Мой возлюбленный монстр

      Первоочередной задачей Ло Бинхэ, ради которой он попросил собрать бессмертных, было разделение миров и восстановление их границ.       В конце концов, без этого было невозможно возродить Цанцюн. Юэ Цинъюань строго запретил Вэнь Цинцину присутствовать на собрании, боясь, что Ло Бинхэ узнает его.       Однако тот, согласившись, вовсе не собирался покорно сидеть взаперти. Используя собственные знания и массу различных духовных камней и эликсиров, он старался восстановить меридианы и духовное ядро этого тела. Конечно, он мог бы обойтись и так – в секте Байлу при рождении нового дитя проводился особый ритуал, позволяющий сохранять силы даже бродя по земле неприкаянным духом. Но всё же ядро сделает его вдвое сильнее. Ведь он мог застрять в этом теле на десятки лет. В конце концов, братья Е ещё не скоро смогут вернуть его в собственное.       К тому же, для подобного действия необходима добрая воля того, кто стал Вэнь Цинцином.       К несчастью, они до сих пор не знали, чья душа живёт в его теле. Могли лишь догадываться. Старейшина Вань Ли предполагал, что это Шэнь Цинцю. На тот момент во Дворце Тьмы находился Шан Цинхуа. Если Ло Бинхэ, раненный жертвой Шэнь Цинцю почувствовал себя плохо, лорд Аньдин мог создать печать, дабы вывести излишки ци... в иной сосуд. В тело спящего Вэнь Цинцина.       Оставался лишь один вопрос – почему Вэнь Цинцин откликнулся на призыв души братьев Е? Может быть, виной всему рана, нанесённая ему в прошлом мечом Шэнь Цинцю? Или... Или особая связь между ним и Вань Ли?       Впрочем, это было не важно. Юэ Цинъюань верил, что Шэнь Цинцю находится во Дворце Тьмы рядом со священным императором Ло Бинхэ и всеми силами защищал его.       Никто не должен узнать, что он жив.       Лорд Байчжань не участвовал в этом обсуждении, оставаясь при своём мнении.       Нужно взглянуть на поддельного Вэнь Цинцина и понять, что у него на уме. Нужно понять, принесёт ли его присутствие рядом с Ло Бинхэ пользу или разрушит мир полностью.       Лорд Ицзин, едва залечивший рану от духовной плети, заявил, что звезда скорби Ло Бинхэ погасла. Сейчас он вполне может встать на путь света, вернувшись к образу белого лотоса.       Что же, мир заклинателей готов помочь ему!       Только Лю Цингэ высказался против, заявив, что нельзя оставлять Шэнь Цинцю во Дворце Тьмы! Неужели они все обезумели, подвергая его подобной опасности?! Демонический император ненавидит его! Если он внезапно обнаружит правду, душа Шэнь Цинцю будет уничтожена!       Юэ Цинъюань при этих словах закрыл глаза, подумав о том, что потратит весь свой жизненный срок, чтобы помешать этому.       Цзэн Синхуа нахмурился. Добровольная жертва... Теперь душа Шэнь Цинцю, отделившись от своего нового сосуда без удерживающего ритуала, будет тут же безвозвратно развеяна...       Шэнь Цинцю... глупец! Он и не понял, что натворил, отдав всё этому мальчишке! Разве Ло Бинхэ достоин такой преданности?! Да как вообще Шэнь Цинцю мог его полюбить?!       Получив письмо от Вэнь Цинцина, Юэ Цинъюань зачитал его на собрании.       – Для человека, который незнаком с Вэнь Цинцином, он весьма убедителен, – удивился Вэнь Цинцин.       В письме содержалась просьба о встрече секты Цанцюн и Ло Бинхэ с обещанием безопасности и чистых помыслов о мире и благополучии. А также сообщении о благодатном пребывании лорда Аньдин во Дворце Тьмы.       – В чём вы действительно похожи, – вздохнул Юэ Цинъюань. –Так это в отношении к Ло Бинхэ.       – Что же, – произнёс Вань Ли. – Давайте обдумаем, когда мы будем готовы к встрече и кому следует присутствовать.       Собрание затянулось до поздней ночи. Утомлённый и мрачный Вань Ли вошёл в свой павильон, радуясь тишине и ожидающему ночному покою. Однако, его надеждам не суждено было сбыться – под белым шёлковым балдахином на его широкой мягкой кровати возлежал Шэнь Цинцю.       В рассеянном свете ночных жемчужин его нефритовая кожа сияла сквозь дымку нижних халатов, а белые носки, охватывающие точёные стопы, привлекали взгляд. Блестящие волосы, связанные лишь лентой, струились по плечам, а приоткрытые губы влажно алели.       Даже зная, кто перед ним, Вань Ли задохнулся от желания обладать этим божеством. Ох, случись подобное несколько дней назад, он бы не задумываясь поддался соблазну. Однако, это был Вэнь Цинцин... Разве мог Вань Ли так поступить?       – Что ты здесь делаешь? – сурово спросил глава Цзэн Синхуа.       – А он тебе нравится, Ли-гэ? – насмешливо спросил Вэнь Цинцин, обнажая совершенное белое колено. – Ах, я и забыл, что твои глаза могут так гореть страстью. Так чего же ты ждёшь, иди ко мне!       Резко развернушись, Вань Ли поспешил прочь из комнаты.       Однако поддельный Шэнь Цинцю обладал душой Вэнь Цинцина с его редкой особой силой. Сияющая плеть, взвившись к сводам петлёй захватила талию Вань Ли и швырнула его рядом с Шэнь Цинцю.       Не теряя времени, тот уселся сверху, ахнув и задрожав от желания – Вань Ли и впрямь был возбуждён.       Склонившись над ним, Шэнь Цинцю прошептал:       – Возьми же меня.       Тому не понадобилось много сил, чтобы выпутаться из горячих объятий.       – Перестань, Цинцин! Как ты можешь?! – прошептал он, поднимаясь.       Вэнь Цинцин нахмурился, поднявшись на колени и глядя в спину старейшине.       – Ли-гэ, Вэнь всё ещё помнит, что отец привёз тебя с западных земель. Он сказал, что ты сын его хорошего друга и теперь будешь жить в Байлу. Он был главой секты и никто, кроме матери не смел с ним спорить. Так ты стал старшим адептом и любимейшим ребёнком главы Вэнь... Однако матушка склоняла слух к досужим сплетням и постепенно начала тебя ненавидеть. В секте говорили, что ты сын главы. Ты веришь в это, не так ли? Ты и впрямь думаешь, что я твой младший брат? Это заставило тебя замкнуться в медитации? Ты не смог простить себе, что разделил со мной постель?!       Вань Ли застыл.       – А если так, у тебя есть, что возразить?       – И что утвердило тебя в этой мысли? – вновь опустился на кровать Вэнь Цинцин, подперев голову рукой. – Может быть то, что под левой грудью у этого Вэня родинка в виде полумесяца?       Вань Ли обернулся, готовый слушать его дальше.       – Очевидно, после ритуала совершеннолетия ты внезапно обнаружил у себя такую же и решил, что в нас течёт одна кровь?       Вань Ли опустился на край кровати, склонив голову.       – Разве это не так? – спросил он тихо.       Вэнь Цинцин сел. Сжав пальцами подбородок старейшины, он заставил взглянуть в своё лицо.       – Ты мог бы спросить! – прошипел он. – Ты мог задать прямой вопрос отцу или хотя бы поделиться своими страхами со мной! Вань Ли! Святые небеса, столько лет нас разделяла эта тайна?!       Вань Ли перехватил его запястье, вопросительно глядя в глаза.       – Этот проклятый знак... Не исчезает. Сколько бы раз Вань не пытался избавиться от него, он проступает снова и снова!       Вэнь Цинцин сжал пальцами переносицу.       – И ты никогда не задавался вопросом, отчего родинка проступила так поздно?       – И не раз, – ответил Вань Ли, не отпуская его руки. – Но ни одно заклятие, ни одна известная миру бессмертных печать не способна на подобное!       – Боги, Вань Ли... – Вэнь Цинцин уткнулся лбом в его плечо. – Спроси, что это такое у любой девушки, разделившей первую ночь с суженным и она скажет тебе.       Старейшина одной из сильнейших сект мира бессмертных, глава ордена Фэн Инцзы, был всерьёз озадачен. Он чувствовал себя несмышлённым ребёнком, который не увидел прямого пути, выбрав вместо этого волчью тропу.       – Это печать связанных душ, Вань Ли, – продолжал Вэнь Цинцин. – Она проступила, когда ты впервые взял меня. Однако была бледна и едва заметна. Я знал, что она должна быть там. Я ждал её появления...       – Ложь! – Возмутился Вань Ли, сжимая плечи Вэнь Цинцин. – У тебя она была с рождения!       – Потому что ты пожертвовал собой, чтобы спасти меня в прошлой жизни. Это знак наказания небес и их благословение. Пока он горит на моей коже, я знаю, что человек, предназначенный мне судьбой, жив.       Вань Ли тяжело сглотнул. Он был задумчив и смущён.       – Но если... Если это правда... Тогда...       Вэнь Цинцин обвил руками его шею.       – Ты не смеешь любить Шэнь Цинцю, – прошептал он тихо. – Вань Ли принадлежит Вэнь Цинцину.       Вань Ли задумчиво нахмурился, а затем робко обнял его в ответ. Лишь спустя несколько вдохов он впервые за долгое время улыбнулся.