И небо над горами мне напомнит о тебе

Несколько дней прошли в напряжении, которое заполняло всё вокруг и даже сам воздух готов был сжаться от его силы. Чонгук все эти дни старался держаться от Тэхёна подальше. Не видеть, не слышать, забыть о нём, стереть из сознания навсегда и закрыть вход металлической дверью – желания, которым не суждено увы осуществиться по вине самого Чона. Он не может так просто отпустить Тэхёна и это его дико бесит. Какой-то мальчишка. Мальчишка твою мать! Сидя на тюке и наматывая на ноги портянки, которые спасают от мозолей и от сильной боли в ногах, Чон не замечает никого кроме Тэхёна. Он сидел в нескольких метрах от Чона, но тот смог разглядеть его с ног до головы. Аккуратность и небрежность слились с нём воедино. Пушистая шевелюра практически закрывала глаза, но они всё ещё блестели среди прядей. Тэхён сидел, поджав ноги и держа в руках какую-то книгу. Чонгук успевает посмотреть на лицо Тэ прежде, чем его взгляд поймали, а он опустил глаза, как мальчишка, который нашкодил. – Чонгук. Так же тебя зовут? Слышал, ты набил морду полковнику, спасая шлюху из его постели, – насмешилый тон и явная улыбка на лице, которую захотелось стереть. Трое парней стояли рядом с Чоном и явно ждали ответа, но парень лишь поднялся с тюка и спокойно проговорил – Я кажется уже предупреждал тебя. Неужели ты не понял, что я не шучу? – жутко спокойный тон, от которого мурашки бегут по телу табунами. – Кажется придётся провести профилактику, – Чонгук закатывает рукава рубашки и медленно подходит к парню, которого уже когда-то поставил на место и не прочь сделать это снова, а если понадобится и ещё раз, пока тот не поймет, что в этом месте для него нет продажных тел. Парни залились смехом, но тут же за умолкли, когда Чонгук со всего маху ударил по лицу того, кто явно забыл своё место. – Я же говорил. Тут нет шлюх, а ты мразь не понимаешь. Ну что же сейчас объясним доходчивее, – Чон держит упавшего парня за волосы и тут же ударяет ему коленом в грудь, от чего тот с глухим звуком валится на землю и кашляя, пытается отползти от Чона подальше, но тот снова его ловит и наносит новые удары. – Я же тебе паскуда, все кости переломаю и на коленях извиняться заставлю перед всеми, над чьей честью ты надругался! – громкий крик доходит до ушей парня, который валяется в пыли и инее, а вместе с ним и острая боль пронзает всё тело. Чон ударил его ногой в живот от чего печень лопнула практически моментально. Чонгук плюёт на этот мешок с костями и уходит из барака, громко хлопая дверью, оставляя за собой гробовую тишину. Тэхён, который видел всю эту жестокую картину искал Чона целый день и нашёл лишь ночью. Чон сидел на краю обрыва и смотрел куда-то в темноту. Ему явно было сейчас не до людей, но Тэхён всё же подошёл к нему ближе, хоть ноги то и дело сковывал страх, не давая сделать и шагу. – Чонгук, – страх и волнением треплют голос, а тот содрагается на каждом звуке. Чон медленно поворачивает голову в сторону, откуда послышалось его имя и с удивлением смотрит на парня, который стоит и нервно перебирает пальцами. Между ними повисла тишина, а воздух снова сковало напряжение, от которого хочется избавиться, как от колкого одеяла. – Зачем пришёл? – наигранное недовольство и любопытство наполнили каждое слово и дали Тэхёну надежду на то, что Чонгук не прогонит его, а позволит остаться. – Мне стыдно Чонгук. Стыдно за свой язык и за ту ночь. Я знаю, такое трудно простить, но... пожалуйста, прости меня если сможешь, – можно бы было услышать, что-то другое, но именно эти слова слетели с чужих уст и долетели до слуха, наполняя душу странным смятением и заставляя невольно, но отвернуться от человека, снова устремить взгляд в темноту и погрузить мир в пучину тишины. «Просит прощения? Но... Ох Чонгук, неужели ты простишь его супротив своей гордости? Нет. Конечно нет» – парень поднимается на ноги и уходит с обрыва, бросив на Тэхёна короткий взгляд, но этого было достаточно, чтобы понять: прощения Тэхён не дождётся. Чонгука просто напросто задавит гордость.