Daeron the Worthy

      Андрик Драмм хорошо знал этот план. Он был в гуще планирования этого удара по островам Щитов. После того, как Эурон Грейджой принял корону, на Железные острова пришла новая энергия. Железнорождённые возбужденно перешептывались друг с другом о богатствах и славе, которые ожидали их на континенте. Многие думали, что предполагаемая армада будет направлена на Ланниспорт. Это был логичный выбор, учитывая, что Ланниспорт был легко доступен для Железнорожденных, и в любое время дня у них всегда был элемент неожиданности. Но Андрик, будучи включенным в план, составленный его королем, знал, что удар был нацелен на Простор. Это была амбициозная цель, но совершенно невозможная обычными средствами.       Многие лорды и капитаны Железного флота выступили против нападения на острова Щитов. Они выступили против этого плана не из трусости, а из-за ветра и расстояния, которое было задействовано. Сила Железнорожденных заключалась в морях, а это значит, что им нужно было одерживать быстрые победы, понеся минимальные потери. Только тогда они смогут захватить Щитовые острова с десантом. Проблема, однако, заключалась в элементе неожиданности. План Эурона зависел от элемента неожиданности, но приход их длинных кораблей вдоль береговой линии, как это было принято, лишило бы их этого преимущества. И тогда появились чародеи на борту Молчаливой, флагмана Эурона Грейджоя. Чародеи с помощью средств, которые откровенно поразили его и заставили дрожать, сумели подчинить ветры своей воле. Это позволило флоту Железнорожденных продвинуться дальше на запад и осуществить план Эурона.       План был не так прост, но он был эффективен, и для дисциплинированных моряков, таких как "Железнорожденные", он был действительно прост. Двенадцать самых быстрых баркасов были собраны во главе с Торволдом Коричневым Зубом и Красным Гребцом. У обоих под командованием было шесть баркасов. Вдвоем они поведут корабли на Южный Щит, ближайший остров к реке Мандер, и сожгут дислоцированный там скудный флот. Вместо того, чтобы вступать в ближний бой с кораблями, атака будет вестись исключительно с использованием артиллерийского оружия. После этой атаки Коричневозубу и Гребцу придется отвести свои корабли назад и плыть в Мандер. Там им будет поручено совершать набеги и грабить, сколько душе угодно. Именно в это время с Щитовых островов отправят основной флот в бой с Железнорожденными, разрушающими Мандер. К этому моменту вся мощь Железного флота ударит по Щитовым Островам и захватит их силой.       В первый день первая часть плана прошла без сучка и задоринки. Торвольд и Красный Гребец выполнили свое обещание и сумели привлечь внимание лордов Щитовых островов к Мандеру. Теперь пришло время выполнить свою часть и забрать Южный Щит у Дома Серри. Это была легкая задача, так как большая часть сил Дома Серри теперь сражалась с их Королем в море.       - Не используйте огненные стрелы. Я хочу, чтобы порты остались целы. Они нужны нам, чтобы совершать набеги и грабить весь Простор. - Андрик крикнул своим людям, которые ответили восторженным криком при мысли о возможности завладеть богатствами Простора.       Андрик разглядел порт Южного Щита и насчитал в порту пять кораблей. К несчастью для этих южных ублюдков, эти корабли не могли оказать большой помощи. Ветер был на его стороне, и как только его корабли приблизились в пределах досягаемости вражеских лучников, он подал свой сигнал.       - Воины, вытаскивайте свои стрелы.       С отработанной легкостью его люди вытащили стрелы, а барабаны на его корабле подали сигнал другим кораблям, находящимся под его командованием.       - Пли.       Со множеством свистящих звуков сотни стрел пронзили воздух и начали падать на южан. Ответный огонь вражеских лучников не достиг цели, и их стрелы просто исчезли в море.       - Бог Бури может быть нашим врагом, но король Эурон связал Бога Бури. За Утонувшего Бога! - закричал Андрик, и его люди наполнились энергией, и снова они забросали южан стрелами и скорпионами. Смерть дождем обрушилась на их противников, и он видел, что многие из них просто бежали в страхе.       Хорошо, пусть они бегут дальше вглубь страны. Высадка всегда было тем временем, когда Железнорожденные становились уязвимыми. С южанами, бегущими с берегов, высадка была бы намного проще. Его собственный корабль первым достиг порта, и таран пробил прямо через один из кораблей, которые пытались спастись, но безрезультатно.       Андрик перепрыгнул через планшир на палубу вражеского корабля. Он не терял времени даром, быстро перерезав горло человеку, который был достаточно глуп, чтобы решиться вступить с ним в бой. Это был его день, чтобы принести славу Дому Драмм, и он не собирался упускать ни одного момента. Он издал рев и бросился на группу бесхребетных южан. Море стало красным от крови его врагов, и он был уверен, что Утонувший Бог наблюдает прямо сейчас. Он не был благочестивым человеком, но был уверен, что ему понравится убивать всех этих ублюдков, а затем наслаждаться их женщинами.       В тот день Щитовые Острова пали, и число вдов с течением дней должно было только увеличиваться. Вопли женщин и детей будут наполнять Острова в течение многих последующих месяцев, и ни одна душа в пределах Простора не сможет помочь им в трудную минуту.

***

      Джон Коннингтон не получал удовольствия от того, что делал, но он выполнял свой долг, даже если это означало, что он убивал людей, которые присягали Дому Коннингтонов. Он ударил по лицу мальчика с круглым щитом в левой руке. Мальчик упал с рекой крови, текущей из его носа. Вспышка стали показала, что мальчик был в руках Неведомого. Мальчик был слишком мал, чтобы умереть, но Джон не мог позволить себе роскошь испытывать жалость. В следующее мгновение он перерезал горло другому мальчику, который был слишком нетерпелив, чтобы броситься на него. Грифоньему Гнезду очень не повезло, что он привел своих ветеранов-воинов в Королевскую Гавань, чтобы ответить на призыв короля Томмена, - подумал он. Это оставило только зеленых мальчиков охранять Грифонье Гнездо, и он с неудовольствием убил их. И все же он выполнил свой долг перед королем. Я подвел отца, но не подведу сына. Он укрепил свою решимость и продолжал пробиваться в замок, забирая жизни людей, которые должны были приветствовать его с распростертыми объятиями. В юности подобное разожгло бы его гнев, но Битва Колоколов показала ему, как ошибочно поддаваться эмоциям. Он переусердствовал и боролся за славу, покончив с жизнью Роберта Баратеона. За эту ошибку его Серебряный Принц погиб под Трезубцем. Он был сослан в Эссос, и Гнездо Гриффина достался его двоюродному брату. На самом деле он был доволен тем, что Коннингтоны сохранили замок, и хотя они потеряли некоторые земли уступив другим лордам Штормовых земель, это было то, с чем его дом мог жить. То, что было потеряно, может быть восстановлено в этой войне, и после того, как эта война закончится, он планировал вернуться сюда и править так же, как это делали его отец и предки до него.       Боевые действия продолжались еще некоторое время, унося жизни многих храбрых солдат, но столкнуться с полноценными силами Золотых Мечей было непростой задачей. Люди Штормовых земель, может быть, и воинственный народ, но даже они бледнели по сравнению с закаленными в боях наёмниками.       Бои стихли, когда остальные гвардейцы Коннингтона сдались, когда поняли, с какой легкостью Золотые Мечи убивали их собратьев. Они побросали оружие, и Джон оценил их капитуляцию. Он повернулся к Гарри Стрикленду, генерал-капитану Золотых Мечей.       - Потери?       - Восемь человек. Еще десять ранены и не будут готовы к бою немедленно. - доложил Гарри.       - Я попрошу мейстера немедленно оказать помощь. - заверил Джон капитана.       - Каков наш следующий шаг? Ты же не собираешься удерживать этот замок, не так ли? - спросил Гарри.       - Нет. Я намерен привести наших людей в Штормовой Предел и захватить его до того, как остальные Штормовые лорды поймут, что происходит. С Штормовым Пределом в наших руках у нас будет очень защищенная позиция, чтобы вести войну с Ланнистерами. - рассудил Джон, глядя на карту Штормовых земель.       - Также это будет символическая победа над Баратеонами. Учитывая тот факт, что основная часть наших сил еще не высадилась в Вестеросе. Нам понадобится такой замок, как Штормовой Предел, чтобы защитить нас от любой контратаки Ланнистеров или Штормовых Лордов. Также потребуется время, чтобы высадить слонов. - напомнил Гарри, и Джон кивнул, зная, что им понадобится время, чтобы переправить все Золотые Мечи из Лиса. Только половина роты высадилась в Вестеросе, и выбранное ими место высадки было пронизано штормами. Будет не просто безопасно высадить всё войска в большой флот, и именно поэтому они совершали посадку в небольшом количестве за один раз.       - Как ты собираешься взять замок? Станнис Баратеон удерживал Штормовой Предел с пятью сотнями воинов в течение целого года, и армия Простора напрасно разбила лагерь за этими стенами. - спросил Гарри теперь, когда он знал их следующий пункт назначения.       - Мы все слышали историю стойкости Станниса Баратеона, но в этой истории есть один интересный факт. Контрабандисту, который позже стал известен как Луковый рыцарь, удалось провести еду в замок контрабандой. Как ты думаешь, как он это сделал? - спросил Джон.       - Уверен что у тебя есть решение. - Гарри незаметно закатил глаза, глядя на вестеросцев и их склонность к драматизму во время войны.       - Есть секретный туннель из Штормового Предела в океан. После моего изгнания я в этот самый момент изучал слабость Штормового Предела. Мы отплываем в Штормовой Предел через четыре дня после того, как должным образом установим оборону Грифоньего Гнезда. Мы возьмем последнюю крепость Станниса Баратеона. Когда знамена Таргариенов развеваются над стенами Штормового Предела, это послужит сигналом всем лордам Вестероса, что драконы вернулись и в полной силе. - сказал Джон и кивнул сам себе, что этого было бы достаточно, чтобы заставить нескольких лордов перейти на сторону Юга.       - Я хотел бы, чтобы все драконы были здесь, и я был так же полон энтузиазма, как ты, Джон. Нам нужны союзники, если мы хотим захватить весь Вестерос. Золотые Мечи в одиночку не смогут завоевать Семь Королевств. Если бы Дейенерис Таргариен и ее три дракона были здесь, тогда был бы шанс, что мы могли бы это сделать, но без нее нам нужны региональные союзники. - Гарри сел напротив Коннингтона и указал на Простор.       - Томмен Баратеон женат на Маргери Тирелл. Я сомневаюсь, что Простор будет хранить молчание,пока мы угрожаем их драгоценной королеве и мальчику-королю.       - Ты прав, и именно поэтому я уже связался с Дораном Мартеллом до того, как мы отплыли из Лиса. Прежде чем армия Простора войдет в Штормовые Земли, мы укрепим нашу власть. Я также слышал, что в Речных землях снова вспыхнуло восстание, и это займет Ланнистеров и Тиреллов. Их силы будут растянуты, чтобы должным образом сосредоточиться только на нас. - рассудил Джон, и Гарри неохотно оставил этот вопрос на время.       - Но как насчет Дейенерис Таргариен? - снова спросил Гарри.       - Эйегон наследник, и когда придет время, она отправится в Вестерос, осознав тщетность удержания Миэрина. Когда придет время, она приедет и сможет выйти замуж за Эйегона. К тому времени мы бы победили Штормовых Лордов и Тиреллов, если это будет необходимо, - сказал Джон, и Гарри решил пока просто довериться Гриффу.       - Кто возглавит атаку на Штормовой Предел? - поинтересовался Гарри.       - Я сделаю это сам. - Ответил третий голос, и их король вошел в комнату, а его телохранитель Ролли следовал за ним по пятам.       - Баратеоны забрали мой дом, мою семью и мое право по рождению, Джон. Я намерен забрать то, что принадлежит им, вместе с тобой. Я возглавлю атаку на Штормовой Предел. - заявил Эйегон, и на мгновение Джон увидел в своем сыне призрак Рейегара. Последнего Дракона многие называли Серебряным Принцем. Но он не был последним, и его сын не будет последним. Должно было появиться еще больше драконов, но больше не будет ни Оленей, ни Львов.       Джон просто кивнул и был вознагражден улыбкой своего короля. Я буду охранять твоего сына, Рейегар. Я увижу, как твой сын сядет на Железный Трон, и только тогда я смогу увидеть тебя в загробной жизни. Я посмотрю тебе в глаза и извинюсь за то, что подвел, но я заслужу твое прощение, восстановив твое наследие на Железном троне. Я клянусь.

***

      Эллария Сэнд оплакивала своего возлюбленного и отца своих детей, погибших от рук монстра, который убил сестру и племянников ее возлюбленного. Она бы сама убила эту высокомерно ухмыляющуюся шлюху Ланнистер в тот роковой день после суда. Единственное, что удержало ее руку, было то, что она знала, что месть придет, но это будет нечто такое, что глубоко вонзится в черное сердце королевы Серсеи. Хотя ее первоначальный план убить Мирцеллу, возможно, и не принес плодов, она была уверена, что ее вторая попытка увенчалась успехом. Она научилась обходиться с ядами у своего любовника, а Оберин был искусным учителем и любовником. Она была зла на Дорана за то, что он испортил ее первоначальный план и отказался причинить вред Мирцелле, но она была удивлена, что он не отправил Тристана в Столицу, как обещал. Вместо этого Доран на лету придумал предлог, что Тристану придется посетить Звездопад по важному делу, а затем он отправится в столицу. Она сразу поняла, что с Дораном что-то не так, и некоторые друзья ее возлюбленного в пределах Простора(они не были шпионами) сообщили ей, что у Дорана была тайная встреча с магистром Пентоса. О чем была эта встреча, она не знала, но после этой встречи она заметила, что Доран ведет себя странно. Хотя у нее было свое мнение о старшем Мартелле, она отложила свои планы, чтобы получить ясную картину. Если она собиралась совершить измену в отношении брата Оберина, то это будет с чистой совестью и осознанием того, что у нее не было другого выбора. Поэтому она ждала и строила козни со своими дочерьми, ожидая подходящего момента, чтобы нанести удар. Но она была застигнута врасплох, когда ее вместе с дочерьми внезапно пригласили на ужин к принцу Дорану.       Вот так она и ее дочери оказались в Солнечном Копье. Как только они приблизились к стражникам, стоявшим снаружи зала, где проводились пиры, большие двери открылись, и человек, вышедший из зала, застал Элларию врасплох.       - Леди Мелларио? - потрясенно переспросила Эллария       - Эллария! - воскликнула супруга принца Дорана и заключила ее в объятия.       - Я слышала, что случилось с Оберином. Мы все скорбим по нему. - Мелларио крепко обняла ее, но Эллария не возражала. Добрая сестра ее брата всегда была добра к ней, поэтому она была отчасти счастлива видеть ее вернувшейся в Солнечное Копье после долгих лет добровольного изгнания. С другой стороны, Элларию беспокоило присутствие Мелларио, так как одновременно происходило слишком много вещей, которые снова и снова заставали ее врасплох.       Как будто этого было недостаточно, глаза Элларии расширились, когда за Мелларио последовала еще одна знакомая фигура. Это была высокая пышногрудая девушка с длинными темными волосами, которая внимательно следила за Мелларио. Эллария узнала бы Арианну в любой точке мира, поскольку Оберин во время своих визитов в Норвос всегда оставался со своей племянницей, и она присутствовала при всех этих визитах.       - Когда мы услышали новость о том, что случилось с дядей, мы немедленно отплыли из Браавоса. Будет возмездие, и оно будет быстрым, тетя. - сказала Арианна, а затем принцесса Дорна повернулась к детям Элларии, радостно приветствуя их. Если бы Оберин был здесь, он бы по-настоящему наслаждался тем, что вся его семья объединилась под одной крышей. Ради любви, которую она питала к своим дорогим усопшим, она решила плыть по течению, погасив огонь мести в своем сознании, прежде чем последовать за принцессой и ее матерью в зал.       Она не удивилась, увидев Дорана во главе длинного стола со своим доверенным телохранителем с Летних островов недалеко от принца.       - Идите ко мне, мои племянницы, и ты тоже, Эллария. Присоединяйтесь к нам за столом, нам нужно многое обсудить. - сказал Доран со странным взглядом, который она не могла расшифровать.       Несмотря на ее сомнения по поводу Дорана, она сидела рядом с Мелларио, а ее дочери сидели рядом с Арианной, которая быстро привлекла внимание своих дочерей своей красотой и остроумием. Ей было любопытно отметить, что Тристана не было на этой маленькой встрече. Квентин, насколько ей было известно, был с лордом Айронвудом, но она задавалась вопросом, куда делся Тристан.       - Тристан в "Водных садах", а Квентин в Эссосе, чтобы завершить сделку, которую я планировал в течение некоторого времени. К сожалению, физическое присутствие Мартелла было необходимо, и, видя, как он был взволнован предстоящим путешествием, я позволил ему отправиться. - ответил Доран на незаданный вопрос.       - Я была бы искренне признательна, если бы увидела, что мои дети здоровы и сильны после всех этих лет, муж. Но, как всегда, у тебя есть свои причины, в то время как ты удобно забываешь думать о других в своих маленьких планах. - Мелларио усмехнулась принцу, и Эллария почувствовала прилив удовлетворения, когда Доран слегка вздрогнул. Годы разлуки, казалось, не уменьшили ссор между ними.       - Я никак не мог знать, что ты дорогая жена навестишь Солнечное Копьё. Если ты помнишь, когда мы в последний раз разговаривали, ты дала клятву никогда не переступать порог этого замка. - Доран напомнил своей жене, которая только насмешливо смеялась над правящим принцем Дорна.       - Я бы потерпела бесчестие, нарушив свое слово, чтобы засвидетельствовать свое почтение Оберину. Какие бы ссоры у нас с тобой ни были, я слишком многим обязана твоему брату, чтобы не уважать его. Он хотел бы, чтобы я была здесь, чтобы утешить тех, кого он любил, - сказала Мелларио, успокаивающе положив руку на Элларию. Мелларио, возможно, и не знала, но Элларию ободрили ее слова, и она возблагодарила богов за то, что она еще не совершила свой план удара по Дорану и его бесхребетному сыну.       - Да, мой брат был лучшим человеком, чем я. Я признаю это. Он любил и яростно сражался, как Мартелл. Он был кем-то, кто воплощал в себе слова "Непокоренный", "Несгибаемый" и "Несломленный". - Доран встал и поднял свой кубок с вином в тосте "За Оберина Мартелла".       - За Оберина. - Все хором подхватили.       Воцарилась уютная тишина, когда все принялись за пирог с голубями, который подавали слуги. Эллария обменялась взглядом с Обарой, Нимерией и Тиен и слегка кивнула головой, подчеркивая, что должна сосредоточиться на еде.       - Мне нужно сообщить кое-какие новости, и, видя, что все важные люди здесь, я могу также воспользоваться этой возможностью. - сказал Доран, и сердце Элларии забилось быстрее от взгляда Дорана. Краем глаза она заметила, что ее дочери крепко держаться за вилки.       - Но прежде всего я должен извиниться перед Элларией и моими племянницами. Может показаться, что я кажусь холодным и равнодушным к вашей боли, но знайте, что Оберин был дорог мне больше, чем вы когда-либо могли подумать. Он и я были скроены из одной ткани, несмотря на то, что многие видят меня. Оберин всегда был гадюкой. Смертельной, опасной, непредсказуемой. Никто не осмеливался наступить на него. Я был травой. Приятный, покладистый, сладко пахнущий. Кто бы побоялся ходить по траве? Но именно трава скрывает гадюку внутри и укрывает ее до тех пор, пока не придет время нанести удар. Мы планировали и строили планы, чтобы увидеть уничтожение Тайвина и его жалкого наследия. Тайвин может и ушел из этого мира, но я позабочусь о том, чтобы кровь Элии была оплачена полным уничтожением Дома Ланнистеров. Я буду наблюдать собственными глазами, как Утес Кастерли рушится изнутри и на его месте остается зияющая дыра, - сказал Доран, и Эллария с надеждой посмотрела на принца.       - Но я не могу сделать свои действия настолько очевидными для моих врагов. Вот почему я отказался передать ублюдка Цареубийцы тебе, Эллария, и по этой же причине я и глазом не моргнул, когда ты поцеловала ее на прощание. Неужели ты действительно думаешь, что я приютил бы дочь этого проклятого дома в этих залах, где моя дорогая сестра танцевала и пела со мной и моей семьей? Когда ее убили Ланнистеры, я потерял последний свет в этом мире и закрыл свое сердце для всех. Я отказывался показывать свою боль и страдания, как мой брат. Вы знаете, почему? Потому что я никогда не хотел, чтобы ярость и ненависть выгорели из моих вен. Нет, я вдохнул ярость и превратил ее в острое оружие, и теперь пришло время нанести удар. - Доран замолчал, и Эллария с нездоровым любопытством наблюдала, как Хотах протянул ей маленький кусочек пергамента.       Эллария и ее дочери уже порядком вспотели от нехарактерного для них поворота событий.       - Великое воинство высадилось в Штормовых землях и положило начало концу для Ланнистеров. Им руководит враг дома Ланнистеров, но мне нужно убедиться, что обещания, данные этим врагом, верны. В Штормовых Землях будут бои, и я слышал, что Железнорожденные начали опустошать Простор. Тиреллы также будут отвлечены, и пока это произойдет, дорнийские копья будут готовы прислушаться к призыву. - Сказал Доран, а затем повернулся к своей дочери Арианне с оценивающим взглядом.       - Ты готова сделать то, что должно быть сделано? - спросил Доран, и Эллария изо всех сил пыталась понять, что происходит.       - Мне понадобится сопровождающие, - сказала Арианна, пожимая плечами, и улыбнулась Песчаным Змеям.       - Если вы согласны, мои дорогие племянницы, проводите мою дочь в Штормовые земли. Встретьтесь с людьми по имени Джон Коннингтон и Харрис Стрикленд. Узнайте о человеке по имени Молодой Грифф и сообщите мне о своих находках при первой же возможности. Вы отправитесь на самом быстром корабле, и это тоже при первой же возможности, - сказал Доран, заставив весь стол замолчать. Все они не могли понять, что происходит, но Арианна была той, кто задал самый важный вопрос.       - Куда именно я поплыву дорогой отец?       - В Грифонье Гнездо, дочь моя. Вы отправитесь в резиденцию Дома Коннингтонов, но вместо Грифона я хотел бы, чтобы вы встретились с драконом. Дракон, в котором течет кровь Старой Валирии и моей дорогой покойной сестры. Я хотел бы, чтобы вы познакомились с моим племянником и подтвердили, что он тот, за кого себя выдает, - сказал Доран, и Эллария не знала, что обо всем этом думать, но на данный момент она была удовлетворена. Все, чего она когда-либо хотела, - это чтобы смерть ее возлюбленного была отомщена. Ланнистеры враги, и все, кто стоит рядом с ними, тоже должны пострадать. Это вся правда, которую она знает и о которой заботится.

***

      Джейме Ланнистер стоял на страже, пока септоны накладывали нарисованные глаза на закрытые глаза его дочери. Колокола звонили, раскатываясь по Великой Септе Бейелора в честь Мирцеллы. Он никогда в жизни не испытывал такого горя, кроме как на похоронах матери. Он ничего не почувствовал, когда Джоффри был похоронен вместе со своим дедом, кроме укола вины. Но, глядя на невинное личико дочери, он испытывал настоящее отчаяние. Она была действительно нежной душой, и он на мгновение почувствовал себя очень счастливым когда Мирцелла назвала его отцом и обняла его на корабле после того, как они отплыли из Дорна. Ему действительно хотелось ненавидеть Мартеллов за то, что они сделали с его дочерью, но по какой-то причине он не мог собрать в себе ненависть и ярость.       Глядя на нежное лицо своей дочери, он вспомнил детей Элии Мартелл. Маленькая Рейнис с сотней дырок в теле и малыш Эйгон с разбитой головой. Их тела завернуты в плащи Ланнистеров и представлены Роберту его собственным отцом в Красном Замке. Не только дети Таргариенов, но и тысячи людей, которых его отец убил в Западных землях, Королевской Гавани и Речных землях. Он также внес большой вклад в эти смерти, и прямо сейчас их призраки преследовали его в присутствии дочери, на которую он никогда не мог заявить публично. Мои грехи должны были быть искуплены мной, и все же боги наказывают мою дочь вместо меня. Теперь он мог понять боль Кейтилин Старк, а также всех тех, кто пострадал из-за его действий. Краем глаза он заметил, что Его Воробейшество приближается к нему. До всего этого он бы проклинал бурю внутри себя за то, что этот человек сделал с его сестрой, но сейчас он ничего не мог придумать. Он почувствовал настоящее оцепенение, глядя в лицо своей милой дочери.       - Это ужасно быть свидетелем смерти ребенка. Примите мои соболезнования, сир Джейме, - сказал Его Воробейшество, но Джейме не обратил на него внимания. Что Воробьи знают о его боли?       Но Воробей продолжал, не обращая внимания на какой-либо дискомфорт со стороны Джейме.       - Когда Эйерис Таргариен правил из Красного Замка, я однажды посетил столицу. И остановился в скромном доме плотника. Хорошая семья, благочестивая семья. Плотник работал день и ночь, чтобы выполнять скромные работы для других людей. Многие хорошо относились к нему, и Кузнец улыбнулся ему за то, что он был набожной и нежной душой. Плотник откладывал часть своей дневной зарплаты в сиротский приют, пока ему все еще нужно было кормить жену и дочь. Жена работала на кухне и присматривала за дочерью. Иногда она даже работала в детском доме и добровольно присматривала за детьми. Когда я пожил с ними несколько дней, то был измотан после дневной работы, и эта маленькая девочка пела мне песни. Я мог спать без малейшего беспокойства, и на следующий день я был бы полон сил, чтобы работать усерднее. Я увидел в этой девочке Деву. С тех пор, когда я возвращался со своего рабочего дня, я рассказывал ей о семи. Она быстро училась, и я надеялся, что однажды она станет септой. К сожалению, мне пришлось вернуться в Королевские Земли, и мне потребовался год, чтобы навестить ее снова. Когда я вступил в столицу, короновали нового короля, и я нашел эту семью. Вы можете себе представить, что случилось с этой семьей, сир Джейме? - Его Воробейшество теперь проделывал дыру в затянутой шлемом голове Джейме, и он заметил, что его левая рука дрожит, несмотря на то, что она крепко сжимала его меч.       - Армия Ланнистеров разграбила город по приказу вашего отца. Я нашел плотника с перерезанным горлом в его доме. У его жены тоже было перерезано горло, но у нее шла кровь между ног. Доблестные воины Запада изнасиловали и убили ее. Мое сердце разбилось, когда я увидел, как семья, которая не имела никакого отношения к играм высших лордов, страдает от такой ужасной смерти. Моей самой слабой надеждой было то, что маленькую девочку пощадили бы. Но когда я нашел ее, я подумал, что живу в самых глубоких уголках семи преисподних, сир Джейме. Молодая яркая невинная девочка, которая пела мне перед сном своим писклявым голоском, была там с откушенной кожей в местах, которые я, возможно, не смог бы перечислить. Она была обнажена, как в тот день, когда родилась, и жестоко изнасилована. Ребенок был мертв, и каждый день я прошу у семерых прощения за свою неспособность защитить одно из их творений. В то же время ваши люди расхаживали Красному Замку, радостно выпивая и празднуя какую-то великую победу. Скажите мне, сир Джейме, глядя на лицо этого ребенка, испытываете ли вы непреодолимое чувство победы?       Джейме отказывался даже пошевелиться и оставался совершенно неподвижным.       - Это была лишь одна семья, сир Джейме. Я посетил каждый дом, который разрушили люди вашего отца. Я несколько дней ходил без еды и воды, чтобы навестить всех и каждого из жертв. Каждый из них был убит так же ужасно, если не страшнее. Вы бы горевали об этом ребенке, если бы видели то, что я видел в тот день, сир Джейме? - спросил Его Воробейшество, и, наконец, Джейме решил нарушить молчание.       - Вы хотите, чтобы я признал, что Мирцелла умерла, потому что боги решили наказать Ланнистеров. Верно? - спросил Джейме, и он сам был удивлен, что его голос не дрогнул из-за массы эмоций, бурлящих в его голове.       - О нет, сир Джейме. Я бы никогда не осмелился подумать, что боги накажут юную и милую Мирцеллу за преступления вашей семьи. Я верю, что Семеро позвали ее к себе, потому что она не заслуживала жить в такой проклятой семье, как ваша. Будьте счастливы, что она избежала худшей участи и теперь в безопасности рядом с Матерью и Девой. - сказал Его Воробейшество, и со вздохом старик медленно повернулся, чтобы уйти, но остановился.       - Еще есть время покаяться и попросить прощения. Милосердие Матери находит каждого, сир Джейме, и, если вы пожелаете, спасение может быть вашим. Если бы не для вас, сделайте это для молодого короля Томмена. Грехи вашей семьи давят на эту нежную душу, и я умоляю вас подумать об этом совершенно серьезно, сир. - С этим прощальным словом Его Воробейшество оставил Джейме наедине со своей дочерью.       Единственными, кто остался для него в этом мире, были Томмен и Серсея. Если Его Воробейшество думал, что сможет заставить его предать свою семью несколькими искренними словами, то этот человек был дураком. Он скорее умрет, чем продаст Серсею, несмотря ни на что.       На следующий день Джейме увидел, что он стоит в нескольких шагах от Томмена, который гладил своих кошек. Сир Паунс, Томмен так назвал кота, и кот был свиреп, как рыцарь, по отношению ко всем, кроме Томмена. Кот яростно защищал своего короля, и Джейме с удивлением отметил, что кот следовал за Томменом по Красному Замку, как будто это был рыцарь Королевской гвардии.       - Он милый мальчик, слишком милый для этого мира, - сказала Серсея, подойдя к нему вплотную.       - Я не подведу его, как подвел Мирцеллу. Я буду рядом с ним, как его тень. - Джейме пообещал это скорее себе самому.       - Мартеллы ответят за то, что они сделали, но Томмен в большей опасности, чем когда-либо. Тиреллы и Его Воробейшество день за днем вонзают свои когти в нашего сына, - сказала Серсея, не отрывая взгляда от Томмена.       - Вот почему я останусь рядом с ним.       - Нет, позволь мне разобраться с Тиреллами и Его Воробейшеством. С другой стороны, ты должен обезопасить наших союзников. Ворон прилетел из Близнецов. - сказала Серсея, протягивая ему свернутый пергамент.       - Фреи хотят, чтобы мы помогли им захватить Риверран и Рейвентри-Холл! Напомни мне еще раз, почему мы сделали их Верховными лордами Речных земель, если им нужна помощь, чтобы удерживать эти земли? - спросил Джейме с насмешливым фырканьем.       - Фреи слабые дураки, но они наши союзники. Лорд Бейлиш двинет армию Долины на Север, чтобы разобраться с Болтонами. Они посмели оставить Сансу Старк в Винтерфелле, и за это они испытают наш гнев. Ты, с другой стороны, поведешь армии Ланнистеров в Речные земли и разберешься с Бринденом Талли и Тайтосом Блэквудом. Уничтожая Болтонов и помогая Фреям, мы покажем семи королевствам, что помогаем нашим союзникам и уничтожаем наших врагов. Позволь мне побеспокоиться о Воробьях и Тиреллах. - сказала Серсея, и Джейме посмотрел на нее с некоторым удивлением.       - Серсея, ты забыла, что произошло, когда ты имела дело с Его Воробейшеством?       - Я знаю, что произошло, брат, но на этот раз я готова. Мне поможет дядя Киван. Поверь мне, я знаю, с кем имею дело.       - А как насчет твоего суда? Тебе понадобится защитник, который будет сражаться за тебя, если дело дойдет до испытания в бою. - Джейме попытался урезонить ее, но Серсея лишь отрицательно покачала головой.       - Об этом уже позаботились. Доверься мне, чтобы защитить нашего сына и себя, в то время как я доверяю тебе, чтобы защитить и укрепить наш дом. Мы наследие нашего отца, ты и я. Мы будем защищать имя Ланнистеров и поддерживать его в соответствии с теми же стандартами, которые оставил нам наш отец, - сказала Серсея, прежде чем хлопнуть в ладоши, и Джейме увидел, как сир Борос Блаунт из королевской гвардии передал ему меч, который был прикрыт плащом Ланнистеров.       Когда он раскрыл меч и опознал в нем Вдовий Плач.       - Ты понесешь этот меч в Речные земли и будешь представлять короля Томмена на поле боя. Ты возьмешь Риверран от имени Томмена и поставишь Бриндена Талли на колени. Ты сделаешь то же самое с лордом Блэквудом, и когда вернешься, я разберусь со всеми Воробьями. Ты единственный, кому я могу доверить защиту нашей семьи. - Серсея коротко обняла его и оставила там с Томменом.       Джейме какое-то время стоял как вкопанный, его разум был полон противоречивых мыслей. Тот факт, что Санса Старк находится в Винтерфелле, удивил его, и теперь армия Долины собиралась доставить ее Серсее. Он поклялся доставить девочку в целости и сохранности ее семье. В противном случае он поручил Брианне сделать это вместо него. Он не сомневался, что Брианна была на Севере, изо всех сил стараясь безопасно спасти Сансу от Болтонов. Теперь ей придется избегать Рыцарей Долины, а также Болтонов, чтобы доставить Сансу Старк в безопасное место благодаря его сестре. Он тряхнул головой, чтобы привести мысли в порядок, и возобновил наблюдение. Ему придется еще раз повести армии Ланнистеров в Речные земли, но на этот раз он, несомненно, возьмет с собой сильного заместителя командующего. К счастью, он знал наемника, ставшего рыцарем, который был бы очень достоин этой должности.

***

      Брианна вздрогнула, когда очередной порыв холодного ветра пронесся по палубе корабля. Хотя добраться до Восточного Дозора, было нелегкой задачей, она не очень беспокоилась, потому что это было относительно безопасно, чем это морское путешествие. Когда она сопровождала леди Сансу и Алис Карстарк в Восточный дозор, она с удивлением заметила, что Джон Сноу уже отбыл на корабле в Бараньи Ворота с Давосом, Мелисандрой и Бейлишем. Брат леди Сансы что-то делал втайне, но Санса сказала ей, что это то, что обеспечит им преимущество в войне и в будущем. Хотя Брианна никому больше не доверяла защиту Сансы, она признавала, что Джон Сноу был одним из хороших и умных людей. И все же она предпочла бы, чтобы леди Санса путешествовала со своим братом, а не с Вольным Народом. Она не доверяла никому из них, особенно этому гиганту, который весь день строил ей глазки.       - Под, следи за этими людьми. Я пробуду с леди Сансой некоторое время. Я не верю, что эта девушка Карстарк не попытается что-то предпринять, если я надолго оставлю леди Сансу наедине с ней. - Брианна кивнула своему оруженосцу, который послушно занял ее пост, что позволило ей присматривать за леди Сансой, которая находилась в каюте с Алис Карстарк.       Она дважды постучала в каюту и представилась. После того, как леди Санса разрешила ей войти, она вошла в каюту, чтобы увидеть, как две девушки шьют знамена Старка.       - Присоединяйтесь к нам, леди Брианна. Нам бы не помешала помощь с баннерами. - Санса мило улыбнулась ей, и у Брианны не хватило духу отказаться, хотя она ненавидела рукоделие.       Ее мысли, должно быть, отразились на ее лице, потому что Санса тихо рассмеялась. -       Простите меня, леди Брианна. У вас такое же выражение лица, как у моей сестры Арьи, когда ее просили посещать уроки шитья. - сказала Санса с задумчивым лицом.       - Боюсь, у меня нет никаких навыков в шитье, миледи. Я могу понять, почему Арья сочла шитье очень непривлекательным. - сказала Брианна, но все равно взяла иглу и села. Когда она искала пряжу среди готовых баннеров, один готовый баннер привлек ее внимание просто за то, насколько он отличался от лютоволка дома Старка.       - Леди Санса, а чей это баннер? Я думала, что знамя Старков всегда было бегущим серым лютоволком на белом поле.       - Это так, леди рыцарь. А что?..о! Это совсем другое, - сказала Алис Карстарк, сделав озадаченное лицо при виде баннера в руке Брианны. Это была комбинация красного дракона и белого лютоволка       Но именно Санса ответила на незаданный вопрос.       - Это личное знамя Дейрона Таргариена, леди Брианна. Я хотела чего-то другого, но он не очень одобрял эту расцветку. - сказала Санса, которая беззаботно вернулась к своему шитью, заставив Брианну и Алис недоверчиво уставиться на нее.       - Я не понимаю, миледи. Кто такой Дейрон Таргариен? - спросила Брианна встревоженно и с изрядной долей шока.       - Вы знаете его как Джона Сноу, моего незаконнорожденного брата. Я знаю его гораздо лучше. А именно как Дейерона Таргариена, сына Рейегара Таргариена и Лианны Старк. Моего кузена и короля.       Слова Сансы погрузили каюту в тишину за пределами завывающего северного ветра. Пока Алис смотрела на Сансу с открытым ртом, Брианна держала себя в руках. Она быстро устанавливала связь, и ее разум медленно принимал этот факт. Она слышала слухи о бастарде Неда Старка и о том, как Тихий Волк принес кости своей сестры и бастарда после его встречи с королевской гвардией Эйериса Таргариена. Юг в основном сосредоточился на истории битвы в Башне Радости, где Нед Старк победил Артура Дейна в бою. Она удивлялась, почему никому не пришло в голову спросить, почему Королевская гвардия охраняла Башню даже после того, как Рейегар пал у Трезубца. Если бы эти рыцари охраняли кого-то королевской крови, скажем, принца, тогда это имело бы больше смысла в их действиях. Но теперь, в отсутствие всех Таргариенов мужского пола, Железный Трон будет принадлежать кузену леди Сансы по праву крови. Грядут новые войны, и ей, возможно, даже придется сражаться с Ланнистерами. Она поклялась служить дочерям Кейтилин Старк и исполнит свой рыцарский долг.