Любовь моя ты боль моя

За окном начала наступать ночь и закрыв таверну Дилюк и Кейа отправились к винокурне. Кая не испытывал, он часто был там, но чтобы пожить еще раз и не мечтал. Если бы не нападения, эта возможность и не випала б. — Рада видеть вас! — тепло сказала Аделина. Для нее, они оба были как дети. Выросли фактически на глазах. — И я тебя … — угол губ дрогнул в легкой улыбке, она была искренна и Дилюк это видел. — Приготовь комнату и ужин. — сказал последний и отправился к своей. Кая направился за ним. — Зачем еще одну? Я здесь буду спать. — Не будешь. — грубо сказал рыжеволосий. — Ты не ребенок и на дворе не гроза. Вдруг в груди Каи разлилось тепло. «Он помнит …» — Бука. — только и произнес синеволосый. После сытного ужина началась гроза, Кая хотел сказать пару ласково и спать вместе, потому что так удобнее будет защищать брата, но сегодня был очень насыщенный день и усталость его сморила. Так и уснул в одной рубашке, он не услышал как посреди ночи кто-то зашел. — Бестолковый … — шепотом сказал гость. «И как он собирался меня защищать, когда даже не услышал что я зашел» Гром грохнул и Дилюк от неожиданности подпрыгнул. «Чертов гром!» только и звучало в голове, однако его уже смотрели разные глаза капитана. Перед сном он снял повязку, Дилюк знал как выглядело его лицо без этой вещи. — Гром? — тихо прозвучал голос который разрезал тишину. Дилюк сжал губы, не может же он сказать, что не избавился детского страха и не может спать, а дождь напоминает смерть отца, которого он сам же убил … Рыжеволосий никогда б не пришел к Каи, но детские воспоминания нахлынули на него. Как брат обнимал его и гладил, после этих простых движений вроде все отступало и не было таким страшным. Если и в этот злосчастный день он так сделал… Все бы сложилось иначе. — Дилюк — голос вырвал его из размышлений. Перед собой он увидел приоткрыть одеяло и руки которые так и говорили «иди обниму». Один порыв и он уже в теплых объятиях, нос синеглазого уткнулся в кучку огненного волос и вдыхал запах вина и цветов. «Как в детстве» — подумал Кая и заснул. Дилюк только покрылся румянцем и тоже заснул. Сегодня можно, думал он. Перед ним был тяжелый выбор который надо было сделать … Убить брата или нет.

***

Утро было светлым, теплые лучи играли на лице Каи. Проснувшись от этого увидев сонное лицо Дилюка. «Точно сова» подумал он. На эти слова рыжий скривил носик чем и рассмешил синеголового, будто умел читать его мысли. Одна рука легла на талию огненного парня и начала поглаживать. На эти движения последний только уткнулся в мужескую грудь. Смуглая рука зарылась в рыже волосы, поглаживала и любовалась, сегодня ему можно, Дилюк позволил. Провалявшись так до обеда Аделина решила все-таки разрушить их покой и ворвалась в комнату. Увидев хозяина, который вдыхал запах капитана, а тот его приобнял, улыбнулась. — Вставайте! — начала она орать. — Уже обед! Имейте совесть, как сами не едите то пусть господин Кея поест! — Все хорошо Аделин … — порумянив он, однако живот предательски заурчав. — Ничего слышать не хочу, спускайтесь есть! — Ммм … — жалобно простонал рыжий комок и уткнулся в подушку. — Забирай его, а меня оставь. На это горничная лишь взяла Каю за руку и потянула на низ. — Тогда я забираю его навсегда. — и хлопнула дверью. Кая смеялся уже во весь голос. — Я и не знал, как вы изменились за это время. — Тебя нет, теперь я должен суету наводить. Однако их маленькая радость не растянулась надолго, после обеда уже было слышать крики и ссоры. К горничных только и доносились обрывки образ и матерных слов. «Как же они мне надоели» — думала Аделина, «с детства как кошка с собакой, что тогда что сейчас» и ворвалась в комнату на фразе Дилюка: — Лучше бы отец оставил тебя там на дороге! Предатель! От тебя одни несчастья! На эти болезненные слова Альбера молча хотел уйти, но Аделина его остановила, теперь пришло ее короне время отчитывать малых, на ее взгляд, юношей. Ребятам она заменила мать, и злить ее никак не хотелось, задницы помнили ее метод воспитания. — Двое вымыли рот с мылом! — Аделина! — повисел голос на нее хозяин винокурни. — Чтобы я такое не слышала! — перебила его женщина — Как вашего отца не стало вы вечно ссоритесь, я решила не вмешиваться в братские разборки, но вижу вам не хватает моего ремня! Крепуса я не заменю, однако на путь правильный направлю. — женщина грозно сказала это и заставила наших героев тяжело работать и вымыть рот с мылом. Теперь они точно чувствовали себя как в детстве, не хватало только чтобы в дверь зашел статный мужчина и посмеявшись спросил что его озорники опять натворили. Теплые воспоминания прервала Аделина. — Кая, ты убираешь второй этаж, а вы господин Дилюк первый. И без претензий. — оставив моющие средства и отпустив рабочих женщина пошла на кухню. Синеволосый молча принялся за работу, во рту был привкус виноградного мыла, а в душе будто коты насрали. Он знал, что брат его ненавидит, но чтобы настолько … «Может он и прав … Я приношу только несчастья, лучше бы было если бы меня не стало.» Твердо решив и спланировал как исчезнуть из жизни брата, он заканчивал уборку. Одна из дверей была закрыта наглухо, как хорошо что женщина дала ключи. Открыв дверь он увидел кабинет Крепуса. Зайдя в помещение Кая заметил свои детские вещи, игрушки с которыми они в детстве играли, медведя полу сожженный. Тогда капитан вынес первую игрушку которую ему подарили, и которую он очень ценил, и ушел из Дилюком играть у реки. Однако ребята так заигрались что, оказались в ней по пояс, а затем гидро смайл съел игрушку. Обоим было весело уничтожать врагов и спасать бедного медведя. Кая решил умыть его от слизи, и чтобы отец их не поругал, рыжий решил подогреть игрушку элементом. — Идиот сжег половину … — шепотом произнес смуглый глядя на нее. А вот и «медальки» каким Крепус их награждал за добрые дела. Дилюк так и не знает что его отец давал Каи шпионские «медали» за то, что тот защищал его сына от надоедливых девушек, которые не только хотели его внимания, но и отравить. О синеглазого уже и слухи поползли что он настолько ревновал брата, каждая девушка которая ему подходила, оказывалась или мокрая в лучшем случае, или в грязи где любили собираться гео смайлы. Каждый раз когда взрослый рыжеволосий человек забирал публично Каю и вел в свой кабинет, Дилюк думал что брат, получит по попе. Хотя так ему было и нужно, но всегда потом приносил виноградный сок. Зато в кабинете синеволосый рассказывал за что и почему, это были ужасно слова из уст 16-летнего юноши, отравленный нож, сонный порошок или вообще вирусное зелье. За то, что парень останавливал таких «поклонниц» хоть и часто доводил до слез, Крепус давал ему особую медальку. Хоть и с виду это были просто ткань составлена в виде бантика, в Дилюка красный цвет, а в Каи синий, однако особые имели восковую печать с винокурни посередине. Капитан захотел их найти. Закончив работу молодой хозяин винокурни решил пойти к одноглазому и помочь ему, или хотя бы предложить поесть. Сказать простое «Извини» было очень трудно для юного магната. Зайдя на второй этаж и увидев дверь кабинета открытое, сердце ушло в пятки. «Кто там? … Кея? Но что он там делает? Ищет документы какие-то?! Я их вынес к себе в кабинет … Или? Ищет что-то важное для его страны, что б предать нас, так и знал! Предатель!» закончив в голове гневную тираду и зайдя, Дилюк уже вытащил меч. — Что ты делаешь здесь беспорядки?! Что ищешь?! — Медальки — уверенно ответил синеглазый не обращая внимания на меч в руках брата. — Ты что маленький? — только удивленно переспросил обладатель огненных волос. — Да, маленький. Я хочу найти эти медальки. — Руки дрожали каждый раз когда вытаскивал документы, которые не смог разобрать. Вздохнув рыжий решил помочь и через 3 часа полного беспорядка, под двойным дном они нашли красивые черно красные ленты в стиле винокурни посередине на печати виноград с бутылкой вина, под низом записку. — Они какие-то другие … Не такие которые нам давал отец … Кая начал читать вслух записку — Дорогой Кая и Дилюк, эти медали я сделал еще давным-давно, как только начал их вам давать за лучшую уборку в комнате, фехтование, лучший венок и сбора ракушек … Это не простые медали, их дают за искреннюю дружбу. Пока вы их не заслужили, каждый день ссоры и крики, а в скобках пишет, хоть я и рад такому шума чем тишине. Вы заставляете Аделин нервничать, и пока по-настоящему не подружитесь они будут у меня… Дилюк увидел с другой стороны тоже текст и забрав у Каи бумажку начал читать. — Наконец настал этот день когда я смело могу их вам вручить, вы показали, что способны защитить друг друга и самих себя. Теперь вы взрослые, вступили в Ордо Фавониус, и я горжусь вами обоими. Не прошу выполнять мои мечты, каких я не смог выполнить. Живи своей жизнью сынок, найди цель, а я всегда тебя в этом поддержу. С 18-летием Дилюк, это медалька теперь твоя. И ты Кая, вы оба заслужили. — Рыжий сжал листок в руках и прикусил губу, глаза начали слезиться, теперь он не может их сдержать, а может и не хочет. Ощущение легкости прошлось по его телу. «Неужели … Он может делать что хочет. Отец не будет ненавидеть его? …» Эти мысли стали как пелена в глазах, а Кая взял медаль и пристегнув Дилюку. — С 18 летием, брат… На устах давно уже не восемнадцатилетнего юноши появилась легкая улыбка. — Благодарю …- немного задумавшись добавил — Брат.- и обнял Каю, пришпиля медальку и ему. Такое маленькое наказание подтолкнуло ребят к правильному пути. Как и хотел когда-то это сделать Крепус. Так за ужином они наконец суметь поговорить и помириться.

***