Вина выжившего

— Следующий!       Ферст Эйд отряхнул кисти над рукомойником и уже отточенным жестом присел в коленях, чтобы вымыть и вторую пару рук. Сначала он вовсе не увидел пациентку: только вездесущие Блинкер и Джорни мелькали и разводили шум вокруг кого-то даже более мелкого, чем они сами. Потом они исчезли, и Эйд с удивлением воззрился на крошечную, с человека размером, алую фигурку. Рыцарь Солстара? Нет, у них серая броня, да и нечего им делать у кибертронского врача! Неужели титанмастер? — Чем я могу Вам помочь?       Миниатюрная посетительница подпрыгнула и, подтянувшись на руках, уселась на край рассчитанной на трансформеров кушетки. — Колено скрипит, — объявила она, помахав ногой — и правда скрипело… и вдруг, щелкнув какими-то застежками, отцепила всю ногу! Точнее, все внешние пластины от бедра. Под броней у нее оказалась вполне человеческая нога в традиционной одежде из рваной синей ткани. — Да не смотри так! ВНЕШНЕЕ колено, — рассмеялась пациентка. — Перепробовала все ключи, не могу разобрать! — Тогда ты самостоятельнее многих кибертронцев, — пробормотал изумленный Эйд, — потому что хотя бы попробовала! Тут надо просто заложить новую смазку, герметизировать… Земля же водная планета, достаточно агрессивная среда для таких как мы с — хм, да, мы с тобой!       Медик рассеянно повертел в руках удивительный сапог. Где же он видел такое? — О! — на внутренней стороне оказалось знакомое клеймо. — От Ар-Мура? С каких пор он делает броню для людей?       Посетительница щелкнула застежками шлема, сняла и его: на свет явилось молодое, но какое-то усталое и заветренное, как у многих здесь, лицо и растрепанное темное каре. — Кое-кто очень занудный советовал перестраховаться, чаще носить эту штуку, но знаешь? Мне просто надоело, — как будто это что-то объясняло. — И правильно, потому что конечно же! Вроде, дышать здесь можно, и хватит с меня. — А почему бы нельзя? — искренне удивился Эйд. — А, забей. Ты что, не слышал, что люди тут раньше творили? Радиации мне на всю жизнь хватило, больше не надо, даже остаточной. Но я же говорю: надоело осторожничать! — она упрямо тряхнула волосами и очень характерно нахмурилась. — YOLO! — Погоди-ка, я знаю тебя! — вскинул брови медик. — Холоформа Ультра Магнуса! Его — ты, наверное, не знаешь? — его маскировка под органика, человеческое лицо. Ты работала с ним?       Темноволосая девушка улыбнулась — с хитринкой, по-хулигански. Сидя на краю кушетки, она весело болтала не достающими до пола ногами, пока Эйд за столом перебирал своеобразный сапог ее доспеха. — Бери выше! Верити Симона Карло, приятно познакомиться! Единственная и неповторимая ассистентка дядюшки Магнуса. Вдвоем на его корабле летали, три года. Это он мне броню достал! — Вот как, — медик тихо улыбнулся под маской. — Ты мог бы хоть еще раз удивиться для приличия, — шутливо возмутилась Верити. — Три года! И этот зануда даже не высадил меня на первой же органической планете!       Вот где Эйд видел такие модификации! Неудивительно, что у бесстрашной девушки броня от Ар-Мура. Экстравагантный кутюрье тем и прославился, что претворял в жизнь самые необычные проекты, которые невозможно было сходу собрать из обычных фабричных линеек — в том числе доспехи «носителей», практически неотличимые от настоящего кибертронского тела. (Довоенную статью Фармы о носителях «и прочих, sic, курьезах» Эйд, к собственной чести, прочел еще в Дельфи.) И если «доспех Магнуса» был собран совсем другими ботами с целью наиболее точно повторить внешность покойного воина, то в личном, среднем доспехе Минимуса за версту был виден почерк Ар-Мура.       Не отрываясь от разложенных на столе мелких деталей, Ферст Эйд окликнул Джорни; на зов явились сразу оба близнеца, исправно подали ему из шкафа все необходимое и снова ретировались: оказалось, они могли прекрасно работать на подхвате, если только хвалить их. Скажи хорошее слово, и ребята чуть из покрышек не выскакивали, чтобы выслужиться еще! — Ой, — Верити любопытно вытянула шею вслед близняшкам. — Не разглядела сначала! Какие сиамцы забавные! — Кто? — все-таки удивился снова Эйд. — Сиамские близнецы! — Не сиамские, а девизьенские. — Не, в смысле что неразлучные, как Рэк’н’Руин, — терпеливо обьяснила Верити.       Задумавшись, Эйд машинально почесал шею локтем. Верхней руки. Не сам. — Ой, какие… руки? Крылья? — немедленно переключилась девушка. — Прикольные! — Новые, — честно похвастался он. — Подожди, как ты сказала? «Сиам»?       Польщенный, он протянул ей одну из удивительных рук, почти точно дублировавшую основные — настолько точно, насколько возможно было повторить их рукотворными деталями, и с лаконичными золотыми полосами на запястьях. Несколько едва заметных проводков уходило из-под наспинной пластины за ворот доспеха. — Только не трогай, они чистые! — предупредил медик. — Кого я вижу, и всех сразу, — вдруг раздалось в дверях. — Эйд! Верити!       Врач и пациентка обернулись: на входе в зал, опираясь на палочку, стоял сияющий как медный грош Бамблби. — Опять? Кому я говорил, купи мультиключ! — праведно возмутился Эйд. — Есть у меня твой ключ, да руки кривые… — Кто тебя вообще пустил вне очереди! — Фиксит, — смеялся Би, — по старой памяти, как-никак, я «король пчёл»! — Вот пусть Фиксит и принимает! — Но ты же сам говорил: будет отгул, заходи на модификацию! Кстати, что это у тебя за штуки? — Вон, у нас уже люди модифицируются, — Эйд махнул рукой на ржущую над ними пациентку, — я чем хуже? Солидно, как никак, я же теперь главврач!       На этих словах он заговорщически подмигнул Би. Ясно было, что никто не злится, и Эйд никогда не стал бы всерьез прогонять друга. Бамблби еще раз отдельно поздоровался с Верити — надо же, человек, а в друзьях лучшая половина автоботского командсостава! — окинул внимательным взглядом «зеркало», с которым Эйд работал не расставаясь уже месяц, крупный микрофон на шлеме медика и очень похожие на манипуляторы «зеркала» суставчатые руки, остроумно прикрепленные к наспинной пластине от ракетного ранца. — А это еще кто? — вдруг спросил он. — Где! — Верити резко вскочила с ногами на кушетку, прихрамывая на ту ногу, что без сапога, и направила на вышедшую из-за «зеркала» фигуру встроенные в перчатки бластеры. — Стоп, он со мной, — замахал руками Эйд. — Верити! Это как раз холоформа! Моя. — По-моему, это десептикон, — скептически скривилась Верити. — И я знаю, что такое холоформа! Просто к ЭТИМ никак не привыкну. Почему твоя холоформа десептикон? — Ну мыло-мочало, начинай сначала, — простонал Амбулон и страдальчески потер переносицу, и это почему-то вышло так смешно, что и Бамблби, и Верити дружно рассмеялись; Верити даже оружие опустила. — У меня что, на лице это написано?       Верити молча разинула рот и показала пальцем на собственные зубы: — Голливудская улыбка! — Чушь полная, вон у Мегатрона не было клыков! Он тебе что, не 'кон? — Это с какой стороны посмотреть! А с каких пор у нас холоформы разговаривают сами по себе? — Верити! Это очень личный вопрос, — пришел на помощь медикам Бамблби. — Извините, — тут же сконфузилась девушка. — Несу чепуху. Когда пугаюсь. Считайте это комплиментом, — она осторожно зыркнула на Амбулона, словно до сих пор не особо знала, чего от него ожидать. — Так себе комплимент для врача, — ядовито заметил Амбулон. — Ты на Флэтлайна и Хука тоже так отреагируешь? Будешь кидаться на персонал, мигом вылетишь из моего медблока! — И все-таки, кто Вы? — спросил заинтригованный Бамблби, снизу вверх заглядывая ему в лицо. — Амбулон от Операции Разделенная Вечность, сэр, — теперь уже пришла очередь Амбулона смущаться: как ни хотел он быть автоботом, но вбитая годами (иногда и кулаками начальства) привычка все еще заставляла пасовать перед высокими чинами. — Простите, что в прошлый раз не смог представиться. — Разделенная Вечность? Мне стоит поблагодарить Вас, — Би умильно сложил руки на рукояти своей тросточки и заулыбался, — кое-кто уже орет мне в ухо, что Вы своим, хм, уходом развалили «первый в истории рабочий гештальт»! Ну да говорится, от тюрьмы да от судьбы… Простите, неудачная шутка, но мне же можно?       Он рассмеялся, будто у него с медиками и правда был какой-то заговор галактических масштабов. Ну или пранк, но разыгрывать в этом зале было особенно некого, кроме… — Да что за игра в метафоры? — возмутилась Верити. — Я даже не знаю, чего хочу больше, мой сапог или понять, что у вас тут творится! — Я просто начал совершенно не с того конца, — сказал Эйд и послушно вручил ей готовый сапог. — Это, конечно, холоформа. Но в первую очередь это Амбулон, мой коллега, ассистент и партнер! Еще он вернулся с очень долгого больничного, но это совсем другая история. А вместе мы… — он коснулся верхней руки, и стало особенно заметно, что она двигается независимо от носителя, пальцы их нежно переплелись. — У тебя очень хорошее имя, почти кибертронское: Верити, «Правда». И сегодня ты дала имя нам! Амбулон и я, вместе мы — Сиам.