Ты помнишь меня, Коуши?

— Хината, пссс, иди сюда, — Нишиноя воровато озирался по сторонам, подзывая Шоё, сжимая в руках нечто, отдаленно напоминающее книгу. Мелкий ураган тут же подлетел к семпаю с горящими глазами. Ведь это Юу — значит приключение гарантировано. — Что это такое, Нишиноя-сан?! — затараторил мелкий, но тут же ему закрыла рот твердая мозолистая ладонь. — Я же сказал, тихо! — недовольно шикнул Либеро, заводя кохая в помещение для сна команды. Все товарищи сейчас находилась в общей комнате, вместе с другими игроками соревнуясь в приставке под руководством главного «босса» Кенмы. Оттуда доносились крики и смех, сопровождаемые смачными комментариями. — Так что это такое? — уже тише повторил вопрос Хината, с любопытством рассматривая древнего вида книгу в руках семпая. — Это старая книга заклинаний, — на полном серьёзе произнес Нишиноя, — я ее на цветочном фестивале выиграл. Только долго не знал на каком языке написано. — И на каком?! — Это японский, древнее наречие. Акитеру помог найти. Он не хотел, конечно, Саэко помогла, — хихикнул Либеро. — А вы уже пробовали? Ну это… — Колдовать? Нет, сложно. Одному сложно. Тут надо чтобы кто-то смотрел и подсказывал. Так как заклинание надо произносить с закрытыми глазами, а выучить этот язык пиздец, как сложно. — Ааа, ясно, — протянул Хината, почёсывая затылок. — А какое вы хотите попробовать заклинание? — Увеличивающее рост! — А чё так можно?! — завопил рыжий энерджайзер и глаза его хищно и азартно засверкали. — А то! — гордо хмыкнул Нишиноя, шурша старыми страницами. От книги пахло плесенью и клеем, а иероглифы местами поблекли и были едва видны. Юу нашел нужную страницу и подсунул Шоё книгу и лист, испещрённый кандзи. — Вот, я перевел. Диктуй. Только думай обо мне, иначе не сработает. Так вроде в предисловии сказано, — Юу серьезно посмотрел на Хинату, и тот аж весь напрягся. Как нарочно, в голову полезли все, кого он знал: Нацу, Кагеяма, капитан, Сугавара… Так, стоп! «Хината, сосредоточься. Если у Нишинои-семпая выйдет, то я тоже попрошу увеличить мне рост, " — мысленно приказал себе Хината и впился глазами в листок.       Он старательно проговаривал непонятные странные символы, а Юу так же медленно повторял. Время будто замерло, а воздух чуть не трещал от разрядов, такое напряжение царило в помещении. Когда до конца ритуала оставалось каких-то пять-шесть слов, дверь заскрипела, и на пороге появился вице-капитан. — Хината! Нишиноя! Вас все ищут. А что вы дела…       Договорить он не успел, Нишиноя, решивший не прерывать заклинание, а может просто не расслышавший, что кто-то вошёл, настолько был увлечен процессом, выговорил последнее слово. В это же самое мгновение раздался хлопок, и Сугавару окутал странный серый дым, а в комнате резко запахло лавандой и смолой. Пораженные Юу и Шое испуганно таращились на то место, где только что стоял их старший товарищ, онемев от шока. Через минуту дым рассеялся, но Коуши на месте не оказалось.       Посреди комнаты стоял маленький светловолосый мальчик в футболке, которая больше смахивала на платье, настолько она была ему велика и с интересом смотрел на недомагов. — Сугавара-сан?!!! — хором завопили волшебники-недоучки в ужасе глядя на старшего, когда-то старшего, товарища. — Ой, — сжался от их ора мальчик и закрыл ладошками уши, — так громко. Вы чего кричите? Что случилось, и почему я…       Закончить фразу он опять не успел, так как сзади раздался топот ног и громкий низкий голос грозно произнес: — Что вы орёте?! И откуда тут ребенок?       Савамура с удивлением посмотрел к себе под ноги и тут же застыл изваянием, встречаясь с теплым взглядом больших удивлённых золотисто-серых глаз. — Дядя, а вы кто? — звонко спросил малыш, знакомо улыбаясь, от чего родинка под глазом весело подпрыгнула. — С-с-с… Суга? — выдавил капитан пятясь к двери и попутно щипая себя за руку, чтобы убедиться, что у него просто глюки после часового зависания в игру. Но увы, Коуши не становился прежним, а так и продолжал стоять, смешно хлопая пушистыми ресницами и не выказывая ни тени страха. Ввалившиеся толпой вслед за капитаном остальные члены клуба сперва с интересом и удивлением уставились на милого, неизвестно откуда взявшегося ребенка. Однако постепенно приходило узнавание, ведь Коуши мало менялся с возрастом, и на смену удивлению пришел страх — Сугавара-сан?! Что с вами?! Кто это сделал?! — завопил Танака, и от этой фразы виновники всей заварухи вжались в стенку. Однако сокомандники, более обеспокоенные странным превращением своей «мамочки», не обратили на них внимания, столпившись вокруг ребенка. — Тебя зовут Сугавара? Сугавара Коуши, верно? — осторожно начал капитан, настороженно глядя на мальчика. Тот кивнул и протянул маленькую бледную руку: — Ага! А тебя как звать? — Дайчи сначала растерялся: неужели Коуши забыл его. Но потом вспомнил, что познакомились они в средней школе, а Сугаваре на вид лет пять-шесть, так что вполне логично, что он никого не знает из присутствующих. — Савамура, Дайчи, — медленно проговорил парень, протягивая в ответ свою большую ладонь. Мальчишка радостно схватил ее двумя руками и с силой потряс: — Будешь дружить со мной? — А. Ну да, конечно. — выдавил Дайчи, ему все же было непривычно смотреть на маленького Сугу. " А он был милым ребенком», — пронеслось в голове Савамуры. Тем временем команда постепенно приходила в себя. Первым очнулся Ямагучи. Он присел на корточки перед Коуши и с улыбкой спросил: — А со мной будешь дружить? В ответ Сугавара строго посмотрел на него и важно сказал: — Буду, если ты не ковыряешь в носу и не отрываешь бабочкам крылья, они от этого умирают, — и выжидательно уставился на Тадаши. Тот не выказал ни малейшего удивления и также серьезно ответил, что он никогда не обрывал крылья бабочкам, так как их ему тоже жалко, а в носу не ковыряет с первого класса младшей школы. Сугавара просиял и протянул мизинец: — Тогда давай на мизинчиках закрепим дружбу! — когда они сцепились пальцами и засмеялись, все стоящие как будто отмерли. Пространство наполнилось гулом и шумом. Все по очереди заново знакомились с Сугаварой, отмечая между собой, что характер их семпая ничуть не поменялся с возрастом. Даже будучи маленьким ребенком, он старался всех подбодрить и сказать каждому что-то приятное. Даже Кагеяма не смог сдержать улыбки на замечание малыша, что с таким лицом он будет всех пугать и с ним не станут дружить, несмотря на то, что он хороший. Асахи он сперва испугался и даже спрятался за Савамуру, на что все дружно прыснули: даже забыв всех, Коуши инстинктивно потянулся к самому близкому для него во взрослом возрасте человеку, капитану. Дайчи его успокоил, заверив, что Адзумане — самый добрый из всех, кого он знает, и Коуши абсолютно нечего бояться. Сугавара недоверчиво покосился на великана, но увидев, как тот расстроился, смутился и попросил прощения, объяснив, что просто непривычно видеть таких больших ребят, ещё и с бородой. Когда Асахи немного успокоился, Суга продолжил знакомство с командой.       В это время двое главных зачинщиков бедлама пытались незаметно выскользнуть из помещения. Они почти просочились за спинами ребят, когда их остановил Энношита: — И куда это вы собрались? — как по команде, все присутствующие обернулись на стрёмную парочку. Окинув их взглядом, капитан что-то заподозрил и строго спросил: — А вы давно здесь? — Мы. Это. Ну в общем, — парни мялись и тянули резину, надеясь на ходу сообразить, что б такое соврать поубедительнее. Но увы, удача, ветреная дама, сегодня решила повернуться к ним своей филейной частью. Чертов умник в очках, Цукишима, ухватил внимательным взглядом книжку, что либеро продолжал на автомате сжимать в руках, и поправив очки на носу, спросил: — Не в этой ли книжке причина того, что вас не было со всеми в комнате? — А? — книга с шумом выпала из рук горе-мага. Кей в два шага приблизился к ней и поднял. Когда он вновь взглянул на ребят, взгляд его не сулил ничего хорошего. Золотисто-карии глаза, обычно иронично-снисходительно скользящие равнодушным взглядом, сейчас метали молнии такого яростного гнева, что они задрожали. — Вы что, читали это вслух? — прорычал Кей, сжимая фолиант. — А в чем дело? — все с интересом смотрели на блокирующего. Непривычно было видеть его в таком состоянии. Никогда до этого он не позволял эмоциям взять верх над собой. — Дело в том, что эти двое умников умудрились заколдовать Сугавару-семпая! Это же древний манускрипт, Актеру пару недель назад как раз мне показывал. Вот уж не думал, что он так легкомысленно отдаст вам обратно такое. - Нишиноя. Хината. Это правда? — Капитан! Мы не хотели вредить Суге-сану, мы на себе хотели испытать. Это случайно вышло, — залепетали парни. Они чуть не плакали, настолько их задавило чувство вины перед семпаем. — Какое заклинание вы произносили? — серьезно спросил Цукишима. Как бы он ни был зол на этих чудаков на букву «М», даром, что один его старший товарищ, больше всего его волновало сейчас другое: необходимо как можно скорее вернуть Сугавару в его прежнее состояние. — Вот это, — дрожащим пальцем Шое ткнул в нужный абзац. Кей сфотографировал страницу и стал что-то печатать в телефоне. — Кому ты пишешь? — удивлённо спросил капитан, пораженный тем, с каким хладнокровием Кей проделал все эти манипуляции. — Акитеру, — коротко бросил тот, не отрывая глаз от экрана, — он что-то говорил про эту книгу. Все молчали, пораженные новостью. В звенящей тишине слышались только всхлипы двух балбесов, виновато хлюпающих носами. Не каждый день твоих друзей заколдовывают вот так. Сугавара, почувствовавший что-то неладное тихо стоял, прижимаясь к ноге капитана, а тот машинально положил руку ему на макушку, успокаивающе поглаживая. Наконец, Цукишима оторвался от телефона и, сердито зыркнув в сторону мелких источников всех бед, сказал: — Есть две новости. Одна хорошая, одна — не очень. Заклинание обратимо, причем для этого ничего не надо делать. По словам брата, это что-то вроде учебника. Поэтому все заклинания носят обратимый характер. Видимо в расчете на таких вот «умников». Плохо то, что действие заклинания продолжается примерно двое суток. Так что придется как-то справляться без нашего вице-капитана. Ну и как-то скрыть от тренеров все это. — Что это вы хотите скрыть от тренера? — Вот черт! — синхронно выругались Цукишима и Савамура: на пороге стоял Такеда сенсей.