Какой же он странный, этот учитель рисования...

- Тенген-сан, пожалуйста скажите что мне делать? – проныл Зеницу. Ему было не очень комфортно следить за тем, как кто то работает, а он смотрит, хотя взяли его для помощи. Его опять проигнорировали. - Сами говорили, что вы один учитель изо на всю школу и вам нужна помощь, а сейчас! – возмутился Агацума. На самом деле приятно сидеть на этом диване. Тепло. Узуй на самом деле не игнорировал ученика, он просто и вправду полностью отдался работе и воспоминаниям. Он бы давно отшутился на слова Зеницу, но не дал бы тому даже притронуться к какой то работе. Тенген мотал в голове песни Агацумы, его собственного сочинения. Да, Узуй не смог найти песню, в первый день обнаружения, но не потому что не запомнил, а потому что она существовала только у Зеницу. Он и еще двое друзей блондина были посвящены в эту тайну. Тенген ее лелеял. - спой, -рассеяно произнес Узуй в пустоту. Но Агацума принял ее на свой счет. - А можно? – растерянно проговорил мальчик. Он уже совсем не стеснялся петь при учителе изо, но все же. Он был рад сейчас поиграть, потренироваться и он как раз хотел попробовать новую песню. Узуй вдруг понял, что брякнул, он сегодня чертовски рассеянный почему то. Душа заплясала, сердце тоже пустилось в пляс, но Зеницу не хотел прислушиваться к Тенгену сейчас, а зря. Учитель повернулся и с улыбкой произнес: - Конечно. – отвернувшись, Тенген схватился за сердце. Так громко стучит, как будто в грудной клетке тесно. Этот мальчишка его когда нибудь доведет. Он ведь хотел признаться тому, только при выпуске. Агацума быстрее забудет об учителе извращенце, а сам Узуй все еще хочет потешить себя глупыми надеждами. Так будет безопаснее и комфортнее. И тому и другому. А Зеницу тем временем уже настраивал свою любимую гитарку, которую еле еле упросил на день рождение у дедушки. Агацума любил ее всем сердцем, он готов играть на ней даже тогда, когда казалось сил нет даже пойти поесть. Он будет оберегать ее всегда как зеницу ока. - Я просыпаюсь в холодном поту, - начал петь Зеницу, он не хотел распеваться, он хотел показать учителю, как он вырос за это время. -я просыпаюсь в кошмарном бреду.* Тенгена сегодня хватит инфаркт, однозначно. Этот мальчишка, этот хулиган…. - Это твоя новая песня? Я не слышал ее до этого.- перебил парня Узуй. - Д-да. – испуганно ответил Агацума. Он совсем не ожидал такой бурной реакции. То что Тенген-сан, выронил ручку, уже его испугало, а то как он восторженно, но настороженно спросил у Зеницу про песню, совсем выбило того из колеи. - Извини, - Узуй очнулся и взяв ручку обратно со стола, продолжил проверять работы. Мальчик продолжил петь и наигрывать на гитаре мотив. Тенген опять застыл. Песня пробирала его, а может и не песня, а факт того, что поют только для него, а может исполнитель, который так приятно улыбался с закрытыми глазами, пока Узуй подглядывал, а может голос Агацумы так сильно убаюкивал Тенгена, что тот даже боялся дышать, чтобы не спугнуть это мгновение. А может быть все эти факты вместе. А Зеницу все пел, он уже сам по неволе закрыл глаза и отдался течению композиции. Он ни о чем не думает, кроме как о словах песни, он совершенно не ведает о буре в душе учителя и о том, понравится ли эта песня его друзьям. Мелодия льется, диван теплый, а на душе легко. После того как Агацума закончил, Узуй не двигался еще минут пять. Он был так восторжен и возбужден, что наверное готов был кричать на весь мир, как же ему хорошо. Зеницу, кажется, даже не ждал его реакции и уже убирал гитару в свой кофр, но Тенген не хотел оставлять все просто так. - Это было поразительно, невыносимо ярко, парень. – тихо прошептал учитель. У Агацумы перехватило дыхание. Узуй сегодня чертовски странный. Звучит странно, делает странные вещи и говорит странные вещи. Он не мог вынести серьезного учителя изо, ему казалось, что этот серьезный Тенген, такой взрослый и никогда больше не будет общаться с таким нытиком и трусом, полным ребенком, как Зеницу. Это было страшно. Хотя Агацуме всегда страшно, говорил его брат Кайгаку. Мир несправедлив, не понаслышке, знал мальчик. - Поехали домой? – оказывается к нему уже повернулся Тенген-сан и положив голову на руки, а руки на спинку стула, грустно улыбался. Все таки Узуй, очень хороший, даже с его громкой и «яркой» харизмой, которой Зеницу очень завидовал. Тенген-сан был таким по-детски шебутным, но от него чувствовалось, что если положишься на Узуя, ничего не потеряешь. А при взгляде на громко вопящего и с грустной рожей ворчащего Агацуму, кажется никто не испытает такого же. Кроме друзей, его единственных лучших друзей, ради которых он готов и в огонь, и в воду. Но друзья не девушки и никто никогда не полюбит Зеницу. По настоящему, до слез в подушку и любовных писем. Да, Агацума хочет отношений, но отношений подростковых. Сам он к сожалению этого не понимает или не принимает. - Давайте, я завтра к вам приду и помогу? Вы вроде недалеко живете, а в выходные я свободен. – промямлил, теребя себя за воротник школьного свитера, Зеницу. Он чувствовал, что должен что то Тенгену, но что и почему, он, конечно же, не знал. А еще с учителем тихо и спокойно, но при этом совсем не скучно. Еще звучит красиво. - Хорошо, я не против. Вот только есть у меня совершенно нечего. – почесал макушку учитель и усмехаясь начал собирать работы по сумкам. Кстати, насчет звука. Агацума прислушался к учителю и опять услышал странное звучание Узуя. Он звучал также нежно, как и радостно, как и возбужденно. Вернее, Зеницу не мог различить эти чувства в звуках, но почему то основная мысль пробивалась в мозг. Человек перед ним, очень хочет увидеть его на выходных. Мальчик резко закрыл уши и замотал головой. Странно, все это странно! Кажется, он покраснел. Тенген повернувшись, увидел до чертиков прелестную картину. Агацума почему то закрыв уши руками, тряс головой в стороны ,но при этом всем, он был красным как рак. Его милые, рыжие на кончиках локоны порхали вокруг головы и били его по щекам. Узую кажется, что когда это чудо откроет свои глазки, его душа ухнет в пятки и он просто бесповоротно втюрится в этого мальчишку. Он будет любить его, от таких неровно обрезанных рыжих кончиков, до насупившигося курносого носика, все его веснушки, которые с уходом солнца осенью медленно таяли, каждый пальчик на руке и ноге. Он научит его красить ногти и они будут самыми яркими на свете, потому что это пальцы Зеницу, самого яркого человека в мире, который победил в яркости самого бога яркости- Тенгена. Узуй готов был тысячи раз говорить, насколько же Агацума яркий, яркий, яркий… …ЯРКИЙ! Открыв глаза, Зеницу увидел перед собой учителя, который стоял над ним и улыбался. Эта его улыбка могла растопить сердца тысячи красавиц, а улыбался так нежно, он именно ему. Агацуме. Сейчас мальчик, просто не хотел даже думать о том, что это любовь Тенген-сана к нему или Зеницу влюбляется в учителя. Сейчас, он просто хотел улыбнуться в ответ и постараться сделать это также тепло как Узуй. Шоколадные глаза ученика сверлили Тенгена. Он и вправду пропал в них с концами.