Я тоже за мир, но не любой ценой

Естественно, прогулка по деревне к полигону не могла пройти мирно. По дороге Третьего постоянно дергали и завлекали разговорами, даже несколько раз ему пытались вручить какие-то дары. Всё это было замечательно, но за каждым разом Коске краем уха слышал комментарии касательно себя. Это было в новинку. Будучи в Корне, ему не доводилось часто разгуливать по улицам Конохи так свободно. Раньше ему казалось, что жители обычно игнорировали мимо проходящих, даже если это более известный человек, однако сейчас парень встретился с весьма любопытными и даже недовольными взглядами в свою сторону. Он далеко не сразу осознал, что дело было не в нем, а в том, с кем он шел. Благо, полигон был совсем недалеко, а там уже и дышать стало легче. Издалека можно было увидеть всю команду в сборе. Двое генинов спокойно сидели на высоких пеньках болтая о своем, а напротив стоял сенсей. Правда, при виде Третьего Хокаге, подростки спрыгнули на траву и все трое послушно поклонились, внимательно разглядывая, естественно, не Сарутоби, а новичка. — Добро пожаловать в команду номер четыре, — обращается к нему мужчина с высоким хвостом. Его внешность не была чем-то примечательной, но что-то в нем было запоминающееся. Вертикальный шрам возле губ и усталое лицо было свидетельством того, что джонин пережил немало. Да и стоял он уверенно и спокойно, держа одну руку на своем клинке. — Пожалуйста, позаботьтесь обо мне, — Коске вежливо склоняет голову перед своим сенсеем. Есть вещи, которые Корень так и не смог из него выбить, и это вежливость, возможно даже излишняя. Да и он хотел верить, что подобное поведение задабривает людей. В ответ ему Хаяма подмигивает, но тут же серьёзнеет, словив взгляд Хокаге на себе. — Хаяма, на пару слов. Лидер Конохи и джонин отходят, оставив остальных генинов наедине. Коске бросает нахмуренный взгляд на отошедшую парочку. Судя по всему, Третий и ему сообщает о нынешних обстоятельствах касательно Корня. У Коске по спине прошлись мурашки. Ему сложно было представить, о чем так на самом деле думает Данзо, однако парень был уверен, что вряд ли он размышляет во вред деревне. Но вполне могло быть так, что он размышляет во вред ему или Третьему. Был ли выход из Корня хорошим выбором? Может, стоило присоединиться к обычным Анбу? Ах, да, Казуя со своим «верни мне мои силы, дитя!» и тут же становится понятно. Намикадзе бросает взгляд на своих будущих товарищей, услышав их голоса. Правда, сейчас он пожалел, что не взглянул на бумаги после того, как ему сообщили о вступлении в команду, ведь он так и не узнал имена генинов. Вот ожидал он увидеть кого угодно в своей команде, но не Хьюгу. Этот клан всегда напрягал, точно также, как и клан Учиха, но это явно работа в Анбу так повлияла на его восприятие мира и людей. Напротив стоял классический представитель этого клана: слегка презренный взгляд, дорогая одежда и темные и аккуратно зализанные волосы назад. Девушка в свою очередь казалась человеком попроще, с длинными каштановыми прядями, которые явно станут мешаться в бою и удивительно светло-янтарными глазами. Она, подобно Хаяме, прикрепила клинок к пояснице. — Ну вот видишь, я же говорила, что команда клинков собралась, — она расплывается в хитрой улыбке, а Хьюга цокает языком. — Продержимся ли мы в такой команде — это уже хороший вопрос. — А не должны? — уточняет Коске, привлекая к себе внимание. — Наши команды распустились до этого, поэтому всякое может быть, — пожимает плечом Хьюга. — Я вот была в команде учителя Хаямы, но один из нас покинул ряды по своим причинам, а Изуми… умерла, — девушка, до этого казалась даже веселой, внезапно изменилась в лице, а потом прикусила губу. — На миссии? — предположил Коске. Обычно так его напарники умирали, а как могло быть иначе? — Да нет, она же Учиха. Была. Изуми Учиха. Знакомое имя. Итачи как-то упоминал её. Черт, а он разве не убил её? Парень нахмурился, пытаясь справиться с конфликтующими мыслями. С одной стороны, Итачи спас деревню. С другой — он лишил людей жизни. Не каких-то, а собственных родственников. Возможно, он выбрал меньшее из зол, но… глядя на девушку перед собой, невольно понимаешь, что это задело не только самих Учих и последнего выжившего, но и остальных жителей деревни. Парень вновь задался вопросом, стоило ли оно того. Однако никакого Итачи, который по-философски ответил бы на этот вопрос рядом не было, и Коске некому в очередной раз бы кивнуть головой, сделав вид, что стало понятно. Намикадзе даже заскучал по своему другу. Коске даже не успел придумать, что и ответить, и пока в голове происходил когнитивный диссонанс, вдруг на его плечо падает рука сенсея. Парень дернулся, но вовремя опомнился, что это всего-то Хаяма. Третий растворился, видимо поспешив по своим делам. — Изуми была моей ученицей, поэтому мы с Акирой крайне тяжело перенесли эту новость. Девушка и вправду выглядела особенно грустной, зато Хьюга не был особо впечатлен. Скорее… раздражен. Наверняка разговоры о вырезе клана Учиха до сих не прекращаются. — Ну всё, сенсей, не стоит о грустном, — отмахивается она, скорее переубеждая себя, нежели учителя и оживленно убирает с лица волосы. — Нам стоит представиться друг другу. Хотя мы с Хикари немного знакомы, лишний раз не помешает. Ну-ка, учитель Хаяма, начинайте! — Что ж, — мужчина мягким жестом подталкивает Коске вперед и тот послушно становится рядом со своей командой. — Меня зовут Хаяма Ширакумо, мне тридцать три и я уже более восьми лет беру на себя команды генинов. Как вы уже наверняка заметили и слышали, моя специальность это кендзюцу. Я приятно удивлен, что впервые собралась команда, в котором каждый участник владеет клинком. Рассчитываю на то, что все вместе будем развивать свои навыки. — А сколько лет вы уже занимаетесь кендзюцу? — спрашивает Хьюга. — Более двадцати лет. Коске не скрыл своего удивления. Вот это опыт. Наверняка учителю довелось и в войне поучаствовать. — Передаю эстафету Хикари! — девушка передает несуществующую палку Хьюге. Тот проигнорировал этот жест, сложив руки на груди. — Меня зовут Хикари Хьюга, мне пятнадцать. Являюсь генином три года. Я из главной семьи клана Хьюга. Моя специальность — это Мягкий Кулак. Расширяю свои горизонты другими путями, не только через тайдзюцу. Хочу наконец успешно сдать экзамен на звание чунина. — С помощью Бьякугана гораздо легче сражаться, имея полный обзор вокруг себя, — задумчиво комментирует Хаяма, почесав подбородок. — Интересная тактика. Почему именно клинок? Разве в Мягком Кулаке не требуется довольное короткое расстояние между собой и врагом? Такое оружие как клинок лишь… — Вы правы, но у меня свои причины, почему я выбрал оружие, — перебил Хьюга. На его лице вновь нарисовалась раздражение. Оставалось лишь гадать, что же этот загадочный Хьюга замыслил. Ширакумо не стал больше нажимать и кивнул, легко улыбнувшись. — А я Акира Минасаки, мне четырнадцать. Не состою ни в каком из известных кланов, зато стремлюсь официально вступить в Гильдию Торговцев*. Два года уже как генин. Моя специальность — это в основном кендзюцу. Безумно рада, что всё ещё состою в команде учителя Хаямы, — она подмигивает учителю и тут же поворачивается к Коске, передавая и ему эстафету. Парень неловко пытается делать вид, будто берет эту несчастную палку в руки. Хикари смотрит осуждающе, а у Акиры аж глаза заблестели. — Меня зовут Коске, — парень на секунду остановился, прикусив язык, чтобы не договорить своё имя. Обещал ведь лишний раз фамилию не называть. — Мне тринадцать. Наверное, среди всех вас я меньше всего знаком с кендзюцу, да и лишь недавно стал генином, я- — Что, серьёзно? Так ты новичок? Тебе всего тринадцать? — удивляется девушка, цепляясь за чужую руку. Где-то на фоне подавился воздухом Хикари. — А по шраму на щеке и не скажешь… — Почему нам дали новичка? — хмурится Хьюга, бросая злобный взгляд на учителя, словно это Хаяма лично выбирал участников к себе в команду. — Спокойно, — говорит учитель, подняв ладонь. — Потому что только таким образом создалась команда. Чем же ты так недоволен, Хикари? — Я хочу сдать экзамен на звание чунина. Но учитывая, что в команде у нас новичок, он явно не готов к нему. — Как будто ты готов, Хикари, — отрезает Акира. — Ты еле дополз до второго этапа в прошлый раз, — и Хьюга явно принял это на свой счет. — Вообще-то, из-за него придется проходить ещё кучу миссии с низким рангом, чтобы его вовсе допустили. А потом, переживет ли он вообще эти экзамены? Коске на мгновение пожалел, что вовсе открыл рот, хотя не совсем понимал, почему он виноват. Оставалось лишь растерянно смотреть на остальных. — Неужели они такие жесткие? — вскинул бровью Намикадзе. — Ты даже представить не можешь. Лес Смерти тебе что-нибудь говорит? — с издевкой спрашивает Хикари. — Переступишь через порог и тут же наделаешь в штаны. Если бы Коске был более эмоциональным, рассмеялся бы ему в лицо. Ах, Лес Смерти. То ещё местечко, конечно, но не таким нужно запугивать человека, который там пережил не самые приятные месяцы. Ответить остроумно не особо получилось, поэтому парень лишь сдержал в себе тяжелый вздох. — Не стоит судить книгу по обложке, — ухмыляется мужчина, бросая взгляд на Коске. Намикадзе с легким вызовом посмотрел на учителя в ответ. Конечно, Хокаге он доверял, но не сенсею, которого впервые встретил. Сколько же информации ему Третий передал? До последнего Коске не хотел видеть в мужчине потенциальную угрозу, но этот взгляд… — Вы правы, сенсей, — качает головой Хикари, затем тычет пальцем в Коске. — Устроим спарринг? — А это обязательно…? — парень делает шаг назад и поднимает руки перед собой. — Я думал мы… — Боишься, что ли? — Нет, просто не вижу в этом смысла. — Нам, как напарникам, тоже стоит знать уровень силы друг друга, нет? — Мы всего-то генины, нас не отправят на опасные миссии, о какой силе ты говоришь? Хикари внезапно рассмеялся. На его лице была не самая добрая улыбка. Коске в свою очередь глянул на сенсея, в надежде, что тот встанет на его сторону. Но нет, он стоял и молча смотрел! — Ты и вправду боишься, что я тебя смогу победить, правда? Не переживай, я буду нежен. «С тобой нежен буду я», — фыркнул под нос Коске и кивнул Хьюге. Легче сдаться, чем устраивать словесные баталии, в которых он не был силен. Несмотря на некоторую уверенность в себе, парень всё же осознал, что его соперник — это представитель клана Хьюга. И если он хоть что-то знал о них, так это то, что они были мастерами в тайдзюцу. Даже если сражаться они будут на мечах, наверняка у него шансов гораздо меньше. Хаяма уже достал свиток, с помощью которых призвал два деревянных меча, словно только и ждал этого момента. — Мальчики всегда такие, — вздыхает Акира, залезая на высокий пенек. — Лишь бы друг другу морду набить. Сенсей в ответ посмеялся и сложил руки на груди, ожидая, когда двое станут напротив друг друга с тренировочными клинками. Это вам не затупленные лезвия в Корне! Правда, деревянные клинки казались слишком легкими, даже слегка хрупкими, в руках. Они явно не были предназначены для настоящего боя. — Готовы? — спрашивает Хаяма и, когда оба кивнули, учитель подал знак: — Вперед. Первый удар естественно нанес Хикари, почти сразу задействовав свой бьякуган. Любые действия со стороны Коске были предугаданы и любые маневры с заходом за спину сразу же отпали. Против всевидящего глаза сражаться на равных нереально, если речь идет лоб в лоб. Конечно, можно использовать цепи и дело с концом, но это ведь спарринг. Однако Коске подметил, что стал слегка быстрее, но недостаточно для того, чтобы нанести значимый удар. Это были единственные преимущества: ловкость и скорость, которые разрешали держать хорошую дистанцию со своим врагом. Нужна стратегия. Проблема в том, что Хикари видит слишком много. А значит идея лишить его зрения даже недурная. Можно попытаться покушаться на глаза клинком, но это во-первых спарринг, а во-вторых шанс нарушить сокровенную дистанцию и получить мягким кулаком перспектива куда страшнее, чем можно себе предположить. Коске перерыл разные способы и пришел к самому банальному: песок. Удар ниже пояса, конечно, но кому сейчас легко? Намикадзе едва ли укорачивается от удара, при этом почти не потеряв клинок в процессе. Нужно наступать, он слишком далеко назад ушел. Парень пытается нанести удар ногой по чужим ступням, на что Хикари реагирует, отскакивая назад. На деле, Коске пытался сбить траву, чтобы таким образом была возможность набрать в руку заветный песок. Красноволосый делает демонстративный маневр вперед, заставляя Хьюгу сделать ещё шаг один назад. Парень ждет нападения, чтобы присесть вниз, а когда это случается, пальцами зарывается в землю. Хикари посчитал это секундной слабостью, поэтому не теряет такой сладкой возможности и наносит удар. Коске лишь одной рукой зажимал рукоятку, поэтому принятие удара было болезненным. Боль аж в локте аукнулась, но зато он выдержал блок, правда помимо всего ощутил, как древесина характерно хрустнула. Такая позиция была самой оптимальной. Коске бросает горсть грязи прямо в лицо. Может оно и не попало в глаза, но Хьюга явно не ожидал такого обмана и невольно закрыл глаза, поднял руки, чтобы укрыться, что дало Коске те важные несколько секунд, чтобы ладонью попасть прямо в ребра сопернику, заставляя того отлететь на метр дальше. — Ты… — Хикари удивленно смотрел на Коске, поднимаясь на локти. — Это грязный трюк. Как я сразу не заметил… Коске стряхивает с ладони оставшуюся землю и подходит к напарнику, протягивая ему чистую руку. Несмотря на явный снобизм, Хьюга не сопротивляется помощи. Смог принять поражение. И это было похвально. Не то, чтобы Коске стремился побеждать, однако и он грешил некой гордостью. После всего, через что он прошел, не победить генина было бы смехотворным в глазах Корня. — Прости, мне не победить твой бьякуган иначе, — оправдывается Коске, потянув на себя товарища. — На войне все способы хороши! — восклицает Акира, подбегая к ним. — Так что я считаю, что тут явный победитель. — Да уж, признаю, был не прав, — качает головой Хикари, стряхивая с себя пыль. Уж такой переменчивости не ожидал Коске. Он ожидал какой-то злобы или недовольства, ведь его победил «новичок», но нет. Видимо, Намикадзе заблуждался в нем. В глазах Хьюги было лишь некое удовлетворение. — Ну что ж, — сенсей позади хлопнул в ладоши, привлекая к себе внимание. — Хикари, тебе не стоит забывать, что это спарринг. Хороший боец не просто хорошо бьет, а чувствует меру, — учитель забирает тренировочный меч у юного Намикадзе, указывая на трещину. — Твой удар, в результате которого треснул меч, был излишне сильным. Ты мог серьёзно задеть товарища. Будь осторожен. — Разве не суть в том, чтобы победить врага любыми способами? — уточняет Коске, почесывая затылок. — В зависимости от ситуации, как всегда. Без контроля над своими ударами, вы рискуете вашим соперником, которого возможно нужно оставить в живых, и собою тоже. Коске прекрасно продемонстрировал, что подобный удар замедлил тебя, Хикари, он спокойно воспользовался мгновением, когда ты был менее защищенным. А что касается тебя, Коске, тебе стоит быть смелее в своих действиях. Правильная техника и отточенные движения — это хорошо, однако без упорства, твой враг легко тебя в угол затолкает, ведь ты слишком долго думал над своей тактикой. — Зато она оказалась эффективной, — встревает Акира. — Да уж, впервые мне кто-то песок в глаза бросает, — хмыкает Хьюга, втыкая деревянный меч в землю, чтобы опереться на него. Коске смотрел на Хаяму, как на бога. Впервые ему кто-то дал какие-то дельные советы после спарринга. Даже оправдываться не хотелось, что в Корне ему просто редко доводилось сражаться вот таким образом, обычно его фирменная техника задерживала любого агрессивного типа и до такого не доходило. Именно поэтому всё, что сказал учитель, Коске уяснил и принял на заметку. Ему явно есть над чем поработать. — Спарринги — это хорошо, однако гораздо важнее официально вступить в команду. Вы как раз успеете к хозяину оружейной лавки. — Что? Зачем? — уточняет девушка, забавно хмуря брови. — Разве мы не команда? Не говорите, что вновь нужно проходить экзамен у вас… — Конечно, а как я иначе убеждусь в том, что вы слаженная команда? — загадочно спрашивает Хаяма. — В чем заключается экзамен? — уточняет Коске, посерьёзнев. — Задание вы принимаете у хозяина лавки. На завершение у вас пять дней, а провал будет рассматриваться неприятием вас в ряды. Хикари и Акира коллективно поворчали под носом, а Коске стал гадать, что же хозяин оружейной лавки может им такое дать, что можно классифицировать как экзамен?

***

Получив информацию о локации этой лавки, все трое, уже без сенсея, отправились туда. Утро медленно перетекало в обед, поэтому в деревне было очень живо. Акира словно специально тянула их в самые забитые людьми улицы, разглядывая, что же там продавцы продают сегодня, а Коске в процессе невольно понял, что такая толпа вызывает у него не самые приятные чувства. Благо, они нашли нужное им место. В Конохе было достаточно оружейных лавок, и эта на первый взгляд не выглядела какой-то особенной. На углу, с вывесками, правда, корявыми. Оказавшись ближе, троица обнаруживает, что здесь явно произошел какой-то переворот. Люди вокруг столпились, гадают и сплетничают, пока какой-то парень пытается починить разбитое окно. — А… что здесь произошло? — Акира, будучи самой смелой и болтливой, подошла к работнику лавки, отчего тот раздраженно загнал гвоздь в доску и фыркнул. — Ограбление, не видно, что ли? — юноша к девушке поворачивается, отпуская доску. А она, к сожалению, была вбита лишь в одном месте, поэтому несчастно обвисла вниз. Парень попытался её словить, однако всё тщетно. — Каждый спрашивает, да сколько можно. — Нас сюда отправили на задание… — девушка виновато заулыбалась, сделав шаг назад и показывая на остальных товарищей. Парень вбивает второй гвоздь, чтобы доска не упала и наконец полноценно поворачивается к ним. Под глазом работника был синяк, а руки заклеены пластырями. Выглядел он весьма устало, несмотря на то, что обед едва ли наступил. — А, так вы от Хаямы, — отмахнулся парень. — Хозяин вас ждет внутри. Коске с Акирой вежливо поклонились работнику, пока Хьюга плелся сзади, скептично разглядывая последствия ограбления. Внутри, как и в любой другой оружейной, царил характерный запах железа и какой-то хаос. Разгромленные коробки, сломанные вещи, ножи, мечи, сюрикены, ткани и так далее по списку. Всё явно намекало, что здесь и вправду произошло ограбление. — Ну наконец-то, — ворчит под нос мужчина с усами. В его руках щетка еле справлялась с мусором на полу, но хозяин честно пытался. — Уж не думал, что отправят таких мелких на помощь. — Здравствуйте, — Акира вновь кланяется. — Да, нас учитель Хаяма сюда отправил. Что здесь произошло и в чем заключается наша задача? — Ну, как сказал мой сын, беда у нас, ребята. Правда, не знаю, сможете ли вы нам помочь, — вздыхает мужчина, отпустив щетку. Хозяин задумчиво чешет свою щеку, а потом показывает на полки. — В общем, мы не знаем, кто обокрал нас и зачем им это нужно. Сын вон подрался с ними ночью, пока те удирали с нашими коробками, но никого не узнал, дескать, в масках были. Соседи видели их, но не опознали. В идеале, конечно, если бы вы выяснили кто это, но вы ж совсем ещё малыши, — отмахнулся он рукой, смеясь. Ситуация к этому не располагала, отчего Коске вскинул бровью. Слишком оптимистичный? Или дурак? — Вы сомневаетесь в нас? — Хикари щурится и складывает руки на груди. — Да, — честно отвечает хозяин, отчего Хьюга фыркнул, отводя взгляд в сторону. В какой-то мере Коске был согласен с мужчиной. Если бы ночью удалось их словить, тогда было бы гораздо легче, а сейчас-то, кого они найдут? Деревня большая, грабители могут быть кем угодно. Но всегда ведь можно попытаться раскрыть это преступление. — Сколько их было? — Коске посерьёзнел и посмотрел по сторонам, пытаясь заметить хоть какие-то зацепки. — Сын видел четырех, возможно их было больше. — Судя по тому, что Ваш сын не сильно пострадал, они не были шиноби, правда? — Ну, скорее всего нет. Коске делает шаг дальше, разглядывая коробки, в которых были сложенные оружия. Он подметил, что большинство из уцелевших коробок были вскрыты ломом, а крышки откинуты в сторону, но сами оружия внутри были в порядке. Зато рядом была пустота. Здесь стояла другая коробка, но её, судя по всему, вынесли. Лежавшие рядом гвозди намекали на то, что наверняка они взламывали все коробки, чтобы посмотреть содержимое. — Они выборочно уносили, что именно стояло здесь? — он указывает на пустое пространство. — Оружие нашего производства. У нас кузня есть в другой части Конохи. И тут хозяин замолкает и бледнеет. Акира ловко подмечает смену настроение и мягко касается руки мужчины в попытке успокоить. — Тише, всё будет в порядке, — она удивительно быстро переключилась в режим заботы. — Если они вынесли и оттуда… — Чем же ваше производство отличается? — встревает наконец Хикари. — Мы куем оружие из высококачественной стали, которое хорошо проводит чакру. Далеко не каждая лавка может позволить себе подобное производить и продавать… — Тогда понятно, зачем они вынесли, — вздыхает Коске, опираясь на стойку. Он видел цены подобного оружия и стало не по себе от того, сколько же хозяин потерял денег. — Вопрос только кто. Есть какие-то догадки? Возможно враги, недовольные родственники, поставщики, покупатели? — Да кому мы нужны, честное слово! Мужчина не ответил на вопрос прямо, что уже было звоночком, но Намикадзе не стал больше его дергать, тем более хозяин явно был встревожен тем, что его кузня возможно тоже пострадала от такой же участи. Акира продолжила успокаивать мужчину, пообещав, что они обязательно раскроют это преступление. Правда Коске не был настолько уверен в этом. Слишком мало зацепок. Внутри лавки были следы боя, но ничего не намекало, кем ворюги на самом деле были. Через порог переступил угрюмый сын. — Вообще-то, отец, я смог кое-что от них отобрать. — Что ж ты раньше не говорил?! — воскликнул мужчину, руками цепляясь за плечо юноши. — Как будто ты меня слушал утром, — парень тяжело вздыхает и достает из кармана кунай. Вроде как обычный, классический, однако рукоятка была обмотана кожей, а на лезвии выгравированная загадочная надпись «охотник». Зацепка. Правда, к чему она ведет? — Мы можем это взять себе? — уточняет Коске, смотря на кунай в руках Хьюги. Мужчина как-то поежился, на что обратила внимание Акира, дернув парней за одежду. — Да забирайте, — отмахнулся парень и набрав в руку горсть гвоздей, пошел прочь, видимо продолжая чинить вывески и окно. Хикари убрал кинжал к себе в сумку, даже не спросив других участников своей команды. Коске с девушкой переглянулись. Тяжко с ним будет. На месте преступления и правда ничего больше не нашлось, поэтому после двух часов уборки и починки (хозяин изначально этого запрашивал у учителя Хаямы), ребята отправились в кузню вместе с сыном. Очевидно, что сенсей хотел, дабы они решили эту загадку, иначе он бы не давал пять дней на выполнение. Не пять же дней чинить им лавку. Замок в здании был сломан. И, конечно же, там их ждала такая же история. Из здания вынесли именно те оружия, которые были сделаны из того дорогого сплава, а остальное осталось нетронутым. Новых зацепок не было. Как раз-таки наоборот, здесь было крайне чисто, в отличие от самой лавки. Грабители даже двери после себя заботливо закрыли. Вернувшись обратно в лавку, они сообщили хозяину ужасную новость, и тот вовсе ушел к себе, чтобы обдумать свою жизнь. Оно и неудивительно. Команда пообещала найти их, но, оказавшись за пределами оружейной лавки, коллективно пришли к одному выводу: — Совсем зацепок нет, — Хиари внимательно разглядывал лезвие, но ничего нового в нем не увидел. — Получается, что так, — вздыхает Акира. — Лишь слово «охотник». В Конохе есть какие-то группировки с таким именем? Организации? Магазины? Может это вовсе фамилия? — Деревня слишком большая, на это уйдет слишком много времени, — парирует Коске. — У нас всего пять дней. Троица тяжело вздохнула, и они продолжили разгуливать по улице, бросая какие-то идеи, чтобы найти преступников. Сейчас никому из них не было дело до окружающего мира. Все были погружены в это задание. Однако из мыслей вырывает злобный вскрик впереди: — Да ты гаденыш. Вали отсюда! Воры? Может это зацепка? Может они воруют не только у этой оружейной лавки, но и другие страдают?! Акира поспешила, потянув за собой мальчиков, однако быстро разочаровалась. Это всего-то мальчик. — Да что за дела? — отвечает блондинистый юноша на земле, поднимаясь на локтях. Судя по ситуации, можно было легко догадаться, что продавец нагло оттолкнул мальчика вперед. Намикадзе уже двинулся вперед, нагло раздвигая людей, которые собрались посмотреть на занимательную сцену. — Коске? — Акира хотела было его отдернуть, но не успела. Парень был быстрее. — Я же сказал: проваливай. — Да я просто смотрел на маски! — Так ты маску хочешь? — мужчина снимает белую маску с полки. — На, лови. Предмет летел прямо в лицо мальчику на земле, однако Коске ловко подхватывает в руку, а затем разглядывает её. — А если я тебя так толкну, как думаешь, далеко улетишь? Или швырну её тебе в лицо? — Намикадзе еле удержался, чтобы демонстративно не разломать маску в руках. Он даже не бросает взгляда на своего младшего брата. Зато смотрит на торговца с вызовом. Сердце разрывалось от осознания, что именно таким образом относятся к Наруто жители деревни. — Ты мне угрожать собираешься? Тебе заняться нечем? — Это видимо тебе нечем заняться, раз на досуге детей лупишь. Он что, воровал? — Нет, но… — В чем тогда проблема? — Да проваливайте оба. Клиентов мне тут пугаете, — выпалил мужчина и развернулся. На мгновение на его лице проскользнул легкий страх. И Коске опомнился, что не стоит дальше нажимать, хотя чертовски хотелось. Намикадзе фыркает и бросает пару монет на стол хозяину лавки. Уж забирать за просто так эту маску он не собирался. Парень удовлетворенно отвернулся к Наруто, который уже стоял на своих ногах, робко глядя на спасителя. — Что уставились? — возмущенно гаркнул Коске на людей вокруг, которые словно и не собирались уходить. Им что, больно делать нечего? Парень конечно поругал себя мысленно, ведь обещал Третьему не устраивать сцены на улицах, но он же не называл свою фамилию, поэтому… ничего страшного, наверное. Обратив внимание на Наруто, Коске на мгновение замирает, увидев в брате отца. Он был слишком похож, даже в таком возрасте. Эта светлая макушка и голубые глаза… Опомнившись, Коске протягивает маску. — Держи. Подарком будет, — хриплым голосом говорит Намикадзе, а Наруто недоверчиво хватает в руки предмет, словно боясь, что тут же отберут. На лице брата было… много эмоций. Несмотря на то, что уголки губ слегка поднялись, в глазах Коске видел растерянность. — Ты… Спасибо… — Выше нос, тебе же ещё Хокаге быть, а таких уродов стоит игнорировать, — подмигнул Коске и тут же зашагал вперед, дальше по улице, заставляя напарников удивленно последовать за ним. Кучу мыслей и чувств крутилось в голове и груди Коске. Слишком. Опять вина, сожаление, жалость, злость и разочарование. С каждым днем росло негодование решением Совета Листа. И он сейчас нарушил обещание, даже два! Мало того, что столкнулся с продавцом, так ещё и взаимодействовал с мальчиком. И ничего катастрофического не произошло. И что ему этот совет сделает? От мыслей отрывает его девушка, хватая за локоть. — И что это было? Ты что, совсем не зна… — Знаю, — вздыхает Коске, и отдергивает руку. — Просто не считаю правильным, что его дергают за просто так. — За просто так ли? Он успел разрисовать почти всю деревню. Недавно, вон, сбросил банку краски на каменное лицо Третьего. Да и слухи про Лиса… — и Хикари посчитал нужным вставить свои пять монет. — Думаешь, что если все станут относиться к нему как к мусору, он прекратит? — Нет, но я не понимаю, почему ты его защищаешь, — жмет плечами Хьюга. — А кто его защитит в этой деревне? — задумчиво протягивает Коске, поднимая взгляд на каменные лица впереди. — У-у-у, герой, — усмехнулась Акира, толкая Хикари локтем. Тот засмеялся. — Да ну вас, — отмахнулся Намикадзе, спрятав руки в карманы. Общественное мнение — это очень опасно. Понятное дело, что, услышав пару слухов о мальчике-Лисе, любому станет не по себе. Тем более, если он вдобавок ещё и хулиганит. Объективно глядя на ситуацию, большинство из них вовсе не понимают и не знают правду, а это всегда дает толчок к рождению диких теории. Даже мнение Акиры и Хикари было скорее всего результатом мнений их родителей или семьи, да и наверняка они собственными глазами застали тот самый инцидент. Неудивительно, почему для них нормально сторониться того, что связано с тем страшным существом. Однако подобная позиция раздражала Коске. Вдаваться, конечно, в споры он не стал. Да и толку? Как будто изменение их мнений изменит ситуацию в целой Конохе. Чертов старик, почему люди вообще связывают Наруто и Лиса?

***

Коске ещё какое-то время приходил в себя после встречи с братом. В какой-то момент они разделились, ведь пришли к выводу, что толпой они ничего не узнают. Акира осталась возле самой лавки, чтобы расспросить соседей и самого сына, который с ними столкнулся. Хикари и Коске отправились в разные стороны, чтобы посмотреть, остались ли следы после их кражи на улицах. Однако день близился к ночи, а они не стали ближе к разгадке личностей воров даже на шаг. Акира приняла решение продолжить завтра, а пока нужно «сплотить» команду походом в ресторан. А там можно будет ещё раз пройтись по зацепкам и поделиться своими догадками. Коске хотел было отказаться, но у него не спрашивали, хочет ли он или нет. К тому же, желудок упорно внимания требовал. Выбор пал на Якинику Кью, ведь в процессе выбора они узнали, что Коске ни разу там не был. Намикадзе на протяжении этих двух недель на свободе понял, что стоит быть очень бережливым к деньгам, ведь не успеешь моргнуть, как они исчезают, а ты купил лишь продукты на ужин. Благо, как только он вступит в команду, деньги будут уже не просто тратиться, а ещё и прибавляться. Этой мыслью он себя успокоил, зажимая монеты в кармане, пока переступал через порог в Якинику Кью. Внутри ресторана было людно, но и им нашлось местечко. Парень не успел сесть, как почувствовал надвигающуюся головную боль от такого шума и гама. Зато пахло великолепно, и это, пожалуй, было единственным плюсом. Рядом с ним села девушка, а напротив на всю лавку разлегся Хикари, постоянно бросая взгляды на Коске. А пока Акира живо объясняла, как всё здесь работает, что жарить и сколько, работница сия заведения успела подать им в первую очередь напитки, а потом мясо и овощи. Все приступили к ужину. — Ну так, юный господин, не желаете ли мясо? — издевательски спрашивает Хикари, протягивая ему на палочках удивительно хорошо пожаренное мясо, пока Коске сомневался, какой из своих кусков положить на гриль. Намикадзе неуверенно подает тарелочку, принимая кусочек еды. Жест был… крайне странным. — Юный господин? Что за шутки? — сощурился Коске. Воротит от этого Хьюги, хотя в Корне и не таких подонков встретишь. Переживет. — Какие шутки? Разве не так обращаются к сыновьям героев и высокопоставленных людей? На мгновение парень бледнеет, а потом медленно опускает тарелку на стол, отводя взгляд от Хикари. Глупо было надеяться, что его напарники до конца будут в неведении о его полном имени. — Что, увидел на бумагах мою фамилию? — предполагает парень. А как иначе-то, он ведь не называл её. — А то ж, — самодовольно отвечает Хьюга, переворачивая говядину на другой бок. — По-твоему, я внешне сильно похож на Четвертого? — вскинул бровью Коске. Он пока не собирался сдаваться. Фамилия нашумевшая, но откуда им знать, потомок ли он самого Минато Намикадзе? — Папа говорил, что его называли Желтой Молнией Конохи из-за цвета волос, — говорит Акира, откладывая палочки на место, чтобы развернуться и указать на макушку парня. — А у тебя просто такие… необычный цвет волос. — Мало ли, что там в родстве водится, — парирует Хикари. — Мы просто… однофамильцы, — Коске цеплялся за последние аргументы. — То есть, то, что у него есть сын всего-то слухи? — задумчиво протягивает Акира. — Хикари, разве твоя сестра не говорила, что в деревне больше никого с такой фамилией нет? — Именно, — Хьюга растянулся в наглой улыбке, любопытно глянув на Намикадзе. — Ну же, юный господин, колись уже. — Не называй меня так. И вообще, причем тут твоя сестра? — А тебя она однажды видела. — Видела?.. — Ты приходил за книгами в библиотеку. Брал историю и… фуиндзюцу. Несколько лет назад. Парень не смог сдержать удивление. Ну конечно, это должно было вылезти на явь. Было довольно глупо называть собственное имя тогда в библиотеке и делать вид, словно это не он. Если покопаться, спокойно можно нарыть тот факт, что его мать была красноволосой. «Сам выкопал яму и сам в неё впал. Браво, Коске» — ворчит на себя парень, потирая висок. «А я тебе тогда говорил, что зря» — прозвучал голос в голове. Порой парень забывает, что в нем сидит ещё и Казуя. Сердце чуть в пятки не ушло. — Твоя сестра работает в библиотеке? Она не имела бьякуган, — тихо говорит Коске, растерявшись. А потом удивленно поднимает взгляд. Вот ведь. «Да ты умеешь нагрести себе проблем, дитя», — засмеялся Голос. Хикари в свою очередь заухмылялся и победно скрестил руки на груди. — Шах и мат. Коске вздохнул, качая головой. Нет смысла скрывать. Возможно, если бы не сестра Хикари, они бы поверили в эту легенду про «однофамильца». Парню нечего было больше сказать, поэтому он пожал плечами и затолкнул кусок мясо в рот, чтобы не утруждать себя разговорами. Но как будто это Хьюгу волновало. Он продолжил: — На самом деле я думал, что ты прошел по блату, с такой-то фамилией. Но после спарринга понял, что не зря ты сын Четвертого. Если тебе тринадцать, а ты так двигаешься в бою, боюсь в какого ты монстра превратишься потом. Видимо это был комплимент, но Коске всё равно почувствовал легкую досаду. Нет, он не Коске Намикадзе. Он сын Четвертого. Это звание прикрепилось в детстве, и как только он вышел из клетки Данзо, это продолжилось. И теперь... стало понятно, почему Хикари так легко принял поражение в спарринге. — Ладно. Да, я сын Четвертого. Но раз мы команда, то усердно вас прошу помалкивать лишний раз об этом. Хотя бы ради своей безопасности. — Безопасности? — нахмурилась Акира. — Четвертый нажил себе немало врагов, поэтому я могу стать мишенью. На заданиях вне деревни это лишь привлечет лишнее внимание. Если будут покушаться на меня, то и на вас тоже. — Справедливо, — жмет плечом Хикари, а потом палочками показывает на Коске. — Просто и ты от нас ничего не скрывай, а то ты такой таинственный, недоступный. Нельзя так со своими напарниками. — Кто бы говорил, — закатила глаза Акира. — Что ж ты не рассказал, почему пользуешься мечом, раз в твоем клане это не поощряется? Хьюга и Минасаки переглянулись тяжелыми взглядами. — Один-один, — ухмыльнулся Хикари, откидываясь на спинку лавочки. А потом вновь обращает внимание на Коске. — Твоя мать значит красноволосая? Просто предполагаю. — Была, — лаконично отвечает парень, макая пожаренный овощ в соус. Этого хватило, чтобы Хикари прекратил задавать лишние вопросы. — Ой, — невольно выдала Акира, прикрывала рукой рот. — Мне жаль, — она пытается поддержать, но Намикадзе выпрямил спину. — Всё в порядке, это было уже давно, — отрезает. Вот жалости в свою сторону он не потерпит. Ему хватает самого себя жалеть, возвращаясь домой каждый раз. — Получается, что только я тут как белая ворона. Этот из Хьюги, другой сын героя, ну вас, — отмахивается девушка, а потом лихорадочно пытается спасти загоревшийся кусок мяса. — Придется в два раза сильнее стараться, чтобы вас догнать. — Из нас всех это ты нас своим мечом победишь, — на лице Хикари появляется довольно теплая улыбка. За весь день впервые Коске видел, чтобы Хьюга так улыбался. Они продолжили беседовать и ужинать. Учитывая, что днем они никуда не забежали на обед, на столе почти ничего не осталось. Коске, когда доел последний кусок говядины, попросил у Хикари тот самый кунай, чтобы ещё раз на него взглянуть. Это подтолкнуло к обсуждению задания. — Вы видели, как хозяин дернулся, когда увидел этот кунай? Что-то здесь нечисто, — поджала губы Акира, бросив взгляд на кинжал в руках Коске. — Было бы смешно, если бы сам хозяин виноват в этом ограблении, — вздыхает Хьюга. Намикадзе в свою очередь молчал и внимательно высматривал кинжал на наличие каких-то следов. Пальцы скользят по выгравированным знакам на лезвии, но от этого на ум ничего нового не приходит. Поджав губы, Коске случайно пальцами задевает край кожи, которая была обмотана вокруг рукоятки и замечает, что материал словно отклеился. Испугавшись, что он испортил важную зацепку, Коске уже хотел было извинится, но замечает бумагу под кожей. — Тут что-то есть, — говорит Коске, пытаясь аккуратно извлечь бумагу, не повредив обвернутый материал. Однако всё равно пришлось полностью размотать, чтобы достать бумагу. Развернув лист, который упорно сворачивался в трубочку обратно, Коске хмурится. — Карта? — гадает Акира, а потом показывает пальцем на точку, над которой была подпись. — «Склад Охотника»… — Покажите, — настаивает Хикари, но при получении бумаги в руки понятнее ему не стало. — Может они с кем-то сотрудничают? Зачем им отдельно рисовать карту и закреплять на кунае? — Коске вслух задавал риторические вопросы. В итоге карта оказалась в руках девушки, а Хикари пересел к ней, чтобы они все вместе могли смотреть на рисунок. — Вы знаете, где это? — спрашивает девушка. — Понятия не имею, — вздыхает Хикари. Несмотря на то, что он в принципе хорошо знал расстановку Конохи, даже Коске не мог опознать это место. — Вполне вероятно, что эта вещь им важна. Вряд ли они будут в восторге оттого, что в чужих руках оказалась карта. А если сын хозяина отобрал этот кунай, он будет их главной целью… — Намекаешь, что они могут вернутся? — подхватывает его ход мыслей Хикари. — Они же вдобавок не всё вынесли. Коске кивает, а Акира оживилась: — О-о-о, мы можем тогда остаться на ночь в лавке! Не только охраним от очередного грабежа, так ещё может словим воров. — Это уже не выглядит на задание для нашего ранга, — невольно выдал Коске. — Судя по словам хозяина и сына, они не шиноби, поэтому… — Но мы не знаем наверняка. Мало того, мы весь день крутимся возле этой лавки, они могут точно также нанять кого-то, — парирует Коске. — Ты предлагаешь туда не идти? — Конечно нет, это наш шанс узнать больше. Просто… возникают вопросы касательного этого «экзамена». — Ну… Учитель Хаяма весьма выборочный в своих студентах, — улыбается Акира. — Если мы провалим, то он нас не пощадит. Он строже, чем выглядит. С другой стороны, раз он нам это доверил, значит достаточно уверен в том, что мы сможем это решить и защититься.

***

Наступила ночь, и после ужина их следующим шагом было убедить хозяина остаться в лавке на ночь и в случае нападения защитить остальные товары и, возможно, даже схватить ворюг. Тот, будучи слегка пьяным (видимо, напился от горя), согласился, дал ключи и пошел дальше спать. Но перед тем, как они останутся на ночь, Акира подбила всех на то, чтобы купить еды и не голодать на патруле. Была разыграна партия в камень-ножницы-бумага, в котором Коске благополучно проиграл, ведь не был с ней знаком. И так он с деньгами и заказами отправился на главную улицу Конохи, где всё ещё кипела жизнь. Несмотря на то, что здесь до поздней ночи людей хоть отбавляй, улица была уютной по-своему. Яркие фонари и вывески вызывали в нем интересные чувства. Он так шел задумчиво, что чуть ли не столкнулся с мимо проходящим человеком. — Извините… О, Какаши, — парень удивленно поднял голову, встретившись с маской. Хатаке перед ним был одет в стандартную форму рядовых, что выглядело крайне странно на нем. Коске привык к нему в одежде Анбу. Но так даже… приятнее смотреть. — Вижу, что ты уже довольствуешься жизнью вне Анбу. — Как и ты вне Корня. Коске горько усмехнулся, а Какаши хмыкнул. — Господин Третий сообщил, что ты состоишь в команде. — Ну, пока у меня экзамен, поэтому неофициально, а так да, — Коске кивает головой и привычно прячет руки в карманы, как и сам Какаши. Он невольно вспомнил, что пообещал Хокаге поблагодарить Хатаке, но как-то язык не поворачивался… Коске переключился на другую проблему. В руках появляется бумажка с картой, и парень протягивает её джонину. — Слушай, ты не знаешь, где это место? Какаши какое-то время задумчиво всматривался, а потом развернул карту на бок и тыкнул пальцем. — Это ведь за пределами поместья клана Хьюг. Ближе к стене деревни. — Черт, как же я не заметил, — хлопнул себе по лбу Коске, забирая бумагу обратно в руки. Они были слишком зациклены на пункте, где видимо расположен склад, что даже не повернули карту, чтобы взглянуть на неё с другого ракурса. — Спасибо, Какаши. Ну и… за всё остальное тоже спасибо. — За что? — Мужчина удивленно вскинул бровью. — Во-первых за спасение тогда, а во-вторых за… то, что ты когда-то вдохновил меня использовать меч. Я попал в команду учителя Хаямы, а он мастер по кендзюцу. Думаю… если бы не ты, после Корня я бы не взял в руки меч вновь. Не сказать, что Коске умел хорошо выражать свои чувства, особенные такие, однако что-то в Хатаке это затронуло, раз тот стоял и моргал одним глазом, не зная, что и ответить. Он неловко потер рукой затылок, отведя взгляд. Коске в свою очередь невольно расплылся в легкой улыбке. Такой серьёзный и задумчивый всегда, а сейчас внезапно проглотил все свои слова? — Не думаю, что за это стоит благодарить. — Ну, может и так, — пожал плечом Коске, не найдя в себе силы настаивать на обратном. — Мне пора. Намикадзе уже успел сделать несколько шагов, как его отдергивает Хатаке. — Слушай, я дам тебе один ещё совет, раз ты больше не состоишь в Анбу. Ты и так прекрасно знаешь, что те, кто не следуют приказам, считаются мусором. Но запомни, что те, кто предают друзей — хуже мусора. Коске застыл, поднимая удивленный взгляд на джонина. Это… не похоже на Какаши. Разве эти слова не принадлежат, например, Обито? Может парень и не помнил его хорошо, но судя по воспоминаниям связанные с ним, это было явно в его духе. Слова также вызвали странные эмоции в парне. Он с самого начала воспринимал своих нынешних напарников так, как делал это прежде. Как инструменты для решения проблем Данзо. Но сейчас-то всё иначе. Он состоит в самой обычной команде. Видимо, ему придется постараться, чтобы изменить приоритеты. — Я… запомню, — растерянно кивает Коске. — Спасибо. — До встречи, — Какаши наконец прощается с ним, помахав ладонью и продолжив свой путь. — Мусор, говоришь, — бубнит себе под нос Намикадзе, медленно шагая в сторону лавок. Невольно вспоминаются слухи, что Хатаке убил своих товарищей. Было ли это правдой? Коске и сам задавался этим вопросом. Но слышать подобное от него было даже ироничным. Сам-то верит в это?