Нежданчики

К джету вернулись только поздней-поздней ночью, когда до рассвета осталось едва ли часа полтора. Все устали. Брок настолько уходился, что не только едва передвигал ноги, но и хохмить по поводу и без забывал. Даже на шутки Барнса огрызался без особого огонька, посылая того нахуй скорее для порядка. — Давай я тебя на руках понесу, — предложил Джек, когда они вышли из такси посреди какого-то лесочка. — Я не особенно устал. И очень впечатлён. — А отсосать тебе не завернуть? — тут же огрызнулся Брок, застегнул куртку по самое горло и преувеличенно твёрдо зашагал в сторону скрытого стелс-системой джета. Джека же за плечо придержал Барнс, развернул к себе и молча обнял, погладил по спине, поворошил волосы на затылке, а отстраняясь, коснулся губами лба. — Я рад, что ты есть, сын. — И я рад, что мой отец ты, а не Сайлас Бенджамин, — искренне ответил Джек. — Как ты думаешь, если я подхвачу его на руки, он мне врежет? — Возможно, ухо откусит, так что не рискуй, — посоветовал Барнс. — Трепетный он у нас и ранимый, несмотря на внешний панцирь и гору сарказма. Да и идти тут всего ничего. И знаешь, давай вы сегодня на отсыпной, а завтра попробуем вас на Базу протащить. Броку давно на работу пора, ему как раз пропуск одобрить должны были, а тебя я протащу сам. — Тайными канализационными ходами? — подмигнул Джек, поглядывая на Брока в предрассветных сумерках. — В кармане, — доверительно шепнул Барнс, вытянул из кармана стилизованный под брелок крошечный блок управления джетом и нажал на кнопку на боковой панели. Отовсюду ударил яркий ослепляющий свет. — Барнс, твою-то мать! — заорал Брок, не успевший зажмуриться. — Мудила ты! — Радуйся, что без музыки! — крикнул ему Джек, смеясь. — Эй, не кидайся на меня! — Он принялся уворачиваться от разъяренного — и откуда силы-то взялись? — Брока, вертясь вокруг Барнса, как вокруг афишной тумбы. — Уроды, — огрызнулся Брок, быстро выхватил у Барнса тот самый брелок и тряхнул им в воздухе. — В отсеке для багажа, блядь, полетите! Но тут уже сориентировался Барнс: подхватив разъярённую добычу на руки, он с лёгкостью закинул его себе на плечо, даже по заднице хлопнул для лучшей фиксации, слишком уж не хотелось лишаться возможности рулить этой высокотехнологичной птичкой. — В джет! — велел он сыну, удерживая извивающегося и громко матерящегося Брока так, чтобы и самому не получить в пах носком тяжёлого ботинка, и не уронить ценный груз. Джек, спотыкаясь от смеха, чесанул к джету, уже опустившему аппарель. Внёс Брока Барнс всё-таки на руках, самолично усадил его в кресло, надёжно пристегнул и навис сверху с самым суровым видом. — Брокки, детка, ты бы не дёргался и тихо-мирно спал, а то пешком добираться будешь. Понял? И звучно чмокнул его в нос. — Всё равно мудила, — немного обиженно буркнул Брок. — Плед и наушники мне принеси и будешь прощён на первый раз. — Что, грозный котёночек, форма всё-таки влияет на содержание, да? — спросил Джек, укрывая его пледом. — Где наушники, не знаю. — Оба вы мудилы, — почти беззлобно огрызнулся Брок, поёрзал на сиденье, устраиваясь, и закрыл глаза. — Сразу видно — родственники. — А то ты сомневался! — укрыл его получше Джек и поцеловал в нос. — Спи спокойно. Барнс выглянул из кабины и поманил Джека к себе, даже выудил откуда-то термос и небольшую бутылочку травяного ликёра. — Ну ты запаслив! — восхитился Джек и зевнул, прикрыв рот ладонью. — Лететь-то всего минут двадцать. — Может, я вас высажу, а сам дальше летать отправлюсь, благо заправлять эту красоту надо раз в год. В руки Джека перекочевала пластиковая кружка с ещё тёплым чаем и несколькими колпачками того самого ликёра. — Не переживай, сын, всё у вас двоих будет хорошо, — пообещал ему Барнс, отсалютовал бутылкой и выхлебал её содержимое за три глотка. — Уж я-то постараюсь! Брок заснул так крепко, что не проснулся, когда Джек на руках вынес его из джета и донёс до заранее вызванного кем-то такси. Уже рассвело, город проснулся, но пробок по дороге домой почти не было, и Джек пожалел об этом: ему было так хорошо, когда он обнимал спящего Брока и слушал его дыхание. Но когда машина остановилась у дома, пришлось его разбудить. — Мы приехали, — шепнул Джек Броку на ухо. — Пойдём домой. Просыпаться отчаянно не хотелось, слишком тепло и уютно было. Брок завозился, широко зевнул, не открывая при этом глаз, и снова попробовал провалиться в сон. Ведь можно оставить его там, где он сейчас есть, и не дёргать хотя бы дня два. Джек усмехнулся и аккуратно вынул Брока с заднего сиденья. Кое-как внёс в подъезд — оттуда как раз выходила строго одетая женщина, поднял на их этаж и только у квартиры, придерживая, поставил на пол — нужно было отыскать ключи. Уложив Брока на его кровать, Джек разул его и раздел, укрыл, задёрнул занавески и вышел, прикрыв дверь. Ему хотелось кофе. Сна не было ни в одном глазу. Спал Брок плохо. Точнее, не так, спал он просто отвратительно. Когда успокаивающее покачивание и тепло пропали, он ухнул в бездну воспоминаний. Отчего проснулся разбитым, долго валялся в постели, глядя, как по потолку медленно переползают солнечные лучи. Жизнь виделась какой-то беспросветной. Хорошо хоть сегодня должны были прислать документы для нового тела и пропуск на Базу. Выполз на кухню Брок, когда валяться уже не было никаких сил. — Кофе? — предложил ему Джек. — Шел бы ты дальше спать. Сегодня у нас отсыпной. Сам он так и просидел на кухне, заливаясь кофе и разглядывая сделанные в Вашингтоне фотки. Вот получит он документы на имя Джонатана Барнса — и заведёт себе Инстаграм! — Выспался, — невесело, без огонька огрызнулся Брок, сам дошлёпал до плиты, зажёг одну из конфорок. Спрашивать о том, как он оказался в собственной постели вместо вполне комфортабельного сидения джета, Брок не торопился. Тут особым умником быть не нужно. И так всё понятно. Джек встал, шагнул к Броку и обнял его. — Давай позавтракаем — и досыпать, — предложил он. Броку осталось только вздохнуть и согласиться. Он даже сам сделает этот чёртов завтрак, лишь бы Джеку было хорошо. — Креветки и крок-месье? — спросил Брок, и не думая отстраняться или убирать от себя руки Джека. — Да, давай, — согласился Джек. — А я пока сварю тебе кофе. Потом поспим и решим, какие заказать продукты. Он поцеловал Брока в затылок, вдохнув запах его волос, и отошёл к кофеварке. Брок с силой растёр лицо, пытаясь вернуть мыслительную деятельность в норму, но получалось отчего-то скверно. Рядом с Джеком вообще вся его привычная жизнь осыпалась, как карточный домик. По-хорошему, им стоило держаться друг от друга подальше, неизвестно же, что за заклятие их перемешало и как оно может усугубить и так не самое простое положение. Но что-то не давало выставить мальчишку жить к отцу. Хотя и смиряться и плыть по течению Брок не собирался. Он выйдет на работу, сам разыщет Ванду и, если потребуется, на колени перед ней встанет, лишь бы она помогла решить эту задачу. Пока голова думала, руки сами работали без напоминаний от мозга. Очищенные креветки ждали своего часа на бумажном полотенце, рядом стояла бутылочка чесночного масла, а на конфорке медленно нагревалась тяжёлая чугунная сковорода, пока Брок колдовал над французскими сэндвичами. Джек поставил перед ним большую кружку сладких сливок с кофе — всё как Брок любил. — Мне помочь? — спросил он. — Лучшая помощь — это сесть и не мешать, — привычно отбрил Брок, но за кофе сдержанно поблагодарил. Поставив на стол большое блюдо с горячими сэндвичами и обжаренные в чесночном масле креветки, Брок сел напротив Джека. — Ешь. — Ты тоже, — потребовал Джек. — Мы ужинали в последний раз четырнадцать часов назад. Повода морить себя голодом нет. Отчего-то Броку кусок в горло не лез, да и не был он особо голоден, ощущая скорее усталость, хоть и проспал всё-таки какое-то время. Но с Джеком спорить было бесполезно. С него станется попробовать кормить с рук. Потому Брок без аппетита сжевал полтора сэндвича, к креветкам, правда, даже не притронувшись, вылакал кофейный напиток и поднялся. — Запихни посуду в мойку, потом с ней разберёмся. Джек так и сделал. Улыбнулся и сказал: — Ложись, а я пока в душ. Обещаю надеть пижаму. — Ага, и подрочи обязательно, — в тон ему ответил Брок, скрываясь в своей комнате. И нет, это был не побег, по крайней мере, так в это хотелось верить. Сам же Брок тоже решил зарулить в душ, в холодный такой, чтобы зуб на зуб не попадал и всякая ересь перестала лезть в голову. По-любому вот это вот состояние было следствием заклинания, вот только рассеиваться оно никак не желало, чем бесило невероятно.