Это не фанфик

— Это да… — Мужчина наклонил голову так, чтобы его затылок упёрся в холодную железную дверь. — Может всё же откроешь мне, а, Шастун? — Его голос был спокойный, с небольшой хрипотцой из-за неудобного положения шеи, а взгляд потерянный, как у ребёнка, которого мама оставила у кассы, дабы тот занял очередь. И вот, за спиной уже толпа народу, кассир с небывалой ранее скоростью пробивает продукты, а мамы всё нет… За дверью послышались еле уловимые шорохи, которые вскоре окончательно стихли. Преподаватель с грустью огляделся по сторонам. Старая серая лестница, голубые стены с местами облупившейся краской и белый потолок с мигающей лампочкой - ничего из этого не радовало людской глаз, так и хотелось взять кисть в руки, да привнести в это место хоть какие-то яркие краски. Брюнет громко, но не слишком настойчиво постучал в дверь. — Шастун, чего ты там вскрываешься? Я же всё равно тебя достану! — Биолог не сразу понял, что в сказанной им фразе было не так. Однако с осознанием пришла необъяснимая паника. Стало действительно страшно, ведь кто знает, на что способен этот безбашенный сорванец в минуты печали. — Антон, немедленно открой эту чёртову дверь! — Прорычал голубоглазый. Он зажал звонок, и за дверью послышалась тихая монотонная трель. — Открываю! — Прокряхтел недовольный парень. Замок наконец-то щёлкнул, ручка дёрнулась и дверь с противным скрипом открылась, показав поддатого юношу. Его каштановые волосы были растрёпаны, широкая белая футболка доходила до середины бедра, безуспешно пытаясь скрыть красные боксеры. Антон молча смотрел на Арсения со слегка растерянной улыбкой, глаза же его были абсолютно стеклянными. — Чего? Я у себя дома. Как хожу, так и хочу, и на аборт…ой, наоборот. — Заявил зеленоглазый, заметивший, что его преподаватель откровенно пялится на голые ноги с приподнятыми вверх бровями. — Не смотрите так, а то вдруг не только брови поднимутся. — Антон оттянул и без того растянутую футболку вниз, после чего развернулся и молча пошёл в сторону большой тёмной комнаты, пару раз запнувшись об воздух из солидарности ко всем алкашам мира. — Почему тут так холодно? — Возмутился биолог, снимая свои лакированные туфли у входа и следуя за парнем. — Как здесь может быть холодно, когда такой горячий парень в трусах расхаживает? — Антон встретился с недовольным взглядом мужчины. — Ладно вам, это чтобы меня окончательно не развезло, на случай, если кто придёт меня проведать. — Ужас, Шастун. Как ты умудрился набухаться за те полчаса, что меня не было? — Мне хватило десяти минут. Я же говорил, что греться буду. — Антон с невозмутимым выражением лица завалился на свою кровать, укрылся пуховым одеялом и принялся допивать из горла какое-то дешевое вино. Брюнет не церемонясь выхватил из цепких пальцев уже опустевшую бутылку и недовольно покосился на улыбающегося студента. Он совсем не выглядел подавленным, грустным или что-то вроде того, наоборот от него так и веяло наглостью, ехидством и ещё алкоголем. — Что за фокусы?! Тебе завтра к половине девятого на учёбу! — Какие фокусы? Арсений Сергеевич, я просто выпил немного. Вы подождите, сейчас ещё гадания начнутся. — Шатен перевернулся на живот и, свесив с кровати одну руку, начал выводить пальцем на полу странные узоры. — Так, зашло вино в рот, вот гадаю, откуда оно теперь выйдет. Ваши ставки, Арсений Сергеевич? Педагог почему-то не разделял со студентом его приподнятого настроения. Он опустился на корточки перед кроватью и обхватил тощее запястье собеседника своей ладонью. Пока Антон не начал возмущаться, Попов поднял его руку и внимательно оглядел. — Ни черта не видно! — Заявил брюнет. Он поднялся на ноги, намереваясь включить свет. — Что вы?.. — Договорить юноше не удалось, ведь яркий свет ударил по его глазам, заставив недовольно замычать, и с головой накрыться одеялом. В следующее мгновение послышались тяжёлые уверенные шаги, приближающиеся к его кровати. Арсений, по всей видимости, сел на неё, ведь та заметно прогнулась под весом нелёгкого тела. Преподаватель нащупал под одеялом руку и вытащив её из тёплого убежища, принялся исследовать, предварительно расположив у себя на коленях. — Ага, давай другую руку. — Большим пальцем он пару раз огладил запястье, ничего непонимающего юноши. — Да что происходит-то?! — Парень не сопротивлялся, он только вытащил голову и с недоверием наблюдал за действиями мужчины. — Просто проверяю, чтобы ты не наделал глупостей. Руки в порядке, ноги раскрой. — Какие ноги? Арсений Сергеевич, что за домогательства к лицам, находящимся в состоянии алкогольного опьянения? — Парень от такой наглости даже будто бы протрезвел. — Шастун, я же не дурак, знаю, что вы не только запястья резать можете. И если это действительно так, то я должен сделать всё возможное, чтобы предотвратить разного рода инциденты. — Чего? Да у меня в жизни всё прекрасно. И вообще, я не дурак, чтобы резаться. Да и к тому же, я читал один фанфик… — Шатен загадочно улыбнулся и сел на кровати, чуть ближе придвигаясь к биологу, заставив того поморщиться от резкого запаха алкоголя, ударившего в нос. — Там один парень резал ключицы. Их мне вам тоже показать? Футболку уже снимать? — Антон подмигнул брюнету, который казалось, впал в какой-то ступор. — Показывай! — Решительно произнёс преподаватель после неловкого молчания. — Чего? Арсений Сергеевич! — Воскликнул опешивший юноша, ведь он всего-то пытался смутить мудилу, ворвавшегося в его квартиру так же неожиданно, как когда-то в сердечко. — Ладно, ты прав, перебор. Но я за тобой слежу! — Арсений встал на ноги, из-за чего пол противно скрипнул. — Если узнаю, что ты всё же режешься… — Отшлепаете? — Антон максимально невинно улыбнулся. — Антон! Не думай, что режутся только дураки, это заблуждение. У каждого бывают проблемы, и все справляются с моральной болью по-своему. — Голубоглазый решил проигнорировать относящийся к нему вопрос столь сомнительного характера. Он лишь с грустью взглянул на свои руки, но, тут же поджав губы, натянуто улыбнулся. — Нет у меня никаких проблем. Разве что одна - Вы. Но, думаю, эта проблема скоро сама собой уйдёт, и я смогу спокойно поспать. — Антон показательно отвернулся к стенке. — Ты собираешься спать в таком дубаке? Ты ведь заболеешь. — Мужчина не дожидаясь ответа подошёл к окну, за которым уже совсем стемнело и плотно прикрыл его. — Естественно заболею. Во всех фанфиках есть хиленький пацанчик, который просто обязан простудиться. Куда же без этого? Мы идём по банальному сюжету, просто вы пока этого не понимаете. Настала тишина. Было понятно, что Арсения просто бесят все эти рассуждения, но сделать с собой Антон ничего не мог. Его снова и снова убеждали в том, что жизнь - это далеко не фанфик. Здесь нет чёткого сюжета, и всё зависит исключительно от твоих действий, но мысли неизменно возвращались к первоначальной теории. Неожиданно для себя Антон ощутил прикосновение ко лбу широкой горячей ладони. — Шастун, где у тебя градусник? — Обманчиво спокойно спросил биолог, который винил себя в том, что согласился идти с парнем на заброшку, учитывая, что его одежда не успела окончательно просохнуть. — О, уже заболел? Как неожиданно. — Хмыкнул парень. — Аптечка вон в шкафу, на верхней полочке. — Он махнул рукой в сторону небольшого деревянного шкафчика. Его, как заметил биолог давно никто не протирал. Он брезгливо, двумя пальчиками обхватил ручку и потянул на себя, но шкафчик почему-то не поддался. Пришлось основательно схватиться и с силой натянуть, но увы, снова неудача. — Тяните сильнее, там вещи навалены так, что его фиг откроешь, — Усмехнулся парень, который с интересом наблюдал за жалкими попытками биолога добраться до аптечки. Вскоре послышался щелчок и характерное «блять». Мужчина медленно повернулся к юноше. Сейчас он держал в своей руке круглую железную ручку с таким лицом, будто это вовсе и не ручка, а настоящий нож в руке маньяка. — Это месть, Арсений Сергеевич? — Надрываясь от смеха, уточнил зеленоглазый. — Это случайность. — Так и я ту ручку случайно оторвал. Неужели это у нас семейное, а, папочка? — Антон уже не контролировал ситуацию, ведь прохладный воздух успел достаточно сильно нагреться. Арсений молча положил ручку на шкаф и, окончательно сдавшись, сел на кровать Димы. — Да всё со мной нормально будет, мне хорошо, меня даже не тошнит, как ни странно. Забейте на градусник. — Я, если честно, так и не научился понимать по прикосновению, есть температура или нет. — Брюнет устало вздохнул. — А если температура выше 38,5 и нужно жаропонижающее? — Меня с детства учили, что градус понижать нельзя, так что расслабьтесь, — Отмахнулся Шастун повернувшись лицом к стенке и сладко потягиваясь. — Ты уверен, что речь шла про это? — Усмехнулся биолог, который и сам знатно вымотался за этот день. Он сейчас тоже с удовольствием поспал бы. — Это не важно. Арсений Сергеевич, вы чего пришли-то? Волновались за меня, да? — Ничего подобного. Пришёл напомнить, что завтра будет опрос по новой теме. — Соврал мужчина, который и сам до конца не понимал, для чего он завалился к своему студенту. — У нас ведь завтра лекция по биологии, а не практика, там говорит только преподаватель, — Зеленоглазый довольно улыбнулся. — Спи уже, а то завтра помимо пары по биологии огребешь лекцию о вреде алкоголя. — Отозвался мужчина, которого так легко поймали на лжи. — Арсений Сергеевич, а ведь я начинаю вам нравиться. — Шаст, с огнём играешь, я ведь могу ещё сильнее разозлиться. И вся моя злость перенесется на завтрашний день, ведь с пьяного что-то спрашивать бесполезно. — Преподаватель скрестил руки на груди. — Так, значит, завтра вы собираетесь меня наказать? — Юноша развернулся лицом к мужчине и лукаво улыбнулся. — Тебя это радует? Меня всегда поражала смелость пьяных людей. — Усмехнулся педагог. — А знаешь? Да, я накажу. И ты будешь просить меня остановиться, я уже слышу твоё: « Арсений Сергеевич, пожалуйста, хватит, я больше не буду пить в таком количестве, ходить в мокрой одежде, когда на улице снег, называть вас папочкой, только остановитесь: », — Вот ещё! Я достойно вынесу ваше наказание. — Уверенно заявил парень, вызвав недобрый смешок собеседника. — Нравишься ты мне, Шастун. Завтра ты всё равно ничего не вспомнишь, но я обязательно напомню. — Напомните, что я вам нравлюсь? — Тихо, но нагло спросил Антон с закрытыми глазами. Мужчина встал с кровати и молча направился к выходу из комнаты, щёлкнув выключателем. Он на прощание взглянул на тощую, укрытую одеялом фигуру. Глаза ещё не успели привыкнуть к темноте, из-за чего был различим лишь тёмный силуэт. — Нет, об этом тебе лучше забыть. — Полушепотом отозвался мужчина. Он аккуратно прошёл в коридор и надел обувь. Куртка осталась в машине, так что мужчина вышел, аккуратно захлопнув дверь.

***

Пары давно закончились, Антон большую часть из них благополучно пропустил, однако как только опомнился и ворвался в институт, получил сообщение от Арсения Сергеевича, который настойчиво звал юношу на жестокое наказание в его аудитории. Сейчас здесь царит практически полное умиротворение, лишь Антон чуть ли не плачет от досады, а Арсений безжалостно наказывает сорванца. — Арсений Сергеевич, пожалуйста, хватит! Я больше так не буду… — Канючит парнишка, обиженно поджав губы. — Антон, как так? Ты ведь сам хотел, чтобы я тебя наказал. — С ухмылкой уточнил мужчина, нависая над парнем с длинной деревянной указкой в руке. — Я был пьян! Арсений Сергеевич, я больше не буду пить, курить и опаздывать, только не надо больше. — Умоляет студент, вызывая у биолога лишь приступы смеха, ведь он ожидал от него именно такую реакцию. — Ну-ну, Антош, мы только начали, терпи. Ты кстати почему сегодня снова опоздал? — Я проспал, вы ведь и сами всё понимаете. — Не люблю непунктуальных людей. Всегда прихожу вовремя, как бы там ни было. — Арсений Сергеевич, пунктуальность - это систематическое следование правилам. Ведь так? — Антон состроил своё максимально заумное личико. — Так. — Хмыкнул преподаватель, который не особо понимал, к чему ведёт парень. — А я, систематически опаздываю. Следовательно, я пипец какой пунктуальный! — Антош, может тебе добавить? — С ухмылкой отозвался биолог, которого на самом деле поразил столь неожиданный ответ. — Нет! Я не выдержу! Разве вам меня совсем не жалко? — Ты сам меня об этом попросил, так что наслаждайся. — Я этого совсем не помню… — Парень обречённо положил голову на парту и грустно вздохнул. — Я, в целом, мало, что помню за вчерашний вечер. — Это не освобождает тебя от ответственности. Тебе осталось расписать ещё шесть вопросов. Сейчас я выйду, когда вернусь, надеюсь, что как минимум половина из них будет решена. — Садюга! — Нахмурившись, отозвался Антон, вновь взяв ручку в руку. Он сидит здесь уже второй час. Читает сборник по биологии и отвечает на сложные вопросы в развёрнутом виде. — Лучше бы отшлепали! — Добавляет шатен, обречённо оглядывая предстоящую работу. — Приму к сведению. Вот сейчас, если я вернусь, и хотя бы половина заданий не будет решена, я ещё и отшлепаю. Ты ведь не даром вчера назвал меня папочкой. — Он вышел, захлопнув за собой новую белую дверь. — Я что?! Да, блин! Студенту хотелось на стену лезть от досады, ведь сидеть на одном месте и концентрировать своё внимание на чем-то определённом для него было настоящей пыткой. Голова всё ещё немного кружилась, а в мыслях была неприятная пустота. К счастью, бояться было особо нечего, ведь под действием алкоголя он без проблем мог бы признаться собственному педагогу в чувствах, как хорошо, что он уже сделал это будучи трезвым. Время тянулось невыносимо долго. С каждой минутой домой хотелось всё больше, а взять себя в руки и сосредоточиться на нудном тексте становилось сложнее. Наконец-то гнетущую тишину прервал Арсений Сергеевич, который со счастливой улыбкой на лице ворвался в дверь. В руке у него была молочная шоколадка “Dove” и кружка с ароматным какао. — Ну, сколько, мой юный алкоголик? — 5, Арсений Сергеевич — С гордостью ответил студент. — Даже так? Шастун, не узнаю тебя. Неужто всё же взялся за голову? И на этот раз, как ни странно, за свою. — 5 задач…осталось решить, Арсений Сергеевич. — Вот! Это по-нашему. Тут и градусник не нужен, сразу понятно, что с тобой всё в полном порядке. — Преподаватель звонко рассмеялся и поставил перед Антоном кружку с горячим какао и шоколад. — Подкрепись, уже третий час здесь сидишь, мозг совсем не работает. — Спасибо. Если вы думаете, что я откажусь, то вы ошибаетесь. Я сегодня не позавтракал, так вы меня ещё и пытаете здесь! Шатен с удовольствием прильнул губами к любимому напитку и сделал пару достаточно крупных глотков. Арсений Сергеевич лишь покачал головой, протянув своё излюбленное «Шасту-у-ун». Плитка шоколада исчезла за пять минут, и довольный студент вытер перепачканные губы рукавом своей белой рубашки. Не забыв добавить коронное «Ой, блять» как только заметил свежее пятно. — Ладно, Антон, постарайся больше не нарываться. Остаток заданий сфоткай и прорешай дома. — Сжалился мужчина. — Лекцию о вреде алкоголя тебе читать? — Спасибо за ваше великодушие! — Студент театрально отвесил поклон. — Нет, я лекции всё равно мимо ушей пропускаю. До свидания. — Куда ты собрался? Антош, ты же половину заданий решить не успел, мне тебя отшлепать нужно. — Педагог постучал кончиком указки по своему столу, приглашая Антона подойти. — Мне не нравятся ваши методы воспитания, папочка. — Антон знал,что он этого не сделает, но подыграть решил, ведь терять всё равно нечего. — Антош, — Сквозь зубы процедил преподаватель. — Давай сюда, не бойся. — Хорошо. — Антон вздохнул и сделал пару уверенных шагов к мужчине. — Вы меня потом сможете подвезти до дома? А то уже темно, да и мне влом тащиться. — Ты серьезно решил уточнить это в такой момент? — Брюнет снял с себя пиджак и аккуратно повесил на спинку кресла, чтобы он не сковывал движения. — Да. А когда потом? — равнодушно отозвался зеленоглазый. — И то верно. Ну, я тогда постараюсь не перестараться, чтобы ты сидеть смог. — Было бы неплохо. Голубоглазый аккуратно взял парня за плечи и подвёл того к парте. — Арсений Сергеевич, ещё один моментик обговорить надо. Я должен бояться же, да? — Педагог задумчиво приподнял бровь, после чего кивнул. — А почему тогда мне смешно? — Потому что, Антошка, ты особенный. Всегда умудряешься оставаться на позитиве. — Мужчина ни капли не лукавил и сказал это на полном серьезе. Ответ получился моментальным, ведь ночью Попову не удалось нормально поспать, он то и дело думал, что же так сильно притягивает его к этому чуду света. — Именно поэтому я вам нравлюсь? — Усмехнулся юноша. — Не поэтому. — Так значит всё-таки нравлюсь! — Антон восторженно захлопал в ладоши. И Арсений Сергеевич, решив поддержать эти бурные овации, тоже хлопнул, только ладонью по заду наглого юноши, который успел за короткий промежуток времени занять в его жизни огромное место.