Детективное агентство "Анна и её духи" - 3. История пятая. Древнегреческая трагедия.

Девушка, вошедшая в кабинет, показалась Анне измождённой и болезненной. Одета она была хорошо, но была чрезмерно худа, отчего платье на ней болталось и выглядело, будто с чужого плеча. Увидев Штольмана и его жену, Виктуар заробела, нервно поздоровалась и присела на самый краешек стула, держа спину так прямо, будто сзади в неё тыкали наконечником копья. — Виктуар, добрый вечер, вы знаете, зачем вас позвали сюда? — спросил Штольман. Девушка кивнула, тревожно смотря на сыщика. — Оттого, что тут домовой орудует, месье! — заговорила она, выдавая своим говором уроженку юга. — Вещи прячет, а потом вновь на место ставит. — Давно он это делает? — Я тут год работаю, так, почитай, столько и делает! Вот так новость! И что же, ни один приказчик не поднял панику и не сказал владельцам лавки о том, что происходит? — А вы откуда это знаете? — спросил Штольман, внимательно смотря на Виктуар. — Так Эрик говорил, — мечтательно сказала девушка. — То есть, господин Сен-Жермен, старший продавец, — покраснела она. Стало понятно, что мадемуазель Делиль влюблена в приказчика и, скорее всего, безответно. — Он ведь сейчас болен? — Да, лихорадка. Попал под дождь около недели назад и заболел. Я приношу ему куриный бульон каждый день, чтобы он поскорее поправился! — Виктуар сложила руки перед грудью и восторженно улыбнулась. — Вы убираете лавку ежедневно? — спросил Штольман, возвращая девушку из мира грёз обратно на землю. — Да, вот в это время. Магазин закрывается в шесть, дверь запирают, считают кассу, а я мою. — Вы уходите, когда кто-то в лавке ещё есть? — Когда как, месье! Иногда, особенно по зиме, так натопчут, что я несколько раз промываю, пока чисто не будет. — Так, следовательно, у вас есть ключ? — Да, месье, — кивнула девушка. — Но только от задней двери. На основную дверь ставят какую-то сложную сигнализацию, а задняя ещё со старым образцом — я её захлопываю и запираю на специальный замок. Штольман размышлял. Интересно. Две двери с разными видами охраны. — А сейф? К нему у вас есть доступ? — спросил он девушку. Та вдруг побледнела и схватилась за край стула. — Ну что вы, месье! Там же деньги! Вы про браслет жены господина Димитру? Нет, я не могла его взять! Нет у меня ключа! — Вы не волнуйтесь так, Виктуар! — успокаивающе сказал Яков. — Никто вас ни в чём не обвиняет. — Мне никогда в жизни за такое не расплатиться! — прикусила губу девушка. Успокоив уборщицу, Штольманы поблагодарили её и вышли в основной зал. Владелец лавки ждал их там. — Мы поговорили с вашими сотрудниками, господин Димитру! — сказал Яков. — Теперь мы отправляемся к Эрику Сен-Жермену, чтобы и его опросить. Пока у меня возник вот такой вопрос. Отчего вы не обратились в полицию, когда заметили исчезновение вещей в лавке? Или по поводу браслета? — Мы переговорили с Иоаннисом и решили, что вмешательство государства в наши дела не принесет нашему предприятию ничего хорошего! То ли дело частный сыщик! Да ещё с такой репутацией, как у вас! — Всё понятно теперь, — сказал Яков, вновь мысленно поморщившись от неприкрытой лести. — Скажите, кто такой господин Леру? — О, премилый старичок. Знает толк в древностях. Коллекционирует старинные гравюры, эмали и миниатюры. Проводит тут шесть дней в неделю. Он уже часть интерьера! — засмеялся Димитру. — Но платит так, что пусть бы вообще сюда переехал, только пусть покупает и дальше. Он ушел как раз перед вашим приходом. Да вон он! — вскричал вдруг громкоголосый грек, указывая на другую сторону улицы, где сгорбленный сухонький старичок пил кофе за столиком кафе. — Благодарю, — кивнул Штольман. — Дайте нам адрес Сен-Жермена, пожалуйста, и мы пойдём! Получив бумажку с улицей и номером дома старшего продавца, Анна и Яков вышли наружу, но вместо того, чтобы поймать экипаж, перешли дорогу. Им нужно было поговорить с господином Леру.