Ожидание звезды

Спала я в своей комнате, которую мне выделил на время моего нахождения в Бэг Энде ещё Банго. А на полу, рядом с кроватью, храпели два брата, на своих одеялах. Утром проснулась чуть ли не с первыми петухами и довольно улыбнулась. Ночевать в теплой норе было намного комфортнее и приятнее, чем в том же трактире. Даже громко храпящие гномы не мешали моему спокойному сну. Мы с Кели за жизнь с отцом к этому уже привыкли. Аккуратно выйдя из комнаты и даже не наступив ни на кого из братцев, отправилась умываться, прихватив с собой табак и трубку. Водопровод явно кто-то за ночь починил, потому что горячая вода была и умыться смогла вполне спокойно. Даже не удивлюсь, если это сделал или Бифур, или Бофур. По рассказам Балина — это двое были чуть ли не самыми рукастыми гномами из этой команды. Но по факту, мне было все равно, кто починил. Главное, что сделали, а все остальное — уже и ладно. Довольная и радостная после умывания уже пошлепала на кухню — выискивать, чтобы поесть. К тому же хотелось горячего чая. В гостиной, почти на каждом миллиметре лежали гномы, да в таких позах, что я еле удержалась от дикого хохота. Вроде, даже умудрилась ни на кого не наступить, лишь случайно пихнула в бок Глоина. Но он будто этого даже не заметил, чуть поворчал и захрапел с новой силой. Вот непробиваемые гномы, что тут говорить. На кухне из остатков вчерашнего пиршества я урвала немного хлеба, ветчины, сыра и даже несколько вкусных яблок. А вот чай сделать не получилось. Бомбур схомячил далеко не все. И хорошо. На завтрак поесть что-то тоже хотелось. Жуя на ходу найденное, поползла на улицу, чтобы посидеть спокойно на лавочке, покурить. Но оказалось, что не одна я такая умная. На улице уже сидел Дубощит и безмятежно курил, смотря на потихоньку выходящих на улицу хоббитов. — Утречка, вашество, — махнула трубкой и яблоком, зажатыми в правой руке, и улыбнулась Торину. Он поднял на меня тяжелый такой и задумчивый взгляд и приветственно кивнул. Нагло плюхнулась на лавочку рядом с узбадом и укусила яблоко. Оно было, на удивление, крайне сладким, прям настолько, что не уступало сахару. Довольно улыбнулась и вытянула ноги. Как же было хорошо — даже утреннее солнышко особо не припекало. Просто красота. Обожаю такие ранние утра, когда никуда не надо торопиться. И можно спокойно покурить на лавочке, посмотреть на то, как копошатся в огороде хоббиты. — И что же гномка делает в норе хоббита? — я подавилась яблоком, чуть закашлялась и постучала себя по груди, чтобы быстрее прошло. Не получилось. Даже не думала, что вашество заведет со мной диалог. Не казался Торин тем гномом, кто спокойно может разговаривать с каждым встречным не в повелительной манере. — Пришла к другу в гости, — пожала плечами и усмехнулась. Мне прям хотелось ввернуть шпильку в сторону самого узбада и его работы кузнецом в Бри. Но я усмехнулась и покачала головой. Нельзя так. — И пришла куча гномов с магом. Это мне скорее надо задавать вопрос, что вы тут делаете. — Так сказал сделать Таркун, — хмуро хмыкнул Торин и послал в небо аккуратное колечко из дыма. А я вздохнула. Неразговорчивый узбад, что уж тут сказать. Да и явно большие ничего не хочет говорить рандомной гномке. Но и я не в обиде. Могу его понять. — Вы правда надеетесь, что Смауга в горе нет? — подняла брови и со спокойной душой выкинула чуть в сторону огрызок от яблока. — Его не видели шестьдесят лет, может уже издох, — нахмурился Дубощит. Я подняла глаза на чистое голубое небо и прищурилась. — Не думаю, что эта чешуйчатая пакость так просто умерла. Скорее всего, спит. Узбад пожал плечами, и я набила трубку и спокойно подожгла её. Аккуратно, чтобы не переборщить. — Женщина и курит, — проворчал как-то недовольно Торин. Я рассмеялась. Громко так, с душой, повернув в сторону от короля голову. — О Махал, — вытерла с глаз слезы и выдохнув, произнесла чуть с упреком, — а браслет у этой курящей женщины вы приняли, вашество. Торин удивленно поднял брови и посмотрел на металлическое украшение на своем предплечье, а потом перевел уже взгляд на меня. Подняла вверх свою правую руку и чуть помотала ею перед Дубощитом. Забыл, может быть уже. Хотя вроде вчера обратил на него внимание. — Простой кузнец, да? — я улыбнулась, подняв бровь. А Торин расслабленно усмехнулся. Почти так же доброжелательно, как до этого своим племянникам и друзьям. Всё, четвертовать вроде не будут. — Спасибо за меч. Теперь это для меня будет реликвия, которую точил мне сам Король. Торин беззвучно рассмеялся, склонив голову к груди, из-за чего его волосы будто шторкой закрыли лицо. Какая же у него все-таки красивая шевелюра. Мне настолько хотелось их потрогать, узнать, какие они на ощупь, что аж покалывало кончики пальцев. Но я покрепче сжала пальцы на трубке и затянулась. — Хорошее у тебя оружие, все-таки, — чуть задумчиво отозвался мужчина. — Отец ковал, как и эти браслеты, — пожала плечами, закусив зубами трубку, и пропустила сквозь пальцы свои нечесаные лохмы. Надо бы расчесать все это безобразие на голове и переплести косы. А то выглядеть, как домовенок не хотелось. А тем более перед толпой гномов. А перед Торином… Что тут уже говорить или делать. Уже видел. Не отмашешься. — Твой отец — искусный мастер. — Это точно, — в доме что-то резко стукнуло. Я чуть не подскочила на месте. Благо оружие осталось у меня в комнате, так бы уже вытащила меч из ножен. — Видимо, шалман проснулся. Торин на это лишь тихо хмыкнул и потопал в нору, чтобы проведать своих подчиненных. Я, чуть подумав, двинулась за ним. Надо ещё собраться, переодеться и переплестись. А то никому тут волосы не дашь на истязание. Гномы ведь и гномьи традиции — доступ к волосам только для членов семьи и избранников. Поэтому мучься, Дара, сама. Твои ведь лохмы.

***

Гномы были шумными, громкими до кошмарного и веселыми. Даже Гэндальф смеялся с их шуток и подколок. А меня больше волновал Бильбо — как он вообще мог спокойно спать в такой шуме и гаме? И почему ещё не проснулся? Вроде время не самое прям раннее. Этот хоббит часто вставал вообще с первыми петухами, чтобы приготовить завтрак. И ведь не напрягало его так париться. С горем пополам я переплела все свое безобразие на голове и стянула косы и оставшиеся волосы в низкий хвост. Даже пришлось выгнать из моей комнаты двух братцев, которые решили нагрянуть именно тогда, когда мне приспичило переодеться. Я разве что в них меч не кинула. Потом эти два дурака щеголяли красными ушами. Даже интересно — это они так смущались или все-таки дядя оттаскал? Вопрос все равно у меня крутился в голове — а эти двое не хотели рассказывать. Оттаскала за уши ещё и сама — нечего к девушке в комнаты заходить без стука. А эти двое на меня смотрели потом минут пять волком — явно не понравились нравоучения. Потом, вроде успокоились, поняли свой прокол и продолжили шутить и улыбаться. Вот ведь неугомонные черти. Пока гномы судорожно собирались, прошмыгнула в комнату моего беспокойного друга и аккуратно погладила по голове. — Бильбо, я поехала домой, — тихо сказала, пальцами перебирая мягкие кудряшки. Хоббит завозился и резко вскочил на кровати. Я чуть ли не отпрыгнула от него и удивленно уставилась. — Они не уехали? — Бильбо, потирая одной рукой глаз и вставая с дивана, зевнул. — Пока нет, а… — я тяжело вздохнула. — Только не говори, что ты решил ехать с ними. Бильбо насупился, растрепал ещё сильнее свои кудри и огромными-огромными глазами уставился на меня. Это было то самое выражение лица, которые выражало, что он сделал пакость и выпрашивает у меня прощения. В детстве он строил именно такую же мину перед Белладонной, когда убегал в лесок, рядом с Широм и искал эльфов. В такие дни он притаскивал домой и красивых бабочек, и цветы, и кучу грязи на себе. Банго только ругался, а его жена с улыбкой тихонько качала головой. Видимо вспоминала свое детство и то, как чудила уже она. И как хватались за голову уже её родители, хоть они и были такими же авантюристами. — Я знаю, что это слишком опасно, но… Гэндальф прав, — подняла бровь и сложила руки на груди. — Я засиделся в Шире. К тому же им нужна моя помощь. — Бильбо, ты не воин. Чем ты им можешь помочь? Да, во мне внутри тихонько дрожало раздражение. Вот липким таким комком облепило грудь изнутри и клокотало. Но я упрямо стояла на одном месте и просто смотрела на своего кудрявого друга и не могла вымолвить больше ни слова. Понимала ведь, что Гэндальф сможет выудить из недр души Бильбо Туковский авантюризм. Зря только оставила их наедине. — Хотя бы чем-то, — махнул руками хоббит и неуверенно улыбнулся. — Дара, ты же помнишь, что в свои двадцать, я хотел выйти из Шира. Узнать, что там за границей земель хоббитов. Увидеть тех эльфов, про которых ты мне рассказывала. А сейчас, что со мной стало? Ведь, нельзя же провести всю свою жизнь здесь. И я не хочу этого. — Бильбо… — покачала головой и чуть прислушалась к шуму в доме. Пока что они ещё здесь. — Поход — это не просто один день ты в пути и вечером дома. Не будет тебе вкусной еды, теплой постели. И будет опасность — орки, гоблины, варги. — Ты ведь… меня не бросишь? Ах, вот оно что. Я расплылась в кривоватой улыбке. Так этот маленький манипулятор хотел, чтобы моя милая персона побыла его защитой в пути. Хотелось истерически смеяться. Да, я воин. Ничего не скажу. И года странствий все-таки многому меня научили. Но защищать кого-то мне было впервой. Я не наемник, такую работу никогда не выполняла. Но бросить этого дурного бы не смогла. Поэтому да, защищу, не брошу. — Знай, Бильбо, — покачала головой и чуть нахмурилась, — если ты и пойдешь, то до Ривенделла. А там уже решишь — хочешь ты двинуться дальше с гномами или все-таки останешься во владениях Элронда. — Ладно, — чуть подумав, отозвался шебутной Бэггинс. — А ты? — И я сделаю так же. Если что — потом провожу тебя обратно до Шира, — я крепко и порывисто обняла Бильбо. — Я не твоя матушка, чтобы тебя отговаривать, если ты этого хочешь, или что-то запрещать. Я могу лишь помочь, поддержать и защитить. Понимаешь? — Угу, — булькнул мне в плечо Бильбо. — Ну, я собираться! Я тяжело отпустила хоббита и вздохнула. Надеюсь, что этот поход для нас не обернется трагедией. Я лишь постараюсь ему помочь.

***

Когда мы затолкали на пони сопротивляющегося Бильбо и спокойно поехали в сторону нужного всем направления стали летать мешочки с золотом. Видимо утром гномы поспорили, поедет ли с ними хоббит или нет. А мне ж даже никто поставить не дал. На это все лишь хмыкнула и даже в какой-то момент пригнулась, когда Бофур неудачно кинул свой мешочек в Оина. Сердито фыркнула, тяжело посмотрев на шапку-ушанку, но ничего не сказала. Ругалась только про себя. Первые дни поездки были вполне себе веселыми. Будто я в увеселительный поход попала, что тут сказать. Было вполне себе весело. Иногда Фили и Кили чудили, однажды вообще поставили на дыбы мою бедную Рыську, подсунув под нос моей пони ужа. Еле успокоила свою красавицу и тихими и крайне матерными выражениями облила двух товарищей. Дори только успел заставить Ори закрыть уши. А Двалин зычно рассмеялся. Да, хоть и кажусь я дамой спокойной, но не бесите меня. Все-таки гномья кровь взыгрывала в такие моменты знатно — ругалась смачно и красиво. И частенько на смеси синдарина, кхуздула и всеобщего. Кели на таких моментах прописывала мне крепкий подзатыльник, чтобы заткнулась от греха подальше. Как-то вечером, на привале, ко мне решили прилипнуть два наглых братца. Хотелось уже отмахаться от них мечом, но решила настолько суровые методы не использовать и просто отшивала словами. Но им это все равно не надоедало. А сидящие вокруг гномы явно ставили, насколько хватит моей выдержки. Но я их не подводила — на тридцатой минуте от меня отстал Фили, а вот Кили оказался на удивление прилипчивым. Прям как пиявка. — Что тебе от меня надо, Кили? — сладко-сладко улыбнулась и кинула в костер насколько хворостин. Конечно, хотелось их использовать иначе, но эти мысли отгоняла пока что успешно. — Почему ты безбородая? — этот вопрос почти у каждого гнома в команде уже стоял на повестке дня. Те, кто его не задал, тоже были заинтересованы в данном феномене. А я лишь сладко улыбалась и повторяла заученное: «Вот такая вот она я». — Кили, может, это немного не твое дело? Нет? — подняла бровь, удерживая на лице все ту же сладенькую улыбку. Чтоб у него кариес развился от этого. И он отстал от меня. — Но ведь интересно, — он вылупился на меня своими карими глазами и очаровательно улыбнулся. Уже чую, что эта улыбка поразила далеко не одну женщину, да и в будущем ещё поразит. Только вот на меня его чары не действовали. — Никогда не видел гномку, которой больше сотни лет, а она без бороды. Да и… Тоща… Договорить мелкий не успел — получил крепкую затрещину от старшего брата. Благодарно улыбнулась Фили и спокойно выдохнула. — Кили, тебе сказали отстать, — сурово сдвинул брови усатый, а мелкий лишь на это обиженно зыркнул на брата, потер пострадавшую маковку и отстал от меня. Но все равно далеко не уползал и плюхнул свое одеяло недалеко от моего. А я уставилась на небо, такое красивое темно-синее, усыпанное звездами. Да ветер был неприятный, чуть ли не сучий, но меня это не сильно напрягало — довольно теплая куртка спасала от холода. Все это портили лишь завывания варгов где-то вдалеке. Орки и их обожаемые любимцы — такие же свирепые и сильные, как и сами эти «красавцы». Пока большинство уже успело прикорнуть, меня заволокли воспоминания о той самой битве с отрядом Болга в нескольких милях от домика Беорна, куда мы с Кели направлялись вместе. Отряд был большой — и вообще непонятно как мы с сестрой остались живы в этой заварушке. Битва оказалась знатная, мы отбивались от бешеных и хорошо экипированных врагов долго. Чуть ли не на последнем издыхании. До сих пор помню, как свело от крепкой хватки на мече пальцы — думали, что не выживем. Крови вылилось столько, что в ней можно было искупаться. Мы вдвоем смогли перебить почти что с десяток орков, которые напали неожиданно, ночью. Видимо, не ожидали, что две путницы смогут дать им такой отпор. Кипел адреналин, такой, что мы с Кели потом не могли нормально перевести дух, когда этот чертов Болг сбежал, как последняя шавка, лишившись своих щенков. Сестра успела дотащить меня до домика Беорна. Лишь благодаря ей нога осталась на месте и могла ходить — убегая, этот чертов орк умудрился меня заковыристо ранить в бедро. — Думаете, это смешно? — на суровый оклик Торина, я вынырнула из воспоминаний и удивленными глазами уставилась на не спящих гномов. — Думаете, ночные набеги орков это шутка? Непонимающе перевела глаза на Фили и Кили, что сидели у самого костра. Вид у обоих был такой, будто они крайне-крайне накосячили и пытаются извиниться перед дядей. Я перевела глаза на узбада. — Мы ничего такого не имели в виду, — виновато отозвался мелкий. — Нет, конечно. Вы ничего не знаете о мире… — Просто сами с ними не сталкивались, — невесело хмыкнула, вставая на ноги и потягиваясь. Удивленные лица двух братьев переместились на меня. Пожала плечами на их синхронные взгляды и пошлепала за утопавшим в сторону узбадом. Он отошел чуть в сторону от стоянки и остановился на краю, смотря в даль. Будто о чем-то вспоминал. Я знала, что, скорее всего, у Торина есть огромные и веские причины так реагировать на слова племянников. Хлопнулась на камешек рядом с ногами Дубощита и вслушалась в завывания варгов внизу. Каждый из нас не любил орков. И это было взаимно. Да, до того момента с этими тварями мы с Кели все-таки встречались, но чтобы так, как в тот вечер с Болгом — это впервые. — Что произошло с тобой? — серьёзно спросил у меня Торин. Я удивленно подняла на него взгляд. Видимо спросил он это из-за моей фразы, брошенной его племянникам. — Орки нападают ночами не только на деревни, — тихо хмыкнула, — но и на путников. Нас с младшей сестрой атаковал вооруженный отряд под предводительством сына Азога, Болга. Раскрасила его морду знатно, конечно. Я ненадолго замолчала, пытаюсь собрать в кучу мысли. Торин на мои слова лишь сильнее нахмурился. Видимо что-то в моих словах его задело. — Мы перебили почти всех, но эта скотина умудрилась сбежать, напоследок всадив мне в бедро ятаган, — посмотрела на небо. Мне было просто невозможно говорить все это в лицо узбада. — Если бы не своевременные действия сестры, — может, была бы уже мертва. Надеюсь, что он где-нибудь уже издох. Между нами повисла тяжелая и гнетущая тишина, которую прерывал лишь рассказ Балина про битву у Мории. И редкие удивленные вздохи Бильбо. Так вот, что все-таки произошло. Тихо скрипнула зубами, понимая, через что прошел Торин из-за этого чертового Азога. На голову мне легла теплая широкая ладонь и растрепала волосы. Я удивленно подняла глаза на Дубощита. Тот грустно и понимающе хмыкнул. Да, я не потеряла родных или близких от рук Болга, но чуть не умерла сама. Просто представить не могу, что испытывает по отношению к Азогу Торин. Потерять деда, увидеть смерть брата и сумасшествие отца — это же лютый кошмар. И даже ведь смог сплотить гномов в такой битве. И отвоевать Морию. Чувства смешались — если поначалу я считала Торина просто наследником трона. Тем, кто получил свой статус и титул только из-за права рождения, но сейчас… Да, в душе зарождалось тихое восхищение и уважение. Столько пережить и не впасть в отчаяние — не многим дано. — А Осквернитель? Что стало с ним? — спросил Бильбо у Балина, кинув на меня короткий и непонятный взгляд. Торин же пошел в сторону костра мимо вставших за момент рассказа Балина гномов. Я уткнулась взглядом в лес под нами. — Он зарылся обратно в ту нору, из которой выполз, — сухо выплюнул слова Дубощит. — Это тварь давно уже подохла от своих ран. Если бы было все так просто. Я уже слышала краем уха разговор между Элрондом и Элладаном, когда была в Ривенделле последний раз. И прекрасно помню, что они говорили об участившихся нападениях орков. Но просто так твари бы нападали поодиночке, а не большими вооруженными отрядами. Ещё и на варгах. Значит у них все равно есть предводитель. И скорее всего, Азог, как раз, ещё жив.