the office

— твой испытательный срок начинается с сегодняшнего дня, — донхек семенит за начальником отдела, держа в руках огромную коробку со всем своим барахлом, которая полностью закрывает ему весь обзор. сончан — так представился он перед ним — уверенно обходит бесконечные лабиринты кабинетов и типичных офисных столов, здороваясь и кланяясь переодически со всеми. донхек тоже попытался поклониться двум на вид нунам, но чуть не выронил коробку и не упал за ней следом, неловко улыбаясь. — а это твое рабочее место, располагайся. донхек плюхается на стул и тяжело выдыхает, оглядывая все перед собой. да.. быть стажером в популярной компании — супер круто. а еще тут все словно модели, сошедшие с глянцевой обложки новенького журнала, даже тот сончан — жуть какой красивый и высокий. донхек мечтательно улыбается: «надеюсь, я тоже таким стану». он переводит взгляд на огромную коробку на столе, в которой лежат: его милая фотография в рамке с младшей сестрой, кружка «лучший сын в мире» и еще несколько совсем непримечательных вещей. — марк ли, какого ху- , — донхек вздрагивает и переводит взгляд на дверь, когда она с громким криком неожиданно открывается, — оу.. привет. донхек застывает с открытым ртом на несколько долгих секунд, без возможности оторвать взгляд от идеального лица напротив. «ли джено». донхек тяжело сглатывает, скользя взглядом от бейджика до широкой, немного хитрой улыбки. — а ты у нас?.. — я-я ли донхек! — донхек подрывается с места и кланяется, проговаривая свое заученное ранее приветствие, — новый стажер в вашей компании. пожалуйста позаботьтесь обо мне! — эй, не волнуйся так, — джено пытается подавить тихий смех внутри, смотря на внимательные, следящие за каждым вздохом глаза напротив, — значит, ты наш с марком стажер. ну что ж, приятно познакомиться! донхек немного успокаивается от чужой теплой улыбки. молчание повисает между ними, пока каждый из них разглядывает друг друга. джено красивый. такой красивый, что донхеку хочется заплакать прямо перед ним, потому что одновременно завидно и невыносимо. грохот двери прерывает его мысли, возвращая обратно на землю. — детка, извини, меня вызвали к дире—ой. донхек сглатывает, встречаясь взглядом с еще одним парнем — серьезным и взрослым даже на вид, но таким же невероятно красивым. тот стопорится рядом с джено и, приподнимая бровь, оглядывает донхека. — о, марк, вот ты где. донхек чувствует себя бедной маленькой овечкой перед двумя волками, когда марк и джено переглядываются между собой, и донхек буквально чувствует, как они переговариваются этими взглядами. — это наш новый стажер — донхек, — джено бегло подмигивает донхеку, снова переводя взгляд на марка, — правда милашка, хен? и улыбается марку как-то слишком хитро, пока тот искоса смотрит на донхека, из-за чего хек ежится под этим нечитаемым, холодным взглядом, потому что он словно достает до самых костей. — думаю, мы сработаемся. /// они и правда быстро срабатываются. хотя донхеку на первый взгляд и показалось, что марк и джено немного пугающие, но на самом деле оказалось совершенно не так. они постоянно таскались с ним, словно он маленький ребенок, что, на самом деле, было недалеко от правды. люди в офисе были до безумия важные и такие, знаете, «строгие дядечки в костюмах», и донхек на их фоне смотрелся просто смехотворно, даже не смотря на его дорогой — все накопления потратил! — костюм. но ему все равно тут нравилось. особенно, когда он зависал на обеде с марком и джено, допивая вкусный кофе, который на всех купил старший. они вообще часто угощали донхека и отрывали его от работы, когда он напрочь переставал следить за временем и миром в целом. они, на самом деле, очень хорошо к нему обращались. и к друг другу, кажется, тоже. донхек еще с самого начала заметил, что между ними было что-то такое; что-то теплое, когда они смотрели на друг друга или касались случайно, но донхек, почему-то, всегда это замечал. и он понял, что не ошибался, когда увидел однажды в конце рабочего дня, когда уже почти никого не было на рабочих местах, как джено сидел на коленях марка и горячо целовал его, пока старший скользил руками под пиджаком, прижимая к себе ближе, и активно отвечал. донхек тогда от испуга выронил папку с бумагами, та с громким «бдыщ» упала на пол, привлекая к себе внимание, и в страхе сбежал домой, быстро закинув без разбора все в сумку. только от мыслей не сбежишь. донхек правда пытался забыть это, потому что это банально не его дело, но почему-то каждый раз, мимолетно смотря на марка или джено, вспоминал их поцелуй. и он соврет, если скажет, что сам не думал об этом. не думал каждый вечер после работы, каково это целоваться с ними — джено или марком — было бы так хорошо, как он видел было хорошо им с друг другом, был бы марк немного грубым, а джено более нежным и внимательным? и обычно эти мысли заканчивались рукой в штанах. и забыть это правда было сложно, потому что.. после этого случая, они совершенно перестали стесняться. они постоянно целовались, нет серьезно, донхек только за один день видел это по несколько раз. и он не понимал, в таких ли они открытых отношениях или это ему просто очень везет. но было кое-что еще, кое-что, что ломало сильнее любых мыслей — касания. возможно, случайные, возможно, за ними не стоит никого подтекста, но. но донхека так сильно крошило от них, особенно, когда марк(чаще всего он) подходит со спины и кладет руки на талию, заглядывая из-за плеча, или когда джено, наигранно цокая, берет руку донхека в свою, показывая, как правильно заполнять отчет. и донхек совершенно точно не понимал ничего, и совершенно точно хотел, правда чего — непонятно. // он понял это через примерно две недели. они закончили все отчеты, и теперь донхек мог официально назвать себя полноценным работником. он правда был благодарен джено и марку за их помощь и поддержку, и поэтому решил устроить небольшую вечеринку, после работы с парой бутылок вина. старшие, конечно, не были против, потому что этот несчастный отчет добил и их тоже. вторая бутылка уже пустая валялась где-то под ногами, и, наверное, из-за трудного рабочего дня, донхека снесло уже со второго стакана. именно поэтому он не стесняясь начал глупо хихикать с каждой шутки джено, даже самой несмешной. в голове было так легко и пусто, а горячие тела рядом опьяняли еще больше, и как на зло перед глазами начали мелькать уже забытые картинки поцелуя и крепких рук, которые сжимали бы его бедра, проводя до самого-самого верха, до нежной, шелковой кожи прямо как сейчас.. стоп. донхек переводит взгляд и вниз, на свои бедра, и тяжело сглатывает, когда видит на них две руки. он растерянно поднимает глаза и смотрит сначала на джено, а потом на марка, немного трезвея, но, когда те ухмыляются и, опираясь на его бедра, касаются губ друг друга прямо перед его лицом, он трезвеет окончательно. они целуются иначе, не как тогда в пустом кабинете — нежно, немного лениво и растягивая удовольствие, сейчас они целуются быстро — слюни, зубы — и завораживающе. донхек закусывает губу, наблюдая за тем, как марк чуть наклоняет голову джено и скользит своим языком в чужой рот, из-за чего джено издает какой-то мурчащий звук и льнет еще ближе. он расфокусировано смотрит и сжимает непроизвольно ноги вместе, когда руки на бедрах сжимаются и начинают нежно поглаживать сквозь брюки, и донхек не выдерживает — стонет и раздвигает ноги шире. плевать. плевать на все устои, он пьян и просто хочет целоваться. он ерзает на месте и еле слышно скулит, чтобы на него наконец обратили внимание. — а наш малыш оказывается нетерпеливый, — марк отрывается от джено и, облизывая губы, смотрит на донхека, который плавится под двумя взглядами и прикосновениями чужих рук, — тоже хочешь поцелуй? — джено шепчет в самое ухо и целует рядом, усмехаясь тяжелому дыханию, — тебе нужно только попросить. донхек закрывает глаза, растворяясь в приятных ощущениях, которых слишком много для него одного. марк ведет рукой вверх по бедру, к самому нежному и мягкому месту, и, когда он оказывается уже запредельно близко там, где хочется больше всего, донхек срывается на отчаянный крик. — п-пожалуйста… джено бегло смотрит на марка, широко улыбаясь: хороший мальчик, — и сразу же целует. они целовали его также, как он и представлял. джено это делал нежно и неторопливо, а марк напротив — властно и немного грубо, с капельками крови на губах. и этот контраст так заводил донхека, что он терялся в этих ощущениях, в бесконечных поцелуях, которым он уже давно потерял счета. две пары рук оглаживали его под рубашкой, по груди, шее, бедрам. донхек даже не заметил, как остался в одной расстегнутой рубашке и голодным желанием в глазах. ему на это было, честно сказать, плевать, потому что низ живота неприятно сводило от желания и нетерпения. вино сделало его тело таким легким, эфемерным, а теплые руки оседали на коже приятным послевкусием и пустотой в голове. — расслабься, мы просто хотим сделать тебе приятно, — джено оставляет легкий поцелуй на уголке рта и улыбается своей теплой улыбкой, из-за чего донхек сразу расслабляется, растекается в их руках, пока марк целует в шею и обхватывает его член рукой. бесконечные поцелуи на теле заставляют его чувствовать себя так хорошо, что донхек не сдерживается и стонет на весь пустой офис, двигаясь навстречу чужой приятной руке. марк с джено оставляют несколько поцелуев на губах и плечах и переключают внимание друг на друга. и это.. вау. донхека так возбуждает картина перед ним, как марк немного грубо тянет к себе джено за волосы, как тот активно отвечает, кладя руку на чужое горло и немного сжимая. от одного вида было уже хорошо, а еще дразнящая рука марка, которая не перестает двигаться ни на секунду, делает так приятно, что внутри все скручивается. донхек опирается на одну руку позади себя и ведет свободной по груди, задевая чувствительные соски, не отрывая взгляда от прикосновений мокрых губ напротив. обычно дома ему не хватает просто дрочки, но сейчас он чувствует себя девственником, который первый раз коснулся себя, потому что только от одной руки на своем члене и мокрых звуков готов кончить. марк, кажется, это почувствовал и, оторвавшись от губ джено, поцеловал его, растворяя громкие звуки младшего между ними. вкус всех троих на языке невероятно возбуждал, а горячий язык на бусинке соска и ладонь на члене, которая задвигалась резче и быстрее, сделали свое дело, и донхек, выгнувшись в спине и прикусив губу марка, кончил. он приходит в себя спустя долгих две минуты. марк поправляет пиджак, а джено приглаживает свою челку, иногда смотря на донхека, и стоят они опять запредельно близко, поэтому донхек не думая кладет руку на их ширинки, сжимая, но его сразу останавливают. — нет-нет, сегодня только это, — джено целует его в висок, поглаживая запястье. — было хорошо? — марк хитро шепчет на ухо, хватаясь рукой за бедро, — а может быть еще лучше, малыш. донхек растерянно смотрит на них обоих, и хочет уже что-то сказать, но джено добавляет: — напиши нам, если захочешь большего, хорошо? и смотрит так, что донхеку кажется, что ответ очевиден.