Детективное агентство "Анна и её духи" - 3. История пятая. Древнегреческая трагедия.

Штольман задумчиво потирал подушечкой большого пальца указательный. Его тоже тревожила Таис Димитру. Он не привык, что кто бы то ни был женского пола так реагировал на него. Он невольно сравнивал дочь своего соседа со своими девочками и понимал, что чтобы заставить их бояться, именно бояться — а ведь он видел страх, никаких сомнений — нужно очень постараться. Сейчас Яков был горд, по-другому не скажешь, своими дочерьми. Они выросли решительными, открытыми и независимыми. Он очень надеялся, что эти качества хоть немного, но облегчат их жизнь в будущем. В кабинет вошла Аня, увидела, что Павла нет, улыбнулась и вновь забралась к мужу на колени. Штольман тут же обнял её за талию и, подняв бровь, поинтересовался: — Что у тебя сегодня за стремление такое — садиться ко мне на колени? — Пусть у нас сегодня будет коленный день! — подумав секунду, решила Аня и опять поцеловала Якова. Она с самого утра, даже хлопоча по дому, думала про него. Свадьба Марты и Гастона пробудила в ней воспоминания о времени после их со Штольманом венчания, и теперь, когда взгляд её падал на мужа, то думалось ей не о делах, а вот о чём-нибудь подобном. — Коленный, так коленный! — согласился Штольман и, запустив руку под платье Ани, накрыл её коленку горячей ладонью. Аня улыбнулась и, поцеловав Якова ещё раз, довольно сказала: — Если бы Павел Михайлович не бродил где-нибудь в опасной от нас близости, я бы объявила бедренный день! Или ещё какой-нибудь! — добавила она, сделав «страшные» глаза. Штольман захохотал и, убрав руку, отпустил жену. Она села напротив него, подперев подбородок и смотря на него смеющимися глазами. — Оставим это на вечер! — сказал наконец Яков. Аня была совершенно очаровательна. Он любил её сейчас невероятно. — Скажи-ка мне лучше, что ты думаешь по поводу Таис Димитру? — Несчастная девочка, — немедленно посерьёзнела Анна. — Запуганная, зажатая. Боится лишний шаг сделать или слово сказать. Я не понимаю причины, но боюсь, что дело в семье. Она не ходит никуда, кроме учителей, а начала она занятия со мной уже в таком состоянии. Поэтому либо что-то произошло у неё на родине, от чего она стала такой, либо что-то неладно у неё с родными. А почему ты спрашиваешь? Ты тоже это заметил? Штольман кивнул. — Я позвонил Николаусу Димитру, чтобы предложить совместные занятия наших детей. Он согласился с радостью, но попросил меня о визите в профессиональном плане. Как раз сейчас я его ожидаю. — В профессиональном плане? — удивилась Анна. — Интересно! — Ты останешься? — спросил Яков, улыбнувшись. — Или у тебя ещё остались дела? — Нет никаких дел! — азартно сказала Аня. — И пропустить новое любопытное расследование вместе с тобой? Ни за какие коврижки! Штольман усмехнулся. Да, раскрывать преступления вместе с женой было куда как приятнее, чем без неё. Через пятнадцать минут Камилла открыла дверь и доложила, что прибыл господин Димитру. Штольман, который радовался тому, что они с Аней выглядят почти прилично — пятнадцать минут наедине его жена отказалась тратить зря — попросил горничную проводить посетителя сюда. Анна дождалась, пока они остались одни, и независимо заправила кончик рубашки за пояс брюк Якова. Он едва удержал серьёзное выражение лица — вряд ли на такое рассчитывал их сосед, приходя к ним в дом. Николаус Димитру вошел в комнату и сразу заполнил почти всё пространство — собой, своей громкой речью с акцентом и активной жестикуляцией. Это был дородный, черноволосый мужчина, модно и дорого одетый, с золотой печаткой на мизинце. — Я благодарю вас за то, что помогаете моей дочери, господин Штольман! И вас, мадам! — говорил Николаус, сильно растягивая гласные и делая странное ударение в словах. — Она девочка неглупая, но очень уж нескладная! Её нужно постоянно направлять! Анна нахмурилась. Таис ей такой не показалась. Напротив, сосредоточенная и серьёзная. — Я хочу, чтобы она поступила именно в лицей Людовика Великого! Только туда! — взмахнул рукой мужчина. — Из-за моих разъездов она пропустила целый год, но теперь всё в порядке! Мы обосновались тут, дела идут, и моя дочь будет учиться только там! Фамилия Димитру на протяжении всей её истории была связана только с самым лучшим. Так и дальше будет! — Разумеется, так и будет! — медленно кивнул Штольман, начиная понимать, что именно довлеет над Таис Димитру. Да, тяжело расслабиться, когда вся многолетняя глыба из свершений твоих предков лежит у тебя на плечах. — А теперь, когда она и мои дети будут готовиться вместе, нет никаких сомнений в том, что лицей Людовика Великого откроет ей свои двери. Однако вас привело сюда не только это, вы хотели обсудить со мной какое-то дело. — Да, господин Штольман, — пожевал толстыми губами Николаус Димитру. — Это касается моей антикварной лавки. Мне кажется, что в ней завелась нечистая сила! Яков поднял брови. Неужели опять ведьмы и оборотни? Не многовато ли их нынче развелось во Франции?