Покажи ему любовь

– Я нашел очень вкусное пиво, – Юнги падает на диван, головой опускаясь на чужие коленки. В руках холодные бутылки с ярко оранжевой жидкостью, что заранее были опробованы в доме Намджуна. – Пиво? – парень недоверчиво смотрит на бутылку, покусывая губы. Берет напиток, другой рукой сжимая крохотную подушку, которую нашёл в старом кресле. Не решается взаимодействовать с головой старшего, что волосами скользит прямо по голым коленкам. Тэхён предлагает подложить подушку, знает, как неудобно должно быть на худых ногах. Юнги же отказывается, заглядывая в глаза младшему снизу-вверх. Тянет бутылку с алкоголем, подтягивая уголки губ, словно уговаривая. Спустя неделю отношений, Юнги знает о семье Тэхёна почти всё, начиная любимыми цветами Исо и заканчивая маминым расписанием работы. Сегодня она в ночь, поэтому Мин договорился с младшенькой Ким о том, что она как самая настоящая взрослая будет защищать дом, пока они не вернутся. Утащил парня к себе, и теперь Тэхён сидит в гараже, на стареньком, но целеньком диване, придерживая на коленях блондинистую голову. Юнги свободно может трогать, обнимать, дарить невесомые поцелуи куда-то в макушку. На примере Намджуна было куда легче полностью принять свои истинные желания, хоть и назвать себя «гей» – все еще немного пугающе. Однако ловить влюбленный взгляд слишком уж приятно, когда этот взгляд принадлежит смущенному мальчишке, а не зазнавшейся девушке. Тэхён же не решатся к подобным смелостям, только вот тело отзывается, полностью игнорируя здравый смысл. – Оно слабоалкогольное и вкусное. Тебе честно понравится и не будет плохо, – Юнги смотрит снизу на сомневающегося Тэхёна, что брови хмурит, но всё-таки берет бутылку, опираясь на доверие к старшему, – Обещаю. Младший не может выдержать, когда блондин улыбается сахарно, дёсны розовые выставляя на показ. Смотрит так полюбовно, что точно дышать забывает. Тонет в темноте темных глаз. Тэхён каждый раз теряет голову, когда теплые ладошки касаются, так трепетно и нежно. Вот и сейчас. Ничего не слышит, хоть и видит, как губы напротив шевелятся. Видит, как хмурится и только тогда слух и сознание возвращается. – Прости, что? – Я сам, – спортсмен поворачивается к металлическому сундуку, стоящему напротив дивана. Руками облокачивается о ноги младшего. Ладонь такая большая, что накрывает почти оба колена, Тэхён губу кусает, вдыхая рвано. Он просил открывалку, а Ким прошляпил, плавая в любви, – Всё хорошо? – спрашивает ещё. – Да, нормально, – вообще не нормально. Пить в его присутствии незаконно. Потому что он незаконно привлекательный, и если Тэхёна уносит в трезвом состоянии, то что будет под градусом? Просто Тэхён никогда не пил, даже пиво, поэтому и переживает, что хмель накатит. Юнги открывает бутылки, предавая одну парню. Отпивает почти сразу половину, а Тэхён принюхивается, хмуря брови. Пахнет сладко – мандаринами. – Попробуй, – снова ложится, заранее оставляя бутылку на полу. Смотрит внимательно. Всё-таки это он инициировал употребление алкоголя, поэтому и чувствует ответственность. Хочется, чтобы мальчишке все понравилось. Тэхён нерешительно подносит стекло к губам, язык подставляет, склоняя бутылку, чтоб жидкость совсем чуть-чуть коснулась кончика. Сладко, но не понятно, поэтому парень глотает немного, смакуя остатки послевкусия на языке. На вкус как газированный мандариновый сок, и алкоголя не чувствуется. Вкусно и совсем не горько, как представлял Ким. Бровь приподнимается, а ладошка вертит бутылку. Явно в поиске состава. Заливистый смех раскатывается по гаражу, и Тэхён поджимает губы, отвлекаясь от этикетки и не до конца понимая к чему такая реакция. – Ты такой забавный, Тэхён. Тебе понравилось? – Да, вкусно, – Юнги довольно прикрывает глаза, пока Тэхён пьёт снова, катая мандариновый вкус на языке. Джин правда разбирается в алкоголе. Только благодаря новоиспечённому хёну, Мин радостно улыбается сейчас – у него получилось угодить своему парню, – Я впервые пробую алкоголь, – блондин тут же распахивает ресницы, не прекращая улыбаться. Как это в шестнадцать лет ни разу не мокнуть нос во что-нибудь взрослое. – Мы с тобой ещё много всего перепробуем, – слишком неоднозначная фраза, от которой становится душно в закрытом помещении обоим, поэтому спустя считанные минуты Юнги приподнимается, кривясь от вновь подступившей боли, – Блять, – ладонью тянется к плечу, пальцами надавливая у лопатки. Парень щурится от острых пуль, стараясь хоть немного сбавить стреляющие ощущения. – Что с тобой? – встревоженно спрашивает младший, резко выпрямляясь на месте. Он давно замечал, как баскетболист морщится на поле, или как другие натирают его спину. В кругах школы почти все знали, что у Мина есть травма, несмотря на которую он продолжает играть как бог. – Плечо, – Юнги показательно двигает рукой, сжимая зубы, – Можешь, пожалуйста, помассировать? – обычно перед тренировками Хосок привычно растирает его плечи мятной или же перцовой мазью. Уже и просить не стоит, вся команда знает какие манипуляции должны проделать, чтоб Мин вышел на поле. – Конечно, – сразу отзывается Тэхён, не зная, что делать от слова совсем. Обычно Юнги без стеснения трогает, массирует и сжимает, а младший только отвечает на ласковые прикосновения смущенной улыбкой и горящими глазами. Сказали помассировать, но вдруг Ким переусердствует, вдруг сделает хуже. Он прислоняет ладонь к плечу. Знает, как и все остальные в школе, что травма получена во время тренировок, хоть Юнги ещё не рассказывал, как именно. В школе все про всё знают, особенно если дело касается старшеклассников. Особенно если что-то про баскетболистов. Возможно это и неправда, слухи имеют место быть, от этого и Ким не решается спрашивать. Только пальцами жмет, осторожно кругами растирая по теплой коже. – Чуть ниже, и можно посильнее. Тэхён кивает и обхватывает плечо, массируя чуть грубее. Другой рукой давит ниже, пальцами отмечая точки. Мин хрипло стонет, а младший губы кусает. Он вспоминает как делал Юнги и сжимает так же у самой шеи, слушая сиплое «Ещё». Парень тушуется, но продолжает массировать. Отводит взгляд в пол, отказываясь видеть, как блондин склоняет голову в бок. Уже красные щёки пылают огнем, а губы саднит. Под пальцами перекатываются мышцы, а вибрация от хриплых вздохов плывет по телу, переходя в более громкие стоны. Вроде он делает все правильно, ладонями оглаживает округлое плечо, и расслабленно выдыхает. Повреждённое плечо больше не стреляет пулями боли, а Юнги уже млеет от прикосновений младшего. Ещё минут пять и точно забудет обо всём. – Спасибо, Тэхёна, – брюнет тут же убирает руки, принимаясь судорожно теребить край подушки, – Я всего лишь хотел приоткрыть дверь, – Юнги пошатываясь подходит к стенке, весело хихикая, – В итоге получил лучший массаж. Тебе не жарко? – спрашивает, разворачиваясь к брюнету, а тот прячет взгляд, кивая. Жарко. Невыносимо жарко. От Юнги, что такой притягательный. От его слов, вернее от откровенной похвалы младшего. Парень открывает железную дверь, подставляя табуретку. Выглядывает на улицу, чему-то улыбаясь, – Я вижу, что ты смотришь, не делай вид будто не следишь. – Я…не, – Тэхён краснеет еще сильнее. Юнги всегда чувствует, когда на него смотрят. Вернее, когда он на него смотрит, – Прости. – Смотри, если тебе хочется, – неожиданно оказываясь рядом, Юнги присаживается на сундук, глотая цитрусовое пиво. Прямо напротив разнервничавшегося парня, – Мне нравится чувствовать твой взгляд, но больше нравится видеть твои глаза. Такие слова смущают. Тэхён кажется краснеет еще сильнее, но алкоголь будто ударяет по мозгам, заставляя вернуться из нежной иллюзии, которую так отчаянно пытается выстроить старший. В глазах Кима отчетливо проскальзывает серость вперемешку с тоской. Горло немного першит, толи от пива, толи от мысли, что так и норовит вызвать слезы. Юнги не слепой, поэтому брови тут же хмурятся, а бутылка с оранжевым оказывается на полу. – Юнги, – младший чуть отстраняется, когда широкая ладонь блондина вытягивается, чтобы коснуться плеча, – Прости. Я не понимаю, почему ты так ведешь себя. Он ловит крупную ладошку, пальцами придерживая с двух сторон. Смотрит виновато, опуская глаза на руки. – Я делаю что-то не так? – Я не знаю, – Мин заметно напрягается, перехватывая пальцы юноши. Ему нужно сосредоточиться на словах, но тонкие пальцы слишком отвлекают. Юнги понимает к чему такая неуверенность по отношению ко всему что происходит. Между ними есть недосказанности, которые все такие стоит однажды проработать, – Твое внимание ко мне. Мне правда очень страшно, что это будет очередная шутка, – парень обхватывает пальцы старшего, стараясь успокоить и себя и его. Глаза опускает на ладони, побаиваясь поднимать взгляд выше, – Юнги… не делай мне больно. Я по-настоящему влюблен в тебя, и если всё что ты делаешь только для забавы, то прошу перестань пока не поздно. Он дает шанс отступить и разойтись как люди, которые ничего не обещали друг другу. Снова поднимает вопрос, который спустя неделю никак не успокоится в сердечке, но все еще побаивается реакции Мина. Тереть одно и то же может надоесть. Это можно принять как психологическое насилие. Только вот насилует Тэхён сам себя за зря. – Тэхёна, – Юнги должен рассказать правду, как бы сложно это не было. Он нервничает теперь куда сильнее, чем когда ехал за младшим. Приподнимает за подбородок, прося смотреть прямо в глаза, – Я никогда бы не подумал, что меня привлечет парень. Никогда не думал о себе в таком ключе, но сейчас…Эй, нет, смотри на меня, – Тэхён кусает губы, стараясь опустить голову, ведь влага уже слишком ощутимо скопилась, – Наше с тобой знакомство было дважды испорчено, и мне ужасно это не нравится, но мне нравишься ты, Тэхён. Я проиграл тебе в тот момент, когда впервые попробовал твои губы. И хоть это было на спор… мне это дико понравилось. Мне нравится, как ты смущаешься, улыбаешься. Мне нравятся твои глаза. Самые красивые на свете. Брюнет будто специально поднимает горящий взгляд на парня, что сидит, широко расставив ноги по обе стороны от Тэхёновых. Младший показывает, как ему стыдно, как ему нравится, и как он краснеет, каждый раз, когда всё происходит настолько интимно. Как слезы скопились в глазах, заставляя те почти сиять. Это всё алкоголь. Хоть и пиво слабоалкогольное, крупицы градуса всё-таки пробрались в голову, затуманивая и смешивая дозволенное и противоречивое, то самое на которое Тэхён никогда бы не согласился. Юнги нежно улыбается, большими пальцами оглаживая впалые щеки. Ким всё таки моргает, выпуская крупную слезу. В памяти всплывает приятное тепло от губ парня, а после холод в душе, когда в окно все было видно. – Правда? – глубокий тихий голос режет воздух, и Юнги засматривается, протягивая бутылку младшему. – Ещё как, – шепчет, наблюдая, как младший глотает и утирает дорожку на шеке. Кадык подрагивает, а Юнги прищуром смотрит, как поблескивает смуглая кожа, благодаря впущенным лучам солнца, – Ты даже пьёшь красиво. Тэхён тут же давится, отстраняя бутылку от губ. Яркая капля покачивается на вспухших алых губах. Парень большими глазами удивленно смотрит на блондина, что словно заколдованный засматривается на губы. Сглатывает, облизывая пересохшие свои. – Красиво, – шепчет приглушённо, пока младший рукавом прикрывает рот, вытирая остатки пива. Закрывает лицо ладонями, стараясь восстановить дыхание. Невозможно терпеть такой взгляд на себе. Хотел быть смелым, но это невозможно, – Прости меня, – Близко. Юнги подкрадывается словно дикий сбежавший кот, убирает руки от лица парня и смотрит в глаза с особой заинтересованностью. Ниже, и наконец прижимается губами к горячим Тэхёновым, что дрожит, не решаясь двигаться. Мин отстраняется, понимая, что совершил только что. Облизывается, чувствуя приторную сладость. Вкусно. Просто прикосновение, но как же нутро бушует. – Мне понравилось…– Тэхён смущённо покусывает губы, сжимая ладонями бутылку, – пиво, – добавляет, вызывая улыбку, а после и хриплый смех. Заразительный. Заставляющий улыбнуться, – Не ляжешь обратно? – Заманчиво, – хмыкает парень, потирая подбородок, – А ты поцелуешь меня? – Не хочешь, как хочешь, – закидывает ногу на ногу, победно ухмыляясь. Понимает, что тут он точно не победил, ответил с бухающим сердцем. Сам от себя не ожидал такой наглости. Но все равно улыбается, пока Юнги выгибает бровь, скалясь. Выглядит привлекательно, и Тэхён вспоминает, он делает так, когда играет. Сколько же раз он проводил тройную параллель. Как Мин носится по полю, будучи вовлечен в игру. Как Тэхён представлял его, описывая желаемое в компьютере, в заметках, которые скрыты от чужих глаз. И то самое желаемое, что происходит намного ярче, чем мечталось. Сам факт происходящего изнывает в голове, заставляя младшего чувствовать в десятки раз острее. – Разочаровываешь меня, – блондин все еще говорит шепотом, допивая тёплое от жары пиво. Сегодня температура аномально высокая. Даже Юнги отдал предпочтение майке и шортам, вместо привычных спортивных штанов. Тэхён же долго не решался идти на прогулку в шортах. Да, Мин видел его ноги, но это было дома, тут же Тэхён от жары оголил колени. Теперь же подушкой прикрывает. Юнги зачёсывает волосы назад. Швыряет бутылку в ведро и безусловно попадает, почти не целясь, а Тэхён охает. Мечта посмотреть на тренировку старшего поднимается на первое место в списке желаний, а Мин возвращает свой неприличный взгляд. – Мне надо домой, – парень встает на ноги, а Юнги грустно поглядывает в сторону приоткрытой двери, солнце почти село, Исо не должна засыпать в одиночестве. Он помнит. Тэхён тоже. – Тогда пойдем. – Я сам могу, – очень непривычно и неудобно, что он занимает его время, но старший тут же произносит, то что даже звучит абсурдно. – Тебе неприятно находится со мной? – удивленный взгляд ползёт по полу на Юнги, а тот даже изменился в лице, поддавшись негативным мыслям, – Почему ты всегда противишься моей компании? – Я не противлюсь, просто, – сжимает губы, чтобы прошептать тихо и неловко, – Не хочу утруждать тебя. – Чем ты утруждаешь меня? – допытывает, хочет услышать настоящую причину, – Мне нравится быть с тобой. Но в школе ты всегда сбегаешь или игнорируешь меня, – Юнги не выдерживает. Эта неделя была мучительно неразборчивой. Вечером Тэхён обнимает, прижимаясь и вслушиваясь в ритм сердца, а на следующий день убегает, как только встречается взглядом, – Я понял, что ты не хочешь афишировать. Твоя мама думает, что мы друзья. И это правда. В отношениях важно быть друзьями, которые понимают друг друга с полуслова, – Юнги смотрит внимательно, пытаясь правильно донести свою претензию, – Но мы не понимаем. Я не давлю на тебя, даю время. Жду, когда ты начнешь открываться, но ты вечно находишь причины, чтобы быть порознь. Почему? Ты словно не понимаешь, что мы с тобой в отношениях. Ты мой, а я равносильно твой. – Я просто не умею, – трет пальцем в ладони, будто до дырки хочет расковырять, да и глаза прячет, боясь увидеть злость в чужих, – Не знаю, как вести себя в отношениях. – Иди ко мне? – Тэхён кивает, подходит и прижимается лицом к шее, – Мне важно знать, что с тобой происходит, – тепло произносит Юнги обхватывая узкую талию. Жмёт к себе крепко, как и всегда, – Мне важно находится рядом. Я пойму если ты не хочешь, но, если это не так, то не отталкивай. – Не буду, – На губах остаётся воздушное и не озвученное «Я люблю тебя», а Юнги прикрывает глаза, чувствуя обжигающее дыхание на шее. Мин предельно внимателен, заботлив. Тэхён безвозвратно начинает тонуть в любви. Проклиная самого себя. Он может доверять, и должен начать делать это. Постепенно. Но так страшно захлебнутся и не быть спасенным.

***

– Ты правда хочешь остаться? – звучит неуверенно пока парень поглядывает на блондина, выключая ноутбук. Юнги лежит на его постели, по-детски разглядывая комнату. Руки под головой, а ноги свисают вниз. Он впервые тут, но уже по-домашнему, поправляет подушку под головой, закидывая на себя снятый со стула кардиган. – Я могу? – Можешь, – парень разворачивается на стуле, почёсывая затылок, – Наверное, да. – Ты любишь вязанные вещи, – пальцами проводит по цветастой вышивке, – Давай купим тебе ещё? – Мой любимый. Я не хочу что-то новое, – это правда. Тэхён любит теплые вещи. Такая любовь появилась из-за низкой температуры, которая накатывала в дни голодания, – Это мама подарила, давно уже, но лучше я ничего не нашёл, – хоть и не искал. Но об этом старшему знать не обязательно. – Если я найду подобное, ты примешь мой подарок? – Юнги убирает кофту, переворачиваясь на живот. Ладонями придерживает лицо, вглядываясь во влюблённые глаза. Тэхён кивает, привычно опуская взгляд на свои ноги, что кажутся неестественно пластиковыми. Разве он может не принять? – Ты хотел в душ, – Тэхён отводит от темы и тут же проходит к небольшому шкафу, вынимая два полотенца. – Я что могу пойти с тобой? – Нет! Юнги, перестань! – Ким кидает свёрнутое полотенце, раздражённо топая в душ. Мин же смеётся, радуясь очередной удачной попытке смутить мальчишку. Тэхён совсем не раздражён. Просто у него ноги трясутся, а зубы терзают губы, царапая в кровь. Сегодня они с Юнги позволили себе слишком много. И хоть старший сказал, что плохо от пива не будет – Тэхён чувствует волнительную расслабленную поволоку. Он пьян, ещё и парень флиртует чаще обычного. Ещё и на ночь хочет остаться. По сути, в этом нет ничего страшного, однако Ким совершенно не знает, как будет вести себя. Ладно проводить вечера вместе, но ночь. Быть в одной постели, только от мыслей сердце стучит невыносимо быстро. Он нервничает куда сильнее, чем на экзамене. Прохладная вода быстро мочит волосы, заставляя губами хватать воздух. Дыхание спирает. Он был слишком разгорячён для настолько холодной воды. Либо это весна разогрела своим непривычно высоким градусом, либо это всё та же весна вскипятила чувства к парню, что сидит в его комнате. На его кровати. Ждет его. Лицо покраснело от уже горячей воды, и выйти к Мину в таком виде – слишком стыдно. Когда же он перестанет смущаться обычных вещей. Юнги говорил об этом, однако Ким игнорирует, опуская голову под ледяные струи в попытке снизить температуру тела, чтоб румянец ушел. Чтобы не быть таким уродливым помидором. – Ты долго, – тянет блондин, поглядывая на вновь прибывшего. Та самая пижама вызывает плывущие воспоминания их первого поцелуя. Тэхён замёрз тогда, теперь же Юнги обещает согреть, – Исо искала тебя, – младший обмакивает волосы полотенцем, вопросительно выгибая бровь, – Всё нормально, просто сон, – Юнги поднимается с постели, держа в руке полотенце, свернутое в тугой рулончик. Тэхен замечает выступающие вены, замирая на долю секунды, – Она прям как ты, – парень оказывается близко, заставляя второго щеку закусить, чтобы вновь не обнажить смущенную улыбку, – Оба слишком милые, – теплые губы касаются лба, на что Ким слишком резко реагирует и втягивает шею, отодвигаясь от старшего. Нельзя флиртовать в доме, – Она спит, не переживай. – И-иди в душ, – заикается, когда слышит настолько глубокий хриплый голос. Юнги лишь губами улыбается и отстраняется. Уходит, оставляя вновь красного младшего, который спешит открыть окно на распашку. Всему виной Юнги. Юнги, на которого реакция организма слишком не сдержана. Брюнет расправляет кровать, цепляясь взглядом за две взбитые подушки. Он и Юнги. Не верится, пока шум воды на привлекает внимание прося повернутся на звук. Но мальчишка резко отворачивается, заглатывая воздух. Оставил дверь открытой, специально оставив щель. Ужас какой. Если Мин настолько откровенен, то что может быть ночью? Нет, он не может. Кому захочется приставать к Тэхёну? Юнги захочется. Ему захочется потрогать, услышать сердцебиение, поправить пижаму, которую Тэхён назвал детской, прежде чем лёг к парню. Детская пижама, которая почему-то не по-детски смотрится на спящем брюнете, чьи кудри разбросались по подушке. Ресницы подрагивают, а губы сжимаются во сне. Юнги не может уснуть, хотя уже давно ночь. Тэхён пахнет сладко, дышит сбито, а Мин сглатывает, замечая, как младший руками сжимает кромку одеяла. – Блять, – шепчет, переворачиваясь на спину. Пора уже прекратить наблюдать за спящим парнем и уснуть. Юнги прикрывает глаза, стараясь сконцентрироваться на своем организме. Облизывает губы от пересохшего горла. Мозг даже и не думает о том, чтобы успокоить мысли и убаюкать своего хозяина. Думает, о ноге, которая закинута на тело. Тэхён достаточно гибкий, чтобы закинуть ногу так высоко. Коленка касается ребер, а ступня жмёт в область паха. Блондин приобнимет чужую ногу, поворачивая голову на абсолютного ребёнка рядом. Парень лежит на животе, подложив руки под щёку. Губы смяты, что выглядит до невыносимого мило. Юнги влюбился по уши, по-другому не объяснишь, чего он так вздыхает, расслабленно улыбаясь, – Пожалуйста, не ёрзай, – тихо кряхтит парень, ощущая, как ступня задевает промежность, приходясь вдоль. Нога соскальзывает, а спящий Тэхён не оставляет попытки удобной для себя позы, – Чёрт, милый, пожалуйста. Тэхён спит как убитый и даже не чувствует, что Юнги убирает его ногу, переворачиваясь на живот. Отворачиваясь от жмурящегося носа своего ребёнка, он тяжело выдыхает. Не был готов к такой реакции своего тела. Неожиданно притягательно смотрятся надутые губы, вздымающаяся спина, и худенькие ноги, что застали врасплох нижнюю часть Мина, что теперь ноет, желая немного внимания на себя. Слишком неожиданно, и теперь Юнги не сомневается в своих чувствах. Он точно влюблен.

***

      Шторка едва заметно подрагивает, пропуская утренний прохладный воздух. Старший лениво приоткрывает глаза, только сейчас замечая, как к нему прижимаются спиной. Тэхён по-прежнему обнимает одеяло, а Юнги обнимает Тэхёна. Мин втягивает ванильный запах, руками пробираясь под ночную рубашку. Ладонями проходится по впалому животу вверх, задевая все чувствительные точки. В комнате душно, несмотря на холод на улице, хочется снять футболку, что дал Тэхён вечером. Та даже больше самого Юнги, хоть и в некоторых местах ткань обтягивает мышцы. Нельзя сказать, что парень отличается мускулатурой, как например Чонгук, который следит за массой своего тела, но все таки он в теле. Есть необходимая для игры подготовка, что проявилась заметными мышцами. Его устраивает, а Тэхён ещё, кажется, не видел. Пальцы обхватывают грудную клетку, выбивая сквозь сон гортанный вздох. Юнги прислушивается, и снова щекочет рёбра. Впервые суббота встречает таким подарком, а не ранним подъёмом. Брюнет ворочается, в попытке выпутаться из одеяла, но только когда хриплый смех вибрацией скользит по спине, Тэхён распахивает ресницы. Это руки, что обхватывают крепко, прижимая к массивному телу, совсем не одеяло. Блондин скользит носом по росту волос, зарываясь, пока младший замирает, стараясь дышать более размерено. – Пусти, – пищит, замирая и боясь пошевелиться хоть чуть-чуть. Кажется на лбу скопились крупинки пота, а глаза скоро иссохнут от страха моргнуть. Тэхён никогда не привыкнет к близости, к неожиданным прикосновениям со стороны возлюбленного. – Не хочу, – утробный голос, заставляет сердце трепетать, и начать сильнее вырываться, пытаясь встать с постели. – Пожалуйста, Мне надо в душ. Ким прячет розовые щеки в подушке, отворачивая голову, а старший гладит по телу, убирая ладони. Брюнет тут же вскакивает и ускальзывает в ванную, где хлопает дверью – рубашка расстегнулась. – У меня сегодня тренировка, не хочешь со мной? – звучит привычным тоном, а следом осторожный стук в дверь. – Я не могу, – парень буднично выдавливает пасту на щётку, стараясь не обращать внимания на бешенное сердечко и шум за дверью, где сейчас находится объект его спешного пробуждения. – Одиночная тренировка, – Юнги садится в кровати и вглядывается в телефон, продолжая беседовать с запертой дверью, – Сейчас только шесть. Заберу тебя ближе к десяти, – Тэхён давится пеной, начиная слишком уж громко кашлять, а Юнги напугано поднимается и входит в ванную. – Мама пришла, – в голове мелькают всевозможные сюжеты. Скорее всего мама заглядывала в комнату, как обычно проверяя детей после работы. Она точно видела в каком положении спали двое парней буквально минут тридцать. – Думаешь, уже пришла? – Мин скептически смотрит на дверь. Следов слежки нет, даже портфель всё так же стоит на углу возле двери – упал бы, будучи дверь приоткрытой. О своих наблюдениях Юнги молчит, скажет если паника возрастёт. А Тэхён только быстрее шоркает зубы. Полощет рот, закинув голову, а блондин наблюдает как воздушные локоны подпрыгивают. – Смена заканчивается в пол шестого, – быстро полотенцем промакивает влажный рот, вбегая в комнату, хватает вещи из шкафа и снова запирается в ванной. Юнги усмехается стеснительности младшего, сам переодевается и заправляет кровать, вспоминая как было изначально. Только когда Тэхён возвращается то замирает и стыдливо прикусывает губы. – Юнги, Ты мог этого не делать, – тот проходит мимо и полощет рот найденным возле раковины ополаскивателем. Ким хмуро смотрит на старшего, складывая руки на груди. – Какой злой, – Мин дразнит младшего, сплевывая и умывая лицо, – Проверь, пришла или нет, и я побегу. Тэхён залипает на красноватые от холодной воды щеки старшего. Заторможено кивает и семенит на выход из комнаты. Становится немного грустно, что вновь придётся прощаться, хоть они увидятся через часа четыре. Тэхён заметно поник, когда увидел выходящего из его комнаты Юнги. Не хочется, чтоб уходил, но ещё сильнее не хочется, чтобы мама знала, что они ночевали вдвоём. Поэтому нужно побыстрее прощаться и отпускать старшего домой. – Эй, что с тобой? – ласковые прикосновения к щекам, жгут на коже, и Тэхён губы дует. Они стоят возле двери, Тэхён провожает, а Юнги уходит. Только вот не могут разойтись, когда один под руки подставляется, а второй кожу нежную гладит, – Я скоро приду, – шепчет, ведь Исо всё ещё сопит в маминой комнатке. – Приходи как можно быстрее, – сам тянется к тёплому телу, что тут же принимает, прижимает к себе, руками зарываясь в волосы. Тэхён складывает руки за спиной старшего, не решаясь распрямить ладони на крепких плечах. До невозможного приятно, чувствовать размеренное дыхание над головой, ощущать крохотные поцелуи в лоб. – Будешь скучать? – приторно сладко и ужасно сопливо сказал бы Юнги, если бы не смущённый маленький брюнет в его объятьях. Так немыслимо. Кажется, так невозможно, но в груди растекается невероятное тепло, а в животе тугой узел тянет, заставляя дышать часто. Тэхён кивает, все-таки ладонями касаясь крупной груди Мина. Пора отстраняться, только вот старший, скользит по чужим локтям, позволяя себе продолжительный чмок в лоб. Дверь неожиданно распахивается, впуская женщину в собственную прихожую, где Тэхён распахивает ресницы и отталкивает парня, прижимающего так сильно. Их только что спалила собственная мать. Тэхён отскакивает от старшего, что в небольшом шоке, поглядывает на женщину. Она смотрит так же удивленно, не ожидая, увидеть Юнги так рано в своей квартире, да еще и в обнимку с сыном. Ким смотрит на пространство между ними, не до конца понимая, что именно видела мама. – Мам, он просто остался на ночь, – тараторит быстро, пока неловкость ситуации полностью не проходится по присутствующим. Хорошо, он объяснил, только вот причина их прижиманиям друг к другу. Друзья так не обжимаются, – Он уже уходит. Тэхён толкает Юнги на улицу, осторожно обходя шокированную мать, что всё еще стоит, держа пакеты в руках. Это явно самое необычное утро. – До свидания, тётушка Чонг, – успевает крикнуть Юнги, пока младший в одной пижаме и с пылающими щеками толкает его в спину. Босиком выскакивает на улицу, хлопая входной дверью. – Уходи, быстрее, – Тэхён недовольно шипит, в голове решая головоломку, проклинает себя, ведь обещал себе не нежничать с парнем в своем доме. Как теперь объяснить маме? Что сказать в оправдание? Почему они решили ворковать прямо в такой опасный момент. Тэхён же знал – мама придёт с минуты на минуту. Знал, но поддался искушению. Этот Юнги до невозможного уютный, как бы не было стыдно перед мамой – Тэхён искренне рад, что Мин был с ним так долго, обнимал так крепко. В душе тепло, и немного колко, от ожидания маминых слов. Она ведь наверняка поняла. Юнги размеренно шагает по улице, оглядываясь на парня, что стоит с опущенной головой. В самом деле вышел босиком, сбегая от матери, что так внезапно разрушила их идиллию. Мин теперь тоже будет переживать, будет торопится, чтобы поскорее забрать мальчишку, проверять спортивную сумку на наличие необходимых вещей. У него в планах – привлечь своего парня к физкультуре и спасти от неловких вопросов со стороны мамы. А пока, он может только оглядываться назад, надеясь на понимание тётушки Чонг. – Тэхён, – женщина осторожно приоткрывает дверь, подзывая сына, – Пойдём завтракать. – Мам, – та смотрит с огромным переживанием и даже с жалостью. Этот взгляд знаком каждому ребёнку. Мама смотрит так каждый раз, когда Тэхён кусает губы, складывая руки в замок. Стоит будто провинившийся школьник. Хотя так оно и есть. Он разочаровал маму в самом что не наесть страшном. Теперь скрывать смысла просто нет. Она видела, и она не настолько глупая чтобы не понять. Сын слишком очевидный гей. – Идем в дом, – мать касается плеча, легонько толкая в дом, – Я купила моллюски, – Отводит тему, ибо эта слишком опасна для обоих. Дверь закрывается, и мама спешит с сумками на кухню. Не показывает настоящие эмоции, что душу рвут. Сердце разорваться хочет. Болит. Переживания за сына всегда были на максимум, теперь же чувство упущенной ответственности терзает душу. Это она виновата в том, что отец их бросил. Она виновата, что Тэхён ни капли не мужественен. Это только её вина что сын такой, и ему не легко только из-за нее. Мама вынимает купленные контейнеры с едой, пока парень присаживается с ногами на стул. Разговор будет тяжёлым, но он будет. Тэхён хочет рассказать, всю подноготную, что уже второй год режет без ножа. – Мам, я люблю его, – звучит слишком громко, когда шум пакетов стихает. Мама присаживается, не успевая достать приборы. Брюнет смотрит виновато, готовясь объяснить свои чувства, – Уже давно. – Я знала, Тэхёна, – голос до боли печальный, – Чувствовала, что что-то не так. – В этом нет ничего... – Знаю, я знаю. Говорю же знала, что так будет. Готовилась и нормально отношусь. Ты мой сын, и что бы не случилось, я всегда приму тебя. Не думала, что так скоро. Только если ты счастлив… – Мам, – женщина качает головой, снова принимаясь накрывать на стол. – Ни говори ничего. Мы должны покушать, потом поговорим, – мама раскрывает упаковки с едой, разливая сок в высокие стаканы. Пар от горячего риса дымкой окутывает стол, а запах вишни забивается в носу. – Мы встречаемся около недели, и я правда его люблю. – Ты уверен в нём? – Тэхён активно кивает головой, промаргивая слёзы. От чего? Мама вроде как понимает не кричит и даже не плачет. Улыбается сквозь боль похоже. – Уверен, – губы вновь терзаются зубами, – Больше, чем в себе. – Я должна поговорить с ним. Газа лезут на лоб. Как поговорить? О чём? – Нет, пожалуйста. – Почему нет, Тэхёна? – женщина глотает сок, пальцем указывая на кусочки рыбы, – Он хороший, поймет меня. Я не собираюсь мешать вам. – Тогда о чём ты хочешь говорить? – Тэхён берёт палочки, постукивая по столу. – Я не могу поговорить с твоим парнем, – из маминых уст это звучит куда хуже. Растерянное «Можешь» вызывает лучистую улыбку мамы и смущённую Тэхёнову. Что есть, то есть. Мама мудрейший человек, и Тэхён в который раз убеждается в этом. – Он приедет часов в десять. – Сходишь в магазин, а я замариную мясо. – Мам, не нужно. Мы пойдем на площадку. – У вас свидание? – женщина ловко подхватывает кусочек рыбы, макая в острую пасту, – Я должна с ним познакомится не как с твоим другом, а как с возлюбленным. – Маам, нет, – тянет Тэхён, пряча лицо в кухонном полотенце. Какой же стыд.

***

      Буквально три с половиной часа назад Тэхён готов был разрыдаться от удушающей неловкости. А сейчас их со вторым виновником усадили на диван, оставляя в тишине. Юнги нервно перебирает край спортивной майки, кусая внутреннюю сторону щеки. Тэхён сидит рядом, лупит взгляд в пол. Между ними только Тэхёнова ветровка, которую он собирался взять с собой и толстовка Юнги. Им опасно переглядываться и даже дышать в один ритм. Напротив, появляется сонная Исо, что тянется к Тэхёну за приветственными объятьями, а после и к Юнги, что, опешив всё же приобнимет одной рукой. Девочка лениво почёсывает шею, слипающимися глазами разглядывая обоих. – Выспалась, – спрашивает Юнги, а брюнет в недоумении смотрит на парня, блондин лишь плечами пожимает, выпячивая нижнюю губу. Ребёнок кивает и вновь уплывает в свою комнату, попутно прижимаясь к маминым ногам. Женщина присаживается в небольшое кресло, взглядом провожая дочь, заранее попросив закрыть дверь. – Вы предохраняетесь? – серьёзный тон звучит настолько неожиданно, что Тэхён давится слюной, успевшей скопится от ожидания. Хочется выбежать в окно, но Юнги берет ответственность за разговор на себя. Здоровье важно, однако иногда разговаривать на такую откровенную тему с взрослыми куда сложнее. Мать беспокоится в первую очередь о здоровье, а не об социальном самоощущении, что и выбивает обоих парней из колеи. Их случай выходит из ряда вон, и именно на эту тему они сосредотачивали все свои мысли и строили четкие ответы в защиту своих чувств. – Тётушка Чонг, мы встречаемся всего неделю и не занимались ничем подобным, но могу заверить вас: я переживаю за его состояние не меньше вашего, и боюсь причинить вред будучи неподготовленным. Тихое «Юнги» останавливается маминым поднятым вверх большим пальцем. Что значит будучи неподготовленным? Женщина кивает головой, излучая уважение к парню, что держится абсолютным молодцом в таком неуместном разговоре. При чём тут вообще их секс, которого кстати ещё не было. О котором Тэхён даже думать боится. – Я хочу быть уверена, что мой сын в надежных и любящих руках. – Возможно я выгляжу посредственным болваном, но я правда люблю Тэхёна. – говорит о мальчишке, который сейчас сидит шокировано, перекидывая взгляд с одного на другого. – Юнги, общаясь с тобой я не могу сказать, что ты болван, наоборот. Именно это и пугает. С каких пор мама так сильно вдалась в личную жизнь своего сына? Может с тех самых, как только у Тэхён эта жизнь появилась? Она каждый раз с прищуром встречала сына, что возвращался с прогулки светясь счастьем. Он начал ходить на прогулки – это уже огромная странность, что просто не могла не ускользнуть от её внимания. Юнги вежлив, внимателен – вещи, которые чтобы заметить и не надо быть проницательным. – Я не дам причин для беспокойства, – старший улыбается. Всё идет куда лучше, чем он ожидал, только вот вжавшийся в диван Тэхён с округленными глазами – выглядит по-настоящему пугающе, – Верну Тэхёни ближе к вечеру, ладно? – Зайдёте поесть? – Конечно, – Юнги с мамой синхронно поднимаются на ноги, улыбаясь друг другу, пока Тэхён всё еще в омуте, не понимая, что чёрт возьми только что произошло, – Пойдём? – блондин подаёт ладонь, и Тэхён отвечает, забирая их кофты. Старший закидывает спортивную сумку на плечо, направляясь к двери. Тэхён же смотрит на скреплённые ладони, вдруг понимая, что они появятся на территории школы вместе. Их могут увидеть. – Вот в чём проблема. – У тебя прекрасная мама, – спокойно произносит блондин, как только дверь хлопает. – Да, только вопросы отстойные задаёт, – хмурится младший, быстро перебирая ногами подальше от дома. – Почему? – Тэхён не собирается отвечать, только тянет руку, желая, как можно скорее отойти на безопасную дистанцию, – Моя, например, даже не спрашивает, как у меня дела. – Тэхён смягчается, чувствуя в хриплом голосе каплю обиды. – Я не знал, что у тебя проблемы в семье. – Нас уже давно нельзя назвать семьей, – Юнги замечает встревоженный взгляд младшего, что обеими руками обхватывает ладошку, – Брат умер от передозировки, а мама постоянно на работе. – Расскажи мне, – Тэхён по себе знает, как выглядит и как говорит человек, которому есть что сказать. Сам себе даёт обещание раскрыться, как только Юнги покажет на примере как надо. – Хитрый ребёнок, – смеётся Юнги, большим пальцем поглаживая костяшки, – Я можно сказать тот самый лишний в семье. Сводный брат до последнего был обижен на мать. Забеременела и родила от мужика, который тут же сбежал. Сонмин был спортсменом – волейболистом, если ты не понял, – Юнги улыбается, кажется ему абсолютно легко говорить на такую важную тему. Но это только кажется. Мин подбирает слова, чтобы самому себе не сделать больно. Сложно рассказывать не в четырёх привычных стенах Намджуну, а на улице и своему парню, – А у меня с раннего детства дистрофия. Только дядя помог встать на ноги. И только благодаря дяде я сейчас такой, каким ты меня видишь. Идеальным. Превосходящим любого, кого не поставь рядом, даже если это будет Чонгук. Мин Юнги единственный парень, на которого когда-либо смотрел Тэхён. И сейчас не уместны шутки про его ориентацию. За все шестнадцать лет Тэхён впервые проникся симпатией к кому-то и этот кто-то, сделав больно, делает неимоверно хорошо сейчас. – Я не должен был спрашивать. Прости, – Тэхён опускает голову. Он слушал внимательно, изредка поджимая губы. Он не знал, что у Юнги был брат, и что у него такие напряженные отношения с матерью. – Тэхён, я говорил, что мы должны понимать друг друга? – Тихое «Угу» заставляет продолжать, а сжимающие пальцы говорят о волнении и страхе, – Мы не сможем, если не будем интересоваться друг другом. Травма плеча, кстати тоже по маминой вине. Тэхён широко распахивает глаза, не веря в сказанное. – Она била тебя? – Она со всем дралась, пока пила, – Юнги крепче сжимает ладонь младшего, пока мимо проходит кто-то из школы. Ему наплевать, а вот Тэхён может начать вырываться, дабы не пускать поводов для слухов. – Он так посмотрел, – Тэхён опускает взгляд в пол, пытаясь унять гниющее чувство осуждения самого себя, – Ты, должен быть внимательнее. И должен сходить в больницу. – Тэхёна, – Юнги смеётся, тут же приобнимая за плечи, – Моё плечо — это не так страшно, как твой страх перед другими. Я люблю тебя, ты меня. Нам хорошо вместе, так почему ты пытаешься подстраиваться под других? – Над тобой будут смеяться, –слова о любви теплой негой растягивается внутри, вызывая искры из глаз пускать. – Тэхёна, забей на других, – весело говорит Мин, глазами злобно стреляя на очередных школьников. Никто не посмеет сделать его мальчику неприятно. Юнги об этом позаботится, – Хочешь я научу тебя играть? – дорога оказалась весьма короткой, или это многочисленные мысли о семье Мин заняли всё время. Тэхён кивает, пока блондин скидывает сумку на пол, присаживаясь перед ней на корточки. Тэхён подходит ближе, Юнги же достает две спортивные бутылки с водой. Одна из них чертовски знакома брюнету. Он уже пил из нее. – Я возьму пару мячей, но сначала разомнем тебя, – спортсмен поднимается на ноги, вынимая из кармана ключ от школьной кладовки, – Не буду загонять тебя, но точно дам тебе попотеть, – кричит, уходя вдаль, а Тэхён взглядом цепляется за знакомую бандану. До боли душевной – знакомую. Пальцами цепляет тёмную ткань, прижимая к себе. Выглядит по-маньячески, но это сейчас мало заботит. Несмотря на десять утра Тэхён слишком широкий спектр эмоций перенес. Теперь уже наплевать на всё остальное. Младший обещает себе быть внимательнее к старшему, что оказывается закрытая книга для всех, кроме него. – Побегаем немного, потом научу тебя вести мяч, – Юнги появляется как-то слишком быстро, – Сегодня площадка до самого вечера наша, поэтому у нас будет продуктивный день. – Юнги, я не думаю, что у меня что-то получится, – Тэхён неуверенно поглядывает на мячи, пока старший напяливает повязку, что Ким бессовестно щупал минуту назад. – Значит не думай, а просто делай, – звучит из уст, что жадно глотают воду, – Будешь? – Нет, – парень мнётся на месте, пока его заново не берут за руку, ведут к краю площадки, – Я умру, как только побегу, – Юнги смеётся от утрирования младшего, но он говорит серьёзно. – Вместе, – блондин постепенно ускоряет шаг, ведя Тэхён за собой, – Всего лишь один кружок. Тэхён кивает, держится за ладонь, ускоряясь, пока Юнги тянет за собой в медленном беге. Брюнет смотрит перед собой, чувствуя, как спирает дыхание от напряжения в ногах. Блондин не торопит, давая время привыкнуть. Медленный бег заставляет задыхаться, а старшему хоть бы хны. – Мы можем, Хён-и, – у Тэхёна, кажется, открывается второе дыхание, от такого странного обращения. Юнги говорит за обоих, как мать со своим ребёнком. Тэхён глушит смех в сбитом дыхании, а блондин внимание обращает, – Что? Тэхён в силах лишь отрицательно качнуть головой, обнажая забавную улыбку. Юнги тоже улыбается, а брюнет кажется окончательно сегодня задохнётся. Лицо старшего безмятежно расслаблено, локоны подпрыгивают, а рот чуть приоткрыт. Он бегает куда быстрее и куда больше и скорее всего это тренировка совсем не для него. Сегодня Тэхён не увидит мощных бросков, и потного Юнги, что будет хмурится от перенапряжения. Сегодня блондин тратит день на восстановление чужого организма, что без его помощи умрет, не меньше. – Я не могу, – звучит сбитое на последних минутах, и Юнги замедляется постепенно, не позволяя резко затормозить. Бег переходит в прогулочный шаг, пока Тэхён уже держится за рёбра, чувствуя жжение в лёгких. – Пойдем попьем, – не сбившимся голосом произносит Мин, не отпуская руки младшего. Они бежали, держась за руки. Юнги поддерживал не только морально, а брюнет повторно прокручивал моменты с воспоминаниями, – Устал? Тэхёну стыдно признаться, но да он устал он небольшой пробежки. Кивает, поджимая губы. Наверное, его лицо покраснело. – Отдохни, у нас много всего до вечера. И правда Юнги даже и не думал давать Тэхёну поблажек. Все упражнения, что он делает каждую субботу, теперь выполняет и Ким. Конечно в пол силы, но всё же. Юнги улыбается, когда Тэхён с чувством выполненного долга смотрит на Юнги, ожидая похвалы. И он её получает. Блондин чуть ли не в ладоши хлопает, когда адские пятнадцать секунд в планке закончились и Тэхён падает на поверхность, выдыхая остатки измученной души. – Мячики ждут, Хён-и, – ласково произносит Юнги вглядываясь куда-то в даль. Если Тэхён сейчас заметит Чонгука, то впадёт в панику. Рукой отмахивается, наблюдая не смотрит ли брюнет. Не смотрит. Обмякшее тело лежит, прикрыв глаза, размеренно вдыхая и выдыхая. Чонгук довольно улыбается приближаясь, разводит руки в стороны, искренне радуясь увидеть друга, что только на учёбе появлялся, – Какой же ты тупой. Тэхён открывает глаза, чувствуя напряжение внутри от произнесенной фразы. Это он ему сейчас сказал? – Что? – Тэхён поднимается, замечая, как рассержен старший, что смотрит неестественно агрессивно, – Юнги, я… – Юнги, – парень уже бежит на встречу, пока Мин складывает руки на груди. – Если что-то неважное, то съебись, – шипит блондин, пока Чонгук строит обиженную мордашку. – Ты такой грубый, – Чонгук смотрит на сидящего на полу парня, что кусает губы не решаясь поднять взгляд. Парень указывает пальцем на младшего, пока Юнги взглядом испепеляет, – Привет, – подошедший наклоняется, пытаясь словить смущённый взгляд. – Привет, – бурчит Тэхён, ощущая, как горит всё тело. – Уходи, Гук. – Да блин, дай мне с ним познакомится, – Чонгук присаживается на задницу, а Тэхён борется с желанием отодвинутся от настолько экспрессивного парня, – Я Чонгук, – буднично треплет капитан, протягивая ладонь, – Наш Юнги может быть грубым, но ты не обращай внимания. Юнги всегда со всеми груб, но только не с Тэхёном. – Чонгук, я клянусь твоей задницей, если ты сейчас ляпнешь что-нибудь тупое, то я забью тебя мячами, – Юнги подает руку Тэхёну, а тот не думая встаёт, принимая чужую помощь. Мин притягивает к себе, по-хозяйски кладя руку на поясницу. Брюнет, оказавшийся в объятьях, снова прикусывает губы, отворачиваясь от ничего непонимающего Чонгука. – Вы, – Чон снова пальцем обводит парней напротив, не решаясь сказать то самое. В голове пазлы выстраиваются в общую картину, понемногу разрушая мнение о сердитом Юнги. Вот к кому он убегал после тренировок. Вот из-за кого часто витает в облах и улыбается, поглядывая на младших в школе. – Да. Об этом знаешь только ты, разболтаешь, урою, – Мин серьёзен, и Чонгук теперь тоже. Их глупая шутка обернулась в что-то уже не смешное, – И не смей подкалывать. – Хорошо, только можно я, – парень поднимается на ноги, надувая щёки, – Хосоку расскажу. – Нет. – Понял, понял, – Гук только с виду безмозглый качок. На самом же деле, Юнги благодарит всех богов, что о его отношениях узнал именно Чонгук, а не кто-то другой из команды, – Мы хотели вечером сыграть. Придёте, – принимает, потому что сам был в подобных отношениях и знает, что тут нужна лишь поддержка, а не жалость и упрёки, – Если нет, то к четырём вас тут не должно быть. Тэхёна, пока, – тут же смягчается парень, ярко улыбаясь, – Надеюсь увидеться, когда Юнги не будет таким агрессивным. Парень уходит в сторону школы, а Мин недовольно хмыкает, сильнее обнимая младшего. – Прости, я не знал, что он придёт, – куда-то в макушку шепчет Юнги, когда Гук наконец покидает площадку. – Ты и ему сказал. Их анонимность рушится слишком быстро. За один день их раскрыли уже двое. Что будет, если вся школа будет в курсе? – Ему можно доверять. Не думай об этом, – старший отстраняется, поправляя повязку на лбу, – У нас броски, – снова с довольной улыбкой произносит, будто их не застали в врасплох, когда Мин не был готов.

***

      Юнги улыбается, светясь от счастья или от падающего на него солнца, что застилает спортивную площадку золотым светом. Тэхён уже красный как рак, потный ужасно. Сердце клокочет в груди, кажется, голова сейчас взорвется от сжимающего напряжения. Тэхён ужасно мокрый. Пот стекает по лбу, собирается в ресницах, по носу, капая на футболку, но почему-то Мин занят той каплей, что сейчас висит на краю чужих губ. Тэхён повторяет позу Юнги, что пластинкой заела в памяти, а старший выдыхает, стягивая повязку с взмокшей головы. Смотрит на брюнета, замечая, насколько расслабленный он сейчас. Кажется, он даже во сне не был настолько умиротворён как сейчас. – Ты красивый, – Юнги так часто говорит это, что Тэхён уже начинает верить. Прикрывает глаза, улавливая копошение рядом. Щёки горят, толи от тренировки, толи от приятных слов. Мин садится напротив, коленями скользит по покрытию, – Можно поцеловать? – Тэхён отрицательно качает головой, садясь в позу лотоса, словно закрываясь от парня, – Пожалуйста. – Юнги, нет, – произносит Тэхён, заглядывая в глаза напротив, те тёмные светятся дикостью и желанием, от чего страшно становится. Знает, что произойдёт, если они позволят себе большее, чем просто объятья. Юнги этого мало, но он не давит на близость, за что младший премного благодарен, – Не тут. Тебе мало мамы и Чонгука? Хочешь, чтобы ещё кто-то увидел? – Нас никто не увидит, – Ближе. Он ловко скользит между ногами, что Тэхён по своей невнимательности не успел свести, – Я чуть-чуть, – шепчет в самые губы, носом задевая Тэхёнов. Мин зарывается в шею, губами прижимаясь к коже. Руками ищет чужие ладони, обхватывая и придерживая за спиной парня. Втягивает нежную кожу губами, языком проводит и мурчит, покусывая, пока Тэхён жмурится, сдерживая вздохи, что разрывают грудь. Юнги часто засматривался на смуглую кожу, мечтая попробовать на вкус. Теперь не может держать желание на поводке. В губы целовать – Тэхён считает слишком непозволительно, и Юнги довольствуется чем дают. Кладёт своего парня бережно на поверхность, руки за голову заводит, снова и снова терзая губами. Узел стягивает в низу живота, ещё чуть-чуть и Юнги уже будет мало. Захочется ещё. Больше и дольше. – Юнги, хватит, – по-детски шепчет, вырывая ладони из чужой хватки. Снова укус, – Хватит, – хныкает, зарываясь пальцами в блондинистые волосы. Он ведь вспотел и теперь соленый и грязный, – Юнги, пожалуйста, – Мин языком широко мажет, заканчивая кротким поцелуем за ухом. – Прости, прости, – останавливается, восстанавливая дыхание и принимая поражение. Теперь шея младшего пострадала из-за несдержанности. И Юнги тихо ругается отстраняясь, – Прости. Тэхён лежит, не решаясь встать. Юнги довел его чуть ли не до обморока, а это ведь всего лишь его язык по шее. Завтра будут синяки. Завтра придётся прятать. А сейчас Юнги поглядывает на часы и, смеясь, тянет парня на себя. – Нам надо уже очень быстро убегать. Скоро придут парни. Тэхён вскакивает с чужого тела, начиная закидывать уже пустые бутылки в сумку, на что Мин только смеётся, наблюдая с пола. Они бегут, и, кажется, Тэхён уже превысил лимит своей выносливости, но желание быть снова обнаруженными давит на пятки, заставляя бежать быстрее. Юнги звонко смеётся, когда заворачивает к своему двору. – У меня начнутся соревнования, опять, – шепчет, когда они вновь оказываются прижатыми друг к другу, Тэхён завел в самую слепую зону их двора, где ни выходящих окон, ни открытых территорий для соседей, – Я не смогу вечером заходить, – Тэхён неосознанно губу выпячивает, а Юнги языком шоркает, заставляя спрятать лицо в собственной груди. Глушит смешки, поглаживая по голове, – Но я буду писать тебе.