Ночное знакомство

      Если бы месяц назад Бакуго сказали, что его холостяцкой жизни придет конец, он бы только поржал, от души огрел неудачника, решившего так прикольнуться, увесистой папкой и под веселую музычку скинул бы шутника с высоты здания их офиса. Десять этажей, как считал альфа, для дебила не помеха. По своей тупости умереть забудет.       Как ни странно, но тот самый роковой день для альфы проходил просто прекрасно. Утром впервые за долгое время выспался, в электричке никто к нему не жался и, о господи, ни одна омега не решила воспользоваться толкучкой, чтобы залезть к нему в штаны, как это происходило обычно.       Ближе к обеду, Кацуки позвонили из автосалона, предупредив, что вся бумажная работа окончена, всё улажено и спросили, когда он сможет забрать теперь уже свою машину. Бакуго чуть ли не летал по коридору, отчего все рабочие шарахались и пытались разбежаться кто куда. Оскал, который мало чем напоминал улыбку, еще долго будет преследовать новичков, а горящие алым, кровожадным пламенем, глаза будут сниться охранникам в самых страшных снах.       С работой тоже все было гладко. В последнее время серьезных дел не наблюдалось, так, случаи домашнего насилия и мелкие грабежи в парках. Так что старшие отдыхали, перекладывая мелкие делишки на практикантов. Не жизнь, а сказка. - Эй, ты хоть скалиться перестань, - из-за кипы бумаг выглянула красноволосая макушка. – Твоими силами скоро можно будет открывать кирпичный завод. - Завались, у меня радость, дерьмоволосый. - Какая? – Недоуменно изогнул бровь мужчина, всем своим видом выражая недоверие. – Ты наконец-то убил своего соседа и смог избежать наказания? - Да иди ты, - гневно сверкнув алыми глазами, альфа стащил со стула легкое пальто и направился к выходу. – Я домой. - Хорошо поработали! – Последнее, что услышал Катсуки перед тем, как закрыть дверь дежурки.       Ночной Токио впечатлял богатством своих красок. Неоновые вывески загорались одна за другой, меняя спектр цвета ежеминутно, заставляя зрачок лихорадочно сжиматься. В воздухе витал запах весны, местного кофе и смешавшихся запахов альф, омег и бет. Легкий мартовский ветерок приносил свежесть и запах костра со стороны гор, где расположена огромная зона для кемпинга. Люди, снующие туда-сюда, больше не раздражали, а звуки машин потихоньку утихали, ведь час-пик давно прошел, и все прячутся по домам, чтобы спокойно отдохнуть после тяжелого рабочего дня.       Бакуго никогда не был романтиком, но что-то в этих вечерах было такое чудесное и волшебное, умиротворяющее и расслабляющее, что грех не поддаться влиянию сказочной атмосферы. Но альфа мог ловить такой момент только тогда, когда он не засиживался на работе, разгребая кипы бумаг или сидя допоздна на планерке.       Сегодняшний день не стал исключением, он стал приятным бонусом. Ведь все так хорошо началось и будет справедливо если также закончится. - Твою мать!       Кацуки встал, как вкопанный. Люди, спешащие быстрым потоком, только недовольно шикали на парня, что резко остановился посреди дороги, мешая пройти. Альфе было откровенно плевать на недовольных пешеходов, не трамвай-обойдут. Внимание мужчины привлек запах. Этот отвратительный солоноватый запах, оседающий железом на языке он не спутает ни с чем. Слишком много раз он чувствовал его на заданиях, когда только поступил на службу в отделение полиции. Слишком долго вдыхал его, как ищейка, следуя за преступниками. Им от этого смрада никогда не отмыться, потому что он въелся под кожу и примешался к естественному запаху тела.       Кровь. Ее было много, слишком тяжелый воздух для простого пореза. Что-то не так, и понять откуда идет этот запах сложно. Налево? Или все же направо? Куда идти? Он словно повсюду, окутывает сознание, будто кто-то тряпку накинул и ничего не видно, не проглядеть. Кацуки осматривается еще раз, подмечает каждую деталь. Дорога, расстановка машин на линии паркинга, пекарня, конбини и высотка здания. И проулок между ними…       Альфа резко рванул в сторону темного закутка, куда не достает свет фонаря с главной улицы. К запаху крови стал примешиваться помойный смрад. Он дошел до самого конца проема, где к стенам тупика были приставлены мусорные контейнеры. Рядом с ними лежал черный мешок, в котором явно не котенок шевелился. И даже не котята. - Блять, ну за что? – Простонал он, поднимая глаза в небо. – Хоть не труп, и на том спасибо, черт.       Катсуки осторожно развернул пакет, стараясь сильно не задеть раны на теле худощавого мальчишки. В том, что это омега, он убедился чуть позже, когда полностью извлек пацана из черного кокона. Бабочка, мать вашу. На вид тому было около двадцати-двадцати двух, зеленые короткие волосы, на веснушчатых щеках пара ссадин, в придачу разбитая, посиневшая губа. На шее кровяные разводы с каплями засохшей крови. Видать стукнули сзади. Судя по положению правой руки сто процентный вывих сустава и многочисленные порезы по локоть на обеих руках.       Альфа цыкнул снял с себя пальто и накинул на парнишку. Достал телефон и набрал номер скорой, а затем вызвонил Киришиму, хотя у того законный выходной. - Мда, держись малец, – Бакуго осторожно взял завернутого в свой плащ омегу и стал продвигаться к выходу. – Не смей помирать, засранец. А ведь все так хорошо начиналось…       Последнее высказывание растворилось в звуке сирен от скорой помощи и гудков полицейских машин. ***       Прошло около девяти часов с момента их прибытия в больничное крыло. Омега приходил в себя долго и мучительно медленно. Многочисленные ножевые ранения, вывихнутая рука и легкая форма сотрясения. Хорошо хоть сейчас пульс и давление стабильно, иначе одним отчетом Катсуки бы не отделался. По меньшей мере пришлось бы пацана в морг тащить, а там и бумажной работы больше и обзванивать родных… Голова раскалывается только от мыслей об этом, а третья банка теплого кофе уже не помогает, а на нервы действует. Альфа потер пальцами уставшие глаза и поднял взгляд на звук закрывающейся двери. - Он пришел в себя, - врач-бета, взявшийся за возрождение пропащего, по мнению самого альфы, омеги, выглядел не менее уставшим, чем сам Бакуго. – Говорить может, но не долго. Не травмируйте его лишними расспросами.       Катсуки лишь сухо кивнул и прошел в палату. Теперь это не бабочка, а мумия, блин. Бинты покрывали руки, голову и часть ноги, которая торчала из-под одеяла. На щеках пластыри, пол лба скрывает повязка. Мужчина поправил белый халат на плечах и присел на стул рядом с больничной койкой. Омега дернулся от резкого скрипа, пронзившего тишину и уставился на вошедшего. Бакуго никогда не видел таких ярких изумрудных глаз. - Как ты себя чувствуешь, малец? - Мне уже лучше, спасибо большое, - легкий поклон, настолько насколько это позволяло его состояние. – Это ведь вы меня нашли? - Да, - альфа не мог оторваться от глаз мальчишки. Слишком живой взгляд для того, кто чуть не умер. – Как тебя зовут? - Мидория Изуку. И спасибо вам большое еще раз, - снова поклон, - если бы не вы, меня бы уже не было. - Большое дело. Мне нужны контакты твоих родных, чтобы сообщить им, где ты находишься.       Стандартная процедура, мало ли этот ребенок объявлен в розыск в другом округе, вне его, Бакуго, юрисдикции. Однако взгляд омеги изменился, он как-то крупно вздрогнул и спрятал глаза за челкой. - Это обязательно? – Почему-то в голосе парнишки была совершенно не объяснимая дрожь. - Конечно, я обязан доложить о ситуации твоим близким. - Их нет, - практически шепотом проговорил юнец. – У меня никого нет.       Вот же боль в заднице. Кацуки удержался от того, чтобы не хлопнуть себя по лбу. Он-то думал сейчас сделает дозвон его родным и с чистой совестью пойдет домой, а парнишка, если захочет, придет и напишет заявление об избиении и возможном ограблении, так как при обнаружении у того не было ничего из вещей. Но на те вам по башке тазиком, капитан. Сдержать стон разочарования было крайне трудно, но пришлось заткнуть собственные эмоции, потому что глаза этого ребенка стали как у затюканого зверька. Бакуго, конечно, никогда не был добрячком, да и чувство такта ему не знакомо, однако с парнишкой почему-то хотелось быть немного ласковее, чем обычно. - Друзья есть? – Ответом послужил отрицательный кивок. – Родственники? – Снова мимо. – А жить то тебе есть где? – Почти со стоном произнес альфа, но снова отрицательно.       Хотелось схватиться за голову и тихонько проскулить. Это что же теперь, ему придется взять его к себе до выяснения всех обстоятельств? Вот же черт! - Хааа, - тяжелый вздох заставил парнишку вздрогнуть. – Ладно, поживешь пока у меня. А потом мы решим, что с тобой делать.       Изуку поднял голову и удивленно уставился на полицейского. - Вам не стоит так беспокоится, я как-нибудь справ… - Ну уж нет, - злобно произнес альфа. – Я не для того тебя практически с того света вытаскивал, чтобы позже найти твой хладный трупик. Я все сказал.       Кацуки поднялся, расправил затекшие плечи и вспомнил об одной небольшой проблемке. Пацан был совсем голый, следовательно, одежды у него при себе не имеется. А значит нужно эту самую одежду где-то взять, вплоть до трусишков.       То ли малой умеет читать мысли, то ли что-то отразилось на лице Бакуго, то ли это было стечением обстоятельств, но мальчишка покраснел до кончиков ушей и даже немного шеей. На лице альфы проступил оскал, омега очень миленько стесняется. Таких дразнить одно удовольствие. - Слышь, малой, - зеленоглазка как-то обреченно посмотрел. – А какой у тебя размер труселей?       Нокаут, капитан. Чистая победа, вызванная полной капитуляцией Мидории Изуку.