Игрушка

      Это конец!       Никогда еще так не попадал. Лежу на роскошной кровати, связанный, как баран на убой. Тильен так близко, чувствую его всем телом. Его пальцы скользят по коже, гладят, дразнят. Губы… такие нежные. Целуют шею, и я сжимаюсь внутри, ожидая укуса клыками. Великая Тьма! Что за бред? Он же не вампир!       Нужно прийти в себя, очнуться. До сих пор не могу поверить, что это происходит на самом деле. Мой Тильен, тот самый молоденький светлый, которого я и в хвост, и в гриву, когда хотел, и где хотел, вдруг — демон-инкуб. Как такое возможно?!       Его губы накрывают сосок. Теплые… Внутри расцветает неожиданно яркое ощущение. И тут же отзывается жаром в паху. Как он это делает?! Никогда не отличался чувствительностью. Да никому и не позволял себя лапать, уж тем более трогать соски. Мне не это нужно от секса. Не понимаю, что творится с моим телом.       Это сон, кошмар, наваждение! Нужно очнуться…       В сосок впиваются зубы. Больно!       — Тссс, — со свистом втягиваю воздух.       — Нет, магистр, это не сон. Я даже не использовал чары. Хочу, чтобы вы в полной мере осознавали, что происходит. Пожалуйста, сосредоточьтесь на ощущениях.       Я что вслух это сказал? В голове каша. Нужно взять себя в руки! Меня собираются анально изнасиловать, а возможно даже убить!       Он сказал «осознавал в полной мере»? Так это месть! Он просто мстит мне!       — Послушай, Тильен, мы еще можем договориться. У меня достаточно денег и связей. Скажи, что ты хочешь?       — То, что хочу, я держу сейчас в своих руках. Расслабьтесь, магистр, и не мешайте получать удовольствие. Вы ведь тоже этого хотите. Пришли сюда сами по доброй воле… и так прекрасно реагируете, — он увлеченно дует на сосок, заставляя его сжаться от холода, а потом накрывает горячими губами, теребит языком.       Пытаюсь подавить дрожь, зарождающуюся глубоко внутри и предпринимаю еще одну попытку:       — У всего есть цена. Скажи, сколько ты хочешь, чтобы мы прямо сейчас остановились и забыли об этом недоразуме… ммм!       Прямо в рот мне бесцеремонно проталкиваются два пальца, заставляя замолчать на полуслове. Тильен придвигается, нависает, накрывая прохладным шелком волос, смотрит проникновенно в глаза:       — Вы знаете, магистр, не люблю кляпы. От них слюни. Не очень эстетично. Прошу вас — помолчите немного.       Гладит требовательно язык и, прежде, чем я успеваю сообразить сомкнуть зубы, вынимает. С любопытством глядя в лицо, трет мокрыми пальцами сосок. Стараюсь сохранить бесстрастный вид, но это чертовски трудно с задранными вверх и привязанными к изголовью руками. Беспомощность - очень неприятное состояние. И непривычное. Между прочим.       Тильен собирает волосы в пучок, таким жестом, будто засучивает рукава, и принимается снова за несчастные соски. Пальцы скользят по чувствительному месту, давят, теребят, щипают. И опять внизу плескает жаром, взбегает дрожью по позвоночнику. Нестерпимо хочется подвигаться, прогнуться спиной, потереться… Владыки Мрака! Зачем он смотрит так на меня?!       — У вас очень чувствительное тело, магистр. Я и мечтать не мог… Вы уже готовы.       Он сжимает мой член через брюки. Когда там успело все затвердеть?!       — А ведь я ни разу не видел вас полностью обнаженным, магистр, — мечтательно произносит демон и с выражением заправского маньяка на лице начинает снимать штаны. Мои штаны! Нет-нет-нет!       — Стой! Тильен, остановись! Я не прощу. Я буду мстить, слышишь?       Один рывок и брюки улетают. Вместе с бельем. Поджимаю ноги, подтягиваю их к себе, как малолетняя девственница, в жалкой попытке прикрыться. Почему я так реагирую? Никогда не стеснялся своего тела. Но под его взглядом… Тьма забери, мне страшно! Страшно и стыдно. Какое мучительное чувство.       Тильен вдруг встает и отходит. Он услышал меня? Передумал?       Возвращается через минуту и… проталкивает мне в рот какую-то палку! Хочу выплюнуть ее, но он уже просунул руки мне под голову и ловко застегивает ремешки на затылке. Как он это делает?! Теперь я могу только мычать.       Тильен отстраняется и скользит по мне голодным взглядом серебряных глаз. Внутри все холодеет от страха. Демон. Он настоящий демон! Великая Тьма! Зачем я сказал, что буду мстить? Теперь он точно меня убьет. От ужаса внутри расползается противная слабость. А Тильен надвигается, вжимает в кровать и снова целует, гладит. Его руки и губы как будто сразу везде. Все тело горит, дрожит и млеет. Как он оказался между ног?! Почему я трусь о него пахом? Да что со мной?! Как хочется, чтобы потрогали член. Он кажется сейчас взорвется.       Что… Что это трется о мою задницу? Это… Это оно? То, что я думаю? Великая Тьма и все Владыки Мрака, спасите меня! Я не хочу!       Почему там так мокро? Чувствую, как что-то проскальзывает внутрь, тонкое, как червячок. Быстрое и верткое, ввинчивается будто сразу через все потроха насквозь. Инстинктивно сжимаюсь. Как больно!       — Ы-ы-ы-ы-ы! — вою я, запрокинув голову и суча пятками.       — Не сопротивляйтесь, магистр. Вам больно, потому что вы сжимаетесь. Расслабьтесь.       Чтоб ты сдох! Вытащи из меня свое щупальце! Больно-больно-больно!       — Ы-ы-ы-ы-ы!       Его рука ложится на мой возбужденный член и начинает умело дрочить. Великая Тьма, наконец-то! Да! Сделай так еще! Он знает все мои чувствительные места и любимые движения. Я весь будто превращаюсь в этот орган, концентрируюсь на нем, один оголенный нерв, по которому гуляет ловкая рука Тильена. Щекочет уздечку, трет головку, прямо там, где чувствительней всего, давит на дырочку. Под сжатыми веками расплываются черные пятна. Все тело звенит как струна в предчувствии скорой разрядки.       Он сжимает член у самого основания за секунды до…       — Ы-ы-ы-ы-ы… — разочарованно скулю я и падаю на постель.       Когда я успел такой дугой выгнуться? И что… там у меня… в заднице? Мамочки! Там же… там… Как оно туда поместилось? Так распирает! Вынь! Вынь его! Убери! Если я сейчас сожмусь, точно умру от боли.       — Дышите, магистр, дышите, — приговаривает демон и вытирает что-то с моих глаз, — Вот так, хорошо. У вас отлично получается! Потерпите немного, сейчас станет легче. Я уже весь вошел. Вы понимаете, магистр, я внутри! Вы рады?       Чтоб ты сдох! Оно там еще и двигается! Это невыносимо! Туда, сюда, медленные растирающие движения. Снова и снова. Невозможно терпеть! Это будит какое-то странное чувство. Мучительно тянущее, на грани боли и чего-то еще. Не могу понять. Что это… за чувство… Нужно сильнее… Тогда пойму. Я должен разобраться. Ну же! Сильнее! Вот оно!       Великая Тьма!       Что-то вспыхивает внутри, простреливая все тело снизу-вверх по хребту, сбивая дыхание. Почему так печет в ногах? Будто огненный шторм пронесся во мне и разбился о стопы и ладони. А Тильен продолжает двигаться и это чувство опять поднимается, медленно и неотвратимо растет и накапливается. Не могу даже понять, оно приятное или мучительное. Его уже так много, что внутри все скручивает, а член просто ломит от желания.       Да подрочи ты мне уже!       — Ыххх!       — Вы что-то хотите сказать, магистр? — приостанавливается Тильен.       Согласно киваю головой. И он, наконец, снимает эту дрянь с моего лица. Выплевываю изгрызенную палку, и выдыхаю:       — Потрогай меня.       — Нет. Сегодня вы кончите по-другому, — строго говорит он и вытирает мое лицо, — Вам понравится. Анальный оргазм гораздо ярче обычного.       — Тильен! Подрочи мне!       Он не отвечает, задирает мои ноги еще выше, складывая тело почти пополам, и продолжает с хлюпаньем втрахивать в кровать. Моя спина! Моя задница!       Вот. Опять оно! Вспышками на каждое движение. Что он там нажимает внутри? Снова и снова. Невыносимо! Не могу больше! Кажется, я начал подвывать. Кончить! Хочу кончить!       Кончаю! Великая Тьма! Кончаю!       Оргазм проходится по мне лавиной, сминая и скручивая тело. Меня выгибает и бьет. Прокусываю губу, чтоб не орать. Внизу все пульсирует, сперма выстреливает мне в грудь и лицо, анус непроизвольно сокращается.       Кажется, я умер…       Слышу, как колотится сердце. И тяжело дышит Тильен. Тело, подрагивая после пережитого, потихоньку растекается киселем. Никогда так не кончал. Ни за что в этом не признаюсь. Приоткрываю глаза. Демон навис надо мной, рассматривает мое перепачканное лицо сияющими глазами.       — Вы невероятны, магистр! Кончили от своего первого анала. Вы прирожденный пассив. Точно не было опыта снизу?       — Заткнись…       Мне лень даже говорить. Тильен резко склоняется и целует, проталкивает в меня язык, мою же кровь и сперму. Мычу и кусаюсь, теперь еще и его кровь во рту. Дьявольский коктейль.       Нет сил сопротивляться. Я сдаюсь и позволяю себя целовать и облизывать. Он как кот вылизывает все лицо и шею, и грудь… Ладно, пусть. Главное, это закончилось. Почему только он еще во мне? Сейчас это особенно неприятно. Возбуждение схлынуло, осталось только распирание и саднящая тянущая боль.       Внутри, что-то шевельнулось. И еще. Он не выходит, но двигается. Как он это делает?!       — Перестань. Хватит. Мне больно.       — Это потому, что перерыв затянули. Засмотрелся, простите. Вы очень вкусно кончили, магистр. Мне понравилось. Хочу еще. К тому же Я еще не кончил.       Демон медленно выходит, внимательно глядя в мое перекошенное лицо. И также медленно входит. Откуда он знает, куда там нужно давить? Внутри опять что-то разгорается.       Я не переживу эту ночь…       Просыпаюсь поздним утром. Очень поздним. Из занавешенных окон пробиваются яркие лучи. Проспал! Впервые за пять лет службы. Между прочим. Подскакиваю на кровати и разом ощущаю все последствия прошедшей ночи. Ноет каждая клеточка тела, в заду печет, будто там забыли раскаленный кол. Проклятый демон! Лучше бы убил… Пережить такое унижение. Не прощу!       Тильена нет. На прикроватном столике какие-то склянки и записка. Бросаю на нее взгляд. Лекарства? Он оставил мне лекарства? Это насмешка?! Смахиваю склянки на пол. Найти одежду и немедленно убираться отсюда.       Это не так просто. Я заперт. На стук никто не приходит. Выглядываю в окно. Третий этаж. Парк и ограда. Окна разделены узкими высокими рамами, но наверное пролезу. Распахиваю окно и с трудом протискиваюсь, чуть не разорвав рубашку. Так, теперь вниз. Нужно пройти по узкому карнизу до угла, там можно спуститься по водосточной трубе. Тело как не мое после вчерашнего, дрожит и плохо слушается. Руки и ноги, как деревянные, не гнутся. Это усложняет задачу. Но для меня нет ничего невыполнимого.       Пальцы внезапно соскальзывают!       Приземляюсь в какие-то декоративные кусты. Моя спина! Тильен, твой счет растет! Все припомню!       Вижу выход. Ворота. Калитка не заперта. Если пройти вдоль ограды за деревьями, меня почти не будет видно из дома. Прокрадываюсь и выскальзываю на улицу никем незамеченный. Надо запомнить адрес дома. Все! Теперь к себе. Нужно торопиться!       По дороге получаю личное послание от Фон-Дихтнштейна:       «Мне сообщили о вашем недомогании. Выздоравливайте, ни о чем не беспокойтесь. Жду вас в понедельник, для важного разговора.»       Что Тильен ему наплел? Ладно, все равно сегодня не до министерства. Сперва домой. Привести себя в порядок, обезболивающее, противовоспалительное и местное ранозаживляющее, и… мне необходима информация!       Остаток дня провожу в центральной библиотеке, перебиваясь кофе в местном кафетерии. Ищу все, что есть о демонах инкубах. Описание расы, возможности, магические способности, особенности питания. В прошлом, чтобы полностью насытиться инкубы практиковали иссушение — полное истощение очарованной жертвы в процессе слияния, что заканчивалось ее смертью. Сейчас практикуется более законный вариант — партнер остается жив, он заранее предупрежден и согласен. Бывают случаи, когда инкубы питаются одной жертвой в течении многих лет, и даже создают брачные союзы.       Уже не плохо. Раз он не убил меня сразу, возможно планирует растянуть это надолго. У меня есть время.       Вообще информация довольно скупа и противоречива, раса редкая, разновидность демонов и отдельно не описывалась. Но от демонов во многом отличается. Перечень сходств и различий тоже разрозненный и неточный.       Но мне нужно кое-что определенное. Ищу конкретные способы противостоять чарам, способы борьбы и самозащиты. А особенно интересует контракт, который заключается признанием в любви инкубу. Пока с этим туго. Нашел очень мало. Серебро как способ борьбы, но не точно. Источник совсем старый, больше похоже на легенду. Наговоры… Обереги… Почему нет нормальных эликсиров? Мне нужны четкие проверенные рецепты. У меня нет времени на эксперименты!       Все, пора домой! Подхватываюсь и спешу на выход.       Подзываю мобиль. Уже темнеет. Долго же я там проторчал, устал, как собака. Чуть не отрубаюсь в пути. Отпускаю водителя, прохожу в дом, привычно стряхиваю плащ в руки прислуге, перчатки и цилиндр туда же.       — Добрый вечер, магистр! Вы сегодня поздно, я уже начал волноваться.       Тильен легко сбегает по лестнице мне навстречу. Откуда? В моем доме? Как он посмел?!       — Ты?! Что ты здесь делаешь?!       — Живу, конечно, — улыбается он и берет меня за руку, — Пойдемте же наверх. Я приказал подать ужин в спальню.       И тащит наверх по лестнице. Что-то с ней не так… Это не моя лестница! Я замираю на полпути и ошарашенно оглядываюсь. Это не мой дом! Как я здесь оказался?! Почему я снова в его доме?       — Я начал беспокоиться и позвал. Вы долго не возвращались, — слегка виновато говорит Тильен и ненавязчиво подталкивает вперед, — Я понимаю, вам нужно время, чтобы привыкнуть. Поэтому не тороплю. Приказал пока перевезти только самое необходимое.       — Что? — тупо переспрашиваю я.       — Ваши вещи.       Мы входим в знакомую спальню. Действительно накрыт ужин. Тильен указывает на одну из почти незаметных дверей.       — Это гардероб. Пока все ваши вещи повесили туда. Если что-то необходимо, смело обращайтесь ко мне или слугам. Они предупреждены насчет вас.       Что вообще происходит?! Голова идет кругом. Не могу поверить, что сам приехал в этот дом, вернулся туда, откуда бежал несколько часов назад. В каком-то отуплении сажусь за стол и молча ем, не разбирая что именно, пока Тильен весело трещит о всякой ерунде, будто с приятелем болтает. Внутри растет раздражение. Злюсь на себя, на этого мерзавца, на творящийся здесь театр абсурда.       Откладываю столовые приборы и встаю:       — Благодарю за ужин. Мне пора.       Решительно направляюсь на выход. Тильен резво преграждает дорогу.       — Думаете, я позволю вам уйти?       Всего на каких-то пол-головы выше, но приходится поднимать лицо, чтобы смотреть в глаза. Лучше бы не смотрел. Опять этот голодный серебристый взгляд, от которого все внутри замирает. Отступаю, пытаюсь обойти его и тут же попадаю в захват. Меня обнимают, целуют, тискают. И вновь я будто теряю волю и ощущение реальности. Осознаю себя уже полураздетым, в одной рубашке и брюках, растрепанным и прижатым к стеночке.       Да что опять происходит?! Мне вчерашнего хватило! Не хочу снова!       — Немедленно отпусти! — резко отталкиваю его, — Я сказал, что ухожу. И я ухожу!       — Как вы упрямы, магистр. Признайтесь, вам же хорошо было со мной. Сколько раз вы кончили? Пять? Семь? — снова стискивает меня, бесцеремонно запускает руки под рубашку. От его прикосновений кожа сразу покрывается пупырышками. Упрямо отталкиваю его, вырываюсь, — Ладно, хорошо. Понимаю, вам трудно это принять. Я помогу.       Одно движение, и я прижат носом к стене, руки заломлены назад, и Тильен связывает их моим дорогущим герраконовым ремнем, ладонями к локтям. Мне остается только скрипеть зубами в бессильной злобе. Как он это делает?!       — Вот так. Гораздо проще, когда нет выбора, правда?       Его руки уже в моих штанах. Это немыслимо!       — Как вы себя чувствуете после вчерашнего? — участливо интересуется демон и гладит пальцами мой зад в опасной близости от пострадавшего места. Ягодицы сами собой испуганно поджимаются, — Зря вы не воспользовались мазью. Сейчас уже все было бы в норме. Лучше средства еще не придумано.       — Не трогай. Убери от меня руки! — шиплю я и выкручиваюсь, поворачиваюсь лицом. Это не так беспомощно. Хотя со связанными руками наверное все равно.       Опять его слюнявые поцелуи! Водопад блестящих черных волос закрывает свет. Ну сколько можно насиловать мой рот?!       Губы перемещаются на шею, исследуют ее всю вдоль и поперек. Хорошо, что на черной коже синяков не видно, не надо прятать засосы. Губы спускаются по груди, быстро проходятся по животу и замирают напротив ширинки. Задерживаю дыхание. Я никогда не признаюсь, но… Как же хочется…       Он убирает волосы в пучок и, наконец, делает это! Расстегивает ширинку и приспускает белье. Мой член уже готов, выпрямляется ему навстречу и моментально оказывается во рту. Великая Тьма! Неподражаемо! Тильен хорош в этом. Я сам его учил. Умопомрачительно сосет! Обводит языком головку, толкается в дырочку, лижет уздечку и берет глубоко, в самую глотку. Слежу за ним из-под полуопущенных ресниц. Графитово-черный блестящий член ныряет в бледные губы. Век бы смотрел!       И вдруг чувствую, как в меня входит палец. Когда он успел… Нет! Не сейчас! Больно! Тело простреливает все насквозь! Моментально возвращаются ощущения прошедшей ночи, пугающие и возбуждающие одновременно. Шиплю и пытаюсь отстраниться. Только как это сделать, когда насажен на пальцы и схвачен за самое ценное?       — Ну вот. Так и думал. Все еще опухшее.       Он тянет меня к кровати и усаживает на колени, прижимает к себе. Такая смущающая поза… Я опять почти полностью раздет. Рубашка только еще болтается на плечах. Дорогая шелковая рубашка от Клотье. Между прочим.       — Расслабьтесь. Нужно нанести мазь. Вам сразу станет лучше, — уговаривает меня, как маленького, и размазывает что-то вокруг ануса. Смесь приятно холодит. Но как же неловко! Готов сгореть со стыда и досады, прячу лицо на его плече. Не хочу, чтобы он видел меня таким. Палец проникает внутрь, проталкивая лечебный состав. Стараюсь расслабиться изо всех сил. Мне действительно необходимо лечение. Придется потерпеть. Мазь приятно холодит и покалывает. Он добавляет еще и вводит глубже, растирает, массирует. Нет-нет! Не там! Возбуждение рождается под его пальцами и разбегается искорками во все стороны. Прикусываю одежду на его плече, чтобы не застонать. Это так унизительно! Он опять выскальзывает и добавляет еще мази. Пытка продолжается.       — Как я мечтал держать вас вот так в своих руках, — чуть слышно говорит Тильен. Его пальцы в моих волосах, гладят и массируют затылок.       Не слушаю этот бред, я потерял счет времени. Мне уже все равно на лечение, я прислушиваюсь к ощущениям. Боюсь и жду их. Он двигается во мне, будто специально задевая все время это место, гладит по спине и целует в шею. Вдруг меня простреливает вспышка боли. Гематома на пояснице. Ветки того куста были довольно жесткие. Вся спина в ссадинах и ушибах. Он надавил прямо в больное место. Дергаюсь и не успеваю погасить короткий стон.       Теперь он исследует всю спину двумя руками. Давит, прощупывает и когда я дергаюсь, чем-то тоже смазывает. Сколько заботы!       И вдруг до меня доходит, что палец из задницы никуда не делся. Вряд ли это третья рука. Вот мерзавец! Он там опять увеличивается, постепенно растягивая и заполняя. Своим мерзким щупальцем! И двигается, не прекращая, давит, трет, усиливая это чувство. Я не могу сопротивляться. Хочу чтобы это продолжалось. Хочу, чтобы он потрогал мой член. Прижимаюсь и потираюсь незаметно.       — Магистр, вы уже готовы кончить? Вас так возбудило лечение? — он отстраняется и откидывается на кровати, оставляя меня сидеть надетым на его проклятый орган. Который продолжает неторопливо шевелиться во мне, разжигая мучительное чувство все ярче и сильнее. По позвоночнику взбегает очередная серия крупной дрожи. Дышу тяжело, сквозь стиснутые зубы. Прячу опущенное лицо за волосам. Как же я хочу, чтобы он подрочил мне!       Вдруг его рука опускается и обхватывает мою плоть. Да неужели?! Собирает смазку с головки и неторопливо размазывает по стволу. Сильнее! Ты же знаешь как надо!       — Если вы хотите кончить, придется подвигаться, — приглашающе улыбается он, и его рука застывает на месте, плотно обхватив головку.       Терпения хватает не надолго. Я слишком сильно этого хочу! Подаюсь вперед и вверх, проталкиваюсь, через скользкую тесноту. Как хорошо! Теперь назад. И снова… А задницей при этом надеваюсь на его орган, ставший вдруг очень твердым. И оттуда тоже идут один за одним головокружительные импульсы. Я уже скачу на его бедрах, толкаясь в кулак все быстрее. Это так унизительно! Но я не могу остановиться. Потому что сейчас… Вот сейчас… Еще немного…       Пальцы жестко смыкаются на основании члена за секунды до… Пережимают, не давая разрядиться просто физически, заставляя меня скручиваться в бараний рог и скулить.       Ты будешь умирать медленно. Медленно и мучительно. Мерзавец! Тварь! Ненавижу!       — Ваши ноги, магистр, наверное чертовски болят после вчерашнего. Простите, я не подумал, — с искренним сожалением произносит демон.       Едва перевожу дух, все тело дрожит, мышцы действительно разрываются болью. Только сейчас это почувствовал. И это полностью только его вина!       Белые руки скользят по черным ногам, бокам, талии, ягодицам, гладят и сжимают. Сильно сжимают. Это больно! Между прочим.       — Я кое-что заметил, магистр. У вас не падает, когда вам больно. За все время ни разу. Даже наоборот. Даже, когда очень сильно. Знаете о чем это говорит? Похоже боль вас заводит. Это так?       Что за бред?! Как он смеет говорить мне такое?!       Тильен приподнимает меня, крепко удерживая за бедра, а потом резко насаживает. И сам толкается вперед, врываясь жестко и глубоко. И принимается отчаянно вколачиваться с бешеной скоростью, громкими шлепками и чвоканьем. Меня трясет и подбрасывает, член мотается и бьется о живот. Я с трудом удерживаю равновесие, чтобы просто не упасть. Отвратительно! Еще никто так со мной не обходился! Никто и никогда…       Но это уже не важно, потому что меня накрыло. Взрываюсь изнутри новой звездой. Ее свет лупит по зажмуренным глазам, проникает в каждую клеточку тела, сжигает, расплавляет, заставляя выгибаться дугой и мычать.       Нет, быстро ты не умрешь. Даже не мечтай!       Я нашел! Нашел! Великая Тьма, наконец-то! Я нашел способ его убить. Это было нелегко. Еще сложнее было достать необходимый инструмент — ритуальный кинжал из звездного металла, того, что падает с неба. Невероятная редкость. Клинок зачарованный, заговоренный, с непонятной вязью символов на темном лезвии и костяной рукоятью из рога демона. Бешенных денег стоил. Между прочим. А уж какие связи мне пришлось напрячь, чтобы его отыскать, купить и привезти с другого континента. И все в режиме строжайшей секретности. И вот почти месяц спустя, оружие в моих руках. Как я умом не тронулся за это время?       Тильен не оставляет в покое. Творит со мной все, что вздумает, несмотря на все попытки сопротивления. Круглосуточно! Потому что я теперь его секретарь, и мы почти не расстаемся. Пока держусь. Не позволю сделать из себя подстилку! Сегодня, прямо сейчас, я покончу с этим кошмаром.       Я сверху, медленно ритмично двигаюсь. Не связан. Демон лежит подо мной в расслабленной позе — руки за голову — получает удовольствие. Тварь! Как же я его ненавижу! Глаза закрыл, идиотская улыбка на лице, облако смоляных волос по подушке. Широкие плечи, рельефные мышцы, трогательные розовые соски… Я не рассматриваю, я выбираю место. Вот сюда, прямо в сердце.       Делаю замах и… натыкаюсь на серебряный взгляд. Замираю.       — Вы все-таки решились, магистр. Таков ваш выбор? Мне жаль. Значит не удалось пробиться к вашему сердцу. Я проиграл. Продолжайте. Умереть от ваших рук — все что мне остается, раз уж заполучить вас целиком не вышло.       Что за бред?       Он разводит руки в стороны, закрывает глаза и запрокидывает голову, обнажая горло. Идиот! Зачем мне твое горло! Кинжал нужно вонзить в сердце. Я сижу, с занесенным над головой ритуальным оружием и смотрю на него, раскинувшегося подо мной, как агнец на алтаре. Руки расслабленно лежат, грудь вздымается от учащенного дыхания, на шее под светлой кожей бьется синяя венка. Сопротивляйся же! Ты же ненавидишь меня! Ты же все сделал, чтобы отомстить, уничтожить меня морально, превратить в сексуального раба и кормушку. Тебе лишь нужно применить опять свои чары. Или схватить и скрутить, заломить руки, как обычно. Почему ты лежишь?!       И тут он пошевелился. Внутри. Выпустил эти свои усики и прошелся ими сверху-вниз. Прямо там, где чувствительней всего, как может только он один — демон-инкуб. Так нечеееестно! Меня мгновенно пробивает дрожь. Движение вверх, как мягкой щеточкой. Великая Тьма! И снова вниз. В глазах темнеет. Теперь он двигается без остановки, но только внутри. И я не могу уже сидеть спокойно, напряжение нарастает, звенит натянутой тетивой. Я едва замечаю, как он мягко забирает кинжал из ослабевшей руки. После чего роняет на кровать и яростно дерет. Будто пытается выбить всю дурь разом.       Медленно прихожу в себя, тело растеклось дохлой медузой. Тильен как всегда облизывает меня, сперма для инкуба — особое лакомство…       Какой же я идиот! Со стоном отворачиваюсь, прячу за руками лицо. Кретин! Недоумок! Мой последний шанс… Все кончено. Он не простит.       Тильен отнимает руки от моего лица, разводит, прижимает к постели, не давая прятаться от себя. Целует зажмуренные глаза.       — Я знал, что вы не сможете. Точнее - надеялся. Ждал, боялся и надеялся. Наконец, все позади. Теперь-то вы все поняли?       — Что? — выстанываю отчаянно. Что ему еще от меня надо?       — Что любите меня, конечно.       Аж подкидывает от возмущения!       — Ты издеваешься? — шиплю ему в лицо. — Тебе все мало? Сколько можно втаптывать меня в грязь?! Ненавижу!       Огорченно качает головой:       — Ваше упрямство просто невероятно. Что еще должно произойти, чтоб вы поверили? Моих ежедневных доказательств недостаточно. Сегодняшнее тоже вас не убедило. Что тогда?       — Ежедневных доказательств? Что ты хочешь доказать насилием?       — Я лишь исполняю ваши желания. Вы сами хотите этого.       — Идиот! Как можно хотеть такого?! Ты принуждаешь меня!       — Но вы ведь не сопротивляетесь.       Задыхаюсь от возмущения и гнева. Да как ему хватает наглости?!       — Вы никогда не сопротивляетесь в полную силу, — объясняет как маленькому, — Никогда не использовали против меня магию или зелья. Ни разу не пытались отравить, или усыпить, парализовать — вообще ничего! Не применили ни одного заклятья.       — Я пытался убить тебя только что.       — Самым сложным и ненадежным из всех существующих способов. Ваших сил хватило бы, чтоб испепелить меня на месте. Да вы физически сильнее!       Что он несет? Это бред какой-то. Почему… я не мог…       — Это… потому что… Ты зачаровал меня! Заморочил мозги.       — Никогда. Только раз. Один единственный раз позвал вас. Я не хотел, — в его голосе появились виноватые нотки, — Просто вы не возвращались. Я запаниковал. С тех пор больше ни разу. Все, что вы испытываете ко мне — ваши истинные чувства. И в постели тоже.       — Ты врешь!       Кулак сам выбрасывается вперед вместе со словами. Не успеваю сообразить, настолько я зол. Резкая боль в руке. Он не увернулся, не перехватил мой кулак, как обычно… Почему? Вижу, как из разбитой губы начинает сочиться кровь.       — Вот сейчас вы действительно хотели меня ударить. Правда — это больно, — добавляет он, осторожно трогая пострадавшее место языком.       — Ты связал меня контрактом.       — Нет никакого контракта. Я солгал, простите. Не смог придумать ничего лучше, чтоб удержать вас рядом. Но вы охотно приняли условия игры. Не пытались сбежать или попросить помощи. А знаете почему?       Я уже не в силах что либо говорить. Не понимаю, что вообще здесь творится.       — Потому, что вы хотите этого. Еще в пансионате я понял. Вы получали удовольствие, наблюдая за мной, представляя, что я чувствую. А в глубине души хотели, чтобы кто-то проделал все это с вами. Я инкуб. Только и могу, что слышать чужие желания и исполнять их. Это моя способность. А у вас на лбу написано: «Ударьте меня, оскорбите и трахните!» Большими мигающими буквами!       — Заткнись!       Это немыслимо! Отталкиваю его, вскакиваю и отхожу к окну. Пялюсь в сад невидящими глазами. Внутри все кипит от гнева. Это вранье! Все вранье! Он специально так говорит, чтоб еще больше запутать меня.       Неслышно подходит сзади и обнимает за плечи, накрывает черным занавесом волос.       — Вы любите боль. Вас заводит унижение. Примите же свою суть, магистр. Это правда. Перестаньте бороться с собой. Я вижу и могу дать вам то, что вы жаждете больше всего на свете. Никто и никогда не узнает вашу тайну. Ведь вы этого боитесь?       — Идиот! Все совсем не так!       — Разве? — шепчет он мне, склоняясь к самому уху, отводит волосы и вдруг вонзает зубы в шею. Острая боль заставляет вздрогнуть, внутри плескает кипятком. Миллионы крошечных горячих иголочек пронзают кожу изнутри. И сладко тянет в паху. С трудом подавляю стон, он может прозвучать слишком… томно. Тильен зализывает ранку. Прикосновения языка приятны и болезненны одновременно. Вспыхивают огоньками под сомкнутыми веками. Каждое касание, как подтверждение его словам.       — Откройте глаза, магистр. Посмотрите вниз, — шепчет мне прямо в ухо.       В этом нет необходимости. Я и так знаю, что там увижу. Уж стояк-то я в состоянии почувствовать. Не хочу на него смотреть. Не хочу верить. Это не может быть правдой. Я не такой! Отталкиваю его руку, требовательно поглаживающую меня там.       — У меня есть для вас кое-что.       Он отходит, шарит где-то в вещах и возвращается. Протягивает мне ювелирную коробочку. Открываю. Там маленькая палочка из белого металла с блестящими камушками на концах.       — Что это? Сережка? — спрашиваю без интереса. Он пытается утешить меня подарком? Как глупо.       — Штанга. Для соска. Сейчас мы проколем вам сосок… — он замолкает, разгладывая мою грудь через плечо, выбирает. — Левый.       Пялюсь на него как на умалишенного. Зачем?!       Смотрит в ответ этим своим голодным взглядом, будто хочет проглотить целиком. Хватает за руку и тащит к кровати, бесцеремонно роняет. Не дав опомниться, раздвигает ноги, подтягивает мою задницу к себе и входит. Там еще влажно и растянуто после недавнего секса. Но и очень чувствительно к тому же. Вообще перестаю что либо понимать. Этот демон сошел с ума! Но дело свое знает. Очень скоро я забываю о всякой ерунде, ощущения захватывают, голова стремительно пустеет. Когда уже еле сдерживаюсь, чтоб не начать подмахивать, вдруг все прекращается. Тильен останавливается и развивает вокруг какую-то непонятную деятельность — убирает волосы в пучок, устраивает меня удобно на подушке, разворачивает какой-то позвякивающий сверток, роется в нем, достает склянку, пахнущую спиртом, протирает руки, какие-то инструменты. И все это, не вынимая.       До меня начинает доходить.       — Постой-постой. Ты что собираешься прям вот так? Прямо во мне?! Ты идиот?       — Успокойтесь, магистр. Я знаю, что делаю. Вам понравится. И поможет окончательно убедиться.       Ну уж нет! Я в такие игры не играю! Делаю движение, чтоб подняться, но Тильен легко удерживает меня.       — Не дергайтесь, магистр. Или я вас свяжу. Чтоб вы не поранились. Связать?       — Нет.       Идиотский вопрос. Чтоб я сам попросил связать меня? Не дождется.       — Тогда вот, возьмите, — протягивает мне какую-то палочку, — Это в зубы, чтобы вы опять губу не прокусили.              Он еще раз все обеззараживает. Протирает сосок, добиваясь, чтоб он возбудился и затвердел. Показывает мне щипчики с круглым отверстием на концах и иглу. Здоровая. Довольно длинная, плавно расширяется и заканчивается пустотелой трубочкой диаметром чуть толще штанги. Толстая. Я представляю, что вот это сейчас воткнут мне в сосок, и все волосы на теле разом становятся дыбом. А где-то в животе поселяется тоненькая дрожь. Он что-то еще объясняет, я не слушаю, смотрю на это орудие пытки и мечтаю, чтоб это поскорее закончилось. Ведь не отпустит теперь. Так уж делал бы быстрее!       Тильен не торопится, будто нарочно тянет, мучает. Еще и двигается во мне временами, порождая в душе и теле бурлящий, адский котел из возбуждения, страха, нетерпения и раздражения. Чего больше, не пойму. Наконец, он зажимает сосок щипчиками так, что отверстие оказывается у самого основания. И подносит иглу. Примеряется.       Великая Тьма! Я этого не вынесу! Зажимаю зубами проклятую палку. Ну коли уже!       Игла вонзается! Вспышка боли! Вижу как острие проходит насквозь и выходит в такое же отверстие щипцов с другой стороны. Бооольнооо!       — Ы-ы-ых!       — Все! Все уже. Вы так сжали меня, магистр! — говорит он и гладит мой член. Совершенно каменный и очень чувствительный, потому что я чуть не кончил. В тот самый момент, когда вспыхнула боль.       Ощущения смешиваются. Рожденные в разных точках, возбуждение и боль встречаются во мне, сливаются и питают друг друга, перетекают, меняются, преломляются. Движение внутри порождают волны наслаждения. Боль уже прошла, оставив тягучее послевкусие. По венам несется раскаленная кровь, горячо даже кончикам пальцев.       Тильен убирает щипцы, пропустив иглу через специальную прорезь. Опять обрабатывает сосок. Совсем нет крови. Ужасающе огромная игла все еще торчит во мне. Даже сам вид ее заставляет что-то сладко сжиматься внутри. Тильен ловко вставляет штангу в трубочку на конце иглы и одним движением вынимает иглу и продевает штангу. Прикручивает второй камушек. Любуется на дело рук своих.       Чтобы кончить, мне хватает несколько глубоких толчков. И прикосновения к штанге.       Через полгода Тильен Нуавойэль возглавляет кабинет Перспективной Магии. Звезда министерства, любимец электората, его здесь каждая собака знает. Молодой энергичный политик из рода светлых эльфов строит стремительную карьеру. Ему благоволит судьба, все старшее поколение министерства благосклонно улыбается, народ любит и поддерживает. Он вхож во все двери, легко находит общий язык с нужными людьми, ловко лавирует в обстановке подковерных интриг. Глянув на него, каждый скажет, что этот эльф на своем месте. Политика — его призвание.       Однако, лишь мы двое знаем - все это только красивая картинка. Тильен делает это для меня, самого его политика и власть мало волнуют. За его широкой спиной я могу плести свою паутину, чутко следя за малейшими колебаниями, распространять власть все шире и дальше, находясь при этом в глубокой тени. Он четко следует моим советам и придерживается заданной линии. Идеальный исполнитель. И его идеальный серый кардинал. Никто не знает об этом.       Как никто не знает, что творится за дверями нашей спальни. Тильен и здесь мастерски играет свою роль. Каждую ночь он замешивает во мне адский коктейль из боли и любви, страданий и страсти. И пьет его большими жадными глотками. Идеальная пара. Он дарует наслаждение именно так, как нужно, в том извращенном болезненном виде, который мне необходим. Я же питаю его своей страстью.       Но иногда эти игры выходят за пределы спальни. Как сегодня.       Очередное совещание кабинета министров Перспективной магии. Тильен во главе большого стола буквой «Т», он здесь хозяин. Я принес повестку дня, список вопросов для обсуждения и еще кучу важных бумаг и документов. Он быстро просматривает их, не отпуская. Уже все собрались, перебрасываются приветствиями, делятся новостями. Молодые, энергичные политики. Пора начинать.       Я стою совсем рядом с его дорогим кожаным креслом и замираю, чувствуя, как ладонь по-хозяйски стискивает колено под столом. Склоняю голову ниже, чтобы следить, как его перо летает над бумагой, где он делает пометки, и прячусь за волосами. Рука ласкающими движениями поднимается по бедру. Нервы напряжены до предела, все внутри дрожит и замирает. Что если нас увидят?! Край столешницы совсем близко. Что если кто-то обратит внимание на опущенную под стол руку министра Нуавойэля? Бросаю короткий взгляд на присутствующих. Вроде никто не смотрит, обсуждают последнюю поправку.       Рука скользит все выше, требовательно протискивается между сомкнутых ног, заставляя расслабиться. Приходится отступить, Тильен не отстанет. При этом он продолжает просматривать бумаги, задает вопросы, просит отметить в повестке совещания критичные по времени задачи. Склоняюсь еще ниже, чтобы выполнить просьбу. Его рука незаметно гладит промежность. Благодарю всех Богов, что черная кожа не краснеет, а длинный пиджак из шоранской пряжи от Нино Приамо скрывает все до середины бедра.       Пальцы добрались до пробки. Закусываю губу и опираюсь рукой о стол, делая вид, что увлечен чтением документа. На самом деле ничего не замечаю перед собой. Он давит и раскачивает удлиненное основание игрушки, заставляя меня переживать дикую смесь чувств из страха, возбуждения, унижения и злости. Знал бы я, для чего он вставлял в меня эту штуку утром… Хотя все равно бы подчинился. Ведь я почти уже кончаю от его прикосновений. Особенно когда представляю, какой у него сейчас взгляд. Серебряный взгляд голодного хищника. Так он смотрит только на меня. Тильен мой. Если он посмотрит на кого-то еще таким взглядом, немедленно умрет.       Наконец, он просит принести напитки и позволяет выйти. Теперь главное сохранить уверенную походку. И дождаться окончания совещания, когда мы сможем запереть двери.       Он же не заставит меня вот так ждать конца рабочего дня?       Что-то разбудило посреди ночи. Вокруг полная темнота, но мне не нужен свет, чтобы видеть. Рядом безмятежно спит Тильен. Такое спокойное, умиротворенное лицо. Идеальные черты. Потихоньку убираю прядь волос, касаюсь пальцами гладкой кожи. Такой беззащитный.       Что же меня разбудило? Ах да, сон приснился. Дурной сон. Будто я узнал, что демон обманул меня, чтобы сделать своей послушной игрушкой. Будто эти странные желания вовсе не мои, а умело наведенные, внушенные.       Но это просто сон. Инкубы так не могут, они лишь чувствуют чужие желания, Тильен сам мне об этом говорил.       Сам же… говорил…       Да нет, бред все это!