21st century vampire.

— Даррен? — Шейн был немало удивлен, и даже немного напуган таким открытием. Он думал, что все это время Форс-младший находился у себя и спал, но раз уж произошло так, то Даррен мог быть замешан в чем-то. Возможно даже, что он являлся одним из этих самых бунтарей, устраивающих открытые нападения. Теперь парень достаточно оправданно начал подозревать младшего брата в не очень хороших вещах. — Шейн, ты идиот? Что ты такое творишь? Отпусти меня, пока отец не пришел. — из размышлений Шейна вывел недовольный голос Даррена, изо всех сил пытающегося скинуть с себя тяжелую тушу брата. — Где ты был? Все думали, ты давно спишь. — то-ли не замечая этого, то-ли нарочно игнорируя, спрашивает Шейн. — Какое тебе до этого дело? — Даррен продолжал активно сопротивляться, стараясь выкарабкаться из-под брюнета. — И вообще, что это ещё за допрос? Я думал, со дня моего совершеннолетия мы уже прошли через тот период чрезмерного опекунства. — Где ты был, кретин?! Говори! — разгневавшись, Шейн схватил брата за ворот рубашки, и слегка приподняв того, прошипел это прямо ему в лицо. В его глазах горела драконья ярость, Даррен привел его в бешенство своим нежеланием отвечать на заданный вопрос. — Да замолчи ты! Хочешь, чтобы отец услышал? Вместо ответа Форс лишь крепче сжал в руке его рубашку и навалился на парня, придавив его к полу так, что тому стало трудно дышать. — Да хорошо, хорошо. — Даррен понял, что пытаться выбраться бесполезно, ведь в сложившейся ситуации господство явно на стороне Шейна. Он перестает хоть как-то двигаться и покоряется. — Я встречался с Тони. Теперь-то ты от меня отстанешь? — С Энтони?.. — Шейн чуть ослабил хватку. Он ожидал услышать в ответ что-то другое - что-то более провоцирующее и вызывающее, поэтому братец вновь привел его в замешательство. — Да. Мы...давно не виделись. В последние дни он все время пропадает за работой. — в этот момент Форс расслышал в голосе младшего брата еле заметную нотку грусти. Даррен в прямом смысле до безумства любил Энтони, поэтому расстояние давалось ему очень тяжело. Шейн знал это, и в такие моменты обычно старался быть рядом с ним, поддерживать его. — Зачем ты использовал иллюзию? И каким образом ты сделал это? Так могут...немногие вампиры. — не давая таким обыденным вещам отвлекать себя от более насущных и актуальных проблем, Шейн задает очередной вопрос, волнующий его разум. Даррен раздраженно выдохнул и пробормотал: — Дьявол, Шейн, где твои мозги? Нельзя, чтобы отец узнал, что я был с Тони. — Как ты смог? — Может хватит? Зачем ты вообще устроил этот допрос? К чему это все? — начал возмущаться юноша. Вопросы Шейна и правда наводили на мысль, что тот подозревает его в чем-то. Даррен уже порядком устал от них, но под грозным взглядом старшего брата, Форс закатил глаза и вновь заговорил. — Не знаю. Я просто сконцентрировался. Шейну все казалось, что Даррен что-то не договаривает. Конечно, вполне логично, что он скрывался из-за того, что был у Энтони, ведь отец точно не одобрил бы их отношений. И да, причина состояла не только в разнице их возраста и гендере избранника Даррена, но и в том, что он являлся неким отшельником и отступником. Энтони не хотел подчиняться политике, сложившейся в Вампирском обществе когда-то давно. Естественно, Форс-старший, как один из правителей бессмертных и ярый обскурант, не одобрял подобного и не мог позволить сыну связать свою судьбу с такой личностью, как Бассет. С другой стороны, Шейна мучала ещё одна несостыковка. Насколько ему было известно, то Даррен не отличался особыми способностями, хотя и принадлежал к значимому роду. Он никаким образом не мог получить такое сложное и редкое умение, как применение иллюзии, но по какой-то непонятной причине ему удалось сделать это. Теперь появляется вполне уместный вопрос - как? — Так ты отпустишь меня? — на этот раз тихо, и без малейшего намека на агрессию, спросил Даррен, перебивая тот поток мыслей, в который был с головой погружен его старший брат. Прогнав негативные мысли, вводящие его в заблуждение, Шейн поднялся с пола и помог встать Даррену. — Можешь идти. Только...Даррен, не делай больше так. Юноша согласно кивнул, после чего поднялся по лестнице и скрылся в тени коридора. Оказавшись в своей комнате, Даррен запер дверь на все замки. Только теперь он смог спокойно выдохнуть и наконец снять иллюзию. Из-за сложности в использовании этой способности его энергетические силы совсем иссякли, поэтому он прислонился спиной к двери и медленно осел на пол. В висках будто тарабанили тяжелые молоты, а черепная коробка, казалось, сейчас просто расколется от этой жуткой боли. Буквально за одну секунду его внешний вид полностью изменился. Если в то время, когда он только зашёл в комнату, на нем был надет строгий костюм, то сейчас он сменился на футболку, кожаную куртку с шипами и черные джинсы со множеством нашивок в виде пентограмм, пятиконечных звезд и других оккультных символов. Вся его одежда была перепачкана бурыми пятнами. Очевидно, что это была кровь. Конечно, после подобной сцены наверное каждый бы начал испытывать страх перед тем, что его тайну могут раскрыть, но в этом случае все происходило наоборот - Даррен был абсолютно спокоен, словно этих событий и не было вовсе. Взгляд его каменных глаз был как всегда - спокоен и холоден, а губы расплылись в хитрой усмешке. То, что Шейн начинает понимать причастность брата к происходящим нападениям, для него было даже хорошо - так становилось интереснее. Для Даррена все это было игрой, развлечением. Именно поэтому юноша был так безмятежен, ведь он знал, что при любом раскладе обязательно выйдет победителем. Форс-младший не привык проигрывать - он всегда добьется своего, пусть даже если придется идти на жертвы.

***

Через несколько часов после инцидента с Дарреном, Шейн встретился с дочерью коллеги отца - Мистера Де Эссекса, чтобы обсудить произошедшее и поделиться с ней своими подозрениями и мыслями. Форс-старший как раз ехал к ним в особняк, чтобы еще о чем-то переговорить с главой семейства, и по просьбе сына взял его с собой. Дочь Мистера Де Эссекса, Скарлетт Де Эссекс — ровесница Шейна, девушка необычайной красоты с длинными волнистыми волосами каштанового цвета и темно-карими глазами. Ярко выраженные ключицы, маленький и аккуратный нос, густые брови, пушистые ресницы и хрупкая фигурка. Эта девушка — идеал современного понимания красоты. Многие вампиры старались завоевать внимание этой особы, но не у всех это удавалось. Удивительно то, что Шейн даже не пытался как-то привлечь её к себе, поэтому Скарлетт и заинтересовалась им. Иронично, что поначалу девушка не была ему интересна, и ей самой пришлось добиваться юного наследника. — То есть ты думаешь, что Даррен замешан в этих нападениях. Я правильно понимаю? — выслушав рассказ Шейна, неуверенно спросила Скарлетт. — Да, именно. — медленно кивая головой, ответил парень. Он не был готов принять данный факт, но больше объяснить поведение младшего брата было нечем. — Но.. может ты ошибся? Не думаю, что он способен на такое. Ты же знаешь, Даррен, он.. — девушке было стыдно произносить подобное о семье Шейна, поэтому слова она подбирала с трудом, а голос ее подрагивал. — он не так уж силен, как остальные члены твоей семьи. — Он использовал иллюзию. Как и зачем бы ему это делать? Что ему скрывать? — голос Шейна начал срываться. Одна лишь мысль о том, что его младший брат может быть причастен к чему-то подобному вызывала тревогу и ужас. Брюнет опрокинул голову на ладони и устало выдохнул. — Я бы хотел думать по-другому, но не могу.. Тут просто не может быть какого-то другого объяснения. — Шейн.. — девушка подобралась ближе к Форсу и стала успокаивающе гладить его по спине. — Он же объяснил, что был с Энтони, а иллюзию использовал, чтобы Мистер Форс не узнал. Что не так? По-моему, это вполне логично, а ты просто накручиваешь себя. Шейн поднял голову. Его взгляд все ещё был затуманенным и немного блуждающим. — Полагаешь, он сказал правду? — Я в этом уверена, — утвердительно кивнув головой, согласилась Де Эссекс. — Ну а иллюзии его мог научить Энтони. Он же очень сильный вампир. Даже.. сильнее Мистера Форса.. — немного замявшись, заметила шатенка. Она знала, как Шейн любит и дорожит своим отцом, поэтому боялась, что эти слова могут ранить его. — Да, ты права, Скарлетт. Наверное.. — Шейн повернулся к ней лицом так, чтобы их взгляды встретились. Ее карие, будто темный шоколад, глаза манили парня, затягивали своей глубиной. Он уже не мог оторвать взора от них. Какое-то время они просто смотрели друг на друга, боясь нарушить возникшую тишину, но через считаные секунды Скарлетт обхватила его шею руками и поцеловала, слизывая с губ уже успевший стать родным вкус крепкого и свежащего кофе. Шейн приложил ладонь девушки к своей щеке, прикрывая веки от наслаждения. Руки её были тёплыми, а кожа нежная, и он был рад снова почувствовать их касание. Этот поцелуй был чувственным и нежным, без нотки похоти, только чистая и искренняя любовь. Через него они оба хотели показать насколько сильно нуждаются друг в друге, насколько сильно хотят чувствовать друг друга. Когда же раздался как обычно грозный голос Форса-старшего, твердящий: «Шейн, пора уезжать», парочка нехотя отстранилась. — Отец зовёт.. — отведя глаза в сторону, неловко пробормотал брюнет. — Мне уже пора, извини.. — Да, иди. — согласилась его возлюбленная. — Встретимся завтра, на балу. — на прощание Скарлетт крепко обняла парня. Она не желала его отпускать, но разум взял верх над чувствами, и девушка выпустила его из своих теплых объятий.

***

По дороге домой Шейну всё не давала покоя последняя фраза Скарлетт — «Встретимся завтра, на балу». Только она и крутилась на уме парня, вызывая жуткую головную боль. Ужасные мысли лезли в голову. «Неужели несмотря на то, что происходит отец не отменит Летний Бал?..» — думал Форс. Когда Шейн уже совсем потонул в своих домыслах и догадках, то решился спросить у Бенджамина напрямую. — Отец, ты разве не отменил Летний Бал? — не получив в ответ ничего, кроме тишины, юноша счел это за положительный ответ и продолжил. — Тебе не кажется это необдуманным? Опасным? Сейчас всему Вампирскому обществу грозит огромная опасность. Что если из-за нарушителей туда заявятся охотники? Или они вытворят еще что-то? Ты ведь сам говорил о.. — не успел брюнет закончить свою последнюю фразу, как отец грубо перебил его, заставив замолчать. — Шейн, прекрати. — сжав челюсть, чтобы в очередной раз не сорваться, осипшим голосом отвечает мужчина. Бенджамин понимал. Прекрасно понимал, что сын прав. Но из-за этих преступников репутация Вампирского Правительства сильно пошатнулась, и Летний Бал мог помочь укрепить её. Дело в том, что в Калифорнию приезжал один из представителей бессмертных Европейской власти. Он хотел заключить с Мистером Форсом контракт, который значительно повысил бы авторитет Калифорнийского правительства бессмертных. Именно для этого и нужен был Летний Бал, его ни в коем случае нельзя было отменять. Шейн не знал этого, потому не понимал действий отца и тщетно старался вразумить его. — Ты не понимаешь. Это слишком рискованно! — игнорируя явное нежелание Форса вести этот разговор, продолжал настоять на своем сын. — Шейн Маркус Форс, успокойся. Я знаю, что делаю. Не пытайся учить меня, — Бенджамин в раздражении и разъярённой злости бросает на юношу колкий взгляд. Полным именем он называл сына очень редко, только когда был слишком зол. Ну а Шейн был воспитан так, что не мог позволить себе перечить старшему поколению, поэтому он моментально замолк и отвернулся к окну. Вся остальная поездка прошла в напряженном молчании. Разглядывая сменяющиеся пейзажи за стеклом, Шейн думал о том, что может быть Бенджамин прав, и он зря беспокоится. Но какое-то предчувствие все же не давало ему покоя. Оно маленьким комочком закралось куда-то в подсознание и заняло собой совершенно все мысли вампира. У него было ощущение, будто что-то грандиозное и очень плохое должно произойти в тот день. И это ощущение так и не покинет его до самой ночи Летнего Бала.

***

Ночь Летнего Бала компания юных бессмертных беспредельщиков планировала провести очень весело Конечно, в своем понимании. У них даже была подготовлена такая грандиозная задумка, которая точно заставит Вампирское Правительство захлебнуться собственной слюной от ярости. Но была одна проблема: их лидер — Даррен не мог присутствовать. Чтобы отвести от себя подозрения, да и по традиции он обязан был пойти на празднество. Габриэлла тоже должна там быть, поскольку семейство Редверс так же является одним из влиятельных родов, а родители юной бунтарки относятся к представителям Калифорнийского Правительства Бессмертных. Исходя из всех этих факторов, компания лишается сразу двух важных соучастников, но к счастью, Даррен смог найти прекрасную замену им обоим. Чтобы обсудить все детали, он за день до самих событий собрал оставшихся парней из компании. — И кто, ты говоришь, будет вместо вас? — после того как выслушал план Форса-младшего, скептично выгнув бровь, спросил Эдвард. — Он предпочел остаться инкогнито. — увидев явное недоверие в сторону своей временной замены, Даррен добавил: — Я его хорошо знаю, он точно не подведет. С его помощью все пройдет безупречно. — Хорошо.. Ну а как мы с ним свяжемся, если он такой скрытный? — по очередному косому взгляду Эдварда, увидев, что тот сейчас вновь выбросит что-нибудь колкое, в разговор вмешался Джон, который молчал до этого самого времени. — Личной встречи ведь не будет, я верно понимаю? — Дистанционно. Он сам с вами свяжется. Через это. — брюнет выложил на стол мобильник, который купил специально для данной «операции». — По времени примерно в полночь. — Он будет нашим.. вроде как диктатором? — из всего сказанного другом, сделал вывод Данстанвили. — Скорее координатором ваших действий, но можно и так сказать. — непричастно повел плечами Даррен. — Да-а-а, завтра будет то ещё шоу, — откинувшись на спинку кресла и заведя руки за голову, с ухмылкой протянул Эдвард. — Не расслабляйся, Сеймур. Это будет в разы сложнее, чем нападения на простых обывателей. — насмехаясь над наивностью и самонадеянностью брюнета, проговорил Форс. — Даррен, не преувеличивай. Что может быть сложного в том, чтобы убить смертного? Тем более одного. Мы бы и без твоей таинственной замены справились, — закатив глаза, лениво произнес Эдвард в ответ. — Кто такой этот человек, что ты так беспокоишься? Президент США? — юноша искренне рассмеялся собственной шутке в то время, как Даррен бросил на него серьезный и ничуть не смешливый взор. — Почти.. — с неоднозначной и загадочной краткостью, ответил главарь. Смеющийся все это время Эдвард тут же умолк и внешний вид его сделался более напуганным. От такой резкой перемены в эмоциях парня, Форс-младший сам залился звонким смехом. Джон и Эдвард многозначительно переглянулись, охваченные страхом, они и не представляли, какую жестокость задумал Даррен..

***

Пришло время, и наконец наступила та самая грандиозная во всех смыслах ночь — ночь Летнего Бала. Именно сегодня произойдет целый ряд ярких событий, которые изменят судьбу многих бессмертных, и не только их.. Зал, в котором и проводился праздник, был украшен различными элементами декора, нагоняющими жуть на простого смертного, но не на вампира. Освещение было тусклым, повсюду стояли старинные канделябры, что были единственным источником света помимо люстры, по своему дизайну похожей на них. Багровые ковры были расстелены по всему полу, а на столе стояли закуски, вино и кровь, заменяющая пунш. Бал уже был в самом разгаре: вампирши в роскошных бальных платьях и вампиры в строгих костюмах сновали туда сюда, развлекая себя тем, чем только смогут придумать. По традиции каждый вампир должен быть на балу со спутником. Поскольку Энтони не мог явиться туда, да и нельзя было Бенджамину видеть его с сыном, Даррен взял на эту роль свою старую знакомую - Габриэллу. Как только они пришли, девушка сразу же куда-то сбежала, оставив друга в гордом одиночестве. Пока остальные бессмертные вели светские беседы и веселились, Форс-младший стоял в стороне, допивая очередной бокал красного. Его не привлекало то разгулье, которое устроили присутствующие бессмертные - он думал о том, что будет, когда Эдвард и Джон выполнят то, что он так долго и усердно готовил, и уже ощущал на языке сладкий вкус победы, когда к нему подошёл отец в сопровождении еще двух вампиров. — Даррен, я должен вас представить. Это Мистер Эскамилья - мой коллега, представитель Испанского правительства бессмертных. — мужчина, на которого указал Бенджамин, слегка кивнул, как бы соглашаясь с его словами. Даррен же учтиво склонил голову, как требовал того этикет. — Ну а это Виктория - дочь Мистера Эскамилья. — блондинка, стоявшая рядом с испанским гостем вышла вперед к парню и в ожидании чего-то стала внимательно разглядывать юношу. Виктория Эскамилья — молодая вампирша, примерно одного возраста с Дарреном. Эта девушка является обладательницей блондинистых вьющихся волос средней длины, и серо-голубых глаз, напоминающих своим цветом горную реку, которая движется и дает силы природе, чтобы расти. Идеальный изгиб бровей, заостренные скулы, прямой нос и губы — ее внешность очень напоминает голливудский стандарт красоты. — В Испании при знакомстве принято два раза целоваться, — отец пояснил, что требуется от Даррена. Сын нехотя подчинился. После традиционного испанского приветствия, Мистер Форс снова заговорил: — К сожалению, мы с Мистером Эскамилья вынуждены оставить вас, но я уверен, что вы прекрасно проведете время и без нас. Даррен, побудь немного с Викторией. Расскажи о наших традициях, достопримечательностях, думаю гостье будет интересно послушать. — О да, очень интересно, — мило улыбнувшись, согласилась испанка. Эта ее наивность и кокетничество ужасно раздражали Даррена. Ему было ненавистно даже находиться рядом с такой личностью. Не то что бы он был каким-то женоненавистником, вовсе нет. Просто подобные персоны вызывали в нем как минимум отвращение. Не заметив или попросту не обратив внимания на возмущенный вид юноши, отец довольно кивнул и они быстро удалились, оставив детей одних. — Что за планы у них на нас? — брюнет наконец смог снять с лица фальшивую улыбку, и проводив мужчин внимательным взглядом, спросил. — Почему ты так решил? — Виктория состроила гримасу искреннего непонимания. Эта особа итак не вызывала у Даррена симпатии, но своим ужасным актерским мастерством она пробудила в нем лишь еще большее раздражение, которое тот просто не мог скрывать в силу своего характера. — Не строй из себя тупую. Так я начинаю думать, что ты таковой и являешься. — повернувшись к ней лицом, грубо бросил Даррен. — Я знаю своего отца, и уж тем более вижу, что ты в курсе всех их замыслов. — насладившись реакцией Виктории, через время добавил он. Девушка оскорбленно хмыкнула, но все же сменила тон и заговорила. — Хотят женить нас. В своих, политических целях. — по какой-то совершенно неизвестной для нее причине, Форс-младший вдруг заливисто рассмеялся. — Что смешного? Почему ты смеешься? — непонимающе хлопая ресницами, спросила блондинка. — Ничего у них не выйдет. Твой отец сам скоро не захочет этой свадьбы. — вытирая маленькие слезинки, непроизвольно вызванные смехом, отвечает темноволосый. — Почему это? — все еще недоумевает блондинка. — Сейчас узнаешь, — отпив из бокала еще один глоток вина, Даррен начал считать. — Раз..Два..Три, — как только он окончил счет, в зал ворвался вампир, который испуганно тараторил себе что-то под нос. Единственная его фраза, которую можно было разобрать: «Где Мистер Форс?». Даррен вальяжной походкой подобрался к нему и с наигранным испугом, спросил: — Эдди, что случилось? Паникующий вампир обернулся на бархатистый голос Форса. Его взгляд был затуманен страхом. Он вцепился в пиджак Даррена мертвой хваткой и в самое его лицо пробормотал: — Скажи отцу, что эти отморозки убили человеческого Мэра.

***

После того, как новость дошла до Мистера Форса, который как раз в это время вел последние переговоры с испанским гостем, он был мягко говоря шокирован и обозлен. Но его злость дошла до предела только тогда, когда из-за всей этой ситуации Мистер Эскамилья в достаточно грубой форме отказался от женитьбы их детей: — Я не могу дать согласия на этот брак, когда у Вас творится такое! У вас куча проблем, с которыми Вы не можете справиться самостоятельно, я не могу доверить свою дочь такому безответственному правителю, как Вы! Бенджамин до последнего пытался отговорить Испанского Правителя, но это ему так и не удалось - отец Виктории был категоричен. Он и слушать ничего не хотел — схватил дочь за руку и дотащил ее до авто, на котором они и приехали. — Постойте, Мистер Эскамилья! — только и успел прокричать Мистер Форс вслед уезжающему лимузину. Как только испанцы уехали, он вымученно вздохнул. — Вот черт.. — мужчина обессиленно ударил кулаком о стену здания, отчего на его костяшках выступила кровь. Как раз в этот момент на улицу выбежал Шейн. Одежда его выглядела помятой, волосы взъерошенны, а рубашка была застегнута недоконца. Следом за ним появилась и Скарлетт. Ее платье также было сбито, а внешний вид почти не отличался своей небрежностью от Шейна. — Отец.. — в страхе округлив глаза, зовёт Шейн. Парень подходит ближе к Бенджамину, и как только он оказался совсем рядом, тот резко оборачивается. — Я убью этих ублюдков!