Сердце Океана

      Пробуждение оказалось не самым приятным. В носу щипало, как это бывает, когда случайно вдохнёшь немного воды, а голова гудела как медный таз, по которому со всей дури лупили колотушкой. Маша с трудом приоткрыла один глаз и осмотрела окружающее помещение.       Она лежала на узкой койке в небольшой комнатушке с низким потолком. У противоположной стены стояла ровно такая же койка, на которой дремала Сафир. Кто-то успел перевязать все её ссадины, так что сейчас она, окончательно вымотавшаяся, просто спала. Маша кое-как села и стала думать. Последнее, что она помнила — как она успокаивала бьющуюся в истерике подругу, а потом всё вокруг заволокло туманом… Стоп. Туман действительно был, он полз со стороны входа на площадь. А ещё там были две каких-то фигуры…       Значит, их поймали и притащили в само злодейское логово… Чёрт, от этой фразы так несло дешёвыми мультсериалами середины восьмидесятых, что Маша не удержалась и фыркнула, а потом постаралась украдкой оглядеть себя. Шапочка колокольцев была на месте, по всей видимости, её приняли просто за украшение. Диадема — тоже, потому что сквознячка пошла на поводу у интуиции и с головы перенесла её на шею на манер многоуровневого ожерелья. Видимо, в этом мире жители настолько привыкли к тому, что диадему можно носить только на голове, как специальный инструмент, что им и жизни бы не пришла мысль, будто её можно носить как-то иначе. Помнится, в прошлый раз вплетённую в косу цепочку тоже не заметили. Маячок из ампулы с физраствором тоже был на месте, Второе Лицо оставили… А вот кристалл пропал, и это было очень плохо. Конечно, колдовать она, в принципе, могла и без него, но это отнимало гораздо больше сил. А ещё вырастала вероятность, что посыл просто не сработает.       В отдалении послышались приближающиеся шаги, и Маша сделала вид, что просто приводит в порядок одежду, когда в стене открылась небольшая дверь. — Так это одна из этих соплюх Игваря отделала? — с порога донёсся недобрый голос. — Ага, вон та, синенькая. Но мелкую почему-то сказали опасаться сильнее. В камеру вошли двое: не в меру широкоплечая тётка с маленькими свирепыми глазками — злобный голос принадлежал именно ей — и какой-то совершенно безликий парень, больше похожий на мышь. Тетка швырнула Маше какой-то пакет и бутылку воды, а второй такой же комплект прицельно прилетел в голову спящей Сафир. — Ладно, тыковки, не понимаю, зачем вы понадобились, но привыкайте. Вы тут надолго. Дверь снова захлопнулась. — Попали, как кур в ощип… — только и смогла протянуть Маша. — Эй, Сафир, ты как? — Оооой… Моя голова… — девушка с трудом приподнялась на локтях и огляделась. — Где это мы? — Где-где… В тюрьме, — мрачно пошутила сквознячка. — А если серьёзно, то, похоже, нас всё-таки поймали. А самое мерзкое, что мой кристалл пропал. Так-то мы могли бы немедленно свалить обратно на остров Заката, но без кристалла я не уверена, что смогу активировать маячок. — Так ты и такое умеешь? — Угу… Но сейчас надо думать, как выбраться без маячка. — Хм… Кристалл говоришь… — Сафир сунула руку за пазуху и вытащила оттуда что-то напоминающее осколок стекла. — Это не подойдёт? Когда завязалась перестрелка, я случайно попала в розу над той аркой, и оттуда выпал вот этот камешек. Я сейчас когда лежала, думала, что же это мешается.       Маша её чуть не расцеловала. Конечно, грустно было от того, что старый кристалл, скорее всего, уже не вернуть, всё-таки она с ним побывала в стольких переделках, но сейчас надо было выбираться. Он вернется в родном мире, главное — добраться. Она подцепила Сафир под локоток, сжала в одной руке кристалл и ампулу, а другой щёлкнула пальцами и… Ничего.       Маячок был заряжен, магия никуда не делась, а значит, оставалось только одно. Второй маячок, спрятанный под матрасом в жилом блоке, нашли и уничтожили. Похоже, битый Игварь был прав и на исследовательской станции действительно был кто-то, кто работал на здешнего хозяина, кем бы тот ни был. От обиды Маша чуть не разревелась, но тут её одёрнули. — Тихо! Там стучат, — Сафир приложила ухо к стене. Прислушавшись, Маша тоже услышала тихий стук. — Тонально-дробная азбука… За стеной кто-то есть. Она на пробу отстучала пару сигналов и дождалась отклика. Маше классе в третьем попалась детская энциклопедия со сборной солянкой обо всем, так что из неё она заучила пару сигналов морзянки, что были там — «S.O.S.» и «кто меня вызывает?», и прошлась по алфавиту — благо, тогда запомнить было проще. Маша даже сейчас кое-что помнила. Но сейчас она могла положиться только на знания Сафир: шифр этого мира явно отличался. Из того, что она разобрала по тем буквам, которые из перестука получаются для неё, не сложилось бы ничего вразумительного. — Их там четверо. Появились вчера днём. — Спроси, не имеют ли они отношения к исследователям с острова Заката. Снова постучать и дождаться ответа. Ещё раз… — Они спросили, откуда нам это известно, но да, это они. — А ты… — Я им сказала, что мы вчера прилетели на Станцию, как раз когда они ушли к вулкану. Вроде бы поверили…       Дверь вдруг снова заскрипела, и на пороге возникла давешняя тётка, но с какой целью она зашла на этот раз, узнать так и не удалось. Маша, и так сидевшая как на иголках, не выдержала и с визгом огрела её бутылкой по лбу. Бутылка не выдержала таких издевательств и разбилась, зато тётка охнула и осела на пол. На лбу у неё стремительно росла здоровенная шишка. — Ты… Ты зачем это сделала? — сдавленно пискнула Сафир, опускаясь на колени рядом с упавшей тушей. Слава Океану, та оказалась жива. — Я не хотела… Просто перепугалась… — Ладно… Похоже придётся импровизировать… Как у тебя с маскировкой? Вместо ответа Маша снова по щелчку сделалась прозрачной и обратно. — Что ж, годится. Забирай у неё ключи и запри здесь.       За дверью камеры оказался длинный коридор, освещённый квадратными лампами под потолком. Слева был тупик, так что выбора, куда идти, особо не было. Маша рванулась было выпустить на волю соседей, но вовремя остановилась. Здравый смысл вовремя напомнил, что бойцы из них, скорее всего, никакие и безопаснее для них будет отсидеться внутри, пока Маша и Сафир не придут с подмогой. Разведчица так и передала им сигналом через дверь.       Коридор закончился лестницей наверх, откуда доносился невнятный разговор. Девушки быстро переглянулись, после чего, не сговариваясь, слились с окружающим миром. Этаж выше выгодно отличался от тюремного подвала. Проход был свободнее, потолки выше, а главное — в нем оказалась куча всяких ваз и горшков с цветами, прятаться за которыми в обычное время было бы сущим удовольствием. Свет в коридоре был приглушён, а значит, по идее, сейчас должна была быть ночь, что также играло им на руку. Маша коротко оглядела коридор: двери с прозрачными окнами, за которыми можно было разглядеть какое-то оборудование, до боли напоминающее аналогичное в корпусах Союза учёных и травников… Видимо, это тоже был какой-то исследовательский комплекс, но откуда он мог здесь взяться? Пообещав себе подумать об этом позже, сквознячка снова двинулась вперёд. Если сильно приглядеться, то можно было разглядеть и силуэт Сафир, неотрывно идущей следом. У комнатки охраны пришлось немного задержаться, потому что оттуда слышался довольно занятный разговор. — Ну что, Председатель до сих пор молчит? — Да, упрямый старый хвощ почему-то ни в какую не хочет браться за старое. Вот семицветик! Да ежели б мне предложили стать председателем Совета Гостей, я бы… — Да ты бы, Вава, мать родную бы продал! Вот поэтому тебя никто никогда не поставит никем командовать… — Ой, да иди ты, Никса… — Вава, ты бы лучше, чем посылать, рассказал, что там с новенькими? — А тебе про каких новеньких? — говоривший гаденько хохотнул. — Ну, про этих пуховок учёных мы и так знаем, а что-то новое про них станет известно, только когда сегодняшнюю обработку их главного закончат. — Ты про этих двух девиц давай! — Хо-хо, это вот мы подождём, пока Ирва вернётся, и тогда обсудим. Но синяя Игваря отделала так, что он теперь больше на котлету похож. А мелкая, кажется, Диамант недоученный. — Гонишь! — Век воли не видать! Шеф сам сказал, что у неё нужно какую-то цацку отобрать, чтобы колдовать не смогла, стало быть, точно Диамант… Да что ж Ирва-то никак не идёт… — Ладно, пока мы её ждём, ты лучше скажи… Ты Аленького цветочка уже нашёл? — Нет! — разозлившийся Бандит грохнул кулаком по столу. — Этот гад с несколькими дружками как сквозь землю провалился…       Маша и Сафир переглянулись, хотя, будучи прозрачными, им это удалось с трудом, и стали тихо отходить назад. Повезло, что местные охранники, будучи бывшими заключёнными, не додумались, что громко обсуждать всё происходящее вокруг — это, мягко говоря, нехорошо. Зато из их разговора удалось узнать много интересного.       Алкосахар Звоноцвет не желает работать с тем, кто за всем этим стоит, несмотря на обещание снова сделать его Председателем Совета. Раз он «не хочет браться за старое», значит Ягений был прав и в этом деле действительно замешана история с Лабиринтом. Яна сейчас «обрабатывают», а значит, считают, что он тоже может что-то знать про изготовление Лабиринта. А «Аленьким цветочком» могли называть только Кармина-212. А раз его ищут и не могут найти — значит он сбежал, и теперь где-то прячется.       Задумавшись, Маша не заметила, как задела одну из стоящих в коридоре ваз. Та зашаталась, и вдребезги разлетелась от удара об пол, а часть воды разлилась по полу, предательски огибая те места, где прозрачные ноги соприкасались с полом.       Высунувшийся из каморки охранник сначала тупо похлопал глазами, а потом заорал во всю глотку. — Тревога! Невидимки! — Бежим, — коротко бросила Сафир. Девушки стремительными торпедами рванули по коридору до следующей лестницы. За ними по пятам мчались три подвыпивших охранника, что, однако, не мешало им бежать, всё сокращая разрыв. На следующем этаже к погоне присоединились ещё двое, а потом громкий топот донёсся и с лестницы, ведущей ещё выше. В отчаянии Сафир дёрнула Машу в какой-то закуток. Увы, он тоже оказался тупиком, но тут под потолком сдвинулась решётка вентиляционной шахты и кто-то сверху произнёс: — Сюда.       Раздумывать было некогда, первой в шахту залезла Сафир, ухватившись за протянутую руку, а потом они на пару с неизвестным спасителем затянули следом и Машу. Как раз вовремя, потому что как только решётка встала на место в закутке, снизу раздался разъярённый вопль. — Куда они делись?! Не могли же они между ног проскочить?! — Какие же всё-таки идиоты, — тихо буркнул под нос Кармин-212, когда топот ног стих в отдалении.