Часть 2
25 ноября 2021 г., 11:59
Ближе к вечеру того же дня Регулус вызвал Кикимера. Не был в восторге от предстоящего, однако понимал, что иначе никак.
Кикимер являлся единственным существом, «официально» знавшим о месте, в котором Волан-де-Морт спрятал крестраж: сам же Лорд домовика туда и привёл. При этом эльф не должен был пережить похода в ту пещеру. По крайней мере, на то, вне всяких сомнений, был расчёт Тёмного Лорда. Однако он недооценил мощь связи домовика с хозяином — Регулус нервно усмехнулся, углядев ироничную параллель со своим новым слугой.
Кикимер сослужил Блэкам и всему магическому сообществу Британии отличную службу, рассказав Регулусу о том, что видел в приморской пещере.
Кикимер был хорошим эльфом.
Регулус заставил себя отрезать ему голову самостоятельно, пусть демон и предложил ядовито помощь. Не желал проявлять перед этой тварью слабость, но и хотел воздать Кикимеру последнюю дань уважения. Для него смерть от руки хозяина-Блэка — семейная традиция и честь.
— Ах, господин, — покачал головой демон, впившись взглядом в маленькое тельце, которое с судорогами покидала жизнь. — Кровь так плохо выводится с паркета!
— Это не моя забота, — Регулус отложил в сторону испорченные перчатки (руки, прекратите дрожать!) и, заставив себя сосредоточиться, чарами законсервировал голову Кикимера. Её место — на домашней лестнице, рядом с головами его собственных матери, бабушки и более далёких предков. — Меня не будет остаток вечера. Как раз займёшься паркетом.
Демон поднял взгляд на него, моргнул в притворном удивлении.
— Однако же я обязан быть при вас всегда.
— В доме моих родителей ноги твоей не будет, — отчеканил Регулус. — Это приказ: останься. Если понадобишься, я призову тебя — полагаю, мой зов ты услышишь отовсюду.
— Именно так, хозяин.
Удовлетворившись этим, для верности осадив демона ещё одним строгим взглядом, Регулус вышел в сад, откуда трансгрессировал на площадь Гриммо. Родной дом вырос перед ним, раздвинув магловские, и Регулус быстро взбежал по ступеням, скользнул за парадную дверь.
В уютной полутьме знакомых до последней детали коридоров он отправился искать родителей. Отец обнаружился в гостиной на втором этаже, где курил трубку в компании исторического романа о третьем гоблинском восстании; завидев Регулуса на пороге, отец отложил книгу.
— Регулус! Какой приятный сюрприз.
— Добрый вечер. Прости, что заявился так внезапно…
— В свой-то родной дом? — укоризненно покачал головой отец; тут его взгляд зацепился за голову эльфа в руке сына. — О… Время пришло?
— Да, — пройдя вглубь комнаты, Регулус утвердил голову на каминной полке: её надлежащее устройство на законном месте — забота матери как хозяйки дома. Не сдержавшись, опустил пальцами веки Кикимера: не было сил видеть выражение абсолютной преданности, навсегда застывшее в его глазах. — Подавая мне чай сегодня, он разбил блюдце.
— В последние дни он в самом деле был крайне неловок, — заметил отец, вновь набивая трубку табаком. — Что ж, у каждого из нас свой срок службы, и Кикимер достойно справился с собственным.
— Он был образцовым домовиком, — негромко сказал Регулус, а про себя поклялся: однажды отец узнает, что именно Кикимер сделал для них всех. Однажды. — А где матушка? — спросил он, отворачиваясь от камина.
— В ателье, подгоняет новую мантию. Завтра мы ожидаем в гости её родителей… Задержишься поздороваться?
— О-о… — Регулус смутился, и отец негромко засмеялся.
— Нет, конечно! Уверен, у тебя есть куда более интересные дела, чем отвечать на вопросы бабки и деда о том, когда же ты наконец женишься.
— Я, наверное, должен, да? — невесело уточнил Регулус. После того, как Сириуса изгнали из семьи, именно на него, Регулуса, легла ответственность за продолжение рода.
— Наверное, — ответил отец и пыхнул трубкой. А затем слегка наклонился вперёд и серьёзно сказал: — Однако я не хочу, чтобы ты делал то, к чему не лежит сердце.
— Но род…
— А, к Мордреду его, — перебил отец. — К тому же, ни я, ни лорд Арктурус не собираемся пока умирать — у вас, детей, есть ещё время жить в своё удовольствие. А пока пройдёт пара лет, Сириус образумится и вернётся домой — и с тебя будут сняты обязательства, которые никогда не должны были стать твоими.
Хотел бы Регулус признаться: «У меня нет пары лет». Однако он был научен держать язык за зубами.
— Думаешь, мать его примет?
— Конечно. Это же Сириус.
Регулус грустно усмехнулся: окажись он на месте брата, о примирении не было бы и речи. Тяжело знать, что не любим собственной матерью. «По крайней мере, у меня есть отец», — подумал Регулус и улыбнулся ему более искренне:
— Надеюсь, так и произойдёт.
Отец кивнул, и во взгляде его читалось: «Мы все надеемся». А только собравшийся сесть в кресло напротив Регулус вздрогнул от понимания: он не имеет права уйти, не примирив Сириуса с семьёй, оставив родителей без опоры, а род — без продолжения. «Столько всего нужно успеть…» — вздохнул он, прошёлся ладонью по подголовнику так и не занятого кресла и направился к выходу.
— Дела? — с пониманием уточнил отец.
— Дела, — глухо отозвался Регулус. — Хорошего вечера.
— Хорошего вечера, — пожелал отец, провожая его взглядом, полным искренней тревоги.
Впрочем, он не остановил Регулуса, не спросил, что на сердце: в их семье так не принято. И Регулус ушёл, больной, разбитый и печальный, скорбящий по временам, когда одно отцовское слово было в состоянии решить все его проблемы.
И пусть Регулус никогда не пользовался такой возможностью — просто знать, что все твои проблемы решаемы, прекрасно.
***
Следующие дни потонули в сборе сведений. Регулус почти не вставал из-за книг и документов архивов, которые демон стаскивал ему в невероятном количестве и не без злорадства. — Желаете, чтобы я рассортировал информацию, господин? — Нет, — каждый раз цедил Регулус: уж что-что, а анализ данных этой твари он доверять не собирался. В то же время признавал: демон оказался невероятно удобен в функции «принеси-подай». Не было такого места, куда бы он не мог забраться; не было такой книги, которую он не смог бы добыть; не было такого человека, который не выложил бы ему всё, что знал. Так Регулусу стала известна стыдная правда происхождения Тёмного Лорда: то, что он наполовину магл. Смеялся Регулус долго: вот это ирония! Этот выродок, всю дорогу называвшийся скрывавшим фамилию Гонтом (на родство с которыми, собственно, ему многое списывали-прощали), не имеет никаких прав вести за собой настоящих чистокровных! В порыве злобного ликования Регулус взялся за перо, а взявшись, остановил себя: написать было некому. Не так, чтобы не раскрыть собственное расследование Лорду, уж точно. Потому что Регулус не знал, на чью сторону встанет отец, если поставить его перед выбором: поддержать сына или собственного отца, лорда Арктуруса Блэка, которому Волан-де-Морт всю дорогу был чем-то выгоден и, казалось, всё ещё немного обязан. Мать швырнёт Круциатус за одну только попытку встать поперёк правильного, по её мнению, курса чистокровной партии. Кузина Белла одним только Круциатусом ограничится вряд ли, Цисси попросту притворится, будто не понимает, о чём речь, а Сириусу доверять тайны — это всё равно что лично сообщать их в «Ежедневный пророк». При этом Регулус тщательно гнал мысли о человеке, с которым так часто на старших курсах дискутировал до хрипоты о правде жизни, политике и искусстве. — Прибыли письма, господин. Регулус встрепенулся, отвлекаясь от чтения. С удивлением заметил возле руки яблочный пирог и чуть дымящийся чай, а чуть поодаль — демона с серебряным подносом, на котором покоилась пара конвертов. Так утреннюю почту и отцу никогда не подавали. — От кого? — спросил Регулус — хрипло от долгого молчания — и глотнул чаю. — Одно от вашей кузины, миссис Лестрейндж… — Подождёт. Ещё? — От мистера Крауча… Ещё раньше, чем он закончил предложение, Регулус резким взмахом палочки приманил конверты к себе в руку. Письмо Беллы сразу отбросил, а вот второе открыл с тенью трепета. Дорогой Регулус, Пишу, чтобы справиться о твоём здоровье. Многие обеспокоены причинами твоего двухнедельного отсутствия из компании, которая прежде была столь мила твоему сердцу; сам Милорд спрашивал о тебе у меня и Мальсибера. Я заверил всех сочувствующих, что драконья оспа, которую ты подхватил во время нашей прогулки в Лидс, протекает в лёгкой форме и ты идёшь на поправку. С надеждой на скорую встречу,Б.К.К.-мл.
— Драккл меня дери… — Регулус прикусил костяшку указательного пальца. — Господин? — Как я мог так сглупить?! — рявкнул Регулус и заметался по комнате от стола к стеллажу с книгами и обратно. — Идиот! У меня ведь больше нет Метки, и все вызовы Лорда прошли впустую!.. А ведь я должен был появляться на собраниях, чтобы не вызвать подозрений!.. — он затормозил себя, заставил глубоко дышать. Успокоившись, вновь вчитался в письмо. — Драконья оспа… рейд в Лидсе… На том задании их было лишь трое: он сам, Крауч и Мальсибер. Именно после него по возвращении домой Регулус призвал Кикимера, чтобы тот приготовил ужин — и появившийся старый эльф: обессиленный и задыхающийся, в мокрой, пропахшей солью робе — подал ему вместо еды отчёт о задании Лорда. С тех пор никто из Пожирателей Регулуса не видел. А ещё получается, что Крауч сознательно солгал Лорду ради него. «Барти… лживое ты чудовище», — подумал Регулус, а уголки губ сами собой приподнялись. Но расслабляться рано. Каждый день отсутствия Регулуса из ставки Пожирателей Смерти убеждает Волан-де-Морта в том, что дело нечисто. Это влечёт за собой вопросы, причём ладно бы вербальные. Регулус, конечно, не какая-нибудь шушера вроде Эйвери и МакНейра, лезть ему в голову сходу даже сейчас Лорд не станет — однако не будет Регулус появляться при нём ещё пару недель, и Лорд наплюёт на все уважение-обещания-долги перед дедушкой Арктурусом. Благо то, что драконья оспа, выбранная Краучем в качестве болезни-отговорки для него, является хорошо известным всем заболеванием и тяжёлым. Такое за пару недель не проходит — и Регулус задавил начальный порыв сорваться к Лорду немедленно, сел обратно за стол, притянул чистый пергамент и Прытко Пишущее Перо. Подумав немного, принялся диктовать: Мой Лорд, Пишу вам сразу, как обрёл сознание достаточное, чтобы формулировать мысли. Боюсь, меня сразила драконья оспа, и она не даёт мне даже подняться с постели. Я сожалею, ведь знаю, что своей слабостью подвожу вас. Я явлюсь засвидетельствовать вам почтение едва стану вновь в состоянии исполнять вашу волю, однако пока мне лучше оставаться в стороне от людей. С уважением,Р.А.Б.
Перечитав получившееся, Регулус кивнул сам себе. Звучало недурно, а стандартный почерк Прытко Пишущего Пера вместо его собственного, прямого с удлинёнными росчерками некоторых букв, ненавязчиво свидетельствовал, что у осторожного слизеринца опасная инфекционная болезнь, вполне способная передаваться на предметах. Передать же письмо Регулус вознамерился с Филси, новым домашним эльфом родителей — и так подчеркнуть, что Кикимера больше нет. Но чуть позже. — Ты, — обратился Регулус к демону, — знаешь что-нибудь о драконьей оспе? — Эта болезнь отлично мне знакома, — демон в изящном жесте задумчивости приложил тонкие пальцы к подбородку. — Мне доводилось наблюдать за её течением в совсем юных магах и стариках, варить для них лекарство задолго до того, как ваша наука изобрела его… — Мне нужно получить верибельное свидетельство о её у меня наличии от целителя, — перебил его Регулус. — Лучше не из Мунго, а от частного практиканта. Справишься? Демон оскалился. — Положитесь на меня. В конце концов, если я не могу сделать такой малости для хозяина, то какой же из меня дворецкий?
