(I). night
27 августа 2021 г., 15:46
Их ужин длился почти до полуночи. Син Цю расспрашивал про детективное агенство, Чун Юнь — про очищение Сакуры. Ху Тао удивлялась, что в Инадзуме нет похоронного агентства, а Чжун Ли, по обыкновению, пил чай и спрашивал какие-либо исторические детали. Сян Лин иногда отходила на кухню, за закусками, и только Чайлд молчал. Он старался смотреть в окно, но взгляд опускался на ноги. Это было очень на него не похоже. И это заметил Итер. Он, честно говоря, подготовил много историй про новых врагов, но, кажется, юноше не интересно. Ему вообще неинтересно здесь находится.
Интересно, может он заболел? Или чем-то обижен на Путешественника?
Когда посиделки закончились, и все стали расходится, Итер взглядом остановил Чжун Ли, что держал за руку, или, даже тянул за собой, Тарталью.
— Чжун Ли, — улыбнулся парень и преградил им путь.
— К вашим услугам, Итер, — легкий поклон. Чайлд тоже слегка опустил голову, но так и не поднял взгляда.
— Как вам наш ужин? — попытка начать разговор.
— О, было прекрасно. Все же Инадзума — удивительная страна. Надеюсь, та ситуация, что сейчас происходит там, ну, с Глазами Бога, благополучно разрешится.
— Верно. А как тебе, Чайлд? — Итер пытается заглянуть ему в глаза, но они слишком низко опущены.
— Было очень интересно. Спасибо, — будто скороговорка.
— Хм… — что-то не так. Определенно, — Чжун Ли, можешь дать нам с Чайлдом пару минут?
— Что за секреты, мой друг? Думаю, мы прекрасно сможем все обсудить втроем, — его лицо слегка напрягается.
— Думаю, секреты должны быть у каждого. На то они и секреты, Чжун Ли, — да и лицо Путешественика уже не сахарное, — Или у вас какие-либо проблемы?
— Нет, нет. Все хорошо, — глаз слегка дергается, — Конечно, думаю, в этом нет ничего такого, — мужчина нехотя отпускает чужую руку и смотрит на Аякса. А юноша смотрит в пол.
— Отлично. Пошли, Чайлд, — Итер кладет руку на спину парня и толкает его на улицу, за здание ресторана.
Когда они доходят, Путешественник клянется, что чувствует дрожь чужого тела.
— Чайлд, — начинает он, садясь на коробки, чтобы быть чуть выше, — Все в порядке?
— Д-да, конечно, Итер. Так о чем ты хотел поговорить? — и его голос дрожит. Все определенно не в порядке.
— Ладно… Тарталья, — парень осматривает юношу, — У тебя красивое… платье?
— Нет, нет, это такой традиционный костюм… Я забыл как он называется… — дрожащая улыбка, — Его купил мне Чжун Ли. Ты можешь узнать у него больше, если спросишь.
— Все равно — тебе идет, — Итер продолжает рассматривать Чайлда, и замечает еще одну деталь, — А где твое Виденье? Разве ты не всегда готов к бою?
— Дома оставил… Зачем оно мне на встрече с тобой? — Тарталья наконец поднимает взгляд и страется его держать, — Даже если на нас кто-то нападет — Чжун Ли меня защитит.
«Это очень не похоже на Чайлда. Разве он когда-нибудь попросил бы о защите?» — думает Итер и продолжает, — Может как-нибудь подеремся? Ну, знаешь, после твоей работы. Только ты и я. Как раньше, в Золотой Палате.
— У меня очень занятой график… Может… Может Чжун Ли окажет тебе такую услугу?
«Почему он так часто упоминает Чжун Ли?»
— Да ладно тебе. Разве у тебя не найдется время на хорошую драку и пару синяков да ссадин? — Путешественик пытается говорить как можно более искренне.
— Зачем тебе меня бить? Ты же хороший, Итер, — его начинает более заметно трясти, — Ну… Если очень хочешь… Можешь ударить сейчас. Я не скажу Чжун Ли, — на его коже под одеждой все равно нет живого места. Ничего страшного, его муж не заметит.
Этих фраз достаточно. Итер кусает губу и берет одной рукой руку Чайлда, а другой — поднимает его лицо.
— Чайлд, что происходит? — он смотрит в глаза парня, — Скажи, в этом виноват Чжун Ли? Что он делает с тобой?
— Ты такой добрый, Итер. Очень добрый, — на этот раз улыбка Аякса искренная. Мягкая и теплая, — У нас все хорошо. Мой супруг заботится о нас. Я его люблю, и он меня.
Путешественник убирает руку с лица парня. Оно не опускается. Юноша смотрит на него и улыбается.
— Спасибо за беспокойство. Но не стоило, правда.
— Чайлд, я случайно стер пудру с твоей щеки, — Итер с болью смотрит на черное пятно, что просвечивается сквозь косметику.
— Ты еще и очень заботливый. Ничего, я ношу с собой немного, на всякий случай. А то Чжун Ли может расстроиться, — фальшиво хихикает парень и достает из кармана маленькую пудренницу.
А Итеру больше нечего сказать. Тарталья ответил ему еще на первом вопросе. «Чжун Ли.» Путешественник не хочет лезть не в свое дело, особенно, когда его просят этого не делать.
— Я буду навещать всех вас в Ли Юэ. Когда захочешь… Я не всегда буду рядом, но подмигни, если… Если закончится пудра, — закончив эту фразу, парень ушел с опущенной головой.
— Спасибо, — прошептал вслед Аякс и наложил на щеку слой косметики.
Раньше эти шлепки были игривыми и безболезненными. Раньше они не были наказанием. Чайлду не нравится Чжун Ли. Чайлд не хочет быть с Чжун Ли. При первой же возможности Чайлд уйдет от Чжун Ли. Этой возможности не будет. Еще один сильный удар по красной коже.
Но в ответ тишина. Парень пытается забыться. Он закрыл глаза. Это сон. Просто очередной плохой сон. Сейчас он проснется, и все будет как раньше. Его обнимет любимый муж, и они продолжат спать. Вместе.
— Тебе непрятно со мной, да? Так зачем же ты вышел за меня? — звук сползающей ткани, — Зачем ты тратишь мое время? Почему не уехал, когда все закончилось? Почему продолжал меня искать?
И правда, если ли бы Аякс тогда знал… Знал, что все будет так, он бы искал Чжун Ли? Он бы прижал его тогда к стене за рынком и требовал объяснений, угрожая водяным лезвием? Плакал бы он тогда? Позволил бы себя обнять?
— Даже сейчас ты игнорируешь меня. Даже сейчас тебе все равно, — юноша чувствует, как его раздвигают. И плюют в сжимающуся дырочку, — Ты меня разочаровал, Тарталья. Ты заслуживаешь наказания.
Парень ощущает что-то большое на своих ягодицах. Чувствует, как это подносят к его входу, и боязливо поворачивает голову. Его муж снова зол. Чайлд опять сделал что-то не так. Чтобы не сделал Чайлд, все будет «не так».
Через пару секунд Аякс чувствует резкую боль. В ушах звенит, а внизу — тяжелое ощущение заполненности. Очень больно, ведь его даже не растянули. Но Чжун Ли не двигается, поглаживая талию парня, в которую вцепился почти что когтями. Чайлд глупо улыбается. А потом начинаются толчки. Резкие и глубокие. Юноша даже не понимает, попадают ли по его простате. Все, что он чувствует — различные оттенки боли, как физической, так и душевной. Так больно, что на счастливом лице появляются слезы. Как бы Чайлд не старался, у них не «все хорошо». Даже если он уже привык к насилию, это не значит, что он хочет его. Но… Но он хочет Чжун Ли. Хочет его порадовать. Хочет, чтобы его любимый меньше переживал. Не то, чтобы Чайлд чувствовал, что переживают за него. Поэтому Аякс терпит. Слегка постанывая, показывая, что он не потерял сознание.
— Этого не достаточно, милый, — хриплый рык, — Я хочу услышать свое имя, — юноша ощущает жар и тяжесть на спине, а рядом с его ухом снова проскальзывает длинный язык, — Я жду.
— Чжун… Ли… — всхлипывает Аякс, чувствуя на своей руке тяжелую хватку, — Чжун…
— Нет, — особенно резкий толчок. По его бедрам начинает что-то стекать, и Аякс почти молится, чтобы это была сперма мужа, — Кто твой муж, Аякс? Кто твой Архонт?
Когда-то была Царица. Пока не оставила его в Ли Юэ.
— Мо… ракс, — нежный поцелуй в плечо. Такой контраст.
— Мой милый Аякс… Мое самое драгоценное сокровище, — на месте поцелуя появляется укус. Еще одна метка. Одна из многих на теле парня.
Толчки усиливаются, и Чайлд почти привык. Он даже ощущает извращенное удовольствие от ощущения своего мужа внутри. Да, он принадлежит только Гео Архонту. Для юноши это — честь, и, одновременно, тяжкое бремя. Он не уверен, что сможет его вынести.
— Аякс… — шепот на ухо, — Ты такой приятный, — и легкое покусывание мочки, — Узкий и тугой, — особенно резкие толчки. И Чайлд ощущает горячую волну внутри себя. Его ноги подкашиваются, а Моракс легко кладет дрожащее тело на кровать, медленно выходя из него.
— Мой самый драгоценный мальчик, — мужчина большим пальцем смахивает слезы с прикрытых глаз, — Спасибо, мне было хорошо с тобой.
Аякс ничего не говорит. Ему не хочется расстраивать мужа. Поэтому он аккуратно ложится на свою половину кровати, поджимая ноги к животу.
Сзади слышится шуршание тканей. Парня накрывает одеяло.
— Ты снова не кончил со мной. Тебе это так противно? — мужчина поглаживает волосы парня, смотря на его спину. Его мальчик дрожит, — Тебе холодно? Может принести еще одеял?
Но в ответ Чжун Ли снова получает молчание.
— Ты обиделся? — но голос не наполнен злобой. Скорее сожалением.
— Нет, — шепот. Аякс пытается держаться, — Я устал. Очень устал.
— Ладно, — вздох, — Спокойной ночи.
Так и не дождавшись ответа Моракс обнял юношу сзади и прижал к себе. Закрыл глаза и попытался уснуть.
— Я хотел сказать… Что люблю тебя таким, — Чайлд сглатывает и готовится к худшему. Хотя, что может быть хуже?
— Каким? — сонный ответ.
— Прежним.
Чжун Ли не отвечает, а парень аккуратно проводит рукой между ног и в свете луны видит кровь на пальцах. Ждет полчаса, а потом убирает руку спящего мужа со своей талии и идет в ванную. Кровотечение уже остановилось.
«Но, какой смысл, если это повторится?» Аякс теряет надежду. Смотрит на бритву на тумбочке, а потом вспоминает свою семью. Какая разница, если он больше их не увидит? Есть ли у него еще выход из этого дома? Юноша почти уверен, что он ничего не значит для своего мужа. Такому мужчине, как Чжун Ли, будет несложно найти нового «мальчика». А Чайлд устал. Очень, если честно.
Потом он вспоминает, что в начале Моракс был с ним нежен. Что им даже нравилось. Может, парень опять ошибся? Может это наказание было не просто прихотью? Может.
Это «может» — единственно, что сдерживает от последнего шага.
Чжун Ли тоже не спит. Смотрит на полоску света из ванной комнаты. Думает, что Аякс хочет уйти спать на диван. Думает, что Аякс просто хочет уйти. Но Моракс не может по-другому. Он слишком строг и жесток. Он — бывший Архонт, Он когда-то вершил судьбы. Жизнь воспитала в нем эти качества. Она не научила его любить.
Чайлд решает разделить эту ночь в одной постели с мужем.
—
Просыпается Аякс ночью. Очень темно, но он ощущает главное — продавленность кровати рядом. Поэтому аккуратно садится и рассматривает свои руки при тусклом свете из окна. Странно, но ему не хочется плакать. Ему ничего не хочется. Лишь смотреть на красные повязки, а потом — в окно, на яркий круг Луны. Может, скоро конец? Может, однажды он сможет докоснуться до этой Луны? Холодной и приятной. — Уже проснулся? — чужая рука касается его худой талии. Он мало ест. Все равно его часто тошнит. В ответ лишь кивок. — Как руки? — легкое поглаживание. — Больно, милый, — так пусто и безэмоционально. — Я купил новый стол, — рука слегка тянет к ее хозяину. А сам мужчина садится рядом. — Хорошо. Мне было бы трудно оттереть старый, — вздох, и парень закрывает глаза, — Что ты хочешь на завтрак, милый? — Хм, — легкие поцелуи на шее, — А как ты думаешь? — Точно не мясо с овощами, — пустая улыбка и смешок. — Ага. Подумай еще, — чужие руки поглаживает талию, заползая под ночную рубашку, а губы начинают оставлять засосы на плече. — Может сварить суп? Или запечь рыбу? — Аякс хочет снова уснуть. Нет, он хотел не просыпаться. — Может ты уже включишь голову, Чайлд? Или ты специально притворяешься тупым? Не то, чтобы я считал тебя умным изначально, — пара пальцев добираются до соска и болезненно сжимают его. — Хватит! — юноша делает резкий рывок и перестает ощущать болезненные касания, — Перестань, я… ты распорол мне руки, хватит, — в глазах скапливаются слезы, — Прошу, оставь меня. Хотя бы сегодня… Аякс смахивает бинтами влагу с лица, а другой рукой тянется к своей подушке. Но за собой слышит хриплый смех. — Хочешь поиграть, Чайлд? В прятки? Или я должен тебя догнать? — мужчина цокает языком, — Ты же знаешь, что я все равно выиграю. — Я хочу поспать сегодня один, если ты не возражаешь, — через боль он берет в руки подушку, но тут же ощущает хватку на запястье. — А я хочу тебя. И я получу. Вопрос в том, насколько я буду зол при этом, — юношу тянут назад. Наверное, так будет лучше. — Х-хорошо, — подушка ложится на место, а Аякс поворачивается к Чжун Ли. Он сидит на кровати и хлопает по коленям. Парень понимает намек и садится на них, спиной к мужу. Снова, как сегодня за завтраком. Но сейчас же не будет больно? — Не будет, милый. Ты прекрасно все делаешь, — чужие руки начинают расстегивать ночную рубашку, а губы отвечают на немой вопрос. Моракс слишком хорошо знает своего супруга. Мужчина спускает всего пару пуговиц, чтобы открыть доступ к мягким соскам. Его губы щекочут шею легкими поцелуями. Наверное, сегодня его мальчик заслуживает похвалы. Он смачивает пальцы и нежно касается темно-розовых бусинок, слегка сжимая их. Щеки Аякса краснеют. — Приятно? — шепот на ухо, — Видишь, как хорошо быть послушным мальчиком. Юноша не может сдержать тихих стонов, когда с его сосками так играют, надавливая ногтями. Все его тело приятно дрожит и извивается на чужих коленях. Опираясь на массивную грудь сзади. Чайлд уже забыл те времена, когда они проводили ночи вместе. — Опять молчишь? — вздох. Мужчина сильно надавливает один из сосков. — Очень приятно! — взволнованный крик. Парень кладет одну из изуродованных ладоней на щеку мужа, чья голова сейчас лежит на искусанном плече, и аккуратно поглаживает. У Чжун Ли никогда нет колкой щетины. — Я вижу, — Моракс целует парня, а затем, одной из рук, разворачивает его лицо к своему. Пару секунд смотрит в удивленные голубые глаза и целует пухлые, покусанные губы. Чайлд закрывает глаза, а потом отводит их, стесняясь смотреть на горящие во тьме золотые зрачки. Тем временем руки мужчины продолжают блуждать по юному телу и расстегивают рубашку полностью, оголяя плоский живот. На нем еще остались следы мышц, но Аякс давно прекратил тренировки. Чжун Ли пальцами проходится до пупка, делает круг вокруг него и спускается ниже, к штанам. Втягивает Аякса в еще один глубокий поцелуй, грубо толкаясь в чужой рот своим большим змеевидным языком. Он не закрывает глаза, поэтому видит румянец на щеках парня и маленькие слезинки. Это возбуждает еще сильнее. Он бы продолжил трахать этот маленький ротик, если бы Чайлду не нужно было дышать. И, отрываясь от сладких губ, мужчина ощущает на своих ключицах быстрое и опаляющее дыхание. — Ты что-то хочешь сказать? — Чжун Ли не может сдержать улыбки, когда видит этот взволнованный и, одновременно, напуганный взгляд. — Да, но… — юноша опускает глаза. Прямо туда, где руки мужа сжимают его зад. — Говори. Все в порядке, — Моракс смотрит в его глаза. А парень стыдливо опускает их, глупо улыбаясь. — Наверное мне следует снять штаны, — Аякс торопливо вскакивает с колен и стягивает с себя длинные пижамные брюки. Но Чжун Ли видит. Эти слова… Это не то, что хотел сказать его муж. И эти действия — такие же. Сделанные через силу. Это раздражает. Чайлду что-то не нравится? Он опять не удовлетворен? А есть ли смысл тогда пытаться, если юноше все равно? Что, если Чжун Ли его не возбуждает? Что, если сейчас его муж думает о другом? Поэтому, когда парень пытается снова сесть на его колени, Моракс хватает его за шею и толкает на кровать. Потом становится между его голых ног и с силой бьет по одной из ягодиц. Слышится крик, заглушенный матрасом. — За что? — обиженный взгляд. Парень не надеется получить ответ. Поэтому отворачивается и кусает простыню. — Заткнись и подними задницу. Аякс не сопротивляется и ощущает грубые касания на бедрах. Их больно сжимают. Чжун Ли невероятно возбуждает вид краснеющей попки Чайлда. Особенно, когда на ней остаются следы собственничества Моракса. Поэтому он продолжает наносить звонкие удары. Всхлипы юноши становится тише и реже. Он постепенно привыкает к боли. От этих мыслей член мужчины становится тверже и тяжелее. Еще и эта узкая дырочка, что виднеется между небольших полушарий. Чжун Ли прекращает удары и аккуратно проходится по красной попке, спускаясь к паху парня. Чайлд не возбужден. Не удивительно, после экзекуции бывшего Гео Архонта. Но это задевает Моракса. Раньше юноше нравилось.—
Дверь закрывается на замок. Аякс начинает раздеваться, опустив взгляд. — О чем вы говорили с Итером? — Чжун Ли переплетает руки на груди и тяжело смотрит на парня. Чайлд кусает губы. — Он спрашивал обо мне. Говорил, что хочет снова подраться… — Ты же сказал, что не можешь? — голос грубеет, а пальцы сжимают руки. — Конечно… — Что он еще говорил? Он спросил что-то обо мне? — почти крик, — Он хотел еще куда-нибудь тебя пригласить? — Он… Итер- — Не произноси его имени в моем доме! — Чжун Ли почти что хочет скинуть комету. Почти. Его останавливает тот факт, что это — его муж. — Путешественик думает, что ты… Ты плохо со мной обращаешься. И он больше никуда меня не звал. Да и я бы не- Но Чайлда снова перебивают. — Это потому что ты ему сказал! Только и можешь что жалеть себя. И жаловаться кому попало, — мужчина бьет кулаком о стену, да так, что остается трещина, — Безмозглый… Бестолковый… Ты только позоришь меня! — глаза Чжун Ли начинают загораться, — Ты даже две палки не можешь удержать, а еще говоришь, что я — плохой супруг. Лицо Аякса белеет с каждым словом. Он очень боится. Он уже начинает плакать. Он не хочет. Не хочет, не хочет, не хочет. Его тело снова дрожит, его косметика стекает на пол. Чжун Ли снова его ударит. Чжун Ли снова сделает больно. — Уходи, — хриплый голос. Юноша со страхом смотрит на лицо мужчины, которое отражает первобытный гнев, — Чтобы я не видел тебя сегодня, Тарталья. А парень и рад. Он бежит в спальню и прячется в самый дальний угол. И пытается унять дрожь. Моракс понимает, что сейчас он может убить. Но убить он хочет не Чайлда. На самом деле его муж не виноват. Виноваты все те извращенцы, что лезут ему в штаны. Конечно, ведь у Чжун Ли самый красивый муж во всем Ли Юэ. Самый хозяйственный и заботливый. Конечно ему завидуют. Ведь Аякс — его самое драгоценное сокровище.
