Per aspera ad astra

— Эрик, вот ты когда то задумывался, что ты — звезда? Эрик медленно повернул голову в сторону Чарльза. Тот уютно расположился в кресле напротив, держа в руках кружку с теплым ароматным чаем. Его ясные голубые глаза были сосредоточены на нем, на Эрике, ожидая ответа. — Нууу… Не знаю, не сказал бы, что у меня завышенная самооценка, но… Чарльз звонко рассмеялся, в его глазах заплясали озорные искорки. Эрик тепло улыбнулся, но все же в неком недоумении посмотрел на профессора. Ксавьер переставил своего белого слона на пару клеток по диагонали. Шах. — Я не про те звезды. А про те, что сияют на ночном небе. Пошли покажу. Сейчас была очередь Эрика смеяться. — Я что, по твоему, звезд не видел? — черный конь буквой «Г» ловко перекрывает путь слону. — Давай хотя бы партию доиграем. Партию они доиграли, но не так, как хотелось Эрику — у него в планах был романтический ужин, вино, нежные поцелуи и прекрасный Чарльз на том же столе. А в порыве внезапно родившегося энтузиазма, Чарльз хотел как можно скорее завершить партию, и его мозг работал на полную катушку, сам того не замечая. Черные фигуры, одна за другой, выстраивались в длинную шеренгу с правой стороны доски. То, что Эрик удивился, еще мягко сказано. Белый ферзь на пять клеток вперед. Шах. Мат. Чарльз победно откидывается на спинку кресла, допивая чай. Довольно улыбается, как кот. — Все, пойдем. — он резво поднимается с места и идет к выходу из комнаты. Накидывает на плечи ветровку и выжидающе смотрит на Эрика. Эрик смотрит обреченно. — И ты даже не будешь радоваться победе? — в ответ Чарльз лишь фыркает. Эрик откровенно не понимает, зачем они это делают, но послушно ложится на влажный от вечерней росы газон и смотрит на усыпанное бледными точками небо. Но насчет тусклых точек он ошибся, были и более яркие товарищи. — И давно ты увлекаешься астрономией? Мне ты не говорил. — Эрик ласково скользит взглядом по еле различимым очертаниям лица Чарльза, и видит его мечтательную улыбку. — В ту ночь, когда я впервые увидел Рейвен, я долго не мог заснуть. Не знаю почему, просто не спалось. Тогда я вышел на улицу и просто лег на траву, смотря на звезды. Я понимал, что я — частичка той далекой звезды, — Чарльз махнул куда-то в неопределенность, — и чувствовал в себе такую гордость, такую нереальную, почти волшебную силу, что хотелось рассказать об этом всему миру. Я стал замечать, что некоторые звезды на небе расположены очень необычно, я словно видел в них рисунок. На следующую ночь я уже вооружился отцовской книгой по астрономии и даже пытался найти разные созвездия. Потом я вырос, и как-то стало не хватать времени на подобные вещи. — Чарльз грустно усмехнулся. Эрик с нескрываемым интересом слушал эту историю. Они вообще редко говорили о своем детстве, в частности из-за Эрика. У него его по сути, и не было. А Чарльз не рассказывал из-за вежливости. Но сейчас Эрик понимал, что они очень много потеряли, умалчивая о самом беспечном и беззаботном периоде их жизней. Для Эрика вся эта тема со звездами была вообще слегка отдаленной. Нет, конечно, он мог найти ковш Большой Медведицы и Полярную звезду, но на большее изучения космоса его не тянуло. Однажды он узнал, что те звезды, на которые он сейчас смотрит, уже могли взорваться, просто свет от их взрыва все еще доходит до Земли. С одной стороны это захватывает — ты буквально смотришь в прошлое, а с другой стороны — ты просто смотришь в никуда. Там ничего, пустое место в бесконечном космическом пространстве. Не было какой-то четко построенной логичной схемы, все было очень абстрактно и эфемерно. Эрику такое не сильно нравилось, ему больше по душе то, что не взорвется в любую секунду. Из раздумий его вывел бодрый голос Чарльза. — Ладно, покажи, что ты знаешь. Эрик поперхнулся от смеха. — Я знаю? Да я ничего не знаю! — Ну что-то же знаешь. Что-то базовое, чему то же в школе учили. Эрик внимательно окинул взглядом мерцающий небосвод. На глаза быстро попалась Большая Медведица. Семь ярких звезд выразительно сверкали на небе, порождая символичное изображение могучего зверя. — Ну вон там Медведица. — Леншерр ткнул пальцем в небо, надеясь, что показывает правильно. Чарльз оценивающе проследил за его движением, после чего удовлетворенно кивнул. — Молодец. Что еще ты знаешь? Эрик начал копаться в собственной памяти, стараясь вспомнить, как найти Полярную звезду, а от нее и Малую Медведицу. Что-то куда-то провести, от какой-то звезды Ковша… — Вон там Малая Медведица, а вот Полярная звезда. — на этот раз Эрик указал в случайный участок неба поблизости Ковша. Ему должно повезти, должно. Он и так проиграл партию в шахматы. Судя по затянувшейся тишине со стороны Чарльза, он не угадал. — А ты говорил, что ничего не знаешь! Не каждый даже это на небе найдет! — с сердца словно булыжник свалился. Повезло так повезло. — Ты молодец, Эрик! От такой похвалы Леншерр почти покраснел. И из-за чего? Из-за того что он три звездочки нашел? Что ж, оно того стоило. Тогда он хоть сто найдет. — Но это только начало. Какие созвездия ты знаешь? — Эрик прекрасно прочувствовал эти дрожащие от нетерпения нотки в голосе Чарльза. Он словно получал удовольствие от того, что Эрик не знал ответов на вопросы. Но вот Леншерр так просто сдаваться не собирался. Он не эксперт из НАСА конечно, но и не из деревни приехал. — Из тех, что я знаю, то Дракон..? Он, кажется, рядом с Большой Медведицей расположен. Еще Кассиопею знаю, она как буква «М» перевернутая. О, ну и двенадцать знаков зодиака. — Леншерр поправил куртку, поворачиваясь к Чарльзу. Тот снова довольно хмыкнул, но уже не так радостно, как в прошлый раз. Словно почувствовал соперника на звездной арене. Эрик даже улыбнулся этой мысли, ведь понимал, что дальше этих знаний он не зайдет. — Хоро-о-о-шо. — протянул Ксавьер и поднялся. — Ну куда ты, хорошо же лежали… — Эрик потянул Чарльза за штанину, призывая вернуться, но тот даже не шелохнулся. — Нет, вставай. — когда недовольное бурчание затихло, а Леншерр стал за спиной Чарльза, он начал свой урок. — Смотри. Кассиопея, Дракон, Персей, Лев, Волопас, Северная Корона, Лира, Орел, Лебедь, Дельфин. С чего начнем? Эрик озадаченно свел брови к переносице. Это он сейчас созвездия назвал? Или отряд млекопитающих в перемешку с птицами? Зоопарк, а не астрономия, честное слово. — Давай с Северной Короны. — Леншерр пожал плечами, поднимая глаза к небу. Все таки, наверное, это интересно, смотреть в темноту, но все равно продолжать видеть. — Смо-о-о-три. Если провести воображаемую линию влево и чуть вверх, то увидишь созвездие Волопаса. Похоже на большую теннисную ракетку. Видишь? — Эрик заверительно кивнул, хотя сам не сильно был уверен, что смотрит в правильном направлении. — И прямо рядом с ней можно увидеть своего рода подкову. Видишь? — Чарльз встревоженно обернулся, чтобы удостовериться, что Леншерр смотрит туда, куда надо. — Если честно, нет. Чарльз прижался телом к Эрику, вставая на цыпочки, чтобы уложить свою голову на плече Леншерра. Что ж, такая астрономия ему нравится куда больше. Он нежно обнял Ксавьера за талию, притягивая к себе ближе. Но тот, видимо, его романтических порывов не разделял. — Ладно, вон ту яркую звезду видишь? — Чарльз указал на действительно яркую звезду. Она была желтовато-серебристого цвета, выделяясь на фоне других холодных синих звезд. — Это Арктур, ярчайшая звезда в созвездии Волопаса. — Арктур? — хмыкнул Эрик. Напридумывали названий эти звездочеты. — Ага. И чуть выше, рядышком, расположена эта подкова. Теперь видишь ее? Теперь Эрик правда видел. Звездочки были тусклые, ели светились, но их словно пронизали ниточкой, каждую из них, навеки сцепляя космической цепью. Эта чарльзова Северная Корона была хотя бы более менее похожа на корону. Потому что как в Большой Медведице древние люди могли разглядеть медведя, этого Эрик откровенно не понимал. — Вижу… Ухты... Волны гордости и одновременно смущения исходили от Чарльза, который самодовольно переминался с ноги на ногу. Эрик наклонился ближе (благо, разница в росте это позволяла) и оплел руками тело профессора, укладывая голову тому на плечо. Чарльз мелко вздрагивает и прижимается ближе, словно хочет растворится в Эрике. — А вон там что? — Эрик указывает на случайную звезду на небе, и он уверен, что Чарльз знает ответ. Она яркая, но не такая, как Артур. Арктур, всмысле. Она ярче, намного ярче. — О, это не звезда, мой друг. Это Юпитер. — Ничего себе… — Но в телескоп его было бы вообще отлично видно. Полосы, и даже спутники. Помню, в детстве я сильно хотел себе телескоп. Дальше Эрик не слушал. Чарльз что-то рассказывал про Юпитер, про Сатурн, про еще какую-то звезду, чье имя Леншерр бессовестно забыл. Эрику было о чем подумать. Например, где раздобыть качественный телескоп к завтрашнему дню.