Nothing Like You

«Это Двойка», — призналась она, неожиданно удивив Жемчуг. «Произошло что-то… странное». «Двойка?» — тихо повторила она, надеясь, что Аметист оговорилась. Возможно, кто-то или что-то еще её расстроили. Жемчуг подозревала, что между ними что-то произошло, но не почувствовала радости, когда ее подозрения подтвердились. Если бы ей сообщили раньше, она бы сразу же отнеслась к Двойке с подозрением, но после их спарринга она поняла, что надеется, что Аметист ошибается. Ей нравилось проводить вместе с ним время, и ей было трудно не любить Двойку. «Это было после тренировки со Стиве-» «Тренировки?! Какой тренировки?» «Это было на небесной арене. Он хотел помочь Стивену призвать его щит, и мне было скучно, поэтому я решила пойти с ними. Сначала все было хорошо, но Стивен не мог вызвать свой щит, и я начала его немного подразнивать. Я ничего такого не имела в виду, понимаешь?» — Аметист начала гладить свою руку и отвернулась. Она быстро продолжила: «Но Двойка очень рассердился. Он начал читать мне лекции. Сказал мне, что мне нужно лучше относиться к Стивену. Я тоже разозлилась. Мы начали кричать друг на друга», — она сделала паузу в своем объяснении, и ее следующие слова прозвучали нерешительно: «Я не знаю, что случилось, но он начал… розоветь». «Розоветь?» «Я думала, это просто потому, что он был чертовски зол, но он почти… светился?» — Аметист неуверенно посмотрела на нее, как бы умоляя дать объяснения. Жемчуг почувствовала, как ее глаза расширились от этого откровения. Она знала Розу тысячи лет и ни разу не видела, чтобы она делала что-нибудь даже отдаленно напоминающее сияние. Если Двойка действительно был Стивеном, он не мог бы светиться. Люди просто так не светятся и не меняют цвета. «Все его тело было розовым, и когда он крикнул… пол треснул», — она остановилась, по-видимому, обдумывая что-то, прежде чем продолжить, — «Жемчуг, я не знаю, действительно ли этот парень Стивен». «Что?!» — она отчаянно мотнула головой. «Как ты можешь такое говорить? У него есть щит Розы», — она пыталась защитить Двойку, но даже она не могла игнорировать растущее чувство подозрительности, укоренившееся в ее разуме. «Я знаю», — устало признала Аметист. «Но он просто кажется… неправильным. Стивен никогда бы не поступал так, как поступает Двойка». «Это бессмыслица! Если Двойка не Стивен, тогда кто…» — она ​​замолкла, вспомнив, как и Гранат, и она сама изначально опасались его, потому что он был одет как Розовая. У Двойки был драгоценный камень Розового Кварца, но это не обязательно означало, что он был Стивеном. Было много самоцветов Розового Кварца, сделанных на Земле на ранних стадиях колонизации. По словам Розы, оставшиеся Алмазы запузырили их, когда до них дошло известие о том, что Розовая была разбита. Неужели Родной Мир послал на землю Розовый Кварц, чтобы шпионить за ними? Но как они вообще узнали, что на Земле все еще есть драгоценные камни? Они ведь уничтожили Красное Око. Ее мысли прервал голос Аметист: «В ту ночь, когда Двойка впервые появился, вы с Гранат вели себя очень странно. Как будто вы боялись его, почему?» Жемчуг почувствовала, как слова застряли в горле, когда она попыталась объяснить: «Аметист, я…» — это все, что ей удалось выговорить, прежде чем ее руки сомкнулись на губах, не давая выскользнуть чему-либо, кроме неразборчивого бормотания. Жемчуг вздрогнула, как от удара, когда увидела вспышку боли в глазах Аметист. Она молча проклинала себя за то, что была Жемчужиной. Возможно, будь она Рубином, Топазом или любым другим драгоценным камнем, она была бы достаточно сильной, чтобы сказать Аметист правду, но она была просто Жемчужиной. Аметист грубо топнула ногой по земле: «Почему ты просто не можешь мне сказать?! Вы с Гранат всегда так поступаете!» — она резко вцепилась в волосы. «А потом вы, ребята, ведете себя так, будто я недостаточно умна, чтобы понять, что вы что-то от меня скрываете». Ей удалось оторвать руки ото рта: «Я хочу сказать тебе, но я…» — ее руки снова сорвались, не позволяя ей говорить. «Но что?! Ты не думаешь, что я достаточно ответственна?» Жемчуг отчаянно помотала головой, пытаясь придумать способ сказать Аметист правду. «Или ты боишься, что я все испорчу?» Она не позволила бы их разговору закончиться так тогда, когда их отношения только начали налаживаться. Она оторвала руки ото рта со всей силой, которую могла собрать: «Родной Мир!» — выпалила она громче, чем было необходимо. На смущенный взгляд Аметист она продолжила: «Он был одет как…» — она ​​сжала руки в кулаки, чтобы они не дрожали. «Самоцвет Родного Мира. Позже тем же вечером мы с Гранат допросили его об этом, но он заявил, что был одет так только из-за спектакля», — Жемчуг облегченно вздохнула, когда ее руки перестали дрожать. Пока она избегает упоминания Розовой, с ней все будет в порядке. «Я доверяю тебе, Аметист», — Жемчуг искренне добавила глядя Аметист прямо в глаза. Лицо Аметист смягчилось: «Родного Мира?» — мягко спросила она. «Это те плохие ребята, с которыми вы боролись с Розой. Так ты думаешь, Двойка — шпион из Родного Мира или что-то в этом роде?» Жемчуг несколько раз открывала и закрывала рот, прежде чем неуверенно ответила: «…Я не уверена. Двойка похож на Стивена, и у него есть щит Розы, но время его прибытия в лучшем случае подозрительно. Не говоря уже о наряде, в котором он прибыл. Нашим лучшим решением прямо сейчас было бы пристально следить за Двойкой и смотреть, не скажет ли он или не сделает ли что-нибудь необычное». Аметист кивнула: «Я в деле, если этот тип что-нибудь попытается… — она ​​хрустнула костяшками пальцев, — сначала он должен пройти через меня».

***

Сад был наполнен яркими цветами, насколько хватало глаз. Многие цветы не были земными; они вызывали у них странное и почти мистическое ощущение, почти как будто их вырвали прямо из сказки. Он задавался вопросом, были ли планеты, с которых произошли эти цветы, колонизированными. Были ли они последними остатками своих миров? Он нахмурился, прежде чем отогнать эти негативные мысли. Ему не стоит расстраиваться. «Это прекрасно», — он сказал ей, глядя на окружающий их пейзаж. Он глубоко вздохнул и вдохнул сладкий аромат окружавших его цветов. Он удовлетворенно выдохнул, когда сел на траву рядом с участком розовых цветов. Прошло так много времени с тех пор, как он выходил на улицу, и пока он технически все еще был в Родном мире, он мог хотя бы притвориться, что вернулся на Землю. Он пробежался пальцами по траве, наслаждаясь ощущением. Он взглянул на Синий Алмаз, которая следила за его реакцией на сады, и послал ей легкую улыбку, на которую она с радостью ответила. Именно она и предложила им посетить сады Розовой; она надеялась, что это поможет пробудить его воспоминания. По словам Синей, его мать имела склонность собирать «органику» с других планет. Если животное привлекало ее внимание, она умоляла Синюю позволить ей оставить его себе. Неудивительно, что его мать была очень безответственной и часто позволяла животным свободно бродить, что всегда приводило к катастрофе. К счастью, за собранными ею растениями и цветами было легко ухаживать. Разрешение войти в Сад Розовой считалось в некотором роде честью, поскольку Синяя никому не позволяла входить с тех пор, как Розовый Алмаз инсценировала свой раскол. «Ты любила гулять по садам. Раньше мы все собирались вместе», — с тоской сказала она ему, глядя на один из множества фонтанов, расположенных в садах. «Даже Белая?» — спросил он, немного озадаченный её заявлением. Он почти не разговаривал с Белым Алмазом, что хотел бы изменить, но исходя из того немногого, что он слышал о ней, он решил, что она ненавидит органическую жизнь. Ему было очень трудно и несколько смешно представить, как она резвится в цветах и ​​наслаждается собой. «Да, даже Белая», — она тихонько усмехнулась, вспомнив. «Она утверждала, что ненавидела находиться здесь, но тебе всегда удавалось убедить ее прийти», — она повернулась к нему лицом. «Ты помнишь это, Розовая?» — спросила она. «Нет, но я бы хотел этого», — он сказал ей искренне. Если бы он мог просто вспомнить, как собрать всех Алмазов для разговора, то, он надеялся, он смог бы убедить их исцелить повреждённые драгоценные камни на Земле. «Жёлтая хотела уничтожить это место после…» — она заколебалась, когда на ее лице на мгновение промелькнуло болезненное выражение, без сомнения при воспоминании о предполагаемом расколе Розового Алмаза. «Но я бы не позволила ей». «Спасибо, что не позволила ей разрушить сады», — он восхищался некоторыми цветами рядом с ним. Это действительно был красивый сад; они только что прибыли, а это уже стало его любимым местом в Родном Мире. «Твои сады, Розовая», — Синий Алмаз мягко поправила его. «Ага…» — его улыбка дрогнула. «Мои сады», — повторил он. Он все еще не привык к тому, что к нему относились как к члену королевской семьи, и он сомневался, что когда-нибудь привыкнет. Его постоянно засыпали комплиментами и похвалами. Самоцветы его «двора» обожали его, и они поклонялись самой земле, по которой он ходил, что доставляло ему огромный дискомфорт. Он просто был рад, что Конни и Самоцветы были с ним, иначе он бы уже сошел с ума. Они были единственными людьми, которые все еще называли его Стивеном, все остальные настаивали на том, чтобы называть его «Розовый Алмаз» или «Мой Алмаз». «К тебе приходили какие-нибудь воспоминания?» — спросила Синяя. «Нет, не совсем», — он быстро ответил. Он подавил гримасу, когда увидел, что Синяя нахмурилась. Правда заключалась в том, что к нему и правда возвращались воспоминания или, по крайней мере, он боялся, что именно это и происходит. Все всегда хотели, чтобы он был похож на свою мать, и теперь Алмазы говорили ему, что он его мать. Ему часто снились странные сны, в которых он был Розовым Алмазом, и, как он ни старался, он не мог полностью избавиться от чувства дежавю; все в Родном Мире казалось знакомым даже сейчас, когда он сидел в саду, и он не мог не чувствовать себя так, как будто бывал здесь раньше. Он боялся того, что это значило, он боялся, что Алмазы всё-таки были правы. »…Иногда мне снится, что я Розовый Алмаз», — он колебался, прежде чем сказать ей правду; он решил, что ложь другим Алмазам, вероятно, плохо кончится для него. «Снится?» — спросила она, слегка наклонив голову в замешательстве. «Ой! Правильно, вам же, ребята, не нужно спать», — он потер подбородок, пытаясь объяснить человеческое понятие сновидения понятными ей терминами. «Ну, сны похожи на фильмы. Ох, ты, вероятно, не знаешь, что такое фильмы…» — лицо Синей ​​исказилось в недоумении. «Иногда, когда я… отдыхаю…», — он знал, что, хотя драгоценным камням не нужно было спать, им все же нужно было отдыхать. «Я вижу… видения, и в этих видениях я Розовый Алмаз». «Это чудесно, Розовая!» — радостно воскликнула Синяя, взволнованно сцепив руки, словно понимая его объяснение. «Это может занять некоторое время, но я уверена, что твои воспоминания вернутся». «Что произойдет, если они не вернутся?» — импульсивно спросил он ее, прежде чем сообразил, что, вероятно, не стоило. «Они вернутся», — она быстро ответила, когда ее тон стал жестче, а улыбка чуть дрогнула. Он почувствовал, как его тело напряглось, и он слишком грубо ухватился за траву рядом с собой. Он не хотел ее расстраивать, но ему было искренне любопытно, что произойдет, когда Алмазы поймут, что он, возможно, никогда не вернет воспоминания Розового Алмаза. Она, должно быть, почувствовала его дискомфорт, когда ее лицо снова смягчилось и она послала ему легкую улыбку. «Я рада, что ты дома, Розовая». Он нерешительно улыбнулся ей в ответ. «Дома…» — тихо повторил он. Он хотел домой.

***

Двойка радостно напевал себе под нос, готовя завтрак Стивену; он жарил блинчики. Он ненадолго остановился в приготовлении пищи и сделал глоток кофе, размышляя о своем сне. Он задавался вопросом, как Алмазы отреагировали на его отсутствие, он задавался вопросом, как его семья отреагировала на его отсутствие. Знали ли они, что он исчез? Или, когда он наконец вернется в свое время, вернется ли он в момент, когда он ушел? Все эти путешествия во времени сбивали его с толку, и ему хотелось поговорить с Конни. Вероятно, она знает ответы. Двойка отбросил эти сложные мысли и попытался сосредоточиться на более позитивных вещах, например, о том, как впервые с тех пор, как он прибыл в прошлое, он не чувствовал усталости. Прошлой ночью он спал на мягкой кровати в своей комнате и в результате чувствовал себя просто потрясающе. «Йоу, Двойка». Двойка повернулся на звук голоса и с удивлением увидел Аметист. Она казалась странно веселой, когда вышла из комнаты и уверенными шагами направилась к кухне. «О, Аметист», — он удивился, что она вообще с ним разговаривает. «Доброе утро». «Как дела, чувак?» — небрежно спросила она, плюхаясь на место на кухонном островке. Двойка начал чувствовать себя неловко. Буквально на днях Аметист отказывалась даже смотреть на него, и теперь она вела себя так, как будто ничего не произошло. Двойка выключил плиту и начал раскладывать блины. «Я…» — он нервно потер затылок, не зная, как прервать разговор. «Аметист, о том, что случилось после тренировки…» «Не беспокойся об этом, чувак», — она резко оборвала его, прежде чем он успел извиниться. Двойка нахмурился: «Я просто хотел сказать, что мне жаль…» «Давай просто забудем об этом», — резко сказала она. Двойка вздрогнул от ее тона. Аметист, должно быть, поняла, как она прозвучала, потому что быстро сменила тему: «Итак, ты, должно быть, станешь довольно сильным в будущем? У тебя, наверное, есть куча новых крутых способностей, не так ли?» Двойка хотел настаивать на своём, но не хотел рисковать тем, чтобы расстроить Аметист. «Да, можно и так сказать», — неловко ответил он, ставя бутылку сиропа рядом с блинами Стивена. «Как прошел твой разговор с Жемчуг?» — спросил он после паузы в молчании. «Все прошло хорошо», — сказала она с удивительной теплотой. «Мы с Жемчуг говорили о… многих вещах, и я поняла, что она действительно классная». Двойка хихикнул: «Классная, да? Разве ты не говорила, что она Полиция Веселья?» Аметист покраснела: «Ну, она по-прежнему Полиция Веселья, но она Крутая Полиция Веселья», — сказала она. Двойка улыбнулся, обрадовавшись, что их отношения наладились и Стивену не пришлось вмешиваться. «Итак, сколько у тебя новых сил в будущем?» — Аметист снова начала спрашивать о его силах. «Я не уверен. Я действительно не считал. В любом случае, почему внезапный интерес к моим способностям?» «Без причины», — она сказала слишком быстро. Двойка подозрительно сузил глаза. Аметист вёла себя странно. «Я просто подумала, что было бы здорово узнать об этом». «Верно», — Двойка неубеждённо кивнул. «Мне, наверное, стоит разбудить Стивена к завтраку», — сообщил он ей, показывая в сторону комнаты Стивена. «Я сделаю это!» — громко объявила Аметист, бросившись к Стивену, прежде чем Двойка успел возразить. «Спасибо, наверное», — он вздохнул и сделал большой глоток кофе, смакуя аромат. Что-то подсказывало ему, что утро будет долгим.

***

Остаток утра и большую часть дня Аметист продолжала задавать ему странные вопросы о нём. Она задавала ему вопросы о будущем, на многие из которых он отказывался отвечать. Она также начала расспрашивать его об интересах Стивена. Она задавала ему вопросы, например, какое любимое мороженое Стивена; Печенья-Котики были очевидным ответом. Стивен, казалось, подумал, что вопросы — это какая-то странная игра, и с радостью добавил к растущему списку вопросы, на которые он должен был ответить. Двойка надеялся, что Аметист уйдет в свою комнату в какой-то момент в течение дня, но она удивила его, оставшись. Фактически, она, казалось, не решалась оставлять Стивена с ним наедине надолго. Он понял это только тогда, когда Стивен обнял его, а Аметист напряглась и выглядела тревожной. Она также постоянно вставала между Стивеном и ним, как будто боялась, что он причинит Стивену боль. «Ты в порядке?» — спросил Двойка Аметист, когда Стивен извинился, чтобы пойти в туалет. «Да, я прекрасно себя чувствую», — ответила она, отказываясь встречаться с ним взглядом. «Ты уверена? Потому что, честно говоря, ты сегодня вела себя очень… странно». «Боже, я сказала, что я в порядке, чувак», — она ответила, пытаясь защититься. «Мне нужно заняться кое-чем в своей комнате», — резко объявила она, вставая и направляясь к двери храма. Она заколебалась перед дверью, переводя взгляд между ванной и ним. «Позаботься о Стивене», — было последним, что она сказала перед тем, как исчезнуть в своей комнате. Двойка вздрогнул, когда дверь захлопнулась. Он не хотел, чтобы Аметист уходила. Он собирался последовать за ней, но в конце концов отказался от этого. Он возобновил воспроизведение видеоигры и занялся попыткой победить особенно сложного босса. «Куда делась Аметист?» — спросил Стивен, когда вернулся из ванной. «Она пошла в свою комнату. Она должна кое о чем позаботиться». Стивен выглядел так, будто собирался задать еще несколько вопросов, но его телефон внезапно зажужжал в штанах. «Ой! Я почти забыл, что Рональдо устроил вечер кино. Тебе следует прийти», — сказал он ему, читая текст сообщения. «Мне тоже нужно взять с собой Сэйди. Ее смена почти закончилась». «Конечно, звучит весело», — он принял приглашение. «Стивен, могу я одолжить зарядное устройство для телефона?» — спросил он, вспомнив про свой сотовый телефон, лежащий в кармане. «Да, конечно. Он у моей кровати», — сказал он, указывая на то место, где зарядное устройство все еще было подключено к стене. «Зачем?» «Я собирался зарядить свой телефон с тех пор, как попал сюда, но я не взял с собой зарядное устройство». Глаза Стивена расширились и заблестели: «Телефон будущего!» — воскликнул он. «Что?» — спросил он, подходя к зарядному устройству и подключая свой телефон. Когда его телефон ожил, на его экране вспыхнул логотип. «У тебя есть телефон будущего!» — он подбежал и попытался заглянуть Двойке через плечо, чтобы мельком увидеть телефон. «Бьюсь об заклад, он действительно крутой и супер продвинутый. Ой! У тебя есть фотки будущего?» — взволнованно спросил он. «Да, но я не знаю, стоит ли мне их тебе показывать». «Ой, да ладно, ну пожалуйста», — умолял он, и Двойка почувствовал, что его решимость начинает рушиться. «Я не знаю…» — сказал он, но когда Стивен использовал свои щенячьи глазки, он понял, что не может отказать. Двойка подавленно вздохнул: «Хорошо», — он неохотно согласился, когда глаза Стивена загорелись от волнения. «Я могу показать тебе кое-что позже, но нам лучше идти, если мы хотим забрать Сэйди вовремя». Стивен обрадовался, собираясь уходить: «Это будет лучшая вечеринка жутких фильмов!» — заявил он.

***

Двойка отсутствующе повторил успокаивающие круговые движения на спине Стивена. Он был так взволнован, чтобы взять его на вечеринку, посвященную жутким фильмам, но теперь, когда они были здесь, Стивен со страхом вцепился в его футболку. Двойка нахмурился, чувствуя, как Стивен дрожит у него на коленях; он забыл, как легко его можно было напугать, когда он был маленьким. «Тебе не нужно продолжать смотреть, если тебе слишком страшно», — мягко сказал он Стивену. «Нет! Я могу с этим справиться!» — Стивен успокоил его, пока сам неуверенно повернулся к телевизору. «Хорошо, если ты так говоришь…» — неубеждённо сказал Двойка, переключая внимание на фильм. Он вспомнил, как сам был напуган, когда впервые увидел его, что спрятался за диван, но теперь это его уже не беспокоило. Он думал, что фильм был дрянным, чрезмерным и на самом деле не таким уж и страшным. Музыка в фильме внезапно стала зловещей. Над Отшельником нависла большая тень. Злой Медведь нашел его. «Ты… ешь мою… ногу!» — закричал Отшельник, а затем послышалось злобное кудахтанье. Стивен испуганно вскрикнул, зарывшись лицом в грудь Двойки, чтобы не смотреть на ужасную сцену. Двойка снова погладил Стивена по спине, пока его дрожь не утихла. Как только он начал задаваться вопросом, должен ли он позволять Стивену смотреть этот фильм, электричество внезапно отключилось. «Блин! На самом интересном!» — пожаловался Ларс, когда светлый дом погрузился во тьму. «В чем дело?» — Сэйди в тревоге огляделась. Двойка почувствовал, как его брови в замешательстве нахмурились. Кажется, что он забыл о чём-то очень важном. «Наверное, просто замыкнуло», — объяснил Ларс. «А может, это привидение?» — драматично сказал Рональдо, освещая лицо фонариком. Сэйди нервно усмехнулась: «Неплохо». «Нет, правда. Что, если это при-и-и-и-зрак? Я верю в загробный мир, я давно подозревал, что это место может быть населено привидениями». Он быстро подошел к шкафу и начал рыться в некоторых папках, пока не нашел то, что искал. «Ага!» — он торжественно поднял маятник. «Дух, я взываю к тебе!» «Чувак, перестань. Ты перегибаешь!», — сказал Ларс. «Мы хотим установить контакт. Пожалуйста, дух, пошли нам знак», — Рональдо обратился к маяку. Глаза Двойки расширились от осознания. Он мысленно обругал себя. Как он мог забыть, что в маяке застрял самоцвет. «Ребят тут…» — его оборвал звук маятника, грубо ударившего Ларса по лицу. «Ай!» — Ларс вскрикнул от боли и потер место удара. «Дух, это был хороший знак», — сказал Рональдо, искренне шокированный тем, что что-то вообще произошло. «Но не мог бы ты прислать еще парочку таких же на всякий случай?» Внезапно разразился ад, когда бумаги вылетели из картотеки с угрожающей скоростью. Они начали яростно кружить вокруг маяка. По всей комнате раздавался странный шепот. «Все в порядке, дух. Ты можешь немного обуздать это!» — крикнул Рональдо, но самоцвет, создавший весь хаос, отказался слушать. Чашка кофе была брошена в их сторону, едва не задев их. «Что происходит?!» — испуганно спросила Сэйди. «Это самоцвет», — объявил Двойка, когда все повернулись, чтобы посмотреть на него. «В маяке застрял драгоценный камень». Глаза Стивена расширились от осознания: «Что?! Как он…» — его вопрос был прерван, когда в его сторону с силой бросили бочку. Двойка быстро призвал свой щит и прыгнул перед Стивеном. Бочка раскрошилась, когда коснулась его щита. «Ты в порядке?» — спросил он ошеломленного Стивена, который просто кивнул в ответ. В Ларса швырнули еще одну чашку кофе. «Берегись!» — предупредила Сэйди, повалив Ларса на пол. «Давайте выбираться отсюда!» Сэйди бросилась к выходу, и вскоре все последовали ее примеру. Двойка убедился, что надежно держит Стивена за руку. Как только они достигли выхода, дверь захлопнулась перед их лицами. Рональдо отчаянно возился с дверной ручкой: «Она не открывается!» — испуганно объявил он. Двойка почувствовал, как ладонь Стивена сжалась, когда дверь упорно отказывалась открываться. Он успокаивающе сжал ему руку: «Отойди в сторону, Рональдо» — приказал он. Рональдо кивнул и отошел от двери. Перед тем, как подойти к двери, Двойка выпустил руку Стивена. Он вызвал маленький пузырь с шипами вокруг своего кулака, прежде чем пробить дверь. Древесина, из которой была сделана дверь, раскололась под давлением, прежде чем полностью обрушиться. Место, где когда-то стояла дверь, теперь превратилось в целое зияющее пространство, за косяк которого прилипли куски древесины. Увидев, что дверь больше не блокирует их побег, все бросились к выходу из комнаты. Кусочки сломанной двери бросились навстречу друг другу, когда проход снова запечатался и закрылся. «Какого черта, чувак! Тебе не нужно было выламывать дверь», — Ларс сердито пожаловался, но было очевидно, что он с облегчением покинул ту комнату. Двойка просто закатил глаза на Ларса, прежде чем отвернуться. В такие моменты он действительно скучал по Ларсу своего времени. «Мне очень жаль! Я понятия не имел, что здесь было такое зловещее присутствие», — Рональдо извинился перед группой. Стивен снова схватил его за руку: «Это не привидение, это самоцвет», — сообщил он группе. На лице Ларса мелькнуло облегчение от новости о том, что призрака не было. «Конечно», — с горечью заявил он. «Я должен был знать, что все эти странности происходят из-за тебя, Стивен», — он бросил раздраженный взгляд в сторону Стивена. «Ты и твоя странная семья всегда приносят одни неприятности» В блестящих глазах Стивена вспыхнуло болезненное выражение: «Прошу прощения, ребят. Я не хотел, чтобы самоцвет испортил нашу ночь кино». Двойка почувствовал, как его гнев внутри него закипает, когда он увидел выражение лица Стивена. Он послал Ларсу угрожающий взгляд: «Чувак, я забыл, каким подонком ты был, когда был еще жив», — сказал он тихо, но резко. Кожа Ларса побледнела, и его глаза расширились от удивления: «…Ч-что?» — он нервно усмехнулся. Двойка еще мгновение пристально смотрел на него: «Мы, наверное, должны убираться отсюда», — громко объявил он. «Хорошая идея, Двойка. Пойдем», — Сэйди поспешно спустилась по лестнице, а Ларс и Рональдо последовали за ней. Двойка шёл рука об руку со Стивеном за спиной группы. Оказалось, что Рональдо все еще верил, что это был призрак, а Ларс спорил с ним. Ему было жаль Сэйди, которая в настоящее время была зажата между ними двумя. Он очистил свои мысли, пытаясь вспомнить местонахождение драгоценного камня. Если Двойка правильно помнил, самоцвет должен был застрять в стенах подвала. Он открыл рот, чтобы сообщить Стивену об этом факте, но его прервали его сомнения. «Ларс умрет?! Призрак собирается убить его?! — он взглянул в сторону Ларса, как будто боялся, что Ларс исчезнет. Двойка скривился, он надеялся, что Стивен не слышал его предыдущего заявления, — «Стивен, призрака там нет, и Ларс не умрет сегодня вечером». «Сегодня вечером?!» — его глаза расширились от ужаса. «Означает ли это, что он умрет позже?» Двойка молчал, размышляя о том, какую часть будущего он может безопасно открыть Стивену: «Давай, нам ещё нужно найти драгоценный камень, прежде чем что-то еще произойдет. Он должен быть в подвале…» Зловещий смех эхом разнесся по всему зданию, когда они наконец достигли двери, ведущей на улицу. Все замолчали, а смех продолжался. Двойка притянул Стивена ближе к его собственному телу. «Что это?» — Сэйди посветила фонариком, пытаясь найти источник смеха. «О, это ничего страшного!» — Ларс отчаянно пытался успокоить себя. «Мы все просто слышим, видим и чувствуем всякий бред», — он рванул вперед и направился к двери. Как только ему удалось коснуться дверной ручки, дверь маяка грубо врезалась ему в лицо. Он был отброшен назад на несколько футов и резко приземлился на спину. Стивен бросился помочь Ларсу подняться, когда группа оживших чучел попыталась проникнуть в маяк. Рональдо и Сэйди вспотели, пытаясь держать дверь закрытой. «Стивен, останься с Ларсом!» — крикнул он через плечо, бросаясь на помощь Рональдо и Сэйди. Он удивил Рональдо и Сэйди, открыв дверь и позволив чучелам войти. «Двойка! Что ты…» — Сэйди начала спрашивать его, но остановилась, когда увидела, что он сделал дальше. Двойка призвал свой щит и встал перед ними, защищая их. Он позволил чучелам сделать несколько неуклюжих шагов к маяку, прежде чем швырнуть в них свой щит. Он прорезал их тела, как масло, и куски их тел упали кучей на пол. Они вздрагивали мгновение, прежде чем успокоиться. «Вау», — изумленно произнес Рональдо, наблюдая, как мерцает щит Двойки перед тем, как исчезнуть. Сэди выглядела столь же впечатленной, прежде чем покачала головой и снова сосредоточилась на ситуации: «Давайте убираться отсюда, прежде чем что-нибудь еще решит появиться», — она нерешительно перешагнула через безжизненные оболочки, загораживающие выход. Пол под ней внезапно раскрылся, открыв светящуюся красную пустоту. Ее крики эхом отдавались в их ушах, когда она упала и исчезла. Пол за ней быстро сомкнулся, не давая им возможности последовать за ней. На мгновение воцарилось молчание, так как все пошатнулись от шока от того, чего они только что стали свидетелями. Тишину нарушил Двойка: «Она в подвале», — абсолютно спокойно сказал он. Рональдо и Ларс вышли из оцепенения, вызванного шоком, и побежали в подвал в поисках Сэйди. Двойка повернулся, чтобы последовать за ними. «С Сэйди все будет в порядке?» — всхлипнул Стивен. «Сэйди будет в порядке, Стивен», — он успокоил его. «Ларс прав. Это все моя вина. Все эти самоцветные вещи из-за меня, не так ли?» «Нет», — мгновенно ответил он. «Не слушай Ларса, Стивен. Он просто был напуган и… подонок». «Но если бы не я, самоцвет бы…» «Все равно был бы здесь в ловушке. Этот драгоценный камень был заперт здесь в течение многих лет. Наверное, еще до того, как ты родился. Он наклонился и обнял Стивена. «Это не твоя вина, Стивен», — Стивен яростно обнял его в ответ, когда его слёзы утихли. Стивен оторвался от объятий: «Пойдем, спасем Сэйди», — сказал он с новой уверенностью, направляясь в подвал. Двойка последовал за Стивеном и стал слышать голоса по мере приближения к месту назначения. Когда они прибыли, их встретил злобный рот на стене. «Призрак, прими от меня вместилище тьмы! Верни нам невинную Сэйди!» — закричал Рональдо, отрывая испуганного Ларса от земли. «Рональдо, не делай этого!» — умолял Стивен, когда он понял, что Рональдо пытался пожертвовать Ларсом. Он побежал впереди него, чтобы предотвратить жертвоприношение, но Рональдо проигнорировал его. «С-серьёзно, чувак. Мы же раньше были друзьями», — сказал Ларс, пытаясь вырваться на свободу. «И ты меня бросил!» — возразил Рональдо, готовясь швырнуть Ларса в открытый рот в стене. Двойка раздраженно вздохнул и быстро призвал свой щит, прежде чем мягко швырнуть его в затылок Рональдо. Рональдо вскрикнул от боли и уронил Ларса на пол, чтобы схватиться за затылок. После освобождения Ларс начал кричать на Рональдо за то, что тот чуть не убил его. Стивен встал между ними и попытался остановить нарастающий спор. Двойка проигнорировал их препирательства и вместо этого сосредоточил свое внимание на сердитых губах, которые все еще держали Сэйди в плену. Он снова вызвал шипастый пузырь вокруг своей руки и ударил по части стены над ртом, на которой было грубо выгравировано имя «ЛАРС». Дерево легко сломалось от его удара, и самоцвет вместе с Сэйди благополучно вывалился из стены. На звук ломающегося дерева все обратили внимание туда, где раньше был рот: «Сэйди!» Все закричали от шока и облегчения. Двойка поднял драгоценный камень, когда он начал светиться. Все с изумлением смотрели, как он проецировал воспоминания о Рональдо и Ларсе, когда они еще были друзьями. Рональдо с грустью наблюдал, как проигрывается ретроспективный кадр, в то время как Ларс покраснел и ушел. Когда воспоминание закончилось, Стивен подбежал к Двойке, чтобы забрать драгоценный камень. Двойка протянул его Стивену: «Ладно, тсс. Я понял тебя», — Стивен утешил самоцвет. «Когда ты застряла в стене, этот дом был тебе телом? Ты, должно быть, чувствовала себя атакованной, когда Ларс вырезал на тебе свое имя». «Могу ли я увидеть это?» — спросил Рональдо, попытавшись дотронуться до драгоценного камня. «Эээ, извини», — сказал Стивен, отодвигая самоцвет от него. «Мы должны дать ей отдохнуть», — сказал он, когда запузырил её и отправил прочь. «Итак, все это буйство было вызвано только тем, что она так долго чувствовала себя обиженной и застрявшей в ловушке…» — сказала Сэйди, отряхивая куски дерева со своей рубашки. «Не нарочно я эту штуку порезал, хорошо?» — сказал Ларс, возвращаясь в группу. «И хватит обсуждать меня». «Подожди! Ох, Сэйди, ты в порядке? — спросил Рональдо, не обращая внимания на Ларса. «Ага. Я в порядке». «Ах, да. Мы оба волновались о… я имею в виду, что я прибежал сюда быстрее, — поспешно добавил Ларс. Сэйди послала ему легкую улыбку: «Можем ли мы выбраться отсюда?» — спросила она, оглядываясь на деревянные обломки. «Сэйди, ты можешь пойти с нами», — предложил Стивен, взглянув на Рональдо и Ларса. «Я думаю, этим двоим есть о чем поговорить». Она усмехнулась: «Держу пари».