Белое сердце.

Похороны матери прошли тихо. Или это у Чимина из жизни с ее уходом звуки исчезли из жизни разом. Земля, тело её поглотившая, под ногтями еще сырая. Дождь, идущий за окном, превращает в мираж силуэт отца,сидящего у могилы любимой. В доме занавесили зеркала, и белые лилии стоят повсюду. Матушка сгорала медленно, до тла. Чимину было 16 лет. Обучение при королевском дворе проходило монотонно, растворяя горе утраты, стирая лицо матери из памяти стратегическими ходами и сводами указов, что лежали в углу его потертого письменного стола в общей комнате. Лица товарищей мелькали где-то между классной доской и очередным неоткрытым конвертом от отца. Сестры перестали писать еще год назад. Чимин надеется, что хотя бы ждать не перестали. Удивительно, как близкие люди остаются позади, хотя сама жизнь твоя словно застыла. Или это они сами назад тихо шаги делают?... В 19 возмужавший юный принц Пак был буквально идеальным кандидатом в мужья своему предназначенному:безупречные манеры,тома книг, осевшие в памяти и вытеснившие все воспоминания и мечты. Он и сам чем-то на учебник похож стал. Полезный. Сухой. Неинтересный. Да и внешне юноша изменился- когда-то пухлая фигурка сменилась крепким телом, сильные руки и бедра, рельефная шея... при этом он не потерял грациозности и изящности, с детства ему присущей. Волевой резкий подбородок и скулы вместо щечек, сформировавшиеся мужские черты с оттенком чего-то хищно-кошачьего: вроде нежная красота, но таит опасность и силу. Таким его выточило время, проведенное в серых классах и танцевальных залах в бесконечных тренировках. Этот год, по словам отца, будет Великим: Чимина и Хосока обручат. По этому случаю уже готовят пышный прием, бал и бог знает, что еще. Сестры и слуги вот уже как два дня собирают вещи, суетятся. Чимину плевать, давно плевать на суету и судьбу. Он просто есть, просто живет. А завтра просто снова предстанет пред принцем. И просто исполнит свой долг. В эту ночь он отчего-то не мог заснуть: ходил из угла в угол, беспокойно глядя вникуда. Внезапно скрип паркетной дощечки выводит его из транса. Присев, юноша провел по ней пальцами. Точно, его детский тайник. Он усмехнулся: надо же, секретник какой. Убрав деревяшку запустил руку в углубление. Там лежал лишь один его "секрет"- высохший белый бутон в куске старого пергамента. Смутные воспоминания...Подарок. Хосока в его первый визит? Да не так уж и важно. Чимин бездумно ставит бутон в стакан с водой, приготовленной на ночь. И почему-то слишком легко засыпает. На том конце моря в саду Чонгука снова расцветают дикие розы.