Хрустальные крылья птицы

Мягкая ладонь ложится на затылок. Пальцы перебирают выженные в белый цвет волосы, те всё равно остались мягкими. Длинные пальцы накручивают прядь, гладя их. Хёнджин обнимает со спины, утыкается носом в макушку, вдыхая аромат апельсинов и жаснима. — Что такое? — не без улыбки спрашивает Феликс. Хёнджин губами проходит по чувствительному ушку, прикусывая мочку. — Ты такой красивый, — шёпотом проговаривает Хван. — Самый красивый, самый, самый… Брюнет вздыхает и разворачивает Ли к себе. Прижимает к зелёной стенке и смотрит прямо в глаза. Такой добрый и наполненный любовью взгляд смотрит на него в ответ и Хёнджин не сдерживает себя. Он поддаётся вперёд и касается губами мягкой щёчки. — Я люблю тебя. *** Просыпаться не хотелось. Голова раскалывалась, словно по вискам били маленькими молоточками. Солнце презренно наблюдало и пыталось разбудить его, проникая сквозь слегка приоткрытые шторы. Птицы за окном словно издеваясь над ним, вопили всё громче и громче, пока он наконец не решает встать с кровати. Посмотрев на время и поняв, что уже час дня, Хёнджин пытается понять, почему Минхо нету рядом. Крехтя он встал с кровати и надев шорты, побрел вниз. Там на первом этаже в гостинной на диване спал Ли, без футболки, но в штанах, в которых пришел. Хёнджин фыркнул и вернулся в комнату, лишь для того, чтобы забрать одеяло и спустился вновь вниз, укрывая тихосопящего Минхо. Он наверно сразу же сбежал вниз, после поцелуя. Ночью Хван сразу уснул, а вот Ли почему-то сейчас на диване. /// Ромашковый чай не успокаивал, хоть Джисон и написал, что ему он и от похмелья помогает, и от нервов, а вот раздрожительность Хёнджина только росла вместе с этим напитком, от запаха которого хотелось блевать. Минхо всё спал. Неудивительно, он из них всех был самый пьяный. Хотелось лечь где-нибудь и уснуть, но засыпать его организм отказывался. Его сон. Он сам не понимает как это работает. Вновь снится тот мальчик с веснушками и светлыми волосами. Он будто наяву трогал те самые блондинистые волосы, будто вправду знал, как пахнут его духи. Хёнджин вздыхая идёт в комнату, где на журнальном столике лежит его альбом и косметичка с канцелярией для рисования. Сев прямо на пол у стола, он стал рисовать. Вырисовывать каждую линию, каждую складочку во внешних уголках глаз при улыбке, каждую веснушку. Ещё отличительная черта — нижняя губа немного меньше верхней, это не так сильно было заметно, но Хван находил это милым. У Феликса был маленький носик, о котором не хотелось и думать, просто визжать как девчонка от умиления. — Ты не спишь? — доносится откуда-то сзади. Хёнджину некогда, он занят накладыванием теней. Подбородок парнишки из сна был острый, ещё надо было добавить слегка заметные скулы. — Что рисуешь? Минхо садится рядом, растирая немного опухшее лицо. — Это он? — тихо спрашивает старший. — Если он, то понимаю почему так зацепил. С веснушками? Брюнет часто кивает головой. Из листа на них обоих смотрел улыбающийся парень, живое солнышко, даже без красок было ясно, что парнишка нёс только свет. Ли внимательно смотрит на выведеные линии. — Он мне сегодня снился, — Хёнджин откладывает альбом. — Думаю, это странно, — Минхо чешет глаз. — Попробуй у знакомых поспрашивать о нём, портрет его у тебя есть, значит и шансы найти его должны быть. Хёнджин фыркакает и встаёт с пола. Не мог он его знать. По крайней мере он бы точно запомнил эту внешность. — То что было ночью, — начал Минхо, но его перебили. — Хён, прости. Это было на эмоциях и я был не в трезвом состоянии. Просто забудь об этом. Я не такой как Сынмин. Не такой. Он не такой, он не будет влюбляться в своего нового друга, которого знает неделю. Минхо укутанный в одеяло на полу потупил взгляд в пол и шмыгнул носом. — Если тебе так легче, — неловкая улыбка. Будто ничего и не произошло. /// — Хочу поковыряться в сарае, — хмыкает Хёнджин. — Ну дак попроси этого Минхо или как его, — фыркает на том конце Джисон и о боже, он снова его ревнует. — Я хотел бы его попросить мне помочь, но между нами появилась неловкость. Хёнджин жалуется. И вправду. После того разговора они поели рамён и Минхо ушёл. Когда Хван вечером пришел к нему, чтобы просто поразговаривать, как всегда и поделиться новостями о том, что никто не знает кто такой Феликс, в их разговоре присутствовали неловкие паузы. А когда они случайно касались друг друга, Минхо казалось, совсем хотел сквозь землю провалиться. — Ты опять делов натворил? — вздыхает Хан. Он сам знает, что мог сделать Хван, а самый невинный вариант в его голове — поцелуй. Собственно от Хёнджина можно было ожидить чего угодно, тот никогда не поступал логчески, а жил только эмоциями и моментом. — Мы поцеловались. — Ты поцеловал первым? — Нет, Минхо меня поцеловал, — старший тихо шмыгнул носом. — Не расстраивайся. Ты ему наверно нравишься, вот он и поцеловал тебя. — Когда он сегодня начал говорить об этом, я попросил забыть. Тишина с обоих концов оглушила парней. Паузы так напрягают. — Ты первый попросил забыть о поцелуе? Стой, ты ответил на него? — Да. — И это бы не чмок? — Это был полноценный поцелуй. — Я ловлю кринж с тебя, хён, — охает Хан. — Ты с ним так нормально общался, вы целовались в засос, не дай бог трогали друг друга в постыдных местах, ты ему скорее всего нравишься, но утром уже сказал, как отрезал, что ты не такой. Но сейчас сидишь и жалуешься мне, почему между вами неловкость? Джисон так быстро тараторил в трубку, слова из букв кое-как успевали складываться в тупой голове Хёнджина. — Да, — всё что он отвечает. Джисон прав, он чертовски всегда прав. Хёнджин сам ответил на поцелуй, сам дал ложный знак и сам же всё разрушил. — Ты сегодня с ним ещё встречаешься? — спрашивает Хан. Он скорее всего до сих пор сидит дома и не идет на свою работу, вот что значит идеальный работник, ещё умудряеться премии получать. — Он приглашал меня порыбачить с ним, но это было совсем до произошедшего. — Скорее всего он сегодня уже не поплывёт, значит это будет завтра, — его друг умеет думать логично. — Сходи к нему или напиши. Хёнджин молчит. Это всё ему определённо не нравится. Он хочет увидеть Минхо, он хочет с ним поговорить как раньше. Почему безысходность взяла вверх? — Думаешь он мне нравится? —Хван шмыгает носом. Он правда готов сейчас расплакаться. — Может только внешне? Он и вправду очень красивый, тебя красивее. — Эй. — Не «эйкай». Напиши ему или позвони, спроси насчёт рыбалки, может всё в силе, верни с ним общение. Врад ли он влюблен, просто заечка такой стеснительный. — Ты минуту назад говорил о том что он влюблён в меня. Снова тишина. — Я переобулся. Блин, чувак, тут клиентов много, я потом позвоню, пока, -трубку сбрасывают. И неважно что Хан сидит дома, у него клиенты. — Одни проблемы с этими друзьями, — произносит Хван и ложится под одеяло. Он ему напишет, обязательно, но сейчас он будет спать. Почему в отношениях с друзьями всегда так сложно? /// «Я: 13:11. Минхо, привет». «Я: 13:11. Предложение с ловлей рыбы до сих пор в силе?». Хёнджин дурак. Он был, есть и будет им. Наговорил непонятно чего, неподумав о чувствах друга. Вдруг ему тоже было неприятно? Хотя почему вдруг, ему безусловно было неприятно. «Лино: 13:13. Прости, но сегодня никак не получается». «Лино: 13:14. Только если завтра с утра». После прочитанного он ещё секунду думает и наконец понимает, что Ли дал ему шанс. «Я: 13:14. Конечно, я могу завтра утром рано встать и зайти к тебе, только скажи когда, я буду у тебя». «Лино: 13:15. Вот и прекрасно.». «Лино: 13:15. Я вечером напишу ко скольки тебе нужно быть». Хоть так. Хоть что-то. «Я: 13:15. Конечно. Буду ждать.». Хёнджин откидывает телефон и прикрывает глаза. Странные ощущения. Нужно разобраться в том, что он чувствует к Минхо.