Клетка

20.08.2020 Так было странно стоять спустя четыре месяца на пороге родного участка. Ярик не присутствовал ни на допросах пойманного маньяка, ни на суде, Да и не сказать, что ему особо хотелось. Только со слов Саши он понял, что там был какой-то наглухо отбитый чувак явно с психическими отклонениями, и вместо тюрьмы его ждет принудительная лечебница. Мало кого успокоило такое решение суда, но вариантов было немного. Некогда родной кабинет теперь казался чужим. Во-первых, тут перестало пахнуть табаком - ребята хорошо его выветрили, вынесли все запасы сигарет и пепельниц. Во-вторых, часть документов и старых дел утекла в общий кабинет судмедэкспертов, да и вообще как-то макулатуры заметно поубавилось. Яр присел на край рабочего стола, взглянул в окно и тихо выдохнул. И… все? Теперь у них начнется снова обычная жизнь? Да, Драгунов все еще где-то на свободе, но это теперь кажется такой мелочью по сравнению с тем делом, которое они только что закрыли. Уже после расследования Ярик узнал от Саши, что их нынешний маньяк далеко не подражатель Драгунова, и что такое совпадение его преступлений с выходом старика из тюрьмы стало чистой случайностью. Задержанный рассказал, как он планировал серию, как несколько раз порывался на подобное в других городах и да, конечно, он знал о старике, но совершенно себя с ним не сравнивал. Наверное, будь он все-таки подражателем, Ярику было бы не так тошно и обидно. Дверь за спиной едва слышно скрипнула. Ровно 10 шагов до стола - и теплые, мягкие руки сомкнулись на талии. Дыхание обожгло шею, от чего Яр невольно поежился и тихо засмеялся, накрывая руки Саши своими. - Я так скучал по этому виду… - Саша прошептал, уткнувшись носом в шею, прикрыв глаза и довольно улыбаясь. После поимки маньяка Саше дали недельный отгул, и он наконец-то смог нормально отоспаться и привести себя в чувство. Конечно, ему хотели еще длиннее отгул дать, сразу перетекающий в отпуск, но Саша отказался. Даже несмотря на то, что маньяк был задержан, еще оставалась письменная волокита и суд, на котором он тоже должен был присутствовать. - По виду, как я сижу в своем кабинете? - ответом ему стали еще крепче стиснувшиеся объятия и долгий, нежный поцелуй в щеку. Ярик прикрыл глаза, расслабленно выдохнув и откинувшись спиной на грудь Саши. - Я тоже скучал. - Леонидыч на собрание отдела вызывает… - Что-то очень важное? - Не знаю, но сказал взять тебя с собой, - Саша медленно выдохнул, наконец разжав объятия, и выпрямился, поправляя форму. - Есть какие планы на вечер? Чет мозг уже просто заплывает, хочу прогуляться немного. - Без вопросов, только домой заедем, чтобы ты переоделся, - Яр тоже поднялся, похлопал себя по карманам в поисках электронной сигареты и, убедившись, что та на месте, кивнул в сторону двери. - Пойдем, нехорошо заставлять начальство ждать. Уже когда они зашли в кабинет, еще пару секунд невольно продолжали обсуждение планов на вечер и завтрашний день. Ярик даже почувствовал себя неловко, когда заметил, что за длинным столом сидит уже весь отдел, и с десяток глаз смотрит на них. Смущенно улыбнувшись, они с Сашей быстро сели на свободные места с краю. Александр Леонидович, который явно в тот момент прервался, негромко кашлянул, снова привлекая к себе внимание, и продолжил. - Но вместе с похвалами пришла и критика - дело расследовалось очень долго. Так что, теперь весь наш отдел ждут длительные проверки, начиная от документов и заканчивая профпригодностью. Вашего отдела это тоже коснется, Ярослав. - Так точно, - он с трудом говорил без улыбки. Проверки в их отделе - это тихое “еб вашу…” каждый раз, когда кто-то заходит в кабинет, видит кипы бумаг, фотографий и терабайты отчетов, и на этом проверка заканчивается. Возможно, его это и не коснется, ведь документально последней фазой расследования занимались младшие сотрудники, но могут и пропесочить. - Сейчас еще какое-то время нам будет уделяться особое внимание, - сложив вместе какие-то бумаги, Маракулин отложил их в сторону и снял очки. - Будут еще встречи с журналистами, открытое слушание дела, так что, вам тоже нужно быть к этому готовыми. И, возможно, будет частичная реформация отдела. - Кого-то уволят?... - раздался тихий, напряженный голос кого-то из младших сотрудников. Даже Саша невольно нахмурился - этого им тут всем еще не хватало. - Об этом будет сообщено отдельно. В целом, все могут быть свободны… кроме опоздавших, - когда раздался скрежет стульев по полу, и все ринулись к дверям, Александр Леонидович чуть ли не взглядом остановил Александра и Ярослава и жестом подозвал сесть ближе к нему. Когда кабинет опустел от посторонних ушей, он тихо выдохнул. - Сколько же еще работы… - Что-то серьезное? - Саша догадывался, что говорить о будущем отдела со всеми сотрудниками Александр Леонидович точно не собирался - слишком много за последнее время появилось впечатлительной молодежи - но уж ему-то сказать можно было. - Не сказал бы, что очень… Но касается нас с тобой напрямую как главных лиц, что вели это дело, - Маракулин наконец перевел взгляд от стола к Саше, который то и дело поглядывал на бумажную папку на столе начальника. - Тут от Привалова письмо пришло… Да выдохни ты, никого на расстрел не отправляют. - Тогда чего он хочет? - Саша со стороны выглядел уже очень загруженным, мало понимающим, что происходит и как реагировать на слова начальника. То он говорит, что все плохо, и отдел расформировывают, то утверждает, что все хорошо, да и вообще панику разводить рано. - Во-первых, он требует твоего повышения, - Александр Леонидович загадочно улыбнулся и потянулся к папке, лежащей у него на столе. - В виде награды за поимку маньяка, не считая обязательной премии. - А… Его разве не смутило, что меня не так давно только до майора повысили? Там же должна пройти как минимум половина срока, а это три года… - Саша нервно усмехнулся, посмотрев на сидящего рядом Ярика. Тот тоже очень внимательно наблюдал за Маракулиным, но уже в целом начинал догадываться, к чему ведет этот загадочный разговор. - Я ж вот только в мае майором стал… - Этот вопрос уже решен. Пока еще походишь майором, а в октябре тебя представят к награде и повысят до подполковника. Документ, опять же, уже готов и ожидает только принятия сверху. Сам понимаешь, с такими людьми, как Привалов, опасно спорить, и будет проще подчиниться. Да и поощрить нужно народного героя, - из картонной папки Маракулин достал верхний лист, чуть прищурившись и пробежавшись по нему взглядом. - Но есть один вопрос, который будет решаться в главке уже сейчас. Я собираюсь оставить свой пост начальника розыска. И вот тут в кабинете воцарилась полная тишина. Саша замер, уже совершенно не понимая, что происходит, и как реагировать на такое количество новостей, свалившееся на голову. Задержание, внезапное “наградное” повышение, а теперь еще и смена начальства! Он беспомощно переводил взгляд то на Александра Леонидовича, то на Ярика, который, кажется, вообще не реагировал на происходящее, а только странно улыбался, тоже косо поглядывая в ответ. - А… Они кого-то присылают в отдел на замену? - Саша говорил осторожно. Задавать вопросы про почему и как было глупо. Если начальство свыше что-то решило, значит, это лучше сделать и даже не пытаться отговориться, будет только хуже. - Вообще собирались, но я сказал, что у меня есть прекрасный преемник. - Да! Я так и знал, что этим закончится! - не выдержав интриги, Ярик ударил ладонью по столу, чуть ли не смеясь от восторга. - Дядь Саш, ну Вы, конечно… - Что? О чем ты вообще? Какой преемник?... - и тут до Саши дошел этот сложный и загадочный взгляд начальства. Повышение, выполнение планов, народный герой… Все как-то слишком гладко складывалось и шло только к одному верному выводу, от осознания которого у Саши сперло в груди. - Вы хотите сказать, что… - Да, Саш. Ты будешь новым начальником угрозыска в нашем отделении. Опять-таки, только после получения повышения, - теперь улыбка начальника была расслабленной и открытой. Он смотрел прямо на Сашу, похлопав ладонью по картонной папке. - Здесь твое дело, собраны все награды, письма и прочее. Заслужил, хватит уже по помойкам бегать, пора и честь знать. - Александр Леонидович… Конечно, спасибо, это очень для меня важно, но… - вообще, Саша еще много чего хотел сказать: и да, как много для него значит доверие в таком важном деле, и как сильно он переживает, что не справится, но его прервали. - На этом и закончим. Оба можете быть свободны, - Маракулин тоже поднялся со своего места, отходя к шкафу, где на полках ровными рядами стояли папки с делами, но вдруг снова окликнул уже отошедших к дверям парней. - А… как вам мысль снова отметить Сашино повышение у нас на даче? Заодно, Ярик, и твой День рождения захватим, как такая мысль? - Да хоть сегодня, выезжаем! - Ярик встал перед Сашей, который только набрал в легкие воздуха, вероятней всего, чтобы напомнить, что завтра ни разу не выходной, но Яр решил за обоих. - Тогда можете ехать домой, на сегодня свободны. Собирайтесь, и ближе к вечеру я за вами заеду, - на этих словах Александр Леонидович снова превратился в добродушного Дядю Сашу, отказать которому было невозможно. Ярик быстро закивал, снова поблагодарив за все, и утянул Сашу за собой в коридор, крепко стиснув его руку. Дожидаясь, пока Казьмин раздаст младшим сотрудникам указания на время своего отсутствия, Яр вышел в общий коридор к дежурке. Здесь было стандартно оживленно - из одного конца отделения в другой циркулировали сотрудники с папками документов, и по разным углам толпились гражданские, что пришли написать заявление или жалобу. У обезьянника стояла группа ППСников, оформляя только что привезенных с патруля бомжей, скорее всего, с ближайшего вокзала. Слушая краем уха, как пара молодых сержантов, через слово матерясь, выражают крайнее недовольство ситуацией, Ярик привалился плечом к углу возле окна дежурки и уткнулся в телефон, составляя список продуктов и прочих необходимых вещей для поездки на дачу. Непрекращающееся пьяное ворчание бомжей, которые были очень недовольны положением дел, забавляло. Нет бы порадоваться, хоть пару дней поспят в тепле и сухости, может, их тут даже покормят - ребята с дежурки порой были очень добрыми. Сидящий в дежурке новенький привлек его внимание, спросив, как часто к ним приезжает подобный зверинец. В ответ Яр лишь неразборчиво пожал плечами и оторвал глаза от телефона, посмотрев на вошкающихся за решеткой людей. Кто-то ломился из клетки и звал “начальника”, кто-то забился в угол, устроившись поудобней на скамье, и уже крепко спал. Типичная картина после выходных… Но тут Ярик заметил, что один из привезенных очень внимательно на него смотрит, прижавшись лбом к металлической решетке. Ярослав отдавал себе отчет, что не знает этого человека, что среди его круга общения точно таких нет, но этот тяжелый взгляд серых глаз заставлял внутри все сжиматься, а все те ночные кошмары, что он переживал год за годом, снова накрыли с головой. А в голове только и крутилось: “Да нет… Да быть не может…” Он замер с телефоном в руках, не отлипая плечом от стены, и тупо уставился на мужчину за решеткой, пока тот продолжал смотреть на него. Точно так же, как и пятнадцать лет назад… Ярик почувствовал себя сейчас героем дешевого книжного триллера: ноги начали дрожать, норовя уронить его на бетонный холодный пол, к горлу подступила тошнота, а по коже побежали мурашки. Да нет, слишком тупое совпадение, чтобы оказаться правдой! Не могли вот так, в их участок, откуда-то с улицы привезти его! Он же… пропал… - А я все смотрю и думаю, ты или не ты, - сидящий за решеткой Драгунов тихо засмеялся, все так же прямо глядя на Ярика. Стоявший рядом ППСник ударил дубинкой по решетке, думая отогнать задержанного, но тот и с места не сдвинулся. - Как же ты вырос, хотя ничуть не изменился. Он не мог ответить. Ни ответить, ни вздохнуть, ни убежать. Тот, кто приходил к нему в кошмарах, сводил с ума, сейчас снова сидел перед ним, за решеткой, как пятнадцать лет назад в зале суда. Только тогда он был беззащитным мальчиком с зареванными глазами, а сейчас он взрослый и может постоять за себя. Тогда с ним был Саша… - Ну, я закончил, пошли? - голос Казьмина, так вовремя появившегося у него за спиной, вывел из оцепенения. Яр вздрогнул, резко выпрямившись, но все еще не сводя взгляда с клетки. - Эй, ты чего? Все в порядке? Ты прям побледнел, - Саша тоже посмотрел в сторону обезьянника, пытаясь понять, на кого так пристально смотрит Ярик. - Д… Да ничего, пошли… - Ярик вцепился в Сашин локоть, как в спасательный круг, глубоко вдыхая. Он уже развернулся к выходу и повел его за собой, но теперь очередь Казьмина была превратиться в каменное изваяние. - Ты… - Саш, не надо… - Ты! - голос эхом прокатился по каменному коридору, привлекая внимание всех находившихся рядом сотрудников. Выпутавшись из рук Ярика, он подошел к решетке, замирая прямо возле нее и глядя теперь на Драгунова сверху вниз. Странное чувство - смесь злости и отвращения, желание сплюнуть желчь под ноги, а еще увести Ярика подальше от взгляда этих сальных глаз. Защитить и спрятать, как было все эти годы… Дальше Саша уже слабо себе отдавал отчет в происходящем. Драгунов поднялся на ноги, вставая напротив Саши, явно ожидая какого-то интеллектуального разговора, но тот схватил его за край куртки и с силой дернул на себя. Раздался тяжелый звук удара о металл. Стоявшие рядом дежурные засуетились, оттягивая Казьмина назад. - Сань, ты чо? Да это же бич с улицы просто, - кто-то из сотрудников кинулся к клетке, чтобы убедиться, что удар был не смертельный. Драгунов лежал на полу, потеряв от удара сознание, но было видно, что он дышит. Хотя Саше бы хотелось, чтобы нет… - Да вы… Блять, Алик, отпусти! - Саша выдернул руку, все еще глядя на лежащего на полу в обезьяннике Драгунова. - При нем не было документов? - Никаких. Да говорю же, бичара, сидел на вокзале в зоне выезда электричек… Ярик же вообще не вслушивался в происходящее. Для него все резко замерло на моменте удара, и остальное уже не имело никакого значения. Он тупо смотрел на лежащего на полу Драгунова, и ему его стало даже…жалко? Теперь, когда первичный страх прошел, он увидел, как же тот постарел. Не было ни широких плеч, ни шершавых тяжелых рук - только дряблый старик, которому явно несладко жилось в тюрьме. Тогда, пятнадцать лет назад, он был силен и страшен, а сейчас он был слаб и немощен. И сейчас его ночной кошмар распластался на холодном полу, за окрашенной в зеленый цвет решеткой, с раскроенным лбом, где уже медленно растекался синяк. - …а вот, значит, хуево работаете! - Саш, пошли. Все нормально, - Ярик даже сам удивился, как спокойно звучал его голос в этот момент. Он снова, только уже более мягко взял Сашу под локоть и, глядя в глаза все еще офигевшему от событий дежурному, улыбнулся. - Этот “бичара” - сбежавший из-под конвоя Драгунов Роман Павлович, 1958 года рождения… И в моих показаниях, Алик, я тебе советую не сомневаться.