Торчвуд. Записки на полях

Глаза Джека были голубыми. Это Янто заметил в первый рабочий день. Учитывая то, что Джеку абсолютно было незнакомо понятие личного пространства, примерно в первый час работы на Торчвуд-3 Янто оказался гораздо ближе к своему боссу, чем обычно позволяли социальные нормы. О, это действительно было неловко. Джек показывал ему все запутанные помещения Хаба, и Янто не успел понять, что Джек стоял всего на расстоянии фута за его спиной, поэтому, когда он обернулся, они оказались прямо лицом к лицу, заставляя Янто вспомнить о ещё более неловком моменте всего пару дней назад, когда они ловили птеродактиля и в итоге оказались на земле, лёжа друг на друге. Янто, конечно, смутился, опустил взгляд и тут же отскочил подальше, но он успел заметить, что блестящие энтузиазмом глаза Джека были голубыми. Он не разглядел этого тогда, в темноте склада, но сейчас почему-то он сразу обратил на это внимание. Нет, это ничего не значило. *** В глазах Джека можно было увидеть гораздо больше, чем ожидаешь от человека его возраста. Удивительно, но это стало первым шагом к тому, что Янто узнал о бессмертии Джека. После того, что случилось с Лизой, Янто долго не мог снова научиться смотреть Джеку — и всех команде — в глаза. Ему становилось почти физически больно, если он поднимал взгляд и видел лица тех, кого он предал. Но Джек упорствовал. Раз за разом он начинал разговор и всем своим поведением заставлял Янто в нём участвовать. Иногда прямо просил Янто посмотреть ему в глаза, если хотел сказать что-то действительно важное, чаще — просто говорил с ним, но от этого раз за разом Янто становилось всё проще ненадолго удержать зрительный контакт. И однажды Янто увидел это. В глазах Джека было так много печали. Слишком много для одного человека. Не слова о любви, потерях, страхе и смерти убедили Янто в том, что Джек действительно знает, что чувствует Янто — нет, это были его глаза, в которых читалась печаль при каждом его слове. Это впервые и натолкнуло его на мысль узнать о прошлом Джека. Конечно, всё было строго засекречено, но, бога ради, Янто Джонс был архивариусом, он знал, как искать. Документы о капитане Харкнессе, датированные ещё позапрошлым веком, и дырки, несовместимые с жизнью, на пальто, которое Янто регулярно относил в ремонт, в итоге привели его к невозможной гипотезе, которая могла бы объяснить боль в глазах Джека. Поверить в неё по-настоящему Янто не мог, но почему-то после того, как он об этом подумал, многое встало на свои места. *** Глаза Джека были не просто голубыми. Они были кристально-чистыми и немного похожими на утреннее небо. Это Янто узнал, когда впервые поцеловал Джека. Когда поцелуй прервался, Янто чуть боязливо разомкнул веки и обнаружил, что смотрит Джеку прямо в глаза, и, боже, он не хотел, чтобы это было больше, чем развлечение на одну ночь, но он просто не мог оторвать взгляд. Джек улыбался, и вокруг его глаз собирались морщинки, и почему-то Янто тоже захотелось улыбнуться, несмотря на все ужасные события ночи. И нет, это всё ещё ничего не значило. Не должно было. *** Глаза Джека могли быть не только наполненными печалью, задумчивостью или озорным огоньком. Они могли быть пустыми, стеклянными, безжизненными. Такой горький урок ждал Янто, когда пришёл конец света. Оуэн застрелил Джека — господи, Оуэн застрелил Джека — и теперь он лежал на полу Хаба, глядя в никуда, и ничто раньше так не пугало Янто. Когда умерла Лиза, страха не было, была только бесконечная боль. Теперь же Янто был напуган. Джек казался им всем неуязвимым, но теперь он был мёртв, а они сделали что-то ужасное, и миру наступал конец. А потом Джек воскрес. А потом — умер снова. Во второй раз они нашли его с закрытыми глазами, поэтому Янто не видел этой страшной пустоты. Теперь, когда она была спрятана за закрытыми веками, ему хотелось верить, что Джек просто спит, пусть он и был бел, как полотно. Три дня спустя Джек вернулся к жизни. Когда он подошёл, Янто было страшно поднять взгляд. Он знал, что всё снова хорошо, но он боялся опять увидеть ту пугающую безжизненность в глазах Джека. А затем Джек поцеловал его, и, когда их губы расстались, глаза Джека были точно такими же, как Янто помнил их до всего ужасного, что произошло с ними за эти несколько дней. *** Джек ушёл с Доктором. Джек вернулся. Джек пригласил его на свидание так, будто между ними было что-то большее, будто тот поцелуй действительно что-то значил. Янто не знал, что всё это значит. Он не верил, что Джек — Джек! — может на самом деле всерьёз иметь в виду настоящие отношения. Не то чтобы он считал, что Джек не был на них способен, просто — не с ним. Перед ногами блистательного капитана Джека Харкнесса лежал весь мир, он мог получить кого угодно. Разве стал бы он довольствоваться Янто, который, вероятно, со своей работой даже не доживёт до тридцати? Или же, думал Янто, всё дело в этом Докторе. Джек был в него влюблён, это было очевидно по тому, каким мечтательным всегда становилось его лицо, стоило ему вспомнить о Докторе, но всё же он ушёл от него, чтобы вернуться в Торчвуд. Но, видимо, Доктор был тем единственным существом во Вселенной, на которого не действовали чары Джека и которого он не мог заполучить. Судя по всему, разочарованный этим фактом Джек надеялся найти хоть какое-то утешение в постели Янто. Но Янто не хотел быть вторым выбором. Одно дело, когда они просто проводили ночи вместе без всяких обязательств, совсем другое — свидания, отношения. Со всеми этими мыслями Янто сидел в номере отеля, где они пережидали ночь, прячась от прошлых версий самих себя. И вдруг в дверь постучали. За дверью оказался Джек, и он что-то бормотал о том, что хотел увидеть Янто, поговорить, извиниться, но сейчас имело значение только одно. В глазах Джека было ещё больше боли, чем до его путешествия, но когда он смотрел на Янто, его взгляд был тёплым и… наполненным любовью. Да, любовью, Янто понял это почти сразу, как бы сложно ни было в это поверить. Все мысли о том, что он не должен был позволить Джеку разбить ему сердце, были забыты. Не слушал он и сбивчивые извинения Джека. Он просто поцеловал его. Он знал, что ничего хорошего из этого не выйдет. Сотрудники Торчвуда редко доживали до пенсии, и даже если бы Янто каким-то образом невероятно повезло, Джек был бессмертным, он был обречён увидеть, как Янто умрёт. Рано или поздно. Почти наверняка — рано. Он знал это, но ему было плевать, потому что он также знал, что, когда поцелуй закончится, он снова посмотрит Джеку в глаза и снова увидит причину, по которой всё это имело смысл.