Приручение левиафанов.

В Аду как никогда шумно, в тронном зале стоят крики, принадлежавшие одному архангелу, чей идеальный план по устройству Апокалипсиса медленно скатывался в бездну. — Мне нужно, чтобы Дика Романа доставили сюда сейчас же, — рявкает Люцифер на демонов, которые в страхе опускают головы под взглядом алых глаз. Рассерженный тем, что произошло между Войной и Винчестерами, архангел решил поступить ещё безумней — выпустить левиафанов. И он это сделал. С помощью своих подданных, но сделал. Только вот местонахождение лидера левиафанов до недавнего времени было ему неизвестно. — Он уже здесь, государь, — подал голос один из демонов, направляя глаза в пол. Люцифер довольно заулыбался, приблизился к этому демону и потрепал по волосам. В алых глазах светилось безумие вперемешку с чистейшим наслаждением. — Вот и отличненько! — мужчина отстранился и перевёл взгляд на дверь, за которой располагалась комната, где держали пленников. Люцифер решил не растягивать и так драгоценное время и, пританцовывая, направился к тому месту, куда демоны доставили Романа. Архангел входит в комнату, останавливается в углу комнаты, чтобы его не заметили раньше времени. Люциферу нравилось заставать своих жертв врасплох. Будь то обычные люди или такие существа, как Дик Роман, чью тушку занял левиафан. Тот же открывает глаза и морщится от понимания того, что он прикован к стулу. Он осматривает комнату, в которой оказался и в последний момент замечает глаза в углу комнаты, которые горят красным. Их обладатель внимательно наблюдал за действиями левиафана, изучал тварь, что сидела перед ним. Минуты тянулись слишком медленно, никто из них не хотел начинать разговор первым… Пока мужчина не вышел из тени, подходя к своему пленнику ближе. Значительно ниже Романа, с потрескавшейся и облезшей кожей на лице и руках, словно её срывали клочьями. Выглядел блондин откровенно плохо, но это совершенно его не смущало Никто из них не произнёс ни слова. Люцифер прикасается к левиафану рукой, чтобы проверить на практике то, что слышал от Отца. Пальцы скользят по абсолютно человеческой коже, с такими же бьющимися жилками, светлыми волосками и небольшими шрамами. Только холодной, как мрамор. Он знал о том, что левиафанам хватает минимума ДНК от человека, чтобы принять его облик. Однако, до сих пор было неизвестно, что будет с левиафаном, который "поглотит" сосуд, в котором находится ангел. Или демон. Роман довольно ухмыляется, понимая, что от него хочет мужчина перед ним. Мгновение и на месте Дика Романа сидит Ник. Такой, каким он был до вселения Люцифера — спокойный, побитый жизнью и галлюцинациями. Без безумной привязанности и крови на руках, которые появятся в будущем. Только в голубых глазах кроется что-то древнее, что-то, что даже архангелу в его теле не свойственно. — Это тело... такое использованное, ты бы лучше о нём заботился, — фырчит левиафан, разминая руки в кандалах. На лице, которое принадлежит сосуду Люцифера, появляется озадаченное выражение, — Кто ты вообще такой? Здесь ни одного воспоминания о тебе, нет твоего характера... Только какой-то "Ник". А видя тебя, я не скажу, что ты порядочный семьянин. Он правда не понимал, кто перед ним стоит. За время, которое левиафаны провели в Чистилище, всё, что было до него, подзабылось. Они все знали, что были созданы Богом. Что были архангелы. Но как они выглядят, как ощущаются — всё это смазалось из памяти. Архангел наклоняет голову, на секунду в его глазах мелькает раздражение. Как бы он не отбрыкивался, но ему не нравилось, когда его забывали. Ему хотелось, чтобы его имя знали все. Будь то простой человек или лидер левиафанов. — Забыл о том, кто был до вас? До того, как Бог решил, что ваш вид — бессмысленная трата времени и ресурсов? Да у тебя память, как у канарейки, — присвистнул Люцифер, сверкая красными глазами. Небольшая демонстрация, чтобы тварь перед ним вспомнила, кто он такой. — Архангел, — усмехнулся Роман, приосанившись. Он не боялся, нет. Просто он понимал, что сейчас находится не в выгодном положении и злить высшее существо не стоит. Что стоит подыграть тому, слухи о чьём уязвлённом эго, шли вперёд него. — Меня зовут Люцифер, — представился архангел, кивая головой, — Я хотел предложить тебе сделку. Выгодное сотрудничество, если ты понимаешь о чём я, — он подмигнул левиафану, складывая руки за спину. В его фигуре чувствовалась сила, которую даже сосуд не мог скрыть. Также сосуд не мог скрыть раздражения, что излучал Люцифер: его глаза то и дело светились красным. Апокалипсис был запущен, но... чего-то всё равно не хватало, по мнению Люцифера. Чего-то, что сокращало бы население планеты не в сотни, а в тысячи раз. Кто-то умный и прожорливый. Левиафаны стали для него идеальным решением. А когда его подчиненные нашли способ вытащить лидера этих тварей из Чистилища, то он тут же ухватился за этот шанс. Это было сложно. Это было нудно, но итог стоил всего того времени, что было потрачено. И сейчас этот итог сидел перед Люцифером, закованный в кандалы. — Если ты меня выслушаешь, то я обещаю вашему виду процветание, — произнёс Люцифер, смотря в глаза, которые принадлежали Нику. — Если у нас деловые переговоры, то мне стоит принять более официальный вид, — левиафан подобрался, соединил руки в замок, — Не принесешь мне руку настоящего Дика Романа? Не думаю, что тебе будет приятно смотреть на собственное лицо...А судя по тому, как копошатся твои подчиненные за дверью, мой портфель Вы тоже нашли, — мужчина слегка наклонил голову к плечу, растягивая губы в улыбке. — Всё может быть намного проще, — ответил Люцифер, складывая пальцы в знакомом жесте. Щелчок прозвучал слишком громко в тишине комнаты. Архангел уважал желание левиафана находиться в знакомом теле. Все же он сам пользовался сосудами, и если выбирать между незнакомыми-однодневками и тем, в ком он провёл много времени... Люцифер бы выбрал второе. Портфель свалился прямо под ноги левиафану, стукаясь о пол. Архангел поднял его и раскрыл, уставившись на колбу, в которой плавала заспиртованная рука настоящего Дика Романа. "Хитро придумано" хмыкнул про себя Люцифер, доставая руку из колбы. По рукам потёк спирт, капая на пол. Он ожидал учуять противный запах плоти, но ничего не было, словно рука Романа была такой же ненастоящей, как кожа у левиафана. Мужчина приблизился к своему будущему партнёру и прикоснулся чужой рукой к левиафану. Тот довольно улыбнулся и из облика Ника перетёк в облик Романа. Это было зрелище не из приятных: левиафаны, состоящие по сути из чернил, теряя свой облик, превращались в что-то отдаленно напоминающее тающий воск. Черные капли стали стекать по рукам, падать на пол. Лицо Ника потекло, постепенно превращаясь в лицо Романа. Через пару секунд в кандалах уже сидел не сосуд Люцифера, а глава компании "Роман Интерпрайзес". В его глазах светился интерес. — Что ж, теперь я готов к переговорам, — левиафан сложил ногу на ногу и поднял взгляд на Люцифера, готовясь выслушивать то, что тот ему скажет. — Отлично! — хлопнул в ладоши Люцифер и покачался на пятках, думая о том, как начать рассказывать о своём плане. Он знал, что Роман выслушает его. Всё же, левиафан заботился о своём виде, и шанс сотрудничества с самим архангелом, не станет упускать. Это было видно по глазам: в них не было ни злости за заключение, ни раздражения, только интерес. Дику было интересно, что может предложить ему Люцифер. А предложить архангел мог многое. — Насколько ты понимаешь, из Чистилища тебя вытащил я, — начал архангел, безумно улыбаясь, — Сейчас я устраиваю на Земле Апокалипсиса, уничтожение человечества, всё такое. Всадники уже начали свою деятельность, разбрелись по Америке. Только... этого всё ещё мало. Это... скучно. Тем более Винчестеры уже забрали кольцо Войны... Мужчина поморщился, вспоминая то, какой цирк происходит в городе, где орудовал Война. Да, всадник отлично справится со своей задачей, но Винчестеры всё равно сумели подпортить ему карты. Поэтому приходилось искать новые способы уничтожения людей. — Я хочу заключить с тобой договор, — завершил свою небольшую речь Люцифер, наклоняя голову к плечу. Он внимательно всматривался в лицо Романа, стараясь прочитать его эмоции. Только вот тот ничем себя не выдавал. Его лицо оставалось абсолютно непроницаемым, словно глиняная маска. Архангел свёл брови к переносице, недовольно хмыкая. — Какая выгода от этого нам, левиафанам? — спрашивает Роман, выгибая бровь. В его голосе не слышится ни страха перед высшим существом, ни раболепия. Только сухой интерес. Он, как предводитель вида должен был заботится о своих собратьях. Для них всё должно быть идеально. Блондин прикладывает палец к губам, легонько оттягивает нижнюю. — Эти… лысые обезьяны не должны существовать, — ответил Люцифер, сверкая красными от отвращения глазами, — Если некоторых из них сожрут, а не уничтожат Всадники, я не буду сильно возражать. Можете пожирать их, мучить, развлекаться, как душе угодно, главное, чтобы они исчезли с лица Земли. Дик синхронно повторяет его движение — наклоняет голову, размышляя над словами архангела. С одной стороны… сотрудничество с высшим существом принесло бы свои плюсы, с другой — Люцифер был импульсивен. От него можно было ожидать чего угодно, и если ему надоесть нянчится с левиафанами, то Роману придётся придумывать план по его устранению... — Я согласен, — ответил Дик с фирменной улыбкой на губах. — Не освободишь меня? Левиафан подаётся вперёд, заглядывает в глаза архангелу. Тот молча кивает. Щелчок пальцами, и кандалы на руках и шее Романа исчезают, словно их там никогда и не было. На месте оков остается небольшой след, который быстро исчезает с кожи. Левиафан поднимает руку, разминает затекшую шею, которая за время проведенное в оковах начала болеть. В его глазах появляются искорки озорства, которые он и не старается скрывать. Для его вида всё сложилось просто идеально. Он встаёт со стула, к которому был прикован, тянется всем телом. Архангел внимательно наблюдал за действиями Дика, наклоняя голову к плечу. Как бы он не был уверен в том, что лидеру левиафанов выгодно такое сотрудничество, но доверять он ему всё равно не мог. Левиафаны оставались одними из самых опасных существ на планете. Они были хитры. Умны. Прожорливы. Если их перестанет удовлетворять условия договора, то они начнут искать способ избавиться от архангела. Или запихнуть его туда, где он не будет им мешать. Роман протягивает руку архангелу, чтобы закрепить соглашение. Заключать сделку поцелуем он не хотел, а разбирать и подписывать длиннющий договор времени просто не было. Люцифер пожимает ледяную руку, довольно улыбается понимая, что Апокалипсис становится всё интереснее. — Никогда не думал, что заключу контракт с самим Дьяволом, — произносит Роман, щуря глаза от удовольствия. — Никогда не думал, что приручу тех, кого мой Папа терпеть не может, — ответил архангел, пожимая плечами. От этого действия несло театральщиной, словно ему было плевать на тот факт, что левиафаны теперь под его контролем. Ричард в ответ ему только ухмыльнулся, убирая руку обратно в карман брюк. Сотрудничество обещало быть интересным. Левиафанов не приручили. Они сами позволили себя приручить.