Ghost boy

Стрим. Потеря фокуса. Сожаление. Никакие другие слова не смогли бы точно описать Сережу в эти несколько дней. На том самом стриме, когда он так торопился на такси, он не чувствовал, что его место там, перед камерой. Три дня подряд фокус был таким же нестабильным, как и психическое состояние Пешкова. Он мог часами разбираться в интересующей теме, но как только локомотив мысли свернет в сторону, то сходит с рельс. Малейшая деталь может развернуться в полноценный спор с собой и, как следствие, уход от основной темы.       Вину он чувствовал перед Денисом. «Прости, Денис. Прости ради Бога», - хотел бы Сережа сказать ему. Призрака не было дома уже три дня. Что с ним? Как он? Где? Пешков мог бы задаться еще большим количеством вопросов, но какой смысл? Все равно, пожирание себя упреком не приведет ни к какому результату. Да, сказал глупость. Да, не подумал. Что от сожаления изменится? Остается только ждать Дениса, ведь он сам сказал, что никого в Москве у него нет кроме Сережи. Это ведь так?

***

Пятый день. И ведь даже никак не свяжешься с Денисом. Сидишь ждешь весточку, а ее все нет. Как-то не так ветер поднимется – сразу же что-то внутри затрепещет, но быстро замолкнет. Это не он. Невольно начинаешь задумываться о его роли в жизни Пешкова. Кто он для него? Товарищ? Друг? Просто коллега? Жожо сам не знает. Не знает. Но кое-что подвергнуть сомнению нельзя – ему страшно. Денис неожиданно появился и так же неожиданно может пропасть. Тяжесть вопросов и внутренней напряженности все растет и растет. Как бы Сережа ни пытался игнорировать это, все равно бесформенная масса внутри росла. Закрыть глаза на проблему и тыкать себя носом в нее при каждом удобном случае – это и был способ Пешкова справиться со стрессом. «А вдруг я смогу отпустить тревогу, если буду впиваться в нее каждый день?». Со стороны такой метод борьбы с болью может показаться неэффективным. Что ж, так и есть. Не долго смог Жожо держаться и притворяться, что все идет по плану. Каждый раз, когда начиналась цепочка мыслей о Денисе, со святой верой Сережа уповал на лучший исход. «В этот раз обязательно получится», - ведь как так не получится? Он ведь встречается лицом к лицу со страхом. Он ведь не бежит. Однако, никакая попытка не увенчалась успехом. Просто так не убивать себя почти невозможно. Во время всех попыток, психика стримера просто перенаправляла импульс в другое русло. Аккумулировала.

***

День десятый. Сергей так не может. Он полон этой лжи. Она сочится через его кожу. Он чувствует, что каждая мимоходная мысль о призраке станет последней каплей и он лопнет. Но вот вопрос: что делать? «Я уебище. Я не смогу справиться», - хотя бы признался сам себе стример. Изрыгнуть всю эту черноту кому-то в диалог просто немыслимо. Эти внутренние проблемы просто отвратительны. Для Пешкова они выглядят как смола: вязкая, противная и черная. Кому захочется прикоснуться к ней или даже окунуться в нее ради Сережи? Да и он сам не хочет, чтобы кто-то, коснувшись, замарался этой грязью. Однако же нужно куда-то вылить накопившееся, иначе оно само выйдет, не подчиняясь его контролю. Немало идей перебрал Пешков, но самым подходящим оказалась бумага. «Ну конечно, что еще так может стерпеть эту чернь кроме белой бумаги?», - думал Сережа, садясь за стол. Его главная цель – быть честным перед самим собой. Он не может больше врать себе. Какой бы ни была неприятной правда, увидеть ее придется. Пешков не осознает всю глубину своей проблемы, но он настроен решительно. Бумага готова, ручка есть. Пора нырнуть в смоляной омут с головой и выйти оттуда новым человеком

***

День одиннадцатый Пустота. Внутри пустота. Нет даже слез. Только что-то серое заполняло Сережу. Может он внутри полый и это что-то серое просто грязный воздух Москвы? Расписать на бумаге все было самым лучшим решением за последние десять дней. Он наконец-то взглянул в зеркало. Чистое, только что полированное зеркало. Не сказать, чтобы он особо был рад тому, что увидел, но на Пешкова снизошло такое облегчение. Вся эта тяжеловесная, грязная смола вышла из него. Даже первые секунды после финальной точки он будто был рад, что испытывал такие чувства. Вот-вот придет принятие и все вернется на круги своя. Как же удивительно. «Нужно просто не бежать от своих чувств. Никогда бы не подумал», -язвительно сказал себе Пешков. Жизнь налаживается. Стримы идут. Он все ждет.

***

День двенадцатый. «Я снова иду и ложусь на кровать, где тебя нет, где тебя нет», - тихо напевает себе под нос Сережа. Уже почти не больно. Он заимел привычку петь перед сном, уже лежа в кровати и откинув телефон в сторону. Это расслабляет. - Знаешь, Серег, извини, что так надолго пропал.