Я не прощаюсь

      Спускаюсь к кабинету директора с мыслью о предстоящих экзаменах. Если я их не сдам, то подведу родителей и останусь на улице, чего я в принципе не могла допустить.       — Входите, — послышался голос Софии *********. — Здравствуй, Ангелия, — она подняла взгляд от документов и указала на стол, за которым я вчера сидела. — Два основных предмета, — директор достала бланки вступительных, — и обществознание с историей.       Девушка посмотрела на настенные часы.       — До 13:30 дописываешь и сдаешь мне на стол. Время пошло.       Я вытащила листки из мультифоры и пробежалась глазами по заданиям, оставляя выбор на обществознании. Несмотря на стресс, я заполняла так, как знаю. Тактика «наугад» не всегда срабатывает, если вы, конечно, не являетесь везунчиком.       На математике у меня произошел тупик, мало того, что я не близка к точным наукам, так еще и долго вспоминала формулы.       Когда дописала историю с русским, сработал таймер у Софии *********, и она напомнила о сдаче бланков. Я с дрожью в руках кладу листы на край ее стола.       — Результаты узнаешь завтра. Если хочешь выйти за пределы Гимназии, то сообщи об этом Захару. — Она натянуто улыбается мне, — или погулять в саду. Тимофей с радостью составит тебе компанию.       — Хорошо, я поняла.       У меня возникло непреодолимое желание пойти в тир, но этого не предоставлено здесь, к моему огромному сожалению.       Захар сидел в холле и что-то читал. Он напоминает мне отчасти консьержа.       — Простите, я бы хотела выйти в сад…       — Ну, а я чем мешаю? — задал риторический вопрос старик.       — Директор мне сказала, что я должна вас об этом уведомлять.       — Юная мисс, если вы не заметили, вы одни в этой Гимназии, делайте, что хотите до окончания каникул, только не лезьте ко мне по пустякам.       — Больно надо, — пробурчала я себе под нос, скрываясь за дверью и спускаясь в сад.       Я обошла вокруг, но Тимофея так и не увидела, может, он уехал за пределы Гимназии и теперь я совершенно одна. Интересно, а где он живет, пока работает здесь.       Вдыхаю полной грудью другой воздух, он не такой, как в Александрове. И птицы не так поют. Мое состояние близко к тоске, но мысль об Отряде возвращает меня к предстоящим событиям.       — Давно здесь стоишь? — я вздрагиваю от внезапного появления садовника за моей спиной.       — Тимофей? — тот кивает от моего вопроса, держа инструменты в левой руке.       — Ангелия. — Мягко произносит тот.       Он протягивает руку для того, чтобы закрепить знакомство. Неловко пожимаю в ответ, отмечая грубость кожи.       — Хочешь, проэкскурсирую тебя?       — Нет, спасибо, я достаточно осмотрелась, не против прогуляться. Академия пустует и в ней не так много развлечений.       — Я знаю, куда тебя отвести.       Он ставит ящик на землю, берет меня за руку и ведет за собой в чащу леса.       — Почему мы идем туда? — с недоверием спрашиваю парня.       — Сейчас увидишь.       Спустя несколько блужданий мы останавливаемся у кромки озера, Тимофей отпускает мою руку и отходит на несколько шагов в противоположную сторону. Мне нравилось быть в лесу.       Я подхожу ближе к берегу и опускаю пальцы в воду. Прохлада пробежалась по кончикам и немного сняла напряжение, которое накопилось за сегодняшний день. Мысль о результатах затерялась среди деревьев, выпускаясь куда-то в небо. Говоря о последнем, то оно сегодня затянутое тучами. Поворачиваюсь в сторону Тимы, ловя на себе его взгляд темно-карих глаз.       — Успокаивает? — с умиротворением спрашивает он.       — Да. — Поднимаюсь с корточек, — ты часто сюда приходишь?       Несколько секунд Тимофей, молча, смотрит на водную гладь, а затем подходит ближе и протягивает мне ладонь. Парень оставил вопрос без ответа.       С утра ко мне постучалась девушка из рабочего персонала и сообщила о том, что директор ждет меня в своем кабинете. При Софие ********* я вскрываю конверт с результатами.       С каким-то судорожным вниманием смотрю на строчку о зачислении. Это означало, что я достигла своей главной цели и считалась ученицей Закрытой Женской Московской Гимназии. Мои родители гордились бы мной, если бы были рядом. Они так и не посылали мне писем, и что с ними, мне не известно.       — Поздравляю с успешной сдачей экзаменов.       — Спасибо, — сдержанно улыбаюсь в ответ.       Она добавила, что в комнату занесут форму с учебниками и канцелярскими принадлежностями. Я поблагодарила еще раз и вышла из ее кабинета. Мне не терпелось поделиться со своим знакомым, но отвлекать от работы хотелось меньше всего. В итоге я прогулялась по коридорам Гимназии, попутно запоминая таблички с указанными предметами.       Странно и одновременно скучно бродить бесцельно по пустым помещениям. Я дошла до левого крыла, где располагались комнаты для преподавателей, как мне объяснила директор, и сюда ученицам не разрешено заходить. А кто сказал, что смотреть нельзя?       Прислушиваюсь, прежде чем подойти к общему залу, где они собираются для обсуждения либо же для отдыха. Мое сердце предательски громко билось о грудную клетку, да, понимаю, что сюда проникать нельзя, но почему-то хочется нарушить это правило. Захожу еще дальше, и перед глазами открывается просторная зала: окно от пола до потолка, кофеварки и плазменный телевизор.       Сзади послышался деликатный кашель, отчего вздрагиваю и резко разворачиваюсь. В проходе стоял молодой профессор в очках.       — Что вы тут делаете? — его грубый голос иголочками пронзает меня.       — Заблудилась. Но я уже ухожу, — я поспешила к выходу и тут же остановилась. Профессор не сдвинулся с места и внимательно изучал меня.       — Ты осведомлена в том, что это территория для преподавательского состава, — он чуть наклоняется ко мне, — тебя бы отчитали за это.       Все это время я практически не дышала, интересно, это влияние профессора или страх за то, что об этом станет известно директору. Срываюсь с места и добегаю до ближайшего поворота, прислоняюсь к прохладной мраморной стене спиной и восстанавливаю дыхание. Выглядываю из-за угла, удостоверяясь тем, что он не следит за мной. Я пыталась вспомнить ту фотографию, на которую смотрела перед поступлением. Да, я помню лицо мужчины, но не знаю, какой предмет он ведет.       Ночью жутко в отличие от дневного времени суток. Когда ты просто смотришь на пустые коридоры, слышишь какие-то шорохи и скрипы, доносящиеся во тьме. Хотя не совсем, здесь висят лампы, но они тускло освещают периметр. Я закрываю дверь на ключ перед тем, как уйти спать. На улице завывает ветер и мне больше становится не по себе.       Утром мне не хотелось долго лежать в кровати, и я решила прогуляться по саду, на этот раз в одиночестве. Мне было необходимо подумать обо всем, что произошло за последние дни и прийти к какому-нибудь выводу.       В итоге Доминиан уехал в Германию, Себастьян примкнул к кочевникам, а Петя… попал под надзор, потому что не успел сбежать.       Про себя не могу жаловаться, ибо один из нас подвержен более серьезной опасности. Я искренне надеюсь, что Петя выберется из Александрова сам, или с помощью родителей. Вспоминаю, как мама молилась у иллюминатора за сына.       Я с Доминианом восприняли идею об отречении от семьи спокойно, а вот Себастьян заметно нервничал. Ставлю себя на его место, стараясь представить что-то приближенное к страху оказаться среди чужих. Если нас так хотели обезопасить, то выбрали суровые условия.       Когда на горизонте показалась фигура садовника, я переключаю внимание с внутренних размышлений, от которых легче не становится. Тимофей, увидев меня на скамейке, направился в мою сторону.       — Привет, не скучно здесь одной?       Он не дожидается моего ответа и присаживается рядом.       — А когда лето заканчивается, ты остаешься? — после секундного молчания обращаюсь к Тиме.       — Уезжаю домой, потому что в моих услугах Гимназия не нуждается. Впрочем, я не один работаю, просто другой человек заболел, и его выпишут через неделю.       Через несколько минут я прощаюсь с ним и иду в библиотеку. Насколько это место без человеческого присутствия выглядело неприглядно. Половина зала была погружена в темноту, потому что никто не хотел менять лампочку, и оставил это дело.       Впрочем, здесь предоставлен фонарик, если ученик не найдет нужную книгу в освещенной части. Сначала я спросила про историю ЗЖМГ. Мне подсказали, что фонарик не понадобится, так как два тома лежат около стойки.       — Можно мне их взять?       — Конечно, — женщина предварительно зарегистрировала меня в базе, после чего выдала книги.       За то время, когда я стояла, мимо меня пронесся еще один профессор, на этот раз пожилой. Он торопливо что-то объяснял по телефону, смазанно посмотрел в нашу сторону и ушел дальше по коридору.       Я забрала тяжелые тома, попрощалась с библиотекарем и пошла в свою комнату.

***

      Весенние каникулы подходили к концу, многие девушки возвратились в свои комнаты, а мои соседки еще задерживались.       Впрочем, это заставило меня выйти из комнаты. Некоторые обратили на меня внимание, пристально разглядывая, как елочную игрушку, которая выделялась среди остальных.       Странно, что ко мне никто не подошел, чтобы задать вопрос: почему я здесь.       Пошла дальше по коридору и услышала перешептывания, в которых проскользнуло мое имя, от этого я почувствовала себя некомфортно.       — Ангелия. — Я услышала голос директора за спиной, — ты успела познакомиться с кем-нибудь из девочек?       София ********* мягко улыбнулась, глядя мне прямо в глаза.       — Пока нет, — отвечаю ей тем же тоном.       — Я хотела тебе кое-что передать, это от твоих родителей, — девушка передает мне письмо. Первое время я растерянно смотрела на бумагу, словно мне отдали камень и разрешили им запульнуть в окно.       Следовало бы прочитать в отдаленном месте, и я знала, где у меня получится это сделать — в библиотеке.       «Ищи предателей среди своих» — я нахмурилась. Что они хотят этим сказать мне? Может, это предостережение, что здесь никому нельзя доверять.       Я бы скомкала листок, да так бы и выбросила, если бы на обратной стороне не оказался рисунок глаза.       Когда я вернулась к себе, то заметила вещи на кроватях соседок, а они сами сидели за столом. Втроем обернулись ко мне.       — Новенькая? — спросила та, что с рыжими волосами, позднее выяснилось, что это Лена.       — Да.       — Привет, — махнула рукой с веснушками на носу, — мое имя Ира, а тебя как зовут?       — Ангелия. — Произношу с нажимом на «и», чтобы они точно могли его произносить.       — Святоша, — фыркнула с кудряшками.       — Даша, ну что ты, не начинай. — Ира мягким жестом подозвала к себе, — не бойся. Иди к нам.       Слова из записки крутились у меня перед глазами, я словно примеряла на них роль и мысленно опасалась подтверждений, что они окажутся потенциальными предателями. А что если…       — Нет. Мне нужно подготовиться к завтрашнему дню.       — Вот и славно, — едко произнесла Даша и вернулась к обсуждению о предстоящем учебном году.       Потерпеть два года и свалить из этого пансиона.