Вновь рождённые из пепла/ born again from the ashes

— Действуйте. — Мы, блять, делаем всё, что в наших силах! Поттер напичкан вашими зельями, грязнокровка по уши влюблена в меня, всё идёт по плану! — скрипя челюстью от досады, сказал Рон. — Не понимаю вашей нервозности, директор, всё же идёт как по маслу! — Но этого не достаточно, - спокойно проговорил Альбус, пропуская мимо себя нецензурное слово и пренебрежительный тон Уизли-младшего. — Джинни, подойди, пожалуйста, сюда. Рыжеволосая долго слушала разговор директора и её брата, поэтому резво встав со стула, который стоял в другом углу кабинета, подошла к ним. — Профессор, прошу прощения за поведение моего брата, но мы прилагаем массу усилий, неужели всего этого не достаточно? — уложив волосы на другое плечо, сказала Джинни. — Разве мы не придерживаемся вашего плана? - она сменила уважительный тон на обвиняющий и подозрительно прищурила глаза. — Конечно, мисс Уизли, за хорошее послушание и выполнение всех моих поручений, я.. — вытащив тяжёлый мешочек из своей дубовой тумбы, он протянул его Джинни. — ..плачу вам эти галлеоны. В следующее мгновение, камин, вспыхнув зелёным пламенем, показал очертания полной рыжей женщины, которая держала небольшую авоську со склянками и бутыльками. — Альбус! — приторной улыбкой она поприветствовала собравшихся. — Вызывали? — О, Молли, дорогая! Проходи. Наши планы немного поменялись. Поэтому ещë несколько порций любовного зелья будут очень кстати,— сказал Дамблдор, кивая на авоську в руках женщины, он отпил чай, и с довольным лицом, закинул в рот лимонную дольку. — И какие же изменения нас ждут? — сказала нетерпеливым тоном домохозяйка. — Мы должны будем приготовить оборотное зелье, или же привлечь новых лю.. — Рональд должен жениться на мисс Грейнджер, а Джиневра выйти замуж за Гарри, — пропел Альбус, который даже не заметил, а может сделал только вид этого, что перебил старшую Уизли. На некоторое время в комнате воцарилась тишина, только мысли пролетали в воздухе. Задумалась и Гермиона Грейнджер, которая, прильнув ухом к двери, не могла даже пошевелиться, находясь в полнейшем шоке от услышанного... *** — Гермиона, ты уверена, что это не твои галлюцинации? Если это так, то тебе надо в Мунго, — Поттер был взбешëн, потирая виски, он метался по комнате, пытаясь выкинуть из головы эту шутку. Очень плохую шутку. — Гарри.. Мне очень жаль — сказала Гермиона с очевидной паникой и сожалением, что не укрылось от Гарри. Поттер присел рядом со своей кудрявой подругой, приобнял еë, желая успокоить и вселить ей уверенность. Привычка подбадривать и верить в лучшее не давала сбоев, и даже в такой ситуации он, поглаживая рукой спину Гермионы, старался переубедить свой мозг в правдивости слов золотой девочки. — Тише, тише. Мы придумаем как выкарабкаться из этого дерьма, обязательно придумаем, — прошептал Гарри так тихо, чтобы только Гермиона могла его услышать. От него пахло... Неплохо. По-родному. Мазь для смазывания мётел, тыквенный сок, горькая маггловская сигарета и нотки парфюма. Парфюм? Гарри не может им пользоваться. Гермиона усмехнулась, но все же оставила пометку в голове в какой-то момент уточнить, не показался ли ей древесный аромат с проблесками, кажется, лимона? — Когда ты начал курить? — спросила Гермиона, отстранившись. Она не казалась удивленной, ведь ум и внимательность всегда были при ней. — Когда начались проблемы. — То есть? — Месяц назад у меня началась бессонница. Плохие сны с участием Волдеморта, — хмыкнул он. — я почти каждый день вижу зеленые лучи, убивающие близких мне людей. После такого у меня не получалось заснуть. — Гарри, нужно наведаться к Помфри. — Гермиона посмотрела в родные зеленые глаза, пытаясь сделать щелчок на воображаемом колдографе, чтобы запечатлеть этот момент в памяти и лелеять надежду на легкое будущее, просматривая такие воспоминания, надеясь, что когда-нибудь глаза друга начнут светиться от искренней радости и облегчения. В его изумрудных глазах плескалась усталость, а синяки, находившиеся под ними, были отчетливо видны. Гермиона задумалась. Это было видно по небольшим складкам меж бровей и губам, которые сейчас собрались в одну тонкую линию. Поправляя прядь кудрявых волос и отводя их за ухо, она не могла понять, «как она не заметила изменений в таком родном для неё человеке?» — «эта учеба отнимает все силы» — Гермиона нашла объяснение своему поведению, но оставшись им недовольной, она, как смогла, запихнула свою тревогу в самые дальние закрома мозга. Не время. Расставленные приоритеты никак не должны идти об руку со своими мыслями. Нужно сосредоточиться. — Мы обязательно разберемся, Гермиона. Я не могу сейчас доверять кому-то, кроме тебя. — он крепко сжал кисть Гермионы. Только она могла его невербально поддержать. Её прикосновения вселяли надежду, и от них становилось легче. Часть любви и поддержки передавались Гарри, за что он был премного благодарен своей близкой подруге. «Мы разберемся» Гарри вскрикнул, хватаясь за лоб. В очередной раз за этот год у него заболел шрам. *** Невыносимо было играть на публику, но они были обязаны. Они обязаны быть в хорошем настроении. Как будто всё хорошо. Всё как обычно. — Привет, Рональд! — Гермиона ела овсяное печенье, но при виде рыжего, её аппетит, которого и так особо не было, резко улетучился. Поэтому аккуратно положив на стол рассыпчатое печенье, она открыла свой конспект по истории магии и начала его повторять. Придерживалась своего статуса. Она же заучка. Влажный поцелуй опустился ей на щеку, но вместо привычного лёгкого смущения, она почувствовала отвращение. И как раньше это могло ей нравиться? Отвратительно... Про себя помянув Мерлина, чтобы не опробовать на рыжем свой фирменный хук с правой, она продолжила читать, оставляя пометки на полях. — Ты не видела Гарри? — А вот и я! — сказал Гарри, со слишком весёлым лицом плюхаясь рядом с лучшей подругой. Переигрывал. Но Рон, не заметив ничего странного, продолжил беседу. — Как вы думаете, как скоро Дамблдор даст нам указания по поводу уничтожения Волдеморта? — Уизли накладывал себе яичницу с колбасками, не обращая свой взор на друзей. Фальшивых, но всё же. Как хорошо, что он полностью был поглощен накладыванием пищи, ведь если бы обратил свой взгляд на них, то искренне удивился бы их выражениям лиц, которые, после упоминания наисветлейшего мага, сравнились бы с фирменным Снейповским, когда тот смотрел на лопнувший котел Финнигана, зелье из которого стремительно растекалось по полу, прямо к черным ботинкам профессора. — Кхм.. — прочистив горло, начал Гарри, он подумал, что пауза слишком затянулась, и кому, как не ему, сейчас стоит её прервать,— Честно, даже не задумывался об этом, но ты прав, Рон, мне тоже очень интересно узнать. — Гарри посчитал это достойным ответом, чтобы не вызывать подозрений и принялся накладывать в тарелку бекон. Гермиона, ещë прокручивая в голове приветствие её "парня", смогла выдавить из себя более-менее искреннюю улыбочку, на которую сейчас могла быть способна. И промолчала, чтобы яд, который внезапно у неё появился, не начал выливаться, затапливая этого рыжего недоумка, которого когда-то она считала парнем своей мечты. Еле избавившись от Рона, ссылаясь на свою забывчивость, Гарри и Гермиона пошли за воображаемыми конспектами по трансфигурации. Зайдя в башню Гриффиндора, они устало плюхнулись на их излюбленное место, а точнее, на большой красный диван, у тёплого и такого уютного камина, который совсем недавно догорел, оставляя небольшую, но терпкую дымку, что расслабляла и делала атмосферу наиболее комфортной. — Гарри, ты знаешь во сколько начинает свою работу Гринготтс? —Грейнджер резко встала и развернулась на 180 градусов на своих невысоких каблучках, взмахнув волосами, словно густой гривой. Вопрос слетел с её губ так быстро, что Поттер даже удивился. — Эм, я, конечно, не задавался этим вопросом, но, кажется, Хагрид упоминал, что он работает круглосуточно. А зачем тебе? — Гарри вдруг стало очень любопытно, его взгляд был прикован к шатенке, а не к догорающим поленьям, изредка потрескивавшим в камине. — Когда читала эту книгу.. — Гермиона бросила короткий взгляд на ветхую обложку «Интересные факты Хогвартса», название которого, ничего особенного не объяснило Поттеру о связи книги и волшебного банка. — ..я прочла в ней такой факт, что в определённое время, а точнее с 4:13 до 4:17, аппарацинное поле Хогвартса наиболее подвижно, то есть мы можем аппарировать прямо из замка или с ближайшей к нему территории...И именно за эти 4 минуты мы успеем переместиться в Гринготтс, — проговорила Гермиона, хлопнув рукой по книге. — Это, конечно, всё замечательно, но.... зачем? — нахмурился Гарри Гермиона позволила себе рассмеяться над гримасой друга. Вышло, правда, немного истерично, но девушке было плевать. — Великий Годрик, Гарри! Если есть какие-то проблемы, нужно сразу идти в Гринготтс. Ты же не думаешь, что там можно только взять деньги и обменять валюту? — Гермиона приподняла брови в изумлении, ожидая ответ друга. — Честно говоря, не особо задумывался — Гарри посмотрел на Гермиону, не услышав ответа. Та стояла, облокотившись бедрами о стол. Ее лицо показывало глубокий мыслительный процесс. Губа была закусана, а ногти барабанили по ровной поверхности дубового стола, стоявшего посередине гостиной, напротив камина. — Гермиона. Успокойся. Всё хорошо. Я понял. Будь уверена, я всегда буду с тобой и поддержу тебя. Мы лучшие друзья, и у меня осталась только ты и Сириус. Больше я никому не могу доверять, как бы мне не хотелось обратного — сказал Гарри, пытаясь уложить своей пятернёй причёску, чтобы та стала выглядеть более сносно. Он не знал, зачем это произнёс, но чувствовал, что его подруге нужна поддержка. —Гарри, — Гермиона бесшумно наклонилась к его плечу и так же тихо расплакалась — Спасибо. Она не может быть сильной. Не всегда.