Не пионерка

Сказать что Дин Винчестер был невнимательным, равносильно тому, что Земля плоская. Ведь чего-чего, а терпения и внимательности у него не занимать. Вообще-то сейчас зеленоглазый должен зависать в одной из комнат в лагере, в которой обычно происходил весь кипеж и выплеск гормонов, где, подумал он, мог бы находится ещё один парень за которым Дин, условно говоря, с недавних пор начал следить. И Дин любым способом хотел бы знать, что творится в голове у парня, которого все время туда зазывают юные дамы, так и жаждущие получить от него чего-то большего, чем пара поцелуев. Но тот мило улыбался, на секунду отводил взгляд от книги, вежливо отказываясь. С огромной радостью Дин покинул бы эту несчастную, местами сгнившую, но все же покрашенную беседку с большой навесной крышей. Пошёл бы с другими ребятами в комнату, где, он уверен, уже происходит что-то забавное. Скромником Винчестер-младший не был, он скорее душа компании, раз уж нравился абсолютно всем. Как и всегда зашёл бы, занял свое место у окна, где находились девочки липнувшие к нему без остановки. У них откуда-то появились сигареты. Дин, конечно, пробовал, но он не понимал, что именно можно найти в этом сгустке светло-серого дыма и после неприятного жжения горла. Не то чтобы он был против, но и ярым сторонником себя не считал. Все еще наблюдая за чужими движениями, он раздумывал о том, что сейчас мог бы пойти к брату и рассказать об этом, предварительно заглянув на это скромное, вышеупомянутое мероприятие. Брат, скорее всего, хмуро улыбнулся бы ему, а потом они вместе пошли до кампуса. Позже Дин из самого конца коридора, в неприметном местечке, смотрел как брат резко открывает дверь оглядывая всех находящихся в комнате, а те в панике начинают разбегаться, оправдываясь и скидывая вину друг на друга. Сэм Винчестер в такие моменты держит серьезное лицо, говоря о том, что они глупые дети могли бы случайно спалить целый корпус, а Дин бы фыркнул и улыбнулся, на то как брат умело сдерживал смех, ведь этим самым и он грешил когда был в том же возрасте, что и Дин сейчас. И он определенно сдерживал смех, идя с Дином на выход к вожатской вышке, что-то бубня о сигнализации и черном выходе. Потом быстро переводил тему рассказывая чепуху, которую Сэм с другими вожатыми, а конкретно с одним, вытворял ночью. Винчестер-старший не забывает и благодарит: "За отличное сотрудничество и успехи в работе, агент". Дин хмыкает в ответ с улыбкой смотря на брата. И это были лучшие вечера скучных лагерьских дней, с тех пор, как три года назад, его брат устроился туда работать. Можно сказать, что у Дина был некий спец-пропуск в виде брата-вожатого, который все время нудил, грозясь тем, что его легко могут вышвырнуть из-за брата недоумка. Но он понимал, что Сэм шутит. С годами им все больше нравился лагерь с непривычным названием «Рай». Сначала Сэм, будучи подростком, приезжал с Дином. В конечно счёте это помогло им знать лагерь, как свои пять пальцев. Потом Сэм стал там работать, а Дин приезжал "отдыхать". Но он решил что будет намного веселей, грубо говоря, сливать ему информацию о всем, что происходит в каспусах, и что они хотят вытворить. Потом они придумывали розыгрыши и обсуждали свои гениальные планы. Однако не всегда все шло так гладко. Честно говоря Дина иногда пугало, что все его дни мучительно долгие и однообразные, хотя его с братом шутки были просто восхитительны и достойный уважения, потому и другие вожатые активно им подыгрывали. Но шутки заканчивались, а он не привык сидеть без дела и всегда пытался чем-то себя занять. Получалось плохо и он ошивался с Сэмом, плачась о том, как в этом году скучно. Брата иногда настолько загружали подготовкой к мероприятиям, что он бесился и желал чтобы Дин хоть на секунду закрыл рот и исчез. — Это называется взросление, Дин. Тебе уже семнадцать, так иди и склей какую-нибудь девчонку, только прошу, свали уже и не мешай работать, — в руках Винчестера была большая тяжелая колонка, которую он пытался занести в зал, но пока у него не получалось. — Ну так давай я тебе помогу, — настойчиво продолжал Дин. — Если хочешь помочь, свали или прекрати ныть, а лучше все сразу, — фыркнул вожатый. — Придурок. — Козёл.

***

Дин не думал, что в лагере сможет найти себе друга, который сможет понять его интересы, поэтому подружился с рыжей девушкой – Чарли. Хотя это скорее она поставила его в известность о дружбе и его это вполне устраивало. И говоря о том, что она странная, он говорил чистейшую правду. — Доброе утро, — бодро отозвалась Чарли, не вылезая из своего смартфона. Рыжие волосы аккуратно упали на её лицо и Дин улыбнулся. Она подсела к нему за столик положив телефон рядом с собой. На ней была яркая голубая футболка на которая было написано что-то о драконах, льняные синие джинсы и разрисованные — её любимые, Дин запомнил. — кеды. Она выхватила у Дина тот сыр, что он спёр у Сэма и положила на белый хлеб. — Ага, бери, конечно, — хрипло шепнул Дин под себя. — Не хмурся, парня не найдешь, — пробормотала Чарли, но тут же резко замолчала. Она попыталась что-то вспомнить и, кажется, вспомнила. — Насчёт парней, — она закивала сама себе и прищурилась с улыбкой, бегая взглядом по столовой. Дин с интересом пригнулся к ней ближе. Чарли сделала точно так же, чтобы никто не мог их услышать. — Если кратко, то вчера меня оставили рисовать плакат ко дню всех влюбленных. — Чарли взяла чашку с кофейным напитком в руки. Дин не сильно ценил здешние подобие кофе, но как такого выбора у него не было. — А ты же знаешь, я всю эту муть, ну, с рисованием, не умею я, в общем, — она глотнула горячего напитка. — И он, ну, вроде как заметил это, и сказал, что может сделать это вместо меня, просто так, даже не попросил ничего, — допив свой «кофе», она поставила стакан на место и с интересом посмотрела на Дина — он не разу не перебил её, даже не пошутил. Настолько его заинтересовала доброта парня, которым, по его опыту, в этом лагере кроме алкоголя и тусовок ничего не надо. — А он в курсе что ты по девочкам? — наконец поинтересовался он. — Вот именно! Это то, о чем я пытаюсь тебе сказать! Дин в недоумении дожёвывал свой бутерброд из хлеба и сыра. Чарли вновь достала телефон, начав в нем что-то искать и по её довольному лицу было видно — нашла. — Вот, слушай, — Чарли бегала глазами по экрану и что-то шептала, но вскоре заговорила в слух, снова так, чтобы её слышал только Винчестер. — Тот парень, его зовут Кастиэль Новак, кажется его вожатая МакЛауд, — Чарли посмотрела на него так, будто это что-то должно было говорить. Но Дин продолжал нахмурившись молчать. — Ну что? — спросил Дин. — Что? — цитировала она. — Дин, не говори что ты его не знаешь, ты был здесь больше раз, чем я. Но он правда не особо догонял, что к чему. — То, что ты можешь найти любую информацию о человеке в интернете, не даёт мне способность читать мысли. — ехидно добавил Дин, вытерев руки о собственную черную футболку с надписью «Los Angeles». — Неужели ты его не видел? Прям ни разу? Он посещает этот лагерь с восьми лет. Был во всех кружках. Участвовал во всех соревнованиях. Он тут любимец. Завоевывал награду как "Ребёнок смены", "Талант смены", "Лучший из лучших". — доев свой завтрак Чарли вытерла руки о салфетку. Дин закатил глаза. Столько информации о совершенно незнакомом ему человеке, так и которого он не замечал. Да, парень молодец, старается. Но совершенно не понимал, что девушка имеет ввиду. — Пф... подумаешь, — бросил Дин, услышав как лохматый сказал всем, что сейчас нужно проследовать в кампус для небольшого собрания. Чарли пристально на него посмотрела. — Чарли, я знаю этот взгляд, что? — Ничего, просто он, типо, в твоем вкусе, — продолжала утверждать Брэдбери с совершенно непоколебимым выражением лица. Дин вновь закатил глаза и пожалел, у него заболели веки. — С чего бы глупые невинные мальчики-ангелы в моем вкусе? — ухмыльнувшись, Дин поднялся, задвигая свой стул. Чарли все еще сидела на месте, наблюдая за его действиями. — И вообще, идеальных людей не бывает, сама знаешь, у всех есть какой-нибудь страшный секрет, за который его будут ненавидеть. Он просто чей-то знакомый, которому сказали вести себя послушно, словно песику, вот и всё, — выдохнул Дин, заканчивая свою лекцию. Зеленоглазый накинул кофту на плечи. Рыжая мысленно отметила, что для, как он выразился, «мальчика-ангела» Дин слишком сильно взъелся и начал придумывать кучу нелепых оправданий, закидывая их аргументами. — А мне кажется, он довольно милый, — Брэдбери с усмешкой смотрела на младшего-Винчестера, как бы говоря, что это вызов. — Посмотрим.

***

Дин начал замечать кое-что в послеобеденное время. Точнее будет сказать, что с ним поделились информацией. А вот как с ней распоряжаться Дину не объяснили, поэтому зеленоглазый сидел в беседке и очень внимательно, насколько мог, смотрел на парня, сидящего под деревом. Он уселся довольно далеко, но Дин все же мог рассмотреть некоторые детали и, черт, его это так интриговало. Открытый лоб и густая копна волос. Лохматая макушка была янтарно-черного цвета, и каждая прядка на его голове так и просилась, чтобы к ней прикоснулись и нежно пригладили. Глаза рассмотреть не удавалось, но он видел проблески чего-то светлого — его взгляд намертво припал к строкам книг, что держали тонкие пальцы. Кисти рук изящного изогнуты, держа книгу в тонком кожаном переплете в руках. Название рассмотреть он не смог, кажется, увидел надпись «Искусство». Плечи спрятаны под футболкой AC/DC блеклого серого цвета, которая тут же подняла статус Кастиэля Новака в его глазах. Ткань была не такой уж и просторной, поэтому разглядеть обтягивающий пресс чужого тела не составило труда. Чёрные джинсы отлично сидели на бедрах, выделяя их лакомые нижние части, к которым Дин не прочь был притронуться. Накаченные ноги, что довольно неплохо для парня шестнадцати — или сколько там ему — лет. Черные кроссовки на его ногах, под которыми виднелись оголенные щиколотки. Дин вернулся к началу, осматривая чуть выпирающие скулы и серьезный взгляд. Он осматривал все, что налегало и касалось Кастиэля Новака. Даже заметил кое-что забавное. В зависимости от того, что он прочёл, его глаза подёргивались, выражая то немое удивление, то приятное наслаждение. И это представление, завлекло его на час или около того. На секунду он задумался о том, что делает, но быстро закинул эти мысли на задворки разума подальше. Слева от Дина послышался какой-то шум. Громкий удар сменился детским плачем. Все на него сбежались, но не он. И не Дин. Винчестер не видел смысла подходить: там и так куча народа. Кажется девочка, лет восьми, упала с горки. Он недолго разглядывал толпу и, убедившись что девочка не потеряла сознание — так Дину было спокойней — он продолжил свои наблюдения. Дин изумлённо выгнул бровь. Новак, что сидел за книжкой, даже не дрогнул, его поза, в виде подогнутой под себя левой ноги и подбородок, лежащий на ней, совсем не изменилась, а взгляд по прежнему бегал по неизвестным Дину строкам книги. Он прибывал в недоумении пару секунд. Неужели он настолько увлечён чтением, что не заметил того, как девочка упала с горки? Довольно сложно удивить Дина, и надо отдать честь этому парню, он его поразил. Но восхищению не удалось полностью захлестнуть Дина. И если Сэм мог сделать прибывание Дина в лагере весёлым и увлекательным, то он мог сделать и координально наоборот: томным и мучительным. — Дин, будь добр, подойди, — и Дин неохотно перевёл взгляд на Сэма, стоящего в проходе у двери в корпус вожатых. Он вздохнул, последний раз глянул на парня. На секунду ему показалось, что Новак, услышав его имя тоже повернулся, но Дин уже шёл в сторону брата, а оглядываться как-то, глупо. — Вот теперь я ему пригодился, да, — прыснул Дин и вошёл за Сэмом. — Помоги мне подвинуть вон те кровати, — Сэм жестом указал не две железные койки, вплотную придвинутые к окну. Дин, ничего не ответив, подошёл к одной из кроватей. Они подняли одну и с легкостью направились к двери. — Сэмми, как там Гавриил? — Дин лукаво улыбнулся и они наконец перенесли кровать в соседнюю комнату. — Сколько раз нужно сказать тебе перестать называть меня Сэмми? — в который раз он зло смотрит на Дина, но его взгляд смягчается. — Всё.. нормально, — продолжил Сэм. — Сэмми, тебе так-то повезло, что на тебя хоть кто-то запал, — они подняли вторую кровать и понесли в коридор. — С такими расходами на средства для волос не один парень не захочет тебя содержать. — Дин хихикнул, когда Сэм попытался уронить кровать ему на ногу. Жизнь Дину совсем не дорога. — Ты знаешь что такое доброта, Дин? — хмыкнул Сэм. Дин вздохнул: — Не вижу преград, он мне нравится, — заверил брата Дин. — И тебе тоже. — Конечно нравится, он же тебе все время шоколадки таскает, чтобы ты за него мне словечко замолвил, — пересилив желание отпустить ещё одну шутку, Дин кивнул. — Просто скажи уже что он элегантный, галантный и он тебе симпатичен, — закончив с заданием и обернувшись к выходу, произнес Дин. Сэм промолчал. Он чуть подвинул койки так, чтобы обе стояли перпендикулярно друг другу и парни вышли из комнаты, прикрыв дверь. Пройдя в небольшую комнатку, где обычно собирались все вожатые на своё мини-собрание за круглым столом, но сейчас там находились только Ровена и Гавриил. В самом центре располагался круглый стол из дерева, — Дин предполагал, что это сосна — вокруг которого так же стояли деревянные стулья, но те были с мягкой красной оббивкой. Одна из стен покрашена в белый цвет и завешена детьми — гордостями лагеря, где на нескольких фотография он впервые заметил Кастиэля — достижениями детей и фотографиями каждой смены. На противоположной стене висит белая доска с различными пометками, а на маленьком столике, под ней, маркеры для записи. На полу большой коричневый ковер, а в углу два кресло-мешка, в одном из которых все время обитал Дин. Сэм чуть помялся, завидев Гавриила, поэтому Дин входит первым. — Здравствуйте, мальчики, — ласково встречает их МакЛауд. — Привет, Гавриил, — мужчина обернулся и по-доброму посмотрел на младшего. — Кажется, Сэм хотел тебе кое-что сказать, — улыбнувшись своей самой искренней улыбкой, Дин моментально увернулся от пинка и спрятался за Ровеной. — Привет, Ру, — дружелюбно отозвался Дин за её спиной. Сэм поклялся убить брата, но кажется тому повезло. Нельзя терять самообладание перед Гавриилом. Иначе он подумает, что Сэм вспыльчив. Гавриил, будто прочитав мысли, схватил Сэма за руку, предварительно крикнув "сейчас придём", вылетел из помещения. Последнее, что услышал и увидел Дин, это писк Сэма от чужого прикосновения и его быстро заливающееся лицо краской. Для семнадцатилетнего Дина, который попал сюда методом подделки документов — потому что возрастной порок заканчивался шестнадцатью годами — и брату, слишком много видел того, что должен видеть только через год. И может слышал. Пару раз. Спасибо Сэму. — Дин, — протянула Ровена, сверкая своими кошачьими глазками. — Расскажешь, что эти мелкие придурки придумали? Дин улыбнулся и, подойдя к креслу, плюхнулся в него. — Вроде как ничего необычного, — предположил Дин, вспоминая все, что ему за сегодня рассказала Чарли. — Разве что завтра в тихий час второй кампус хочет нагрянуть в первый. — Ровена кивнула, поблагодарив за относительно полезную информацию. Она отошла к доске, начав что-то писать. Они молчали с минуту. — Слушай, Ру, — Дин, не зная как начать, смущенно бегал глазами по ковру, пока Ровена писала что-то на доске, оставляя все меньше места. Он хотел спросить брата о Кастиэле, но первый кампус находится под руководством Сэма, а того парня в своём корпусе Дин не видел, и следовательно, что логично предположить, Кас мог находится во втором, над которым надзирала МакЛауд. На тринадцатилетнего он не тянул, значит и в третьем быть не мог. — Да, милый? — Имя Кастиэль Новак тебе о чем-нибудь говорит? — она продолжал исписывать доску и Дин впервые обратил на это внимание. Кажется она пыталась во всех красках объяснить Сэму и его другу Гавриилу, что трахаться на работе запрещено, и если нет, то она обязательно этого добьется. — М-м, Кастиэль, да? Кас, Кас Новак, да. — она посмотрела на Дина, но он отвёл взгляд. — Замечательный мальчик, очень добрый, смышлёный, читает много, в тринадцатой комнате живёт, — Да, это я уже понял.И Дин почему-то начинает ёрзать. Какой он идеальный, боже, может быть у него ещё своя благотворительная фирма, он кормит уточек по утрам, а по воскресеньям делает уколы блохастым псинам из приюта? Он случайно почку ещё не пожертвовал? В голове промелькнула Чарли, которая ехидно усмехается. — Прямо-таки святой, — недовольно ответил Дин. — Ангел божий, — с сарказмом проговорил Дин, но Ровена этого не оценила. — Ты случайно не собираешься оскорблять моего мальчика? — рыжая сложила руки на груди и в этой тишине послышался приглушенный стон. Оба переглянулись и закатили глаза, понимая, что происходит в коридоре. Рыжая настаивала на вопросе. — Чем он тебе не понравился? — Я думал, что я «твой мальчик». — улыбнулся он с долей обиды. — Кто-то сдает позиции, — отметила Ровена, развернувшись. — Не знаю, Дин. Я в нем ничего плохого не замечала, он всегда старается всем помочь, даже спать четко по графику ложится, — она пожала плечами. Дин мысленно взвыл. — Ру, ну ты тоже пойми, таких идеальных просто не существует! — по-детски всплеснул руками Дин. МакЛауд взглянула на Дина пытаясь понять о чем тот задумался. Можно сказать Дин был двойным агентом. Или двойной сукой. Как посмотреть. С одной стороны он мгновенно мог прочитать любого человека, понимая доверится ему или нет. В этом случае он не мог сделать ничего. Новак казался для него загадкой, не решенной задачкой, сокровищем на дне океана. Чем угодно, но он никак не мог понять, что он за человек. Новак будто бы был скрыт с его датчиков и радаров. В не зоны доступа. Или Дину просто хотелось так думать. С другой, этим он и мог привлечь внимание Винчестера. Ведь запретный плод так сладок. И Дину так хотелось узнать все его тайные желания, возможно даже некоторые исполнить, и понять, что творится в разуме этого человека. Дин вдолбил себе в голову, на самые корочки мозга, что этот парень определенно не тот кем является. А иначе и быть не может. — А тебе не приходило в голову, что он просто хороший? — предположила зеленоглазая присаживаясь напротив Дина. — Нет. — Почему? — Потому что это слишком просто, Ру.