создана мной. А связь между мной и Локи — сильнее любой магической хитрости, поэтому даже спустя такое количество времени мы вновь встретились. Мимолетная встреча привела к тому, что мы снова в Асгарде. В одной тюрьме, бок о бок. И Локи, казалось, сам не понимал, откуда эта резкая привязанность ко мне. Сложив всё воедино, я поняла: следовало рискнуть.  — Ты хотел побывать в моей голове, — вскочив и потеряв равновесие, еле подошла к нему, упав рядом. Взяла его тёплые руки в свои и приложила к вискам. — Если я права, то воспоминания вернутся. Он кивнул и магия закинула меня в мою голову.  — Никогда бы не подумала, что сознание может менять вид, — ухмыльнулась я, тут же почувствовав тяжёлый лесной запах. Он отличался от той, что принёс с собой чужак в тюрьму Асгарда. — Там дверь.  — Дверь? — Локи нахмурился. — Эта магия… мне знакома. Конечно, ещё бы она не была знакома… Этот запах хвойного леса мог бы быть от чего угодно, но у меня он ассоциировался с одним единственным человеком. Я выкинула нас обоих.  — Это моя магия? — он явно требовал объяснений. — В твоей голове дверь, сотворённая мной?!  — А я та ещё затейница… Если я правильно понимаю, то надо сделать кое-что ещё. Давай ещё раз, — и за миг до того, как он применил магию, так же коснулась его висков, проникая в его сознание. Смешанное заклятие вызвало у Локи смесь злости и страха, а мир, в котором мы оказались, не был похож ни на его внутренний, ни на мой.  — Что ты творишь?! — он схватил меня за плечи и начал трясти. — Это ловушка для любого живого существа! Словно ты не читала ни одной книги! Память — не шутка и не игра, — он и вправду был напуган до смерти. Одного он не знал.  — А ты хорошо книжки читал? Я вот первым делом смотрю на обложку, — как бы между делом. — Ту, в которой об этом говорится, угадай, кто написал?  — Нет, не может быть. Книга «Ложь», — он засмеялся и ощутимый страх вокруг него стал рассеиваться. Локи доверился. — Если это она, я думаю, что стёрла всем память именно ты.  — Я тоже до этого дошла, как ни странно, — хихикнув, я осмотрелась внимательнее. Окружение напоминало древнегреческий амфитеатр, поросший зеленью. — Ключи вдали, так? В моих воспоминаниях остались перемещения на Землю, а когда-то я побывала в Греции, ещё до рождения Тора. Тогда я брала разные имена, а в записке имелось ввиду немного не то. Дверь под замком, то есть, сама дверь — не закрыта. Она под дворцом. А ключи вдали — ключ Ивдали.  — Ивдали? Плохой псевдоним, — скептически прокомментировал он. — И та дверь в твоём сознании, она же не под каким-то зданием.  — Да, муляж, который дал мне подсказку. Но самое главное, что мы оказались там, где надо, — я осмотрелась. — В Греции это было дворцом культуры и одновременно ключом славы Ивдали. Воцарилась тишина, Локи решил пройтись и осмотреться. Наблюдая за ним, я отмечала колоссальные изменения. Походка, выражение лица, его слова — всё разительно отличалось от того, что он показывал в реальном мире. Здесь, он точно знал, никто не подслушал бы разговора и не увидел бы его таким, кроме меня. А мне Локи доверял и, видно, после такого путешествия, доверился связи, которая объединяла нас двоих.  — А ты уверена, что именно это место, где хранятся твои воспоминания?  — Это вообще не оно. Будь всё так просто, я бы не прятала воспоминания… Я тебя выкину сейчас отсюда, — предупредила я, почувствовав чьё-то приближение в реальном мире. И как только яркий свет тюремной камеры ослепил меня, отскочила от Локи, как можно непринуждённее устроившись в кресле и взяв книгу собственного написания. Ложь на человеческих языках была созвучна с моим именем, хотя в первый раз взяв её, я и не поняла этого. А вот прочитав, стала копаться в себе.  — Принц Локи, — стражник, нарушивший наш разговор, поклонился. — Царица Фригга была поражена в битве. Эта фраза повергла меня в шок, Локи лишь безэмоционально кивнул. Ас ушёл, а Локи медленно закрыл книгу, поднялся и, не смотря на меня, сжал кулаки, разбрасывая магией вещи. Я встала, отходя к стене и сползая по ней и из последних сил накладывая иллюзию на тюремную камеру. Гробовая тишина, а вместе с ней, вязкая ярость и такая ощутимая боль. Хватая вещи и кидая их в стены, Локи пытался заглушить её. Кричал, рвал одежду и волосы. Ломал вещи, и магия, которую он не сдерживал, крушила всё вокруг. Я еле успевала уклоняться от летевших в мою сторону случайных вещей. С каждой минутой становилось тяжелее дышать. Он всё кричал, задыхаясь, срывая голос. Пока не обессилел. Локи так же сполз по стене рядом со мной.  — А ведь Один оказался прав, заточая меня сюда, — хрипло выдал он. — Я ведь и вправду больше не увижу её… Говорить что-то в ответ было неуместно. Подогнув свои ноги, я безмолвно уложила Локи головой на колени, гладя его запутавшиеся волосы, по моим щекам текли слёзы. Фригга и мне была матерью. Растила, как родную, пусть и для Одина делала вид, будто совершенно отстранена от меня. Словно из сердца вырвали кусок. Локи тихонько развернулся, смотря на меня снизу вверх:  — Скажи, что всегда будешь на моей стороне, — хриплым голосом Локи умолял. — Всегда будешь рядом и не предашь. Ни мыслью, ни делом. Вот то, что он хотел спросить. Кроме меня теперь у него не было никого. Не услышав моего ответа, он сам поджал ноги, словно сворачиваясь в клубок и утыкаясь в мой живот.  — До конца времён, Локи.