Хрустальные крылья птицы

Листья аккуратно спадали с деревьев, кружа в осеннем танце с ветром, что так ласково подхватывал их и вновь кружил. Он сидел на той качели во дворе. Она не была не с облупившейся краской и ржавыми цепями, а красивого лилового цвета. Осенняя прохлада давала знать о себе, поэтому он сидел укутавшись пледом. Он наблюдал за ним. За Феликсом. Тот бегал по двору, что-то усердно делал, вроде бы лавочку. Ли что-то рассказывал, смеялся и иногда бросал взгляды на Хёнджина, тепло улыбаясь. Всё же желание узнать взяло вверх и он пошёл посмотреть, что там происходит. Парень правда делал лавочку, отпиливая ненужные концы лавки. Делал он её с таким энтузиазмом, с огоньками в больших светло-карих глазах, что невольно заставлял Хвана улыбаться. Его волосы были светлые, выкрашенные в блонд. Это смутило Хёнджина, но парню с веснушками это так шло. На нём была одета крутка лохматых годов, большие кеды и широкие синие джинсы. — Сейчас бы какао попить, —вздыхает он, наконец допиливая ненужный конец и откидывая его в сторону сарая, где была кучка из таких же досочек. — Хочешь я тебе его сделаю? —тихо подал голос Хёнджин. Парень перевёл взгляд на него, лучезарно улыбаясь. — Я буду очень благодарен, хён, — блондин ещё сильнее улыбается и начинает оттёсывать новую доску. Хёнджин медленно бредёт к дому. Зайдя в него он понял, что что-то в нём не так. Стены не почти зелёные, а ярко-салатовые. Линолиум другой, да и ковры повсюду. Хмыкая, он снимает свои ботинки и надевает домашние тапочки, проходя на кухню. Кухоный гарнитур стоит немного не в том месте, холодильник не такой старый, а какой-то новый. Найдя на газовой плите маленькую кастрюльку, он наливает туда молоко из стеклянной бутылки и ставит разогреваться. Микроволновки в этом доме нету, поэтому приходится импровизировать. Найдя несчастный какао среди пачек приправ в нижнем шкафу, он идёт к ракововине, открывает верхний шкаф, находит кружку со старыми мультяшными героями Диснея. Сыпает какао, выключает молоко, которое немного убежало, разнося по кухне запах гари, добавляет сахар и выливает в кружку жидкось. Мешает и получает самый вкусный напиток в мире. Хёнджин возвращается к Феликсу и вручает кружку. Тот ярче солнышка, которого кстати и на небе не было, принимается пить, но тут же обжигается. — Аккуратней, дурашка, — переживает Хван. — Всё хорошо, — парень показывает слегка покрасневший язык. — Я не умру от этого. Он звонко хихикает, а Хёнджин подходит со спины, обнимая, укладывает голову на мягкую макушку. От него так вкусно пахнет апельсинами. А его духи нечто напоминающее жасмин, фиалки… напоминающий бежевый цвет, можно ли так сказать, но так и есть. Феликс откидывает голову назад, успокаиваясь. Он прикрывает глаза. — Ты ведь правда меня любишь? *** Ему вновь не дают выспаться. В комнату как-то попала птица и теперь громко чирикала и летала по всей комнате. Хван соскочил с кровати, схватил свою рубашку, открыл окно и махал на пташку в сторону окна, чтобы она уже улетела. Когда птица была в свободном полёте, а Хёнджин на грани нервного срыва, ему приходит сообщение от Сынмина. «Сынмин: 09:57. Вильям предложил сняться для журнала «Vogue». Приедешь или откажешься?». «Я: 10:01. Пусть идёт нахуй. Я сказал что отдыхаю. Пусть на месяц отстанут от меня.». «Сынмин: 10:01. Окей.». «Сынмин: 10:01. Не хочешь снять напряжение?». «Я: 10:02. А ты прилетишь?». «Сынмин: 10:02. Да. Мне по делам нужно слетать, да и ты какой-то слишком нервный. Сегодня вечером около семи жди меня.». «Я: 10:02. Хорошо». Выключает и отбрасывает телефон в сторону. Он утыкается в подушку лицом и кричит в неё. Нельзя так быстро его будить, обычно это истериками заканчивается. Прошла ровно неделя с момента его приезда. Они с Минхо сильно сдружились и теперь часто ходили друг к другу в гости, гуляли по паркам, рынку и ходили вдвоём в магазин. Феликс снился ему ровно неделю назад. Почему-то до этого он не появлялся во снах. Хёнджин пытался найти него, ибо парнишка из сна правда его зацепил, а Джисон говорил: «Мозг не умеет придумывать лица, поэтому людей, которых мы видим во сне, скорее всего встречали где-то в жизни». Правда Джисон не на столько умный, чтобы самому фольмулировать такие мысли, он просто прочитал это из википедии. Но факта это не меняет. Значит Хёнджин где-то видел его, но когда и где, он точно не сможет вспомнить. Феликс. Феликс засел у него в мыслях. /// — Знаешь, ирисы в этом году не растут, — тихо произносит Минхо, ставя пионы в вазу. Он пришёл не так давно с букетом свежих цветов, что так любит Хёнджин, ведь свежие, значит ещё живые, не так ли? Хозяин дома благородно выделил вазу, что нашёл в комнате с хламом наверху. — Почему? — Хван ставит на стол две кружки с зелёным чаем и садиться напротив парня. — Даже не знаю, — Ли подправляет нежно-розовый цветок. — Господин Рю сказал, что это из-за климата. В этом году воздух на Чеджу слишком сухой. Хёнджин залип на одну только ему ведомую точку на столе и тихо хмыкает. В чём-то Ли прав. Воздух у моря совсем не прохладный и влажный, а сухой и горячий, при том, что сегодня уже середина августа. — Я послезавтра хочу съездить порыбачить, — Минхо отпивает из кружки холодный напиток. — Хочешь со мной? — Хочу, — проговаривает Хёнджин, не отлипая от точки на столе. — Хёнджин, — Минхо кладёт свою ладонь на ладонь парня напротив. Тот не отрывается резко с возмущением, а наоборот, переплетает пальцы. Ли, казалось стал схож цветом с яркой клубникой, что принёс вместе с цветами. — Сегодня приедет мой друг, давай ты сегодня останешься со мной и мы все втроём отдохнём, выпьем, поговорим? — Хван обводит большим пальцем кольцо на указательном пальце своего нового друга. — Конечно, — Минхо потупил взгляд в пол. — Ты пьёшь вино? — Хёнджин, казалось, спустя вечнось что-то говорит. — У тебя нежные руки. — Спасибо. Да, я пью вино. — Вот и чудесно. /// — Хёнджин! Где туалет? — ноет уже выпивший Сынмин. Он, как и обещал, приехал в семь с вином и какими-то закусками. Они с Минхо быстро нашли общий язык и как-то сразу разговорились. Ли вообще со всеми, кажется, может найти общие темы для разговора. Парень сначала подумал, что Сынмин парень Хёнджина, но когда Мин показывал видео со дня рождения, на котором целовался с каким-то симпотичным мальчиком, признался Минхо, что у него есть парень и что он бисексуал. Минхо только фыркнул, мол: «По тебе сразу видно». — Прямо и налево, — хмыкает Хван, чуть оторвавшись от бокала. Они сидели в гостиной, в которой пришлось немного убраться перед приездом Кима, но это не заняло много времени. Минхо уже давольно пьяный сидел где-то между креслом и диваном, что-то усердно рассказывая Хёнджину, который лежал головой на его коленях и не расставался с бокалом ни на секунду. Он тоже был пьян, но не сильнее Минхо, тот кое-как сплетал язык, но продолжал делиться весёлой историей. — Все руки обоссал, — возмущается Ким, а парни смеються. — Фу, обоссышь, — дразнит Минхо. — В лоб получишь, — угражает Мин. — Мы твои хёны, — лыбится Хван. — Да пошёл ты, — Сынмин в шутку слегка пинает чемодан, который стоял у телевизора в прихожей. —Сколько времени? Минхо икает и смотрит на настенные часы. — Два часа, сорок минут, — щурит глаза и произносит Ли. — Какой? — не соглашается Хёнджин. — Пол второго. — Ой блин, мне же нужно завтра в агенство, — Сынмин запускает руку в волосы. — В какое? — Минхо забирает бокал у Хвана и отпивает. — Тут на Чеджу приехал Минсок со своей командой, нам для журнала нужны старики, а тут их очень много. — Нифига, — Хёнджин смотрит в потолок. — Ты приехал сюда ко мне или на кастинге на бабушек в купальнике смотреть? — он хохотнул, после чего его ударил Сынмин в плечо. — Придурок, — фыркает Ким. — Я приехал по обеим причинам. — Разве тут можно собрать людей для кастинга? — Минхо возвращает бокал в руку Хёнджина и запускает пальцы в длинные чёрные пряди. — Около сорока старичков, — Ким встаёт с места. — Я короче вызываю Минсока и мы едем к Чхве, а то раздрожать утром будет с вопросами: «Ну и где вы были?». Сынмин вскоре уехал, а Минхо и Хёнджин остались допивать алкоголь. /// — Ты знаешь, — тихо проговаривает младший. —Мне второй раз снится один и тот же человек, но в жизни я не знаю о нём. Вино закончилось, парни сходили в ванну, пытаясь умыться и почистить зубы. У Хвана оказалась даже запасная щётка. Сейчас же они оба лежали в кровати, каждый на своей половинке, ибо обоим было лень стелить в гостиной на диване. — Он такой красивый. Но что-то мне подсказывает что он не из моего времени, — Хёнджин ложится на половину Ли. — Что думаешь? — Из будущего? — Минхо поворачивается лицом к Хёнджину. — Нет, скорее всего он из прошлого, — тот пододвигается вплотную. — На нем постоянно одета старая одежда и мы всегда в этом доме. — А имя? Не называл? — Я его зову Феликс. По крайней мере во сне я его так называл, — он икает. — Точно не знаешь его? Может был в твоей жизни этот человек, просто со временем или после какой-то сильной эмоциональной травмы ты забыл о нём, а сейчас твоё подсознание возвращает его? — Это ещё сильнее путает. — Малыш, давай завтра утром разберёмся. — Хорошо, — Хёнджин совсем близко. — Чего? Малыш? Их лица были вплотную друг к другу. Шторы были задёрнуты, а свет утреннего солнца, как бы не пытался, всё равно не мог попасть в комнату. Хёнджин в темноте выглядел очень красивым. Даже когда пьяный, он прекрасен. Лицо Минхо вновь покрылось алым цветом. Хёнджин так близко, такой красивый, такой нежный. Поддавшись эмоциям Ли совсем близко кладёт голову на подушку, касается своим кончиком носа нос Хвана, прикрывая глаза. Старший целует глубоко и с напором. Отвечают тут же, кладя руку на шею. Никакой страстью здесь даже и не пахло. Это был сильно трепетный момент для них обоих.