Каждой Твари по Паре

Тело в невесомости. Руки, ноги в свободном полёте, только я не могу ими управлять. На голове какой-то мешок, через мелкие дырочки которого прорывается тусклый свет. Как же тяжело дышать! Чёрт подери! «Эй, полегче…меня сейчас стошнит.» — С трудом пробормотала я, пытаясь пошевелить хотя бы языком. Тяжёлые шаги и чьё-то такое же тяжелое, раздражённое дыхание. «Блин, долго ещё?» — Хрипела я, ощущая, как мои ноги безвольно тянуться по полу, будто две оборванные ветки. Скрип открывающейся двери. И вот наконец меня кладут на очень даже мягкую поверхность и осторожно снимают мешок. «Вот это я понимаю…так бы всегда.» — Пробормотала я, энергично моргая, чтобы прийти в себя. Глаза быстро начали привыкать к свету. «Есть чем промочить горло?» — Поинтересовалась я, рассматривая на удивление идеально отбеленный потолок. Так не привычно. Вместо ответа, я услышала скрип уже закрывающейся двери. «Эй! Даже не думай возвращаться без Кровавой Мэри! — Пропищала я, не оставляя попыток вернуть контроль над своим телом. Полицейский участок был непривычно пуст. Трое мускулистых мужчин в гражданском стояли у допросной, наблюдая через зеркало. «Люсинда Грейс Холл.» — Произнёс низкий голос, в котором была заметна усталость. Большие карие глаза на выкате изучали обстановку, скользя по серым, поцарапанным стенам, будто не замечая перед собой темноволосого мужчину. «35 лет на посту главной медсестры в Аркхеме. Самый заслуженный и опытный работник. Вы застали все этапы становления больницы. Что же случилось?» — Спросил детектив, подавшись вперёд. Женщина медленно перевела взгляд на суровое лицо полицейского. «Я имею право на адвоката.» — Лукаво изогнув тонкие, нарисованные брови, буркнула Люсинда. «Имеете, но Вы должны понимать, что дальше для вас всё пойдёт по очень удручающему сценарию. Ни один адвокат не вытащит вас из этой западни. Пойманы с поличным, несколько надёжных свидетелей. Статьи за покушение на убийство и сотрудничество с беглым преступником. При удачном исходе Вы проведёте в тюрьме строгого режима 10 лет. Судьи и присяжные по особенному относятся к членам банды Джокера.» — Спокойный и размеренный голос мужчины окутывал пространство. С каждым произнесённым словом всё чаще и чаще проскальзывали грозные нотки. Наступила пауза. Тяжёлое, судорожное дыхание Люсинды разносилось по допросной. Мужчина поправил свои очки, терпеливо ожидая ответа. «Я не состою в его банде.» — Сквозь зубы процедила санитарка, явно теряя свою дерзость. «Значит, у Вас ещё есть шанс, и я смогу Вам помочь.» — Едва заметно смягчив голос, сказал детектив. Снова пауза. Воцарилось многозначительное молчание женщины с суровым, морщинистым лицом и до боли прилизанными тёмными волосами, собранными в пучок. В жёстком взгляде читалась сломленная гордость той, которая уже слишком давно не чувствовала себя под таким прессингом. Слишком долго в её руках была власть и контроль над другими. «Всё началось со смены психиатра. С приходом этой… Квинзель.» — Начала Люсинда, поперхнувшись ненавистной фамилией. «Продолжайте.» — Одобрительно кивнул полицейский. Едва заметная ухмылка скрывалась за густыми усами. «Джокер был под транквилизаторами. Но она отменила их. Я чувствовала, что эта непрофессиональная, заносчивая девица принесёт нам только проблемы.» — Голос санитарки обретал знакомый резкий, командирский тон. Детектив внимательно слушал, едва заметно покачивая головой. «Она не должна была на долго задерживаться, просто доктор, который уже был приставлен к Джокеру впал в кому. Сказали, что отравился.» — Продолжила Люсинда, всё больше распаляясь. «Ближе к делу, пожалуйста. Как Вы стали работать на Джокера?» — Стукнув пальцем по столу, перебил полицейский. Женщина тяжело выдохнула. «У меня не было выбора…я думаю, Вы и сами понимаете. Когда Вас берёт в оборот Джокер…нет отходных путей.» — Голос главной санитарки стал тише. Взгляд тревожно скользнул к двери. Детектив удручённо нахмурился. «Он угрожал Вам? Чем именно?» — Так же тихо спросил мужчина. В серых глазах блеснуло сострадание. «Я воспитываю племянницу. Ей всего 14 лет.» — Прошептала Люсинда, прикрыв глаза. «Понимаю.» — Ответил детектив, отклонившись на спинку стула. Широкие плечи санитарки опустились. Она сгорбилась, так и не открывая глаз. Когда дверь снова открылась, я уже успела перевернуться на бок и рассмотреть уютный дизайн комнаты, в которой было на глухо заколочено окно. «Долго же несешь коктейль!» — Воскликнула я, обращаясь к незнакомцу. Спокойные, неспешные шаги. «Эй, полегче! Я ведь хрупкая, беззащитная девушка!» — Завозмущалась я, ощутив, как меня резко схватили за ноги, переворачивая снова на спину. Я недовольно пискнула. Уже открыв рот, чтобы громко послать грубого незнакомца, я уставилась в хмурое мужское лицо, на котором красовались густые темные усы. «Джимми…не ожидала я от тебя такого.» — Хитро прищурившись, пролепетала я. Этот до боли знакомый мужчина прошёл к кулеру, едва слышно хмыкнув себе под нос. «Ты оказывается такой шалун! И как давно ты запланировал это рандеву?» — Я просто не могла сдержать смех, рвущийся из недров моего всё ещё сонного сознания. «Он найдёт тебя рано или поздно, но пока ты в безопасности.» — Тихо сказал главный правозащитник Готэма, наполняя стаканчик водой. «Хитрый усатый чертяка. Только бы узнать, где же столько лет прячется мистер Джей.» — Злорадно проворковала я, наконец умудряясь приподнять голову. «Он убьёт тебя.» — Резко выпалил Гордон, скомкав в кулаке пластмассовый стаканчик. В груди больно резануло. Наверное, от передоза паралитиками. «Джимми, давай без вот этой бравады. Тебе глубоко плевать на меня.» — Прошипела я, чувствуя ярость, поднимающуюся изнутри. «Если бы мне было всё равно, ты бы сидела за решёткой, дожидаясь ещё одного посыльного своего избранника.» — Устало ответил мужчина, нависая надо мной. Ух, как меня передёрнуло! «Комиссар Гордон, неужели в Вас проснулось чувство вины?!» — Воскликнула я, силясь хорошенько прицелиться и плюнуть в его суровое лицо. Вот оно. Я успела заметить проскользнувшее в его взгляде смятение. Он всё помнит, как и я. 4 года назад Ну, что я могла сделать. Ничего. Все мои мысли были в вязкой глине, облепившей моё подсознание. Сны становились всё насыщеннее, низкий, хрипловатый голос всё громче, ощущение близости всё реальнее. Я начала слушать музыку. Разную, но больше танцевальную. Моё тело словно проснулось от долгого, муторного сна и рвалось в бой. Я танцевала каждый день, чем несказанно веселила Генри, и раздражала всех соседей. А Тильда даже и не знала, как реагировать. Только и успевала отшивать всех недовольных жильцов. На второй, а может и на десятый план ушла моя профессиональная деятельность. Заполнив отчёт, я больше и не просматривала никакие репортажи, не читала статьи. Да, и если честно всё было изучено мной вдоль и поперёк. «Харлин, ты чувствуешь странный запах?» — Поинтересовалась Тильда, шаркая по квартире и жадно вдыхая воздух. «Нет.» — Буркнула я, находясь в приподнятом настроении. «А вот я чувствую со вчерашнего вечера.» — Почесав затылок, пожаловалась моя соседка-наседка. «Ну, может опять засорилась канализационная труба. Позвони Розе. Она всё всегда знает.» — Ответила я, прихорашиваясь у зеркала. Тильда наконец обратила внимание на мои длинные, тщательно нарисованные стрелки и распущенные, подкрученные волосы. «Харлин, да ты вся светишься!» — Искреннее одобрение в её голосе отозвалась во мне приятной дрожью. «Спасибо, Тильда.» — Пропела я, прокрутившись вокруг своей оси, словно собиралась на свой выпускной. Моя соседка восхищённо всплеснула руками, засмеявшись. «Харлин, мы сегодня пойдём на бейсбол?» — Выбежал из своей комнаты Генри. Его большие, синие глаза с надеждой уставились на меня. «Конечно, пойдём.» — Ласково улыбнулась, потрепав Генри по его редким, русым волосам. Мне не терпелось увидеть своего пациента. И эта тяга увеличивалась с каждым днём, становясь даже сильнее в те дни, когда у нас не было терапии. Если бы у меня была такая возможность, я бы каждый день по несколько часов проводила рядом с ним…вернее напротив него. «Вы сегодня рано, доктор.» — Пробурчала Люсинда, увидев меня в коридоре. «Вам не угодишь. То рано, то поздно.» — Слишком весело ответила я, стремительно проходя мимо, даже не замедлив шаг. Ах, как эту лягушку задело! В мою спину полетел горячий выдох, пропитанный такой ненавистью, что меня обдало жаром. «Парни, ведите пациента №17 в допросную.» — Широко улыбаясь, я зашла в комнату медперсонала. На меня уставились удивлённые мужские лица, ну…и парочка женских. И опять эти странные опасливые взгляды. «Хорошо.» — Пробормотал один из санитаров, даже не пытаясь колко ответить или криво ухмыльнуться. Трое парней вышли из комнаты. Непринуждённо подойдя к своему ящику, я накинула халат. «Клоунская подстилка.» — До меня донёсся сдавленный шёпот. Резко обернувшись, я посмотрела на двух медсестёр, которые тут же отвернулись, сделав вид, что усердно разглядывают какие-то журналы. Мрази! Завистливые стервы! Медленно выдохнув, я проглотила комок ярости и с гордо поднятой головой двинулась к выходу. Стук моих каблуков по коридору успокаивал мои разбушевавшиеся в секунду нервы. Благодарно кивнув санитарам, я зашла в допросную. Стоило мне увидеть этот худой, сгорбленный силуэт, и всё моё раздражение испарилось, как дым. «Доброе утро.» — Поздоровалась я, борясь с мурашками, атаковавшими меня. «Доброе…доктор.» — Слишком медленно протянул самый опасный преступник Готэма, откровенно блуждая по мне своим угольно-чёрным взглядом. Да, я знала, что в этот раз было на что посмотреть. Из-под халата выглядывали мои изгибы, которые выгодно подчёркивало очень обтягивающее голубое платье с достаточно дерзким разрезом. Я давно не решалась надеть что-то подобное, тем более на работу. Демонстративно запахнув халат, я прошла к столу и села. Мне стало так жарко от непривычного ощущения. Я осознанно провоцировала жестокого убийцу, и получала от этого удовольствие. Молчание. Терпкое, острое, манящее. Мужчина в потрёпанной, смирительной рубашке сверлил меня своими бездонными глазами, а я даже и не думала отводить свой взгляд. «Я долго думала, о чём нам с Вами поговорить.» — Медленно произнесла я, кладя папку на стол и вытаскивая из кармана новенькую колоду карт. Шумно распечатывая её, я внимательно следила за тем, как хищно загораются расширенные зрачки моего пациента. «Карта Джокера считается самой сильной.» — Умело тусуя колоду, я мягко продолжала своё наступление. «Этой картой можно заменить любую другую.» — Протянула я, доставая карту с изображением придворного шута с колпаком на голове. «Универсальная, беспроигрышная.» — Я показала её главному клоуну Готэма. «Усиливает комбинации.» — Добавила я, с наслаждением прислушиваясь к учащённому, возбуждённому дыханию мужчины. Игриво тряхнув головой, я положила карту на стол. «Вам нужны остальные? Это окружение?» — Спросила я, развернув веером колоду. Тот, кого все звали Джокером лихорадочно перевёл взгляд со стола на меня. Брови взметнулись наверх. «Я одиночка…но люди тянутся ко мне, док. Им хочется прикоснуться к хаусу. Пусть на секунду, но почувствовать, на что это похоже.» — Жадно облизнув пересохшие губы, ответил пациент с длинными болотными волосами, которые казались всё гуще и растрёпаннее с каждый разом. «Бандиты?» — Положив карты на стол рядом с Джокером, спросила я. «Сломленные…неудовлетворённые, ищущие…» — Перечислял преступник, с явным наслаждением пережёвывая слова. «Любознательные.» — Добавил мой пациент, многозначительно прищурившись. Я слишком громко сглотнула. «Их много?» — Подалась я вперёд всем телом. Тихий, внутриутробный смех наполнил комнату. Такой искусственный и театральный. «Когда ты выходишь на улицу, Харлин, ты ищешь их в толпе?» — Хрипло протянул тот, кого все звали Джокером. Я инстинктивно отпрянула, растерянно уставившись на него. Снова жар от того, как он произносит моё имя. «Я знаю, что ты хочешь понять следят ли за тобой и днём, и ночью по моему приказу.» — Почти ласковый шёпот проникал в мои поры. Чёрт! Он что читает мои мысли?! «Я даже не сомневаюсь в этом.» — Мои губы дрогнули, а голос прозвучал непривычно низко. Удовлетворённо выдохнув, самый опасный преступник Готэма оскалился, растягивая свои шрамы. Что-то в его плотоядном взгляде изменилось. Я поспешила собрать колоду, но когда мои пальцы легли на карту Джокера, я ощутила лёгкое касание. Вздрогнув, я лихорадочно заморгала, вскидывая голову. «Всё в этом мире подчинено деньгам, власти и страху.» — Пропел низкий, убаюкивающий голос. Моё сознание не сразу смогло оценить ситуацию. А ситуация эта была очень странная. Руки моего пациента были вытянуты вперёд, смирительная рубашка поднята. «Вы…» — Начала я, судорожно собирая свои разбредающиеся мысли. «Я.» — Гордо подтвердил худощавый мужчина, поднимаясь из-за стола. Было просто невозможно сохранить хоть какое-то подобие спокойствия, когда прямо перед тобой возвышается тот самый Джокер, и его не сдерживают наручники или смирительная рубашка, мускулистые санитары или убойные транквилизаторы. Тот единственный раз, когда я видела его на свободе закончился плачевно для одного медбрата. Неужели теперь моя очередь оказаться в луже крови?! «Чего ты молчишь, Харлин? Задавай вопросы…я хочу излечиться. Ах, да ты же ещё не поставила мне диагноз.» — Разминая плечи и спину, он наслаждался моей растерянностью. И тут до меня наконец дошло. «Почему Вы здесь?» — Пробормотала я. В горле пересохло. Прикрыв глаза, мужчина молниеносно облизал уголок своих израненных губ. «Мне тут нравится. Вся эта атмосфера вдохновляет. Новые схемы и планы рождаются с лёгкостью.» — Непринуждённо ответил мой пациент, отодвигая стул. По всем правилам я должна была завопить во всю глотку, зовя санитаров на помощь. Но я бездвижно сидела и заворожённо смотрела, как жестокий убийца сокращает дистанцию, подходя ко мне. «Всё это время Вы могли уйти отсюда.» — Протянула я, до боли сжимая в руках карты. «Сбежать, Харлин.» — Поправил мужчина с ужасными, черными глазами, садясь на край стола в паре сантиметров от меня. Его голова была наклонена в бок, словно он хотел разглядеть меня под другим углом. «Помнишь, я говорил тебе об иллюзии контроля.» — Слишком мягко и интимно прошептал опасный преступник, едва заметно придвигаясь ко мне. Я машинально кивнула, не в силах разорвать зрительный контакт. Моё тело пылало. Я понимала, что сейчас я в его распоряжении. И это…жутко возбуждало. «Невозможно поставить диагноз здоровому человеку.» — Сказала я вслух, совершенно выпав из реальности. Мужчина запрокинул голову, беззвучно смеясь, оголив ряд пожелтевший зубов. Длинные болотные пряди затанцевали самбу на его худых плечах. В тот момент этот уже легендарный преступник казался таким нормальным. «Всё таки ты не психиатр… Харли.» — Пропел мой пациент, будто случайно касаясь моего плеча. Я зависла, ожидая, что он добавит такую привычную букву «н» в конце моего имени. Но клоун смотрел на меня, жадно впитывая моё замешательство. «Харли-Харлин-Харли-Квинзель… Харли-Квин…зель.» — Растягивая нараспев каждый слог, мужчина качал из стороны в сторону головой, тараня меня искрящимся озорством взглядом. Я всё сильнее сжимала в руке колоду, не чувствую ничего кроме барабанной дроби моего сердца. «Харликвин…уберём первую букву.» — Слишком дружелюбно произнёс самый опасный преступник Готэма, наклоняясь всё ближе. «Арли…» — Выдохнула я. «Кин.» — Продолжил мой пациент, медленнее чем обычно облизывая свою верхнюю губу. Я шумно сглотнула, не в силах больше выдерживать эту сладкую муку. Опустив глаза на теперь бесполезную, смирительную рубашку, я испытала какое-то странное желание снять её. «Боюсь это наша последняя терапия, док.» — С едва заметным сожалением сказал клоун, вытягивая вперёд руку. Сердце болезненно сжалось. «Почему Вы говорите это мне ? Я ведь могу предупредить начальство.» — Откуда-то изнутри поднялась волна дерзости. Звук, похожий на кошачье урчание, ласково окутал меня с ног до головы. «Я кое-что понял о тебе, Харли.» — Прохрипел мужчина, проводя длинным, указательным пальцем по моему светлому локону, выбившемуся вперёд. Электрический заряд прошёл от кончика этой самой пряди к корням моих волос. «Ты на моей стороне.» — С обескураживающей уверенностью ответил незаконопослушный гражданин, растягивая губы в кривую усмешку. Рубцы казались ещё больше и глубже в близи. Как же хочется дотронуться до них! «Не боитесь ошибиться во мне?» — Хитро прищурившись, спросила я, не замечая, как моё тело подаётся к нему навстречу. Тот, кого все звали Джокером, быстро накрутил мой локон на свой палец. «Я готов рискнуть, Харли.» — Резко потянув меня за прядь, прошептал клоун. Короткое болевое ощущение сменилось на какое-то странное приятное жжение. Я внимательно вглядывалась в израненное лицо, не ощущая отвращения или страха. Сколько раз я смотрела в эти бездонные глаза, но только в этой опасной близости я смогла заметить мягкий, медовый оттенок радужки, который придавал демоническому взгляду очарование. Пока я плыла на волнах своих ненормальных мыслей, мой пациент точно так же изучал меня. Его прерывистое, горячее дыхание опаляло мой лоб, слегка приоткрытые губы едва заметно вздрагивали. Мы словно видели друг друга впервые. Так нестерпимо близко. «Если тебе когда-нибудь понадобиться помощь…» — Тихо проурчал преступник, взяв со стола карту Джокера. Я не шелохнулась, следя за тем, как он складывает её в причудливую форму, похожую на звезду, и снова разворачивает, распрямляя. «Пекарня на перекрёстке Варден.» — Прошептал мой пациент, кладя мне на колени уже помятую, игральную карту. Я приоткрыла рот, но так и не смогла подобрать нужные слова. Моё сознание было в каком-то тумане. Что вообще происходило? Это был очередной сон? Непринуждённо выдохнув, мой пациент встал и плавно вернулся на своё место. Моя голова начала прочищаться, стоило ему отойти от меня. Сглотнув, я осторожно спрятала карты в карман. «Я надеюсь, что терапия помогла Вам.» — Протянула я, пытаясь хоть как-то вернуться к привычному ходу событий. Тихо присвистнув, мой пациент кивнул мне. «Док, помогите мне с рубашкой.» — Невинно изогнув брови, попросил самый опасный преступник Готэма. В тот момент он так напомнил мне Генри. В моей голове не было никакого сумбура. Я просто поднялась, медленно подошла к нему, слишком вызывающе покачивая бёдрами. Моё тело работало на автомате, повинуясь внутреннему, бессознательному желанию. Чёрные, как уголь глаза хищно следили за каждым моим движением. Я осторожно наклонилась, беря края рубашки и оттягивая вниз. «Завязать покрепче?» — С лукавой ухмылкой спросила я, заглядывая в худое, израненное лицо. «Я не против.» — С явно двусмысленным подтекстом ответил мужчина, игриво наклонив голову на бок. Я едва сдержала задорный смешок, завязывая смирительную рубашку, ощущая, как с каждым стежком контроль переходит ко мне. Это чувство было потрясающе острым и ярким. «Харли…» — Смачно прожевал буквы тот, кого все звали Джокером. «Жаль, что я так и не узнала ваше настоящее имя.» — Проворковала я, нехотя отходя от своего пациента. Сев обратно на своё место, я с надеждой посмотрела в искрящиеся, тёмные глаза. Но вместо ответа клоун облизнул уголок своих губ, задевая шрам, и многообещающе подмигнул мне. В этот момент в дверь постучались, и я подскочила, как ужаленная. Этот звук меня окончательно отрезвил. Я спиной почувствовала взгляд старой лягушки. «Спасибо за сотрудничество.» — Выдохнула я, ощущая неприятное покалывание в груди. Мне так не хотелось уходить! «До свидания, доктор.» — Слишком тихо и равнодушно. Неужели я больше его не увижу?! Нервно тряхнув головой, я развернулась к выходу. Каждый мой шаг к двери всё сильнее отдалял меня от этого ужасного человека. И мне было физически больно. Люсинда что-то буркнула, но я не слышала её. Я практически бежала по коридору, стараясь спрятаться от самой себя и от внезапной тоскливой лавины, свалившейся на меня. «Доктор Квинзель!» — Глухой прокуренный голос откуда-то издалека. Я с трудом смогла остановится. «Доктор Квинзель, куда Вы так спешите? Я вот всё жду ваш отчёт.» — Высокая и тощая женщина в дурацком, всклокоченном парике подошла ко мне, запыхавшись. Не до тебя сейчас! «Вот как раз искала Вас.» — На автомате пробормотала я, вытаскивая из папки заветный для этой стервы листок. «Хорошо.» — Одобрительно кивнула директриса Таунсенд, скользя свои противным взглядом по моему лицу. «Я пойду.» — Выдавив искусственную, широкую улыбку, пролепетала я. Внутри жгло. Может стоит её предупредить? Ведь могут пострадать люди. «Да-да. Конечно.» — Пробормотала женщина с тушкой скунса на голове, опустив взгляд на мой отчёт. Я раздражённо вдохнула, вспоминая, как равнодушно она отнеслась ко мне, когда мне нужна была её помощь. «До свидания, мисс Таунсенд.» — Процедила я, разворачиваясь к комнате медперсонала. «До понедельника, доктор.» — Донеслось до меня. Неприятные мурашки атаковали мою спину. Я должна ей рассказать! Но к чёрту их всех! К черту этот Аркхем, если я лишусь своего пациента! «Харлин, я уже готов!» — Радостный голосок Генри прозвенел, как колокольчик, стоило мне переступить порог. Мне хотелось накричать на этого приставучего мальчишку! Он не понимал насколько я была не в настроении для его игр. «Хорошо.» — Выдохнула я, собирая в хвост свои волосы, которые уже растеряли укладку, так же как я потеряла утренний задор. «Осторожно! Никакого попкорна и кока-колы. Тебе нельзя.» — Тильда вынесла своему сыну рюкзак, заговорнически покосившись на меня. «Ладно, мам.» — Недовольно нахмурился Генри, неуклюже размахивая своей новой бейсбольной битой. Я зашла в свою комнату, мельком посмотрев в зеркало. Румяные щёки и мёртвый, тусклый взгляд. Достав из кармана колоду, я кинула её на пол. Мне хотелось её растоптать. «Чёрт.» — Процедила я, бережно достав из другого кармана помятую карту Джокера, которая совсем не давно была в руках одноимённого преступника. Мне казалось, что она ещё хранила в себе его тепло. Он просто посмеялся надо мной! Как и многие другие! Не смотря на всю обиду и злость, я всё-таки положила карту в свою старую шкатулку с бижутерией. Я не могла просто выкинуть или порвать это вещественное доказательство времени, проведённого рядом с ним. Шум толпы, счастливый смех Генри и заинтересованные мужские взгляды. Ничего не могло растормошить меня. Нахождение среди кучи людей только усиливало ощущение полного опустошения. Я сидела на своём месте, погружённая в мысли о возвращении к обычным, серым будням, лишённым какого либо смысла. Неужели я больше никогда не увижу его?! Неужели это всё?! «Харлин, ты видела это?!» — Кричал мне в ухо Генри, заставляя меня посмотреть на бегающих по полю парней. Они напоминали натренированных хомяков. «Да. Классно.» — Безучастно ответила я. Генри широко улыбался, нервно щупая свою биту, которая была больше его самого. Я чувствовала, что именно мне прийдётся тащить её обратно. Так оно и вышло. Генри восторженно тараторил, шаркая за мной, а я несла его рюкзак и биту. Проходя мимо переполненных до краёв мусорных ящиков, я вдруг остановилась. «Ты чего?» — Спросил мальчишка, вставая рядом со мной. «Всё таки ты не психиатр… Харли.» — Пропел низкий, хрипловатый голос в моей голове. Он просто издевался надо мной! Дура! Надо было всё рассказать директрисе! «Козёл!» — Рявкнула я, изо всех сил размахнувшись битой и ударив по одному из мусорников. Противный писк, выпрыгивающих из своего уютного убежища, крыс прорезал пространство. «Харлин, прости. Я не хотел.» — Услышала я сдавленный голос позади. Резко обернувшись, я встретилась с большими, испуганными глазами, отливающими морской синевой. «Генри, ты тут не при чём…я просто…вообщем у меня был тяжёлый день. Извини.» — Пробормотала я, успокаиваясь. Мальчик с облегчением вздохнул, по-детски пожав плечами. «Ты можешь мне всё рассказывать. Я ведь уже взрослый… Скажи, кто тебя обидел?» — Решительно вскинув подбородок, продекламировал подрастающий мужчина. Этот худой, болезненный ребёнок был готов встать на мою защиту. От умиления у меня сжалось сердце. «Спасибо, Генри. Я знаю, что могу рассчитывать на тебя. Всё хорошо.» — Улыбнувшись мальчику, я ощутила, как жгучая ярость отступает. Этот маленький мужчина любил меня. Смотрел мне в рот, как сказала бы мамуля Вив. Его преданность не была поверхностной, кратковременной. Она была соткана из детской чистоты, незамутнённой похотью или злым умыслом. И это успокаивало…утешало. Приближаясь к дому, я заметила разноцветные огни, освещающие улицу. Плохое предчувствие сразу же ворвалось в моё сознание. Взяв Генри за руку, я ускорила шаг. Машина скорой помощи стояли прямо перед входом. «Тильда.» — Пробормотала я себе под нос, бросаясь внутрь, не отпуская руку мальчика. Мы побежали по ступенькам, но навстречу спускались четверо санитаров, держа носилки. Им явно было тяжело тащить грузного больного, почему-то накрытого с головой белой простынёй, через которую проступали бардовые пятна. Генри сильнее сжал мою руку. Я отошла, пропуская санитаров. «Тильда!» — Крикнула я на весь коридор. Страх полностью завладел мной. «Харлин.» — Донёсся до меня сдавленный, сиплый голос. «Мам!» — Пискнул Генри, бросаясь вверх по ступенькам. Я с облегчением выдохнула, но в ту же секунду тревожно вздрогнула, увидев мою соседку-наседку в окружении полицейских, среди которых был мужчина, которого я уже видела. Эти серые, проницательные глаза, кожаная куртка, тёмные волосы. «Это был детектив. Он приходил к директрисе Таунсенд.» — Голос Люсинды и её морщинистое лицо. Генри прижался к своей маме, пока я медленно поднималась по ступенькам, прокручивая в голове тот день. «Харлин Квинзель?» — Шагнув мне на встречу, обратился ко мне мужчина. «Да.» — Выдохнула я, замечая красные от слёз глаза Тильды. Она не мигая смотрела на меня. Что случилось? «Я детектив Джеймс Гордон. Вашего соседа Майкла Уокера нашли мёртвым в его квартире с ножевыми ранениями.» — Спокойный, будничный тон голоса контрастировал с его грозным взглядом из-под очков. До того как я смогла что-то ответить, из квартиры того самого жирного грубияна вышла ещё пара полицейских, неся в руках прозрачные пакеты. В одном из них лежал окровавленный нож. «Я не понимаю…» — Пробормотала я, следя за тем, как эти мужчины уже свободно заходят в нашу квартиру. Тильда многозначительно шмыгнула носом, обнимая Генри. «Я вызвала сантехников, думала эта вонь от засорившихся труб…ты же сама так сказала. Ну, и вот…он не открывал дверь. Сантехники вызвали полицию.» — Затараторила моя соседка, будто оправдываясь передо мной. В этот момент один из полицейских вышел, кивнув головой этому детективу Гордону. Не говоря ни слова, они зашли в квартиру, словно она принадлежала им. Я последовала за ними, подсознательно желая предотвратить их вторжение. «Что вообще происходит? Почему Вы обыскиваете нас?» — Я начала заводиться, понимая, что они направляются именно в мою комнату. Не обращая никакого внимания на мои вопросы, незнакомые мужики начали рыскать в моём шкафу. «Не трогайте мои вещи!» — Крикнула я, пытаясь забрать своё кашемировое пальто из рук незнакомца. «Отойдите, мисс Квинзель.» — Потребовал очкастый детектив. Я возмущённо нахмурилась, сжав кулаки. А эти наглые полицейские зачем-то внимательно осматривали моё любимое пальто. «Мисс Квинзель, Вы узнаёте эту вещь?» — Повернувшись ко мне, грозный детектив показал мне маленький прозрачный пакет, в котором лежала до боли знакомая коралловая пуговица. Я судорожно сглотнула. Неужели это была та самая потерянная мной пуговица?! Но как она оказалась у них?! «Мисс Квинзель?» — Снова спросил мужчина, переводя взгляд на моё пальто, на котором поблёскивала сероватая пуговица, отличающаяся от остальных. «Я ничего не понимаю…что это значит?» — Пробормотала я, делая шаг назад. «Вам прийдётся проехать с нами.» — Спокойно отрапортовал детектив, доставая наручники.