Братья

Хэви не торопился заставлять и принуждать Ди к действиям, потому, неторопливо раздевая его, позволял просто ловить бескрайнее удовольствие. Особенное. Оно не было таким, как с Чесом. Чес давил опытом, а Хэви - наивностью. Руки Ди скользнули по бедрам младшего и сжались на ягодицах, от чего младший дрогнул и простонал в поцелуй. Старший полностью отдался и перевернул, придержав за бедро, младшего, а после, рассмотрев его лицо, поцеловал вновь, но уже глубже. Ди распахнул рубашку младшего и огладил его с нежностью. Он шептал, как в бреду, что любит его, извинялся за что-то и целовал, много целовал. Спина, плечи, шея младшего - все было покрыто влажными, наполненными искренней любовью. Открыв глаза поутру, Ди еще раз окинул взглядом слегка пухлое тело брата, обилие засосов на нем. Блондин встал с постели, оделся и спустился в гостиную, родители уже уехали. Хэви, как обычно, досыпал последние минуты перед школой. Старший стоял на кухне, одной рукой сонно тер глаз, а другой мешал кофе, залив туда сливок, засыпав сахар, снова побултыхал ложкой в чашке. Он взял свой завтрак, сел за стол, сделал глоток и снова потер глаза, хрипло выдохнул, смотря на листья домашнего фикуса, за которым ухаживал лишь отец да он, иногда поливая, и непроизвольно вспомнил мгновения вчерашней ночи.