Каждой Твари по Паре

Дождь из пепла льётся из глаз

Чёрная бездна смотрит на нас

Дальше не будет дороги другой

Если ты в пекло, я — за тобой

Какой же урод! Как же мне везёт на таких! Пнул меня под зад, как блохастую псину! Казалось, я шла по вонючим улочкам Готэма не меньше двух часов. Мне некуда было идти со своим тщедушным багажом из пары спортивных маек, одной мини юбки и порванных джинс. Денег не было. К мамуле Вив возвращаться я не собиралась, даже если весь мир выйдет против меня с вилами. В традициях слезливых мелодрам пошёл дождь…нет, даже ливень. Я встала посередине улицы, уставившись в плаксивое, хмурое небо Готэма. Как же мне всё надоело! «Уйди с дороги, дура!» — Услышала я противный мужской голос сзади. Обернувшись, я увидела жирдяя в оранжевой кепке с воодушевляющей надписью «Вперёд к мечтам». «Ты глухая что ли?» — Возмутился индивид на старом, потрёпанном велосипеде. Удивительно, как он не раздавил своим весом это хрупкое средство передвижения. «А ты что слепой?! Я никак не мешаю тебе проехать!» — Огрызнулась я, чувствуя садистское удовлетворение от возможности выплеснуть накопившуюся агрессию и злобу. Я не шелохнулась с места. «Придурошная!» — Выплюнул жирдяй, с огромным трудом маневрируя мимо меня. Скрип его несчастного велосипеда заставил меня громко фыркнуть ему в спину. «Больная на голову.» — Донесся до меня сдавленный бубнёж медленно удаляющегося велосипедиста. Я зачем-то пригладила и так прилипшие, мокрые от дождя волосы. Меня пробил озноб. Оглядевшись вокруг, я заметила открытую дверь в один из многочисленных подъездов. Не долго думая, я зашла в сырое помещение. К моему удивлению подъезд оказался достаточно чистым. Устроившись на ступеньках, я начала отжимать волосы. Стало ещё холоднее, чем на улице. Я обняла себя руками, пытаясь согреться. Не знаю сколько я так просидела, когда в подъезд зашла пухлая женщина средних лет в сером дождевике. Она несла полные пакеты с продуктами. Шумно сглотнув, я опустила голову. Внимательно вслушиваясь в её грузные шаги и громкое шуршание пакетов, я немного сдвинулась к стене, чтобы дать ей возможность спокойно пройти мимо. Но она почему-то не спешила оказаться в своей квартире. Подняв голову, я встретилась с круглыми, зелёными глазами, в которых искрилась откровенная жалость. Никто не смотрел на меня так, даже родная мать. Где-то в груди больно кольнуло. Я снова опустила голову, закашлявшись. Один тяжёлый шаг и она опять остановилась. «Пойдём. Поможешь мне донести пакеты, а я тебя горячим чаем напою.» — Совершенно непринуждённо сказала незнакомка, протягивая мне один из своих пакетов. Я вылупилась на неё, как на сумасшедшую. Неужели эта женщина готова пригласить к себе ободранную девицу с улицы? Вот так просто…не боясь и не остерегаясь? Она вообще понимает, что живёт в Готэме? «Пойдём. А то ты тут околеешь от холода, а мне тут труп в подъезде не нужен.» — Круглое, открытое лицо светилось странной доброжелательностью. Повинуясь желанию выжить, я последовала за женщиной, неся её пакет в дрожащей руке. Как только я очутилась в квартире гостеприимной незнакомки, меня окутало теплом. Бедный, но опрятный интерьер, запах чего-то мясного и мерное тиканье часов, висящих на стене. «Снимай кеды и проходи на кухню. Там ещё теплее. Я тебе дам сухую одежду.» — Протараторила добрая самаритянка, сбрасывая с себя дождевик. Я продолжала удивляться её непринуждённому тону. Создавалось ощущение, что эта пухлая женщина со светлыми, каштановыми волосами знала меня не меньше десятка лет. Послушно сняв свои старые, порванные кеды, я зашла на маленькую, уютную кухню. На плите стояли кастрюли и сковородки, судя по всему с готовой едой. Слюни потекли из моих полуоткрытых, дрожащих губ. Я толком не ела уже два дня. «Вот. Может размерчик, конечно, большеват. Ты то стройненькая, а я уже нет и достаточно давно.» — С улыбкой проворковала незнакомка, протягивая мне стопку чистой одежды. «Спасибо Вам…большое.» — Прохрипела я, ощущая непривычное чувство благодарности. В чём же здесь подвох? «Ванна там.» — Показала женщина рукой, быстро семеня в одну из комнат. Моё тело закоченело. Пришлось хорошенько постараться, чтобы снять с себя прилипшие ледяные лохмотья. Но стоило мне надеть сухую, клетчатую рубашку и серые брюки, я ощутила, как озноб уменьшается. Да, это был не мой размер. Но какая к чёрту разница! Я вышла из ванны, осматриваясь вокруг. Одна из дверей была приоткрыта. Я увидела, как добрая самаритянка нагинается над маленькой кроватью. «Давай пей, малыш. Полегчает.» — Услышала я тихий, пропитанный заботой шёпот. «Не хочу…» — Выдохнул слабый детский голосок. Я подошла ближе. «Генри, утром я испеку тебе блинчики. Твои любимые.» — Пообещала женщина, подставляя ложку к сухим губам худого, темно-русого мальчика. «С творогом.» — Протянул ребёнок, соглашаясь на выгодную сделку. «Конечно, милый.» — Кивнула незнакомка, удовлетворённо выдохнув. Мальчик проглотил микстуру, скорчив недовольную моську. «Молодец.» — Женщина наклонилась, поцеловав ребёнка в лоб. Так нежно и искренне, что у меня вдруг возникло щемящее чувство, похожее на зависть. Я забылась, не успев отойти от двери. Добрая самаритянка обернулась, заметив меня в проёме. Она быстро вышла, закрывая за собой дверь. «Каждый раз надо уговаривать и подкупать вредными вкусностями.» — Несколько смущённо выпалила незнакомка, уставившись в моё удручённое лицо. Я одарила её слабой улыбкой, не зная, что сказать. «Пойдём на кухню. Чай заварю. Какой любишь? Чёрный или зелёный?» — Протараторила женщина, пытаясь заполнить затянувшуюся паузу. «Меня зовут Харлин.» — Просипела я, зачем-то представившись. «А меня Тильда. Приятно познакомиться с тобой, Харлин.» — Энергично закивала добрая самаритянка. «У меня совсем нет денег. Мне не чем Вам отплатить.» — Пробормотала я, с опаской уставившись в круглое, румяное лицо. Ну, всё! Сейчас выгонят… «Не нужно мне платить, Харлин.» — Махнув рукой, ответила Тильда, стремительно шаркая на кухню. «Я наварила куриного бульона. Генри очень мало ест. У меня всё пропадает. Приходиться выливать.» — Тараторила добрая самаритянка, вытаскивая посуду. Медленно сев за стол, я просто наблюдала за ловкими, быстрыми движениями новой знакомой со странным желание меня накормить. В голове крутился один назойливый вопрос. «Не стесняйся. Кушай сколько влезет, Харлин.» — Проворковала пухленькая женщина, ставя перед мной полную тарелку, ароматного бульона и ломтики чёрного хлеба. «Я тебе ещё жаренную картошку потом положу.» — Открыв крышку сковородки, пообещала Тильда. Я замерла, уставившись на наваристый бульон, думая о том, сколько я ещё проживу, если суп окажется отравленным. Словно прочитав мои мысли, женщина прошаркала ко мне со своей ложкой. Демонстративно черпнув бульона из моей тарелки, она смачно хлебнула, смотря прямо мне в глаза. «Немного пересолила, а так очень даже.» — Добродушно прокомментировала Тильда, улыбнувшись мне. В животе забурчало. Организм требовал, чтобы я подчинилась базовому инстинкту. Осторожно взяв ложку, я начала поглощать горячий, жирненький бульон. С каждой ложкой я ускорялась, забывая о предосторожности и сомнениях. Я была жутко голодна. Тильда уселась напротив меня, подперев рукой подбородок. На её круглом лицо отобразилось плохо скрываемое умиление. «Эх, если бы Генри так хорошо кушал.» — Вздохнула моя новая знакомая. Затравленно взглянув на неё, я продолжила есть. Скоро я перешла к картошке, а потом мы пили чай с печеньем. И всё это напоминало сон. Я никак не могла поверить в реальность происходящего. «Зачем Вам помогать мне?» — Спросила я, внезапно прервав добрую самаритянку в её страстном желании рассказать мне про трудности пеленания новорождённых. Тильда удивлённо вылупилась на меня, будто я задала совершенно неожиданный вопрос. «Я просто не смогла пройти мимо твоей беды.» — С обезоруживающей искренностью ответила женщина. Моей беды…вся моя жизнь одна сплошная беда. «Ты можешь остаться здесь, если тебе некуда идти. У меня всё равно пустует комната. За оплату не переживай.» — Предложила моя новая знакомая, ещё больше удивляя меня и вводя в ступор. Так просто не бывает! В чём её выгода? Должен быть подвох! «Вы не боитесь меня?» — Прищурившись, спросила я. Вместо ответа Тильда одарила меня грустной улыбкой. В её умных зелёных глазах читалось понимание и сопереживание. Никакого злорадства, хитрого умысла, высокомерия. «Мама, кто это?» — Донёсся слабый детский голосок. Оглянувшись, я увидела тощего, болезненно-бледного мальчика с большими, синими глазами. На вид ему было лет шесть. Он стоял в тёплой, бирюзовой пижаме, неодобрительно разглядывая меня с ног до головы. Темные круги под его глазами казались гигантскими на его маленьком, осунувшемся личике. «Генри! Босиком нельзя ходить. Сколько раз повторять!» — Воскликнула Тильда, подходя к своему сыну. «Кто ты?» — Подозрительно насупившись, снова спросил мальчик, не собираясь отступать. Его недовольная, детская моська вызвала во мне искреннюю улыбку. Этот ребёнок был намного разумнее и осторожнее, чем его мама. «Я твоя новая соседка.» — Ответила я, игриво вскинув брови. Тильда довольно кивнула, посмотрев на меня. «Генри, это Харлин, и ей нужна наша помощь, поэтому она поживет у нас какое-то время.» — Объяснила добрая самаритянка, гладя мальчика по редким, тёмно-русым волосам. Большие, синие глаза изучали меня, как диковинную вещь. Любопытство и скрытое желание общаться отобразилось на бледном, худом личике. Этот мальчишка следил за мной, не доверяя мне, так же как и я проверяла и не доверяла его маме. Я ещё пол года находилась в состоянии неверия. Но с каждым днём возведённые мной стены падали, разрушаясь под натиском доброты и щедрости, участия и ласки, которых я никогда не встречала до этого. Я стала частью этой маленькой, странной семьи. Меня удочерила женщина, в которой горело неуёмное желание быть матерью. Весь запас её нерастраченной нежности распространился и на меня. Генри хоть и не сразу, но впустил меня в свой мир, делясь со мной своими переживаниями и заботой Тильды. И теперь глядя на них, связанных по рукам и ногам, я испытывала удушающее чувство вины. Их лица на экране казались, как никогда родными. «Узнаешь их, Харли?» — Раздался горячий шёпот, леденящий душу. Прежде чем что-то сказать, я судорожно сглотнула, скопившуюся во рту горькую и вязкую растерянность. «Очень смутно, Джей.» — Выдохнула я, нервно ухмыльнувшись. Рука в чёрной кожаной перчатке сильнее сдавила мне плечо. «Я тебе напомню. Вот этот дохленький мальчуган прибежал к пекарне на перекрёстке Варден, сжимая в руке ту самую смятую мной игральную карту. Только ты могла передать ему мой спец пропуск, Харли.» — Тягучий, как мёд голос окутывал меня с ног до головы, заставляя жалеть о том опрометчивом поступке. Я так хотела выбраться из тюрьмы, что подставила Генри. Чёртова эгоистка! «Подумаешь! Случайный посыльный.» — Хихикнула я, давясь тревогой. Я разглядывала всё такое же болезненно-худое лицо мальчика с большими синими глазами. За время моего отсутствия в его жизни он заметно повзрослел. Даже я бы сказала возмужал. Тёмно-русые волосы были коротко подстрижены, чёлки больше не было. «Он со своей мамочкой по-прежнему живёт по-твоему старому адресу, куда я присылал тот букет роз.» — Положив вторую руку мне на плечо, мой бывший пациент начал делать мне на удивление нежный массаж. Воспоминания хлынули на меня лавиной. В груди резануло. Я помнила тот судьбоносный день. Если бы я тогда не успела выбросить твой смертоносный букет, Джей… «Мне так приятно, что ты помнишь все стадии нашего романа.» — Соблазнительно понизив голос, ответила я, косясь на рядом стоящую Панчлайн. Раскосые, зелёные глаза зажглись ненавистью и плохо скрываемой ревностью. Я криво ухмыльнулась ей в лицо. «У меня выборочная память, Харли. Я помню самые ненужные моменты своей жизни.» — Злорадно пропел ядовитый голос главного преступника Готэма. Я ощущала его каждой частичкой своего организма. Меня разрывало от обиды и ужасного желания придвинуться ещё ближе, чтобы снова почувствовать его губительное тепло. «Ты же не думаешь, что эти соседи что-то значат для меня? Я когда либо упоминала их, пока мы были вместе?» — Повернувшись лицом к жестокому клоуну, я примерила на себя самое расслабленное и равнодушное выражение лица. Чёрные, как ночь глаза вцепились в меня, сдирая с меня кожу. Я не разрывала зрительного контакта, выжигающего мои внутренности. Всё таки годы проведённые рядом с этим демоном закалили меня. «Хорошо, Харли. Тогда тебе будет всё равно, когда их зарежут в прямом эфире.» — Громко причмокнув, прожевал слова мой бывший пациент. Да, я изо всех сил держалась! Ни один мускул на моём лице не дрогнул, ведь я знала, что только такую участь мог им уготовить главный преступник Готэма. Отойдя от меня на пару шагов, мужчина с болотными волосами до плеч грациозно повернулся вокруг своей оси. Прошаркав к своей новой зелёноглазой помощнице, он остановился, снова посмотрев на меня из подлобья. «Но…если ты вдруг передумаешь, и захочешь избавить их от обильной кровопотери, то вон там лежит новенькая бита. Победи Панчлайн, чтобы мама с сыночком пережили эту звездную ночь.» — Злорадно прищурившись, добавил мужчина с улыбкой чеширского кота. Мой взгляд тут же метнулся к лежащей в стороне белоснежной бите. Внутри всё начало переворачиваться. Мысли собрались в кучу, сорясь между друг другом и заставляя меня нервно потряхивать головой. Эх, если бы на месте Тильды и Генри была моя мамуля Вив! Да, я бы помогла перерезать ей горло! Ну, почему ты не притащил эту недоделанную Мерилин Монро! «Джокер! Отпусти их!» — Раздался сдавленный рык моего бывшего напарника, который по прежнему висел на кресте. Я посмотрела на наивного мстителя, всё ещё пытающегося достучаться до своего любимого врага. «Бэтс, я всегда достаточно щедр, чтобы подарить человеку выбор.» — Ответил кровожадный клоун, взмахнув своими болотными патлами. Панчлайн одобрительно кивнула, будто словам Джея нужно было её дурацкое подтверждение. Сучка! Я снова посмотрела на экран, где красовались единственные люди, которые были добры ко мне искренне, без умысла использовать моё доверие. Стоя посередине пыльного аркхемского зала, я прокручивала все возможные варианты выхода из сложившейся ситуации. Но чёртовы воспоминания мешали мне сконцентрироваться. Почему-то перед глазами вертелось лицо охранника, который провёл на мне качественную шоковую терапию. Ему тоже «повезло» получить подарок от самого Джокера. «Ну, что ж…похоже посыльному и его маме пора на покой.» — Мягко и даже ласково протянул хриплый, низкий голос. Я дёрнулась, будто собираясь кинуться к выходу. «Харли, не надо.» — Тихо буркнул знакомый мужской голос. Повернувшись, я встретилась с рыбьими глаза Хмурого Боба. Как всегда стойкий, оловянный солдатик с непроницаемым лицом давал мне инструктаж. Я уже открыла рот, чтобы послать его, но меня остановил жалобный стон. Мой взгляд метнулся к телевизору. Острое лезвие ножа было приставлено к пухленькой шее моей соседки-наседки. Как же жалобно она смотрит с экрана прямо на меня, будто знает, что я её вижу! Чёрт, почему мне не всё равно?! Почему я чувствую, как всё моё нутро рвётся наружу?! Я думала, что моя криминальная жизнь никогда не отразиться на Тильде и Генри. Хотя бы физически. Но я ошиблась. И теперь я ощущала огромную тяжесть вины на своих плечах. Они в опасности из-за меня! «Хочешь сказать им пару слов на прощание?» — Приторный голосок Панчлайн выбил почву из-под моих ног. «Мама…не трогайте её!» — Простонал Генри, дёргаясь на стуле. В его больших синих глазах стояли слёзы. Посмотрев на источник хаоса и кошмара в длинном фиолетовом пальто, я чувствовала, как из меня вырывается разъярённый крик. До крови прикусив нижнюю губу, я резко развернулась к мирно лежащей в стороне бите. Наручники ужасно саднили, ограничивая меня во всём. Все мои движения были механическими. В висках стучал отбойный молоток. С трудом взяв в правую руку своё любимое оружие, я подняла глаза на висящую на кресте летучую мышь. «Ну, Бэтс, всё-таки ты заразил меня своим грёбаным благородством!» — Истерично воскликнула я, замечая в ореховых глазах одобрение. Подпрыгнув на месте, я ринулась к Хмурому Бобу. «Сними, и я надеру ей зад.» — Прошипела я, вытягивая вперёд свои руки. Мой бывший тренер покосился на своего босса, спрашивая разрешения. Громко причмокнув, жестокий клоун погрозил ему пальцем. Черноволосая стерва расплылась в довольной ухмылке, кладя свою голову на его плечо. Вот твари! «Ты прекрасно управишься и так, Харли.» — Низко пропел гипнотический голос. Я нахмурилась, уставившись на мужчину, которого хотела разорвать на маленькие куски и скормить их бездомным собакам. «Всё как всегда, Джей. Очередной эксперимент.» — Почти ласково проворковала я, вкладывая в слова как можно больше яда. Хищные, бездонные глаза самого главного преступника Готэма были направлены на меня, как два рентгеновских луча. Он всегда видел меня насквозь, чувствовал мои перепады настроения, даже если я притворялась, что всё было хорошо. В нём никогда не было жалости. И я это знала с самого начала. В ту ночь жестокий клоун бросил меня на съедение полиции, потому что знал, что мой запал неизбежно угасал. Подбитая гончая уже была не нужна охотнику. «Иди сюда, милая. Сделай, как хочет папочка.» — Покосившись на чернявую сучку, ехидно прошипела я, чувствуя, как мой организм возгорается изнутри от обиды, ярости и невыразимой боли. Панчлайн сощурила свои ядовитые, зелёные глаза. Демонстративно повернувшись к своему боссу в клоунском гриме, она медленно засунула ему руку за пояс. Я поджала плечи, сдерживая порыв подскочить и ударить её по голове. Моя замена достала нож. Тот самый с серебряной рукояткой. Его любимый. Тварь! «Ну, давай, Харли.» — Повертев в руке блестящее лезвие, процедила противная брюнетка, выходя вперёд. Я встала в боевую стойку, но бита предательски заскользила в моей вспотевшей ладони. Я быстро оглянулась на телевизор, чтобы удостовериться, что Тильда и Генри ещё живы. Как же в груди щемит! Я должна надрать этой стерве задницу! Должна показать этому несносному, высокомерному клоуну, что я самая лучшая! Набрав в грудь воздуха, я кинулась на свою соперницу со своим фирменным боевым кличем. Мой писк наполнил весь Аркхем, отскакивая от пошарпанных, старых стен. Прыткая тварь умело уворачивалась от моих атак, но и я не отставала от неё, отбегая и отскакивая. Вот только чёртовы наручники не давали мне, как следует размахнуться. Сил у меня было маловато после долгого лежания на холодном полу в отключке, но я не собиралась сдаваться. Мерзкая, презрительная ухмылка на остром личике конкурентки доводила меня до исступления, раззадоривая и подгоняя. Я не почувствовала первого пореза. Он прошёл по касательной, слегка задев моё плечо. «Надоело мне с тобой играться.» — Прошипела явно запыхавшаяся Панчлайн, плотоядно заглядывая в моё раскрасневшееся лицо. Мой взгляд метнулся к мужчине в длинном, фиолетовом пальто, который плавно и грациозно прохаживался по залу, смотря на свою любимую летучую мышку, распластанную на самодельном кресте. Ах, ты козёл! Да, как ты смеешь! Меня тут зарезать пытаются, а ты даже не смотришь! «Не можешь убить меня своими собственными руками, Джей!» — Заверещала я во всё горло, во время отпрыгивая в сторону от летящей на меня брюнетки. Жестокий клоун остановился, застыв на месте. Я шумно выдохнула, на мгновение забыв обороняться. «Заткнись, идиотка.» — Прошипела Панчлайн, резко полоснув лезвием по моей щеке. От боли я согнулась, роняя биту на пол. Последовавший за этим звук показался мне оглушительным, будто почва под ногами разверзлась. Снова жуткая, резкая боль уже на спине. «Сука!» — Рявкнула я, кидаясь на черноволосую соперницу уже без оружия. В тот момент мне было плевать на острый нож в её руке. Я жаждала подмять её под себя, вгрызться и разорвать её, как Тузик грелку. То ли от неожиданности, то ли от моего бешенного напора, Панчлайн не успела увернуться от моего удара ногой в печень с разворота. Как я умудрилась это сделать в наручниках до сих пор не понятно. Мне хватило пол секунды, чтобы воспользоваться её болевым шоком. Ловко запрыгнув на её спину, я вынудила противную зеленоглазку упасть на пол, по пути выбивая из её руки нож. Сомкнув на её тонкой шее цепь от наручников, я зарычала, как тасманский дьявол. Изо всех сил потянув на себя свою соперницу и перекрыв ей кислород, я быстро окинула диким взглядом Хмурого Боба, который внимательно наблюдал за своей ученицей, как всегда отмечая недостатки. «Ты её не подготовил ко встречи со мной, да, Боб?» — Мой голос звучал, как никогда хрипло и низко. Рыбьи глаза моего бывшего надзирателя блеснули одобрением. Уголки моих губ нервно дрогнули, растягиваясь в злобную ухмылку. Я ощущала тяжесть её тела на себе, слышала, как она кряхтит и извивается. Кровь из пореза на моей щеке стекала вниз по моему подбородку. Казалось, что эта вязкая и липкая жидкость скоро будет обволакивать меня полностью с ног до головы. Рана на спине покалывала, но никак не мешала мне наслаждаться моментом. «Джей, я поймала твою птичку!» — Радостно воскликнула я, усиливая хватку. Какое же восхитительное ощущение! Мой бывший пациент всё так же стоял ко мне спиной, смотря на своего главного врага, который в свою очередь не отрывал от меня обречённого взгляда. «Бэтс, ты видишь, кто она на самом деле. Мне хватило одной встречи, чтобы понять.» — Пропел до боли знакомый голос, заставляя меня ещё сильнее сдавить горло черноволосой стервы. «Видишь…она уже забыла, зачем ввязалась в драку и просто наслаждается процессом.» — Продолжил говорить мой бывший пациент, будто я не могла его слышать. Я судорожно заморгала, вспоминая о Тильде и Генри, которые по прежнему сидели, привязанные к стульям. Бандит в пластмассовой, клоунской маске всё так же стоял сзади них с тесаком в руке. «Джей!» — Крикнула я, чувствуя, как чернявая стерва перестаёт сопротивляться, теряя сознание. «Ты же не думал, что сможешь её изменить, показывая хороший пример?» — Насмешливо проурчал самый главный преступник Готэма, резким движением головы заставив свои болотные патлы затанцевать на его плечах. «Джей, твоя хакерша подыхает!» — Торжественно объявила я, ощущая как затекают руки от напряжения. «Харли, отпусти её.» — Прогремел глубокий, но уставший голос моего бывшего напарника. Я посмотрела на летучего мстителя, как на сумасшедшего. «Да, Харли. Отпусти бедную девушку.» — Тихий, злорадный смех разнёсся по залу. «Идите Вы оба к чёрту!» — Рявкнула я, не в состоянии сдерживать яростное непонимание сложившейся ситуации. Мужчина в длинном, фиолетовом пальто медленно развернулся, наконец-то удостаивая меня своим внимание. «Ты так хотела этого, Харли…так сильно, что терпела благородство Бэтмена целый месяц.» — Тщательно прожевав каждый слог, проговорил мой жестокий клоун. «Джей, ничто в этом мире не может нас разлучить, даже ты сам.» — Злорадно пропела я, ритмично качая головой в такт своим словам. Главный преступник Готэма двинулся ко мне, немного сгорбившись, словно что-то очень тяжелое тянуло его к земле. С необыкновенной плавностью достав из-за пазухи пистолет, мужчина с чеширской улыбкой громко и торжественно причмокнул. Моё дыхание участилось, хватка усилилась, но Панчлайн уже не реагировала. «Ты хочешь лишить меня очень полезной помощницы.» — Безразлично прокомментировал мой бывший пациент, направляя на меня дуло своего пистолета. В моей голове что-то щёлкнуло. Почему так больно это слышать?! «Ею дорожишь, а меня выкинул, как мусор?!» — Пропищала я, ещё сильнее сдавливая горло своей черноволосой замены. «Доктор Квинзель, отпустите Алексис…пожалуйста. Этого хочет даже Бэтмэн.» — Неприкрытая издевка в его хриплом голосе заставила меня ослабить хватку. Во-первых, он назвал меня «доктор Квинзель», во-вторых, мои онемевшие руки уже просто отказывались душить соперницу. Эта наглая, разукрашенная рожа пялилась на меня так, будто я была ничем! Просто пылью под его ногами! И это после того, как я бросила всё ради него! Забыла о гордости, о своих мечтах! Подчинилась его воле! Рисковала своей жизнью ради его махинаций! И вот, что я заслужила! Неужели все те нежные моменты были только плодом моих фантазий?! «Давай, Джей! Стреляй.» — Рявкнула я, чувствуя, как Панчлайн снова заёрзала. Без промедления курок был взведён. Громко, безжалостно и с нескрываемым удовольствием. «Джокер!» — Раздался отчаянный рык моего бывшего напарника. Послышался грохот деревянных досок, на которых был распластан великий и могучий мститель. Боковым зрением я заметила, как Хмурый Боб дёрнулся вперёд, словно собираясь вмешаться, но тут же остановился, не моргая уставившись на оружие в руках своего босса. «Я её не отпущу…прийдётся искать новую.» — Горючие, разъедающие глаза слёзы начали катиться по моим щекам, пока я из последних сил держала свою соперницу в смертельных объятиях. Бездонный и страшный взгляд легендарного клоуна искрился всеми красками злорадства и возбуждения. Он наслаждался, впитывая боль, которую сеил вокруг себя. Мои губы лихорадочно задёргались, расплываясь в широкой, отчаянной улыбке, которую я всегда надевала в самые ужасные моменты моей жизни. Это было моим единственным оружием с самого детства. «Джокер, нет!» — Последнее, что я услышала перед громогласным выстрелом, после которого всё потеряло всякий смысл. Если он вообще когда либо был? Кромешная темнота…но где-то в далеке… «Эти пальчики в моих волосах, этот лукавый призывный взгляд, что лишает меня сознания. Это колдовство.» — Голос, как на старой, потертой пластинке. Что-то ужасно липкое и горячее на моём лице. «И у меня нет никакой защиты против этого, жар слишком силён для этого. Какой толк от здравого смысла? Ведь это колдовство, ведьмино колдовство.» — Продолжал петь низкий, хриплый голос, жуя слова. До боли знакомый металлический, терпкий запах крови. Я не могла поднять слипшиеся веки. «Когда ты пробуждаешь во мне потребность, моё сердце говорит «Конечно да, продолжай меня вести туда» — Голос становился всё громче и веселее. Наконец-то я смогла приоткрыть глаза. В потолке всеми красками радуги светилась старая люстра, будто радостно приветствуя меня. Я дёрнулась, но не смогла подняться. На мне лежало что-то очень тяжёлое и неподвижное. Раздалось громкое шарканье, и чьи-то сильные руки быстро сбросили с меня груз. Я приподнялась на локтях, судорожно моргая. Мне надо было срочно встроиться в реальность. «Всё то же древнее колдовство, но я не изменю этого ни за что, ведь нет милее ведьмочки, чем ты.» — Проурчал мужчина в рыхлом клоунском гриме, грациозно размахивая пистолетом, как гимнастка лентой. Ритмично отбив чечётку и прокрутившись вокруг своей оси, мой бывший пациент многозначительно посмотрел на меня, будто в ожидании аплодисментов. Я ошарашено огляделась вокруг, чтобы вспомнить, где нахожусь. Хмурый Боб стоял в двух шагах от меня, а рядом со мной лежала черноволосая девушка с простреленной головой. Что это чёрт возьми?! Я подняла онемевшие руки и начала лихорадочно стирать с лица уже запекшуюся кровь моей соперницы. Меня трясло так, как будто в меня вживили какой-то механизм. Снова повернувшись к мёртвой конкурентке, я пыталась понять, что произошло. Это я должна была лежать, как дохлая кобыла с зияющей раной во лбу! Он выбрал меня! Чёрт побери! Не эту черноволосую стерву, а меня! «Ты…ты…» — Сипло заикала я, всё ещё не в состоянии сформулировать свои эмоции. «Ты превзошёл все мои самые смелые ожидания, Джей.» — Продолжил за меня жестокий клоун, имитируя мою игривую, писклявую интонацию. Мужчина с болотными волосами шагнул ко мне, схватился за наручники, которыми я ещё недавно душила его помощницу, и резко потянул на себя. Встав лицом к лицу с главным преступником Готэма, я шумно вздохнула. Сердце в груди билось так сильно, что казалось скоро выпрыгнет наружу и станцует ламбаду. «Я всегда знал, что ты рыжеволосая бестия, а не белокурый ангел.» — Плотоядно облизав уголок своих израненных губ, прожевал мой бывший пациент. Рука в чёрной, кожаной перчатке скользнула в самые дебри моих взъерошенных, медных волос. «Что ты делаешь?» — Разлепив сухие губы, спросила я, всматриваясь в израненное лицо демона во плоти. Оттянув мою голову назад, клоун пробежался хищным, блестящим взглядом по моему лицу, будто в поисках ответа на мой же вопрос. «Харли…мы с тобой два сапога пара… две горошины в стручке.» — Едва слышно проурчал мужчина, молниеносно скользнув языком по своим шрамам. В груди неприятно кольнуло. «Поэтому ты подставил меня с убийством, прикрылся моим спасением из полицейского участка, чтобы украсть коды. Потом когда я наскучила тебе, кинул на произвол судьбы, и в довершение ко всему пытался убить меня в Аркхеме, подослав грымзу Люсинду.» — Перечислила я, захлёбываясь словами. Чёрные, как ночь глаза сощурились. «Эта соблазнительная мысль убить тебя посещала меня слишком часто. Каждый день, Харли. Я постоянно хотел избавиться от тебя. Всегда хотел. Ещё тогда в первый наш сеанс в Аркхеме. Скинуть с себя смирительную рубашку и зарезать заточкой.» — Пропел низкий голос, пропитанный странной нежностью, от которой бежали колючие мурашки по коже. Вместо того, чтобы ужаснуться от этого признания, я наоборот подалась навстречу, словно требуя продолжения. «Ты меня жутко раздражала…бесила…волновала…возбуждала.» — С придыханием шептал мой бывший пациент, проводя пальцами вдоль моей порезанной щеки. На мгновение сморщившись от резкой боли, я шумно выдохнула прямо в его разукрашенное лицо. «Все меня бояться, но ты…никогда. Даже под дулом пистолета.» — Ласково протянул мужчина с чёрными дырами вместо глаз. Я ощутила, как меня неотвратимо засасывает обратно в пучину. Невидимые нити обвиваются вокруг меня с каждым словом, произнесённым этим прекрасным чудовищем. Внутри зажглось то самое ненормальное пламя, которое я думала уже потушила, но угольки тлели, ожидая подходящего момента. «Почему ты меня бросил тогда? Оставил меня гнить в Аркхеме?» — Прошипела я, из последних сил сдерживая порыв кинуться ему на шею. Главный преступник Готэма криво ухмыльнулся, пряча пистолет за пазухой. Шрамы на его лице растянулись как резиновые жгуты. «Ты устала, Харли. Тебе нужна была передышка. Я ведь всегда отдыхаю здесь, привожу свои мысли в порядок. А потом с новыми силами в бой.» — Непринужденно пожав плечами, ответил жестокий клоун. Эта поразительная способность говорить ужасно нелогичные вещи так, словно это обыденный факт. Ну, как он это делает?! «И что теперь, Джей? Ты же не думаешь, что всё будет по прежнему? — Противореча своим собственным словам, я прижималась все сильнее к источнику хаоса. Сладко причмокнув, мой бывший пациент наклонился к моей шее, шумно вдыхая, как зверь нашедший свою блудную самку. Горячие мурашки прокатились волной по моей спине. Я упёрлась руками в его грудь, титаническим усилием воли сопротивляясь желанию позволить ему делать со мной всё, что он захочет. «Я не прощаю тебя, Джей. Слышишь?» — Выдохнула я, ощущая нежное прикосновение его губ на своей шее. Как же хочется наброситься на него прямо здесь и сейчас! «Уже простила.» — Низко проурчал жестокий клоун, слегка прикусывая мою кожу. Сдавленно простонав что-то нечленораздельное, я резко оттолкнула его. Главный преступник Готэма уставился на меня. Удивление проскочило в его затуманенных возбуждением глазах. «Отпусти моих соседей, Джей.» — Сбивчиво процедила я, облизывая сухие, потрескавшиеся губы. Мужчина с болотными волосами до плеч и страшным клоунским гримом театрально развёл руками, поворачиваясь к своему Церберу. «Боб, ну, как после этого открывать свою душу?! Я тут в любви признался, а она всё про каких-то соседей говорит.» — С наигранной обидой протянул главный преступник Готэма. «Я ведь победила, Джей. Ты обещал.» — Наклонив голову на бок, проворковала я в своей фирменной манере. Жестокий клоун медленно развернулся к своей летучей мышке. Повисла странная пауза. «Бэтс, а ты всё-таки успел ей пару извилин подпортить.» — Злобно прошипел мой бывший пациент, явно не довольный моей настойчивостью. Что-то заставило меня сменить тактику. Я интуитивно почувствовала, что нужно было срочно потушить ярость, вскипающую в нём. «Джей…пока ты игрался с хакершей, я успела узнать много нового о Бэтмене. Хочешь проведём медовый месяц в его пещере?» — Соблазнительно покачивая бёдрами, я подошла к своему бывшему пациенту. Израненный рот клоуна растянулся в хищный оскал. Подняв руки ещё скованные наручниками, я резко подалась вперёд и обхватила его за шею. Повиснув на своём невыносимом мужчине, я игриво подмигнула ему. «Харли, не верь ему.» — Послышался глубокий голос моего бывшего напарника. «Бэтс, угомонись. Веси там себе, отдыхай! — Пропела я, даже не поворачивая головы. Всё моё внимание было отдано главному преступнику Готэма. Чёрные как уголь глаза просветлели. Знакомая медовая радужка проявилась в кромешной тьме. Вот ради этих моментов я была готова терпеть всё, что угодно. «Харли, ты настоящее сокровище.» — Ласково проурчал мой бывший пациент, обвивая руками мою талию. Я звонко пискнула от нахлынувшей радости, утыкаясь ему в грудь. Как же давно я ждала от него этих слов! Подняв голову, я потянулась к его губам, но он резко отпрянул, не давая мне поцеловать его. Как всегда! Ну, что за глупый пунктик! Почему чёрт побери?! «Боб.» — Коротко кивнув своему Церберу, главный преступник Готэма посмотрел на экран телевизора. Хмурый Боб тут же вытащил телефон. Уже через пару секунд бандит в клоунской маске начал развязывать Тильду и Генри. Я внимательно следила за тем, как освобождали моих соседей, ощущая внутри ни с чем несравнимое облегчение. Генри тут же схватил за руку свою маму, которая, прикрыв лицо руками, начала плакать. В груди жутко защемило от этой картины. На меня нахлынуло сильное желание присоединиться к ним, крепко их обнять и поблагодарить за их доброту. Как же я скучаю по тихим вечерам на кухне! По рисункам Генри, по болтовне и пирожкам Тильды. Вернуться бы в прошлое хотя бы на один день. «Харли…» — Хриплый, горячий шёпот опалил мочку моего уха. Резко повернув голову, я встретилась с рентгеновским взглядом моего бывшего пациента. Передо мной стоял ходячий природный катаклизм. Неизбежный, сметающий всё на своём пути. Стоило мне заглянуть в его лицо, услышать его голос, и вся моя жизнь перевернулась. «Быть с тобой и не быть с тобой…это единственный способ, которым я могу измерить время.» — Едва слышно протянула я, ощущая полную безнадёжность моей всепоглощающей одержимости этим ужасным человеком. Медленно убрав свои руки с его шеи, я отошла назад. Мой бывший пациент прожигал меня своим разъедающим кожу взглядом, будто испытывая меня на прочность. Удовлетворившись тем, как заворожённо и преданно я смотрела на него, он развернулся. «Ну, что, Бэтс? Всё возвращается на свои места.» — Торжественно провозгласил главный преступник Готэма, повернувшись к своему любимому врагу. Хмурый Боб многозначительно кивнул мне, наконец-то снимая с меня наручники. Бардовые следы на моих запястьях выглядели ужасно на фоне моей бледной кожи. Маска из запекшейся крови Панчлайн не давала мне нормально двигать лицом. «Где персонал Аркхема, Джокер?» — Прорычала летучая мышь на алтаре. «Это мы все скоро узнаем. Буквально через пять минут.» — Злорадно пропел мой бывший пациент. «Я сегодня проявил благородство ради Харли. Но на этом мой лимит закончился.» — Ехидно засмеялся мужчина в длинном, фиолетовом пальто, хлопая по ноге своего любимого врага. «Ты поплатишься за это! Я отправил свои координаты. Скоро здесь будет полиция.» — Пробурчал Бэтмен, сверкая своими карими глазами. «Уже боюсь! Боб, идите с Харли. Удостоверьтесь, что всё готово.» — Обернувшись, протянул жестокий клоун. Снова часть его команды. Снова его верная помощница. Снова в гуще событий. «Харли, не надо! Он никогда не измениться.» — Крикнул мне в догонку грозный мститель. Резко оглянувшись, я остановилась. «Я тоже никогда не изменюсь, Бэтс.» — Злорадно пропела я, широко улыбаясь своему бывшему напарнику. Карие глаза потухли. Выйдя в коридор, мы двинулись вперёд. Хмурый Боб молчал, шумно дыша. «Взорвет их к чертям в пристройке, где они держат лекарства?» — Пролепетала я, решительно смотря на двери приближающегося лифта. «Как ты догадалась?» — Тихо пробурчал мой тренер, не сбавляя шаг. «Я бы так сделала.» — Хихикнула я, ощущая, как решимость и уверенность увеличиваются в геометрической прогрессии. «Я запущу отсчёт времени с крыши. Хотя можно бы было и отсюда. Но ты знаешь, какой он дотошный.» — Пробормотал себе под нос Хмурый Боб, доставая из кармана джинс пульт управления. Эх, какая ностальгия! «Да, знаю, Боб.» — Выдохнула я, расплываясь в самой милой улыбке. «Эти провода торчали, ещё когда я здесь работала. Писала им, что пора отремонтировать. Но меня никто никогда не слушал.» — Проворковала я, показывая пальцем на оголённые провода. Двери лифта со скрипом открылись. Я повернулась к своему бывшему тренеру, заглядывая в его мужественное, квадратное лицо. Он как всегда смотрел решительно вперёд, нахмурив свои густые брови. Резко выбив из его руки пульт, я изо всех сил толкнула ничего не подозревавшего бандита в лифт. «Но теперь я рада, что они ничего не поменяли!» — Бросила я, вырывая торчащие провода у кнопки лифта. Любимый Аркхем! Перед тем как двери лифта захлопнулись, Хмурый Боб успел только покачать головой, одаривая меня взглядом полным гремучей смеси из осуждения и одобрения. Я быстро подняла пульт с пола, побежав обратно в зал. Остановившись перед дверью, я прислушалась к двум мужским голосам. Они опять обменивались одними и теми же фразами, как двое мальчишек, играющих в одну и ту же игру. Почему им это ещё не наскучило?! Почему им так это нравится?! Жестокому клоуну был нужен только Бэтмен. Вот к кому я должна была по-настоящему ревновать, а не к этой чернявой курице. Посмотрев на маленький пульт, я быстро нашла нужную кнопку. Без особых раздумий я нажала на неё, запуская отсчёт. Ровно пять минут. «Пора подпортить тебе сценарий, Джей.» — Прошипела я, хватаясь за ручку двери. Открыв её, я вошла с самым непринуждённым видом. Мой бывший пациент неохотно оторвался от своей летучей мышки, повернувшись ко мне. «Я всё сделала. Боб уже на крыше, Джей!» — Торжественно продекламировала я, подскакивая к своему клоуну. «Прекрасно.» — Причмокнул главный преступник Готэма, позволяя мне встать рядом с собой. «Бэтс, ты прости меня. Я морочила тебе голову. И себе тоже. Ну, как я без Джея?! Я думаю, ты меня понимаешь, как никто.» — Ехидно пролепетала я, заглядывая в грозное, но грустное лицо, скрытое под чёрной маской. «Харли как всегда остра на язычок, да, Бэтс?» — Хрипло засмеялся жестокий клоун, явно одобряя мои слова. Я пискляво захихикала с ним в унисон, обнимая его и прижимаясь щекой к его груди. В этот момент моя правая рука нащупала пистолет. Молниеносным движением я выхватила его и отпрыгнула в сторону. Секундное замешательство обоих мужчин вызвало у меня приступ искреннего, задорного смеха. «Ну, а теперь, Джей, игра пойдёт по моим правилам.» — Проворковала я, целясь в лоб своего бывшего пациента. «Ай-яй-яй! Какой поворот, Харли!» — Низкий и хриплый голос отдавал плохо скрываемой яростью. «Бэтс, у тебя четыре минуты. Они в пристройке.» — Протараторила я, быстро подняв окровавленный нож и разрезав жгуты, которыми был привязан мститель. При этом я не спускала глаз с главного преступника Готэма, который плавно ходил из стороны в сторону, словно пытаясь меня загипнотизировать. «Стой на месте, Джей!» — Рявкнула я, метко выстрелив ему под ноги и задев нос его левого ботинка. Мой бывший пациент явно не ожидал от меня такой наглости. «Иди! Спасай их, а я разберусь с этим красавцем.» — Протараторила я, судорожно кивая головой. «Харли, пойдём со мной. Не надо никого убивать.» — Прогремел рыцарь Готэма пытаясь схватить меня, но многочасовое висение на кресте дало свои плоды. «Три минуты. Выбирай — десяток невинных или один мерзкий маньяк. Кого спасешь?» — Хитро прищурившись, процедила я, отойдя на необходимое расстояние от ухмыляющегося клоуна и измотанной летучей мыши. Достав из кармана пульт, я кинула его об стену, разбивая в дребезги. Мой бывший пациент хрипло засмеялся своим искусственным, жутким смехом, наблюдая за мной. Я держала обоих мужчин на мушке, будучи готовой выстрелить. И судя по взгляду Бэтмена, он понимал, что я не блефую. Пару секунд раздумий мстителя показались мне вечностью. Как же ему тяжело! Бедный моралист! «Я вернусь за тобой.» — Бросил Тёмный Рыцарь, бросаясь к выходу. «Конечно. Я даже не сомневаюсь!» — Крикнула я в догонку своему бывшему напарнику. «Ты великолепна, Харли!» — Громогласно прохрипел главный преступник Готэма, делая шаг мне навстречу. «Видишь, твой любимый выбрал незнакомых людей, а не тебя. Неприятное ощущение, да?» — Выстрелив в миллиметре от его макушки, пропищала я. К моему удивлению мужчина с болотными волосами замер на месте, молча разглядывая меня. Похоже он понял, что я настроена серьёзно. «Харли, он скоро вернётся, и не даст тебе сделать то, что ты хочешь.» — Пропел мой бывший пациент, изящно поправив свои болотные патлы и воротник своего любимого пальто, словно готовясь выйти на сцену перед ликующей толпой. «Я успею, милый. Не волнуйся.» — Прошипела я, простреливая ему правое колено. Ни одного звука, только на секунду сморщился и согнулся. Ах, ну да! Ты же у нас ничего не боишься! И боли не чувствуешь! Подняв на меня глаза, жестокий клоун покачал головой, громко причмокнув, словно ругая меня за плохое поведение. «Тень твоей улыбки, когда ты уйдешь, окрасит все мои мечты, зажжет утреннюю зарю.» — Запел хриплый, низкий голос. «Заткнись, Джей!» — Рявкнула я, стреляя ему в плечо. Со сдавленным смехом мужчина в дурацком клоунском гриме упал на пол. «Ты же не думал, что я снова стану твоей игрушкой?!» — Процедила я, ощущая невыразимую словами боль и обиду. «Любимая, загляни мне в глаза и увидишь, что ты значишь для меня.» — Снова пропел демон, истекая кровью на полу. «Я не позволю никому отнять у меня возможность быть последней, кого ты увидишь перед смертью.» — Прошипела я, захлёбываясь ядом, пропитавшим всю мою душу. Встав над самым опасным преступником Готэма, я пустила ещё одну пулю прямо ему в живот. Булькающий звук в перемешку с жутким смехом разнёсся по всему Аркхему. Из его рта лилась кровь, окрашивая одежду в тёмно-бардовый. Глаза судорожно моргали, смотря в потолок. Я нагнулась над мужчиной, от которого сошла с ума, вынуждая его смотреть на меня. «На твоём лице нарисована карта мира.» — Выдохнула я с искренним восхищением и с такой же искренней ненавистью, разглядывая все его морщины, шрамы, скрытые под рыхлым гримом. Мне было нужно запомнить его таким. Мне было необходимо знать, что он принадлежит только мне одной, и больше мне не прийдётся делить его ни с кем. «Арлекин…» — Почти нежно прохрипел умирающий клоун, протягивая ко мне руку. Я наклонилась ниже, позволяя ему дотронуться до своей щеки. Мне так хотелось увидеть в его глазах хотя бы тень страха, но там не было ничего. Кромешная пустота. Откинув в сторону уже не нужный пистолет, я схватила его за волосы и со звериным рыком поцеловала в губы, заведомо нарушая главное табу. Его возмущённый хрип отозвался в моём сознании, как болезненное эхо. В последний миг его жизни я отобрала у него контроль. Отняла выбор! Кровь хлынула из его рта, как только я отпрянула. «Харли, остановись!» — Услышала я сквозь туман в распухшей от адреналина голове. Чьи-то сильные руки схватили меня, оттаскивая от моего любимого пациента. «Нет!!! Он ещё не умер! Я должна быть рядом с ним! Я!» — Отчаянные крики вырывались из меня, пока я царапалась, дралась, кусалась, как бешенная собака. «Всё кончено. Хватит, Харли.» — Бубнил мне в ухо главный защитник всех униженных и оскорблённых, держа меня в своих стальных объятиях. «Он мой! Только мой!» — Верещала я, совершенно потеряв над собой контроль. Сквозь мои истерические крики я слышала вой полицейский сирен, бормотание незнакомых людей, чувствовала руки, которые связывали меня, клали и перетаскивали меня, как тряпичную куклу. Где-то в висках спадало напряжение. Мой организм отказывался поддерживать моё неуёмное желание кричать и вырываться. Похоже было пора как следует отдохнуть, забывшись в уютной и привычной тьме. *** Высокий, худой парень лет семнадцати шёл по улице, держа подмышкой книгу. Его бледное лицо, обрамлённое тёмно-русыми волосами, светилось от счастья. Большие, синие глаза горделиво озирались по сторонам, словно желая похвастаться чем-то перед прохожими. Напевая себе под нос, мальчик забежал в подъезд, ринувшись по ступенькам вверх. Позвонив в дверь, он вынул из подмышки книгу и любовно провёл пальцами по гладкой, яркой обложке, на которой красовалась бейсбольная бита с разноцветной надписью «Хроники Готэмской шутницы или Как закалялась Харли Квинн». «Генри, почему ты так долго? Опять что ли ввязался в драку?» — Открыв дверь, заботливо проворковала пухленькая женщина средних лет c выразительными, зелёными глазами и копной кудрявых волос. Хитро улыбаясь, мальчик зашёл в квартиру и тут же сунул книгу в руки своей встревоженной мамы. Наступила пауза. Короткая, но многозначительная. «Господи!» — Воскликнула женщина, прикрыв ладонью рот. «Она прислала нам на почту. Я простоял в очереди полчаса. Ну, и успел немного прочитать по дороге. Открой, мама.» — Протараторил парень, от нетерпения то и дело поправляя свою длинную чёлку. Трепетно держа книгу, как хрупкое сокровище, женщина пошла на кухню. Тяжело выдохнув, она села за стол и осторожно открыла её. Большие, зелёные глаза пробежались по посланию, написанному красной шариковой ручкой. Почерк был размашистым и неровным, словно писалось приветствие во время заезда по гоночной трассе. Генри с наслаждением наблюдал, как его мама расплывается в счастливой улыбке. «А ты думала, что Харлин о нас забыла.» — Мягко проговорил парень, кладя руку на плечо женщины. Тильда подняла на сына блестящие от слёз глаза, но тут же опустили их обратно, чтобы снова прочитать послание от блудной соседки. «Привет, мои дорогие Тильда и Генри! Да, это я! Та самая оборванная, промокшая девчонка, сидевшая на лестнице вашего подъезда. Теперь я заделалась писательницей. Ну, знаете, когда ты мегапопулярная истребительница клоунов и тебе предлагают кучу денег, да и делать тебе особо нечего, то это самый лучший вариант. Тильда, не надо рыдать! Вытри слёзы! Со мной всё хорошо. Ем я как не в себя, получила уже десяток шоколадок за хорошее поведение. Меня ставят в пример новичкам. Ещё и дают организовывать концерты. Я тут звезда вселенского масштаба, поэтому нечего грустить. Это Вам не Аркхем. Я считай купила путёвку в санаторий и отдыхаю, принимая грязевые ванны. Новая больница спонсируется самим Брюсом Уэйном, так что тут шикарно! Генри, я надеюсь, ты там уже во всю кадришь девчонок и раздаешь тумаки задирам. Пора уже, мой друг! Продолжай рисовать! Что угодно, главное не забрасывай это дело. У тебя талант! Это первый экземпляр моей автобиографии. Премьера книги состоится только через неделю. Так что Вы первые, кто прочтёт мой гениальный опус. Я буду давать много интервью. Готовьтесь видеть меня везде и всюду! Не обращайте внимание на то, что вас теперь зовут Пенелопа и Рудольф. И не надо спрашивать, почему я выбрала именно такие дурацкие имена! Это для вашей безопасности и художественной выразительности. Зато свою мамулю Вив я не стала прикрывать! Пусть на неё свалиться слава самой ужасной матери тысячелетия. Кстати, все доходы от продажи книги пойдут на ваш банковский счёт. Нет, Тильда, даже не начинай отбрыкиваться и скромничать! Я давно тебе задолжала за аренду комнаты. Пусть Генри поедет учиться туда, куда захочет, и его жизнь не будет напоминать беспросветный ад. И да. Джокера убила я. Не призрак оперы, не горбун из Нотр-Дама, и даже не Бэтмен, а писклявая красотка со сногсшибательной улыбкой и с высшим психиатрическим образованием. Иногда я слышу его смех, чувствую его взгляд на себе, но меня это даже успокаивает. Всё таки хочется сохранить его безумную частичку внутри себя. Тильда, не качай головой! Я знаю, ты бы его никогда не приняла и не пришла на нашу свадьбу, да и ему бы не понравились твои пирожки с капустой. Скоро моя книга станет бестселлером, и ваша жизнь измениться! Тильда, бери Генри и уезжайте по дальше от Готэма, и никогда не возвращайтесь! Если что я Вас сама найду! Целую и обнимаю до хруста костей! Искренне Ваша, Харлин. P.S Генри, лет через 30-40 этот экземпляр будет стоить целое состояние! Так что ещё твоим отпрыскам хватит на самые дорогие и вкусные пирожные!»